Все разделы
Велика Эпоха мультиязычный проект, эксперт по Китаю
×
Все новости » Мнение » Интервью » Большие дороги маленького банка: «Росдорбанк», его имидж и репутация

Большие дороги маленького банка: «Росдорбанк», его имидж и репутация


ПРАКТИКА/Лауреаты премии «Банковское дело»

Большие дороги маленького банка

Правильный путь таков: усвой то, что сделали твои предшественники, и иди дальше.
Л. Н. Толстой

90-е годы прошлого века упоминаются, как правило, с эпитетом «лихие». Но всё же это были и годы формирования новой экономики новой страны. Банки, созданные в последние годы уходящей эпохи, отмечают сегодня юбилеи. 25 лет — это солидный возраст для финансовых структур, прошедших труднейшие, очень трудные и просто трудные времена становления банковской системы. Участники нашей рубрики — топ-менеджеры и владельцы банков-юбиляров.

Не каждый банк эпохи 90-х остался в строю банковских долгожителей. 25 сентября 2016 г. отметит четвертьвековой юбилей давний партнёр журнала — «РосДорБанк», репутация которого хорошо известна в дорожной отрасли и не только.

В этом материале — взгляд инженера-математика, ставшего успешным банкиром, на прошлое и будущее банковской отрасли и собственно банка. Наш гость — Алексей Виноградов, первый заместитель председателя Правления банка.

Алексей Виноградов. Пресс-портрет

В банковском секторе работает с 1991 года. Из них 17 лет — в «РосДорБанке».

По образованию — инженер-математик.

По складу характера — абсолютный IT-лидер.

В РДБ прошёл путь от начальника IT-отдела до первого заместителя председателя правления.

В сфере ответственности: Back Office, IT-департамент и казначейство.

Считает, что будущее — за технологиями.

А. В.: Однажды мой институтский преподаватель высшей математики сказал нам, второкурсникам: «Если бы люди применяли математические законы в повседневной жизни, им бы намного легче жилось». Три главных закона термодинамики, основа основ классической механики и физики, представленные в далёком 1687 г. сэром Исааком Ньютоном, существенно облегчают жизнь предпринимателям и финансистам при формировании стратегии и тактики бизнеса. Математики понимают это лучше других. И применяют волне успешно. Например, закон инерции гласит: «Если на объект не действует внешняя сила, то он продолжает находиться в состоянии покоя или постоянного движения. Объекты, находящиеся в движении, имеют тенденцию оставаться в движении, а неподвижные объекты, если их ничто не сдвинет с места, будут оставаться в состоянии покоя». В переводе с математического на современный русский, чтобы начать движение, нужен хороший толчок.

— Внешних воздействий для стимулирования движения вперёд в 90-е, да и в 2000-е было хоть отбавляй. Что ни год — то какой-нибудь кризис, дефолт, «чёрный вторник», да и регулятор вносил свою лепту.… За последние двадцать пять лет, и в особенности за последние три года, ускорений для качественных и количественных изменений в банковской сфере хватило. Алексей Викторович, как собственникам и руководству банка удалось не просто сохранить банк, но и значительно усилить его присутствие на рынке? У вас было какое-то волшебное слово? Или всё-таки расчёт и знание законов? Сегодня во многом благодаря своей репутации «РосДорБанк» входит в число самых надёжных банков…

А. В.: У нас было не слово, а дело. И желание его делать хорошо. Мы начинали как небольшой специализированный отраслевой банк, обслуживающий отечественный автодор, а сегодня входим в топ-200. После реорганизации дорожной отрасли в середине 90-х мы потеряли значительную часть рынка. Можно было остановиться, конечно, но мы посчитали, просчитали и начали диверсификацию бизнеса.

Дорожная отрасль дала нам старт. Это по-прежнему одно из приоритетных направлений, с которыми мы работаем. В нашей клиентской базе присутствуют и автодилеры, и дорожное строительство, и другие представители этого сегмента. И здесь мы гораздо лучшие специалисты, чем многие наши коллеги. Но топ-200 нам не светил, останься мы отраслевым банком!

Нам пришлось вводить новые продукты, выходить на новые отраслевые рынки в конечном счете «РосДорБанк» имидж сформировал заново.

Мы достаточно гибко и естественно меняем стратегии развития, интегрируясь больше в одну или в другую отрасль вместе с изменениями в экономике в целом. В каких-то направлениях мы лучше специализируемся, обслуживаем и ретейл, и сельское хозяйство, малые и средние предприятия. Для нас все клиенты хороши. И в этом сегодня главный вектор нашей бизнес-стратегии. Мы ориентируемся в первую очередь на самого клиента. Клиент и его бизнес-задачи значат для нас больше, чем отрасль, в которой он работает. Сегодняшний имидж «РосДорБанка» — надёжный корпоративный банк с давней историей.

— Ваша позиция — корпоративный банк. Означает ли это, что у вас нет розницы в принципе, или розничным клиентам вы также рады?

А. В.: Банк — корпоративный, и мы действительно не хотим идти в розницу. Несмотря на то, что банк обладает всеми необходимыми розничными продуктами, карточной линейкой, неплохим «банк-клиентом» и другими любимыми продуктами для физических лиц тем не менее мы считаем, что наш приоритет — это корпоративный клиент. А розничные продукты в рамках корпоративной стратегии мы предоставляем акционерам, топ-менеджменту и сотрудникам компаний, которых мы обслуживаем.

Стратегия «удержать клиентов и дать им максимальный набор услуг» присутствует в маркетинговой политике практически всех банков. Все у нас сегодня клиентоориентированные, трудно удивить чем-то рынок…

Успех любого банка напрямую зависит от глубины его взаимоотношений с клиентами. Согласно второму закону Ньютона, если вы хотите получить ускорение в нужном направлении, то нужно или прикладывать больше усилий к постоянному занятию, или изменить направление самого вектора деятельности. Конечно, банк предельно полно стремится удовлетворить потребности наших корпоративных клиентов и расширить пакет услуг, что также работает на репутацию «РосДорБанка» на рынке… Но всё же мы идём своим путём. Нельзя бездумно расширяться и разрабатывать новые продукты до бесконечности. Есть определённые ограничения — людские, финансовые, временны́е. Мы в первую очередь банк, а не клуб по интересам. Хотя клубная составляющая у нас присутствует. Мы отталкиваемся от интересов клиентов: просчитали, что является для корпорантов главным, и определили приоритеты работы с ними. В рамках этих предпочтений разработали программы лояльности и финансовые продукты. Предложили условия, в чем-то равные нашим конкурентам, в чем-то и превосходящие аналогичные предложения. У кого-то технологичность ставится во главу угла, мы также предлагаем нашим клиентам удобные пользовательские сервисы, без развития IT-технологий сегодня нельзя обойтись. И это тоже составляющая имиджа «РосДорБанка» — наличие удобных для клиентов сервисов

— Кстати, о технологиях. Вы имеете специальное образование инженера-математика (а это как диагноз). Логично сделать предположение, что именно вы в банке отвечаете за IT. Если раньше говорили, что тот, кто владеет информацией — владеет миром, то сейчас в борьбе за мир победят технологии. Вы готовы к борьбе?

А. В.: В общественном сознании виртуальный образ банковских IT-технологий — это супермощный компьютер. На самом деле информационные технологии не просто какая-то программа, которая работает, что-то делает, это большой бизнес-процесс, комплекс, в котором задействованы и компьютеры, и люди, и технологии, и клиенты. Поэтому, когда мы говорим про IT-технологии, то не надо их понимать очень условно, как чисто компьютерные технологии. Это разные вещи. Нельзя поставить программу и считать, что все сразу же заработает. Надо понять, как и что удобно клиенту, отразить это в софте, сформировать отношение сотрудников к работе с новым сервисом, выстроить систему контроля, решить множество других задач. С другой стороны, надо понимать, что в недалёком будущем банк — это записи на счетах. Это предполагает повышенные требования к безопасности электронных каналов связи, и выиграют те банки, доверие к которым будет расти. Мы идём именно этим путём. Сначала мы работали на создание имиджа РосДорбанка, сейчас уже репутация «РосДорБанка» работает на нас.

— От прозрачных файликов начала 90-х, куда складывались платежки, до современных банковских программных платформ и продуктов прошло не 25 лет, а целый технический век. Технологии «рулят». Но как можно предложить что-то более технологичное, чем программы «Сбербанка» или «Тинькофф Банка»?

А. В.: Понятно, что на текущий момент «Сбербанк» является «номером 1» на рынке IT-технологий страны и занимает нишу около 10%. По данным аналитиков, в 2014 г. «Сбербанк» вложил в развитие IT 65 млрд руб. В эту сумму входят проектные бюджеты, инвестиции в центры обработки данных и в IT-инфраструктуру. Количество IT-специалистов в Сбербанке превышает 10 тыс. человек, создана специальная «дочка» — «Сбербанк-технологии». Так что о конкуренции здесь говорить не приходится. Но при этом надо понимать, что действительно мир технологически изменяется очень быстро.

Приходят новые виды бизнеса, создаются новые софты и сервисы. По моему личному убеждению, если бы не было такого жёсткого регулирования в банковской сфере, такого надзора со стороны регулятора, банкинг остался бы, а вот банков бы не стало. Эту нишу заняли бы Google и Apple. Они уже инвестируют в развитие банковских продуктов.

Если говорить о нас, мы не вкладываем огромные деньги в развитие новых технологий. Не делаем то, что делают технологические гиганты. Мы смотрим, какие есть лучшие предложения на рынке, берём уже апробированные приложения, которые используют другие банки, немного корректируем, делаем чуть-чуть лучше и предлагаем нашим клиентам.

— Эта тактика мне напомнила историю создания нашей ядерной бомбы. Сначала мы посмотрели, что есть на рынке, потом использовали американскую технологию, потом сделали свою бомбу на этой базе, но в 2 раза меньше, в 2 раза легче и в 10 раз мощнее.

А. В.: Я не хочу себя приравнивать к Андрею Сахарову, но и у него, и у нас получилось. Ведь можно использовать чужую технологию, а конечный результат будет плачевным. Нужно знать свой потенциал как банка, потенциал сотрудников и возможности партнёров, которые работают исключительно в сфере банковских технологий — тот же Diasoft. И нужно правильно внутри банка выстроить процесс создания и внедрения любой технологии. С одной стороны, понять, что на самом деле удобно и нужно клиенту, и с другой — правильно оптимизировать бизнес-процессы. Любая технология должна быть внедрена быстро, качественно, с минимальными рисками и с учётом требований Банка России.

— Да, всё упирается в регулятора. Совсем недавно прошли ежегодные встречи банкиров с руководством Банка России. Тема встречи в «Бору» и на последующем съезде АРБ одна — как быть и что делать? Надо ли внедрять Базель, спасать проблемные банки и вообще кого-то спасать?

А. В.: Моё личное мнение: политика регулятора не может сейчас быть другой. В «Бору» говорили об отсрочке наступления часа «икс» для банков, которых могут вытащить акционеры, которые могут применить механизм самосанирования. Важно понимать, какой капитал имеет банк. Конечно, если капитал положительный и нормальная ликвидность баланса, надо банк спасать. И любой регулятор, любой надзор пойдёт навстречу, если только это временные трудности, а с ликвидностью действительно могут быть временные трудности. Но если он видит, что капитал отрицательный, то понятно, что сделать уже ничего нельзя. И конечно, мегарегулятор никогда не согласится на санирование криминального банка.

Разумеется, возникают проблемы в правильной трактовке банками понятия ненадлежащих активов. И, хотя всех нельзя привести к одному знаменателю, все же Банк России планирует выпустить разъяснение — что является надлежащими активами.

Что касается внедрения Базеля. Да, нужно идти в ногу с мировыми тенденциями и понимать, что кризис и санкции рано или поздно закончатся, а интеграция с мировым финансовым сообществом останется. Иногда эти процессы надо ускорять, иногда замедлять, но сама тенденция правильная. Вопрос в том, насколько быстро к этим вещам подходить. Наверное, в сегодняшней ситуации спешить не надо. А некоторые нормы действительно закручивают гайки.

— Тренд на девалютизацию коснулся «РосДорБанка»?

А. В.: Конечно, коснулся. Он коснулся всех банков. Соответственно мы ещё более жёстко подходим к выдаче валютных кредитов. По физическим лицам с 1 апреля коэффициент — 300, по юридическим лицам, если у них соответствующей выручки нет, — 130. Мы понимаем, чего ЦБ РФ хочет, к чему это приведёт — ставки по валютным вкладам упадут до минимальных значений. Возможно возникновение ситуации, когда физические лица пойдут в банки других стран, например, Беларуси.

А вообще, согласно третьему закону Ньютона, действию всегда есть равное противодействие, иначе взаимодействия двух тел друг на друга между собою равны и направлены в противоположные стороны. Так и банки с регулятором. Можно придумывать разные схемы и не спать по ночам, а можно, как у нас: исключить все негативные для бизнеса последствия, развивать новые технологии, работать на имидж «РосДорБанка» и стать банком из ТОП-100. У нас это пока получается.

Оцените статью:1 - плохо, не интересно2 - так себе3 - местами интересно4 - хорошо, в общем не плохо5 - супер! так держать! (1 голосов, среднее: 5,00из 5)
Loading...

Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Спецтемы:


Top