Все новости » Культура и искусство » Новости культуры » Антон Торсуков запускает «Реквием» Моцарта в новом наполнении. Это стоит услышать!

Антон Торсуков запускает «Реквием» Моцарта в новом наполнении. Это стоит услышать!



Московский государственный академический симфонический оркестр (МГАСО) под управлением  Павла Когана 16 декабря удивит публику новым экспериментальным проектом.

Для искушённых меломанов в Большом зале консерватории вновь будет звучать «Реквием» Моцарта в новом наполнении.

Духовное завещание великого Моцарта по сей день будоражит души людей, заставляя задуматься о самом важном.

В новом проекте организаторы концерта решили отойти от классической манеры выступления, где сцена — это место для размещения оркестра, не предполагающая никаких лишних деталей.

Для максимального проникновения в каждую клеточку кожи сакральных мотивов произведений, помимо вокального сопровождения, Большой зал консерватории трансформируется в старинный собор с помощью декораций и специально разработанного светового дизайна, образ которого послужит лейтмотивом для остальных концертов трилогии.

В интервью автор проекта Антон Торсуков признался, как было трудно вначале, но работа с лучшим театральным художником, режиссёром и художником по свету доказала — нет ничего невозможного!

А.Т.: Мне поступило предложение, от Московского государственного академического симфонического оркестра под управлением Павла Когана, разработать художественную концепцию предстоящего концерта. Важно было найти новые краски, новую форму и реализовать идею не просто в классическом формате (программ и концертов в традиционном академическом формате у оркестра большое количество), а найти принципиально новый образ, новое художественное решение концерта, которое поможет в выполнении важных задач: популяризации классической музыки у молодой аудитории и поиска новой формы концертного исполнения классической музыки, которая может взаимодействовать с яркими, смелыми решениями по сценографии, световому и звуковому дизайну.

Прекрасная симфоническая музыка великих классиков, безусловно, не нуждается в особых пояснениях и рекомендациях, но язык, на котором мы разговариваем сегодня с молодым поколением, нужно подобрать, найти интересный формат взаимодействия зрителя и постановки.

Мне важно услышать зрителя в зале — его дыхание, его восприятие, его отклик на происходящее на сцене, на атмосферу, которую мы создаём вместе с музыкой, дирижёром, оркестром и всей творческой постановочной командой.

Наша первая совместная работа, первый абонемент оркестра МГАСО, представлял джаз, мюзикл, танго — музыка в большей степени доступная по восприятию для зрителя и популярная.

Опыт первой пробы

Первые концерты мы выстраивали, смело используя театральные приёмы. Ведущие располагались в зале и существовали в диалоге со зрителем. Нам хотелось уйти как можно дальше от академичности, штампов классического ведения программы и вести со слушателями разговор в более неформальной обстановке.

Но и в то же время, от нас требовалось найти необходимую золотую середину и не превратить это в шоу, перформанс, спектакль… Для меня принципиально важно, чтобы невероятной красоты большой исторический зал консерватории, вмещающий 1600 мест, в какой-то момент стал единым пространством со сценой, объединив особой атмосферой теплоты и доверия: музыку, оркестр и зрителя.

Но на мой взгляд, все же получилось, что световой дизайн и специально подготовленный видеоконтент в какой-то момент вырвался на первый план. Мы, с нашими постановочными средствами, как бы невольно на себя взяли больше внимания, чем предполагали. Поэтому, учитывая опыт предыдущих проб, мы стараемся находить необходимый баланс и, если требуется, наступать на свои художественные желания и творческие амбиции…

Музыка для нас первостепенна и является главным действующим лицом. Мы должны услышать её, понять все нюансы, оригинальность исполнения, акценты, штрихи и эмоциональный характер руки дирижёра. Музыка не должна обслуживать наши идеи, концепты и современные постановочные средства. Музыка — это абсолютная величина, вертикаль, соединяющая нас с вечностью, Богом, и поэтому по отношению к ней, мы должны быть особенно аккуратны и внимательны.

В работе над предстоящими музыкальными проектами с МГАСО, мы ставим перед собой задачу, сохраняя художественную атмосферу концерта, выделяя важные интонации, лишь подчеркнуть постановкой, декорациями характер музыкального материала.

Дирижёр — наш режиссёр. Только он представляет весь объем музыкального материала. Я бы даже сказал, что перед ним расстилается огромное тканное музыкальное полотно гениальных композиторов. Прямо во время концерта оно вышивается вручную, расписывается сотнями оттенков красок и виртуозными мазками невероятно талантливых художников-музыкантов.

Вся световая партитура концерта уникальна по своим свойствам и идёт от руки дирижёра, от образа который возникает во время исполнения.

Я знаю, что после первого концерта зрители захотели прийти и на второй абонемент, и на третий, они увидели и почувствовали нечто большее, чем просто музыка.

Полагаю, что удивительная роза чувств, эмоций зрительского восприятия раскрылась во всем своём многообразии как во время концерта, так и после, оставив приятную недосказанность… Для меня это более, чем ценно.

Работа с командой единомышленников

Инициатором идеи является руководство оркестра, Павел Коган. Я благодарен им за возможность, доверие и желание двигаться вперёд, экспериментировать. Как автор художественной концепции, я работаю с большой командой интереснейших людей и профессионалов в своём деле. Креативная группа представлена прекрасными творческими индивидуальностями, такими как: художник-сценограф Юлия Шереметова, художник по свету Евгений Солдатов, sound-дизайнер Алексей Акинчиц; техническая группа «Ирбис-Шоу», с которой мы неоднократно реализовывали сложные и масштабные проекты. Конечно же, нельзя не сказать о волшебных руках наших художников-бутафоров Олеге Кочукове и Владимире Фролове. В декорационных мастерских они работают над реализацией наших творческих фантазий, идей, изготавливая сложные декорационные элементы и конструкции, являющиеся неотъемлемой частью общей сценографии.

Сейчас мы интенсивно готовимся к выпуску нового художественного концерта, который состоится 16 декабря в Большом зале консерватории.

Я вспоминаю, что вначале когда я пришёл в консерваторию со своим видением и техническим решением первого проекта было ощущение, что нам не дают развернуться.

Работники и службы консерватории не понимали наших идей, а я, в свою очередь, не понимал консерваторию. Постоянно твердил о том, что нужно же двигаться дальше, быть в постоянном поиске, уметь слышать время, потому что очень хотелось привнести новые элементы и поиграть с формой! Но изменить исторически сложившиеся взгляды, устоявшиеся оценки в восприятии чего-либо нового очень сложно.

К примеру, у меня всегда было ощущение, что легендарные женщины-билетёры чуть ли не лично общались со всеми великими композиторами, уличая гениев в излишнем новаторстве музыкальных форм. Что уж говорить о нас, о простых творческих аферистах, которые своими идеями бесцеремонно вторгались в святая святых — историческое пространство консерватории. Ко мне относились с огромным недоверием и настороженностью.

Эти удивительные работники консерватории полагают, что мы — «молодые архитекторы современной культуры», своими экспериментами и идеями, пытаемся разрушить нечто великое, вечное и прекрасное. Но конечно же, это не так… Я долго пытался спорить, доказывать обратное, но потом просто понял, что их нужно полюбить всем сердцем за то, какие они есть. Полюбить за то, что они с таким благоговением относятся к нашей истории, традициям, музыкальной культуре, искусству и всей душой готовы оберегать все то, что так легко можно разрушить. Поэтому сейчас ничего, кроме уважения, бесконечной любви и огромной благодарности я к ним не испытываю.

Возможно, благодаря трепетному, в то же время требовательному отношению таких людей нам удалось сохранить один из лучших концертных залов в стране. Об акустике в консерватории можно говорить так же долго, как и вслушиваться в каждый её отзвук, утопающий в бесконечности бархатного зала. Чистота и прозрачность звука просто поражает и восхищает! Каждый нюанс долетает до последних рядов балкона. Пожалуй, далеко не все новые и современные залы могут похвастаться такой акустикой.

Когда горишь идеей, приходит вдохновение

Моя балетная история складывалась долго. Я окончил Пермское хореографическое училище, где по сей день продолжают лучшие традиции Вагановской балетной школы. Многие мои однокурсники уже состоялись, как артисты балета и успешно продолжают свою карьеру в лучших театрах нашей страны, Европы, Америки.

Но так сложилось, что я в определённый момент стал ощущать острую нехватку творческого пространства. Всё теснее ощущались рамки бесспорно прекрасного, но всё же академического балетного искусства. Возрастало желание найти новые средства выразительности и полностью сменить профессию. И к тому же переворачивать все в своей жизни, особенно в возрасте 16–18-ти лет, это нормально. Так я и поступил в Театральный институт имени Бориса Щукина при Государственном Академическом театре им. Евгения Вахтангова на актёрский факультет. Жизнь изменилась кардинально, пришлось перестраивать себя. Институт подарил мне счастье жить в огромной театральной семье, счастье открыть в себе новые творческие возможности. Когда думаю об этом, моментально испытываю прилив сил, вдохновляюсь на новые интересные идеи.

В наши дни время становится все более безжалостно по отношению к творческому человеку, время бросает вызов человеку-художнику, требуя от него знаний во всех областях, начиная с финансов и заканчивая художественными вопросами. Основной mеssеge сегодняшнего времени, как мне кажется, заключается в том, что уже мало быть просто талантливым актёром, режиссёром, певцом, художником, музыкантом. Важно и необходимо уметь синтезировать в себе и другие различные качества, навыки, умения. Этого требует и время, и искусство.

Театр, музыка, живопись — все это тесно связано между собой. Не успеваешь понять, когда одно уже переходит в другое, а жанры сменяют друг друга. Все это приводит к постоянному творческому поиску, непрекращающихся генераций новых идей.

Так и родилась идея, желание — почему бы не сделать с оркестром интересный проект, который будет связан с новым поиском музыкального формата?

Я считаю, что потребность человека в добром, сердечном, искреннем чувстве заложено генетически, без всяких видеоинсталляций и других искусственных вещей.

Когда играешь спектакль, возникает незримая связь со зрителем, соединяются необыкновенные микротоки и ты в этот момент понимаешь как что-то очень доброе, сокровенное передаётся зрителю и ты уже разговариваешь с ним на одном языке.

Современное общество очень сложное, это заметно и на сегодняшнем положении дел как в мировой, так и в отечественной культуре. Театр переживает непростые времена. Сейчас происходят важные процессы эволюции театральной культуры, а может быть, даже и революции. Состояние будто заново переживаешь смутные 90-е годы, когда непонятно, что тебя ждёт…

Наши потрясающие актёры-миры, творческие личности планетарного масштаба стареют, уходят один за другим. И не может не беспокоить вопрос, а кто преемник у таких как Доронина, Табаков, Волчек? И нужны ли преемники? Преемники чего именно? Нашей культуры, ремесла, традиций? А может быть, поиск потому и является поиском, что каждый раз он должен начинаться заново?!

Театр — это такая структура, которая должна обнуляться. Она не может вечно существовать в правильном ритме с хорошими актёрами, как и всё в этой жизни. Например, сегодняшнее восприятие легендарного спектакля «Юнона и Авось» совершенно иное. И не только потому, что постановка могла затеряться во времени, потерять актуальность, утратить какую-либо пронзительность с уходом из спектакля гениальных Николая Караченцова, Александра Абдулова и др. Этот спектакль был и остаётся визитной карточкой «Ленкома», в нём играют и сейчас не менее известные, талантливые актёры. Но дело в том, что время расставляет свои акценты. Сегодня культура нашего общества вкладывает в спектакль иные смыслы, питает другой энергией.

Больше всего боюсь погрузиться в хаос — творческий, душевный, нравственный, который в свою очередь рождается из разобщённости и тревоги в душе каждого из нас. Всегда неприятно и тяжело наблюдать, когда доброта, толерантность воспринимаются, как оскомина на зубах.

Одно из важных свойств времени — находиться в постоянном поиске, искать Человека-героя сегодняшнего дня, который воплотит в себе черты и характер этого времени.

Почему в 90-е годы фильм «Брат» режиссёра Алексея Балабанова имел огромную популярность? Потому что появился настоящий, искренний, жаждущий правды герой — актёр Сергей Бодров. Сложный собирательный образ того времени.

Поэтому хочется понять, а кто это может быть сегодня?

Я с большим уважением отношусь ко всему, что делает моя однокурсница по театральному институту актриса театра и кино Ирина Горбачёва: прекрасная, яркая и самобытная. Она и есть — сегодняшнее время со всеми парадоксами, обезоруживающей правдой, перетекающей в обаятельный юмор. Мы любим и ценим её за творческую свободу, естественность, простоту общения и открытость. Она живая, настоящая и это подкупает.

Искренность, порядочность, внутренний свет, умение созидать добро и любовь — я верю в эти ценности. Верю, что они остаются главными и неизменными в человеке во все времена.





Top