Власть любой ценой: Реальная история китайца Цзян Цзэминя. Глава 18



Похотливый правитель занимается любовницами, негодяи правят, деспотизм не контролируется. Темные делишки Цзян Цзэминя и его любовниц долгое время были предметом сплетен, как в официальных кругах, так и среди общественности. Тогда, в 2002 году, к сильному возмущению Цзяна, в городе Шаодун, провинции Хунань, вышла ошеломляющая книга с названием «Первая леди Сун Цуйин». Несмотря на то, что выход книги повлек за собой аресты десятков людей, детали личной жизни Цзяна появились на свет.
1. Г-жа Сун Цуйин
Среди всех любовниц Цзяна, Сун Цуйин было уделено больше всего внимания.
«Когда тебе будет нужно — приходи повидаться с большим братом»
Сун Цуйин, дочь бедного Мяо, этнически принадлежащая к западу провинции Хунань, была случайно выбрана для продолжения учебы в Центральном Национальном Университете, на факультете музыки и танца. Благодаря другому случаю, по китайскому национальному каналу CCTV в 1991 показали ее дебютное выступление на концерте, посвященному китайскому Новому году, где она скромно исполнила песню: «Маленькая корзинка на спине». Хотя песня не произвела на публику сильного впечатления, хорошо накрашенная Сун Цуйин выглядела ослепительно. Во время этого представления, ею заинтересовался Цзян, годившийся ей в дедушки.
Позднее, Цзян переместил г-жу Сун в Ансамбль песни и танца политотдела Военно-морского флота КНР, где она стала ведущей исполнительницей. В прошлом, командующему и секретарю партии Военно-морского флота было трудно застать Цзяна, но теперь ситуация изменилась. Цзян стал часто заходить в отдел народного Военно-морского флота, чтобы посмотреть представление. Каждый раз, когда он присутствовал, в программу обязательно должно было быть включено выступление г-жи Сун.
В конце представления, Цзян подходил к сцене, чтобы пожать руки выступающим, но когда он сжимал руку Сун, казалось, он не хотел ее выпускать. Он так пристально смотрел на нее, будто хотел проглотить. Постепенно люди что-то прознали, поэтому каждый раз, как приезжал Цзян, они специально ставили ее выступление предпоследним в программе. В добавление к этому, они всегда высказывали внимание к ее условиям жизни и социальному положению.
Один раз, пожимая ее руку в конце программы, Цзян украдкой вложил ей в руку записку. Сун не осмелилась сразу открыть ее перед толпой народа, поэтому положила в карман. Вернувшись домой, она прочитала: «Приходи к большому брату, когда будет нужно. Большой брат поможет разрешить любую проблему». «Большой брат» был никто иной, как Цзян. Позднее, когда к Сун пришел успех, она как-то небрежно передала эти его слова другим.
Чтобы защитить свои тайные отношения с Сун от внешнего вмешательства и освещения, Цзян попросил Сун развестись с мужем. После развода Сун жила в гостинице политотдела Военно-морского флота. По ночам Цзян часто встречался там с ней. Он приходил тайно, предприняв меры безопасности, и никто извне не мог и близко к нему подойти. Также, каждый раз, как приходил Цзян, на его машину прикреплялся новый номерной знак, чтобы никто не мог определить, что это его машина. Как только Цзян выходил из машины, он сразу шел в комнату Сун. Гляля на все эти встречи Цзяна с Сун, служащие гостиницы притворялись, что ничего не видят, и испытывая внутри отвращение. Позднее, один из старших руководящих кадров партии, из чувства приличия доложил о любовной связи между Цзяном и Сун своему начальнику, но в результате за этим чиновником установили наблюдение, телефон поставили на прослушку.
Разница в возрасте между Сун, которая родилась 1 августа 1966 года в области Гучжан, провинции Хунань, и Цзяном, который родился 26 августа 1926 года в Янчжоу, провинции Цзянсу, составляла полных 40 лет. С точки зрения возраста, Цзян годился Сун в дедушки. Поэтому бывшему мужу, так называемому «старшему брату», Луо Хао, была оставлена очень странная роль. Когда бы журналисты ни брали интервью у Сун, бывший муж Сун, должен был присутствовать, но ему не разрешалось говорить с репортерами. Сун оставляла его в другой комнате.
Красная карточка Чжуннанхай
Сун Цуйин наслаждается несравненной привилегией выступать или наблюдать трансляцию своих выступлений на CCTV (государственный канал). Она сама решает, какие песни ей петь, и никто, ни режиссеры, ни главы отделов на CCTV, или даже центральное Министерство пропаганды, не могут ничего ей сказать. Цзян также попросил CCTV не перемещать камеры на чиновников (как это обычно делается), во время выступления Сун, чтобы сохранить логическую последовательность ее выступления.
Весной 2002 года, Сун отправилась в один город провинции Сычуань на шоу, специально организованное в ее честь. С одобрения Ю Сигуэй, директора Центрального охранного бюро, Чжоу Юнкан, тогда министр общественной безопасности, а теперь секретарь партии провинции Сычуань, предоставил Сун высочайшую степень безопасности – такую, которая обычно доступна только национальным лидерам, выше звания Заместителя государственного секретаря. Разумеется, то было распоряжением Цзяна.
Представление проходило в гимназии, которая вмещает до 50-ти тысяч зрителей. Все места были заняты, так как всем хотелось посмотреть на любовницу Цзяна. Среди номеров Сун, была народная песня провинции Хубей под названием «Мелодия лодки-дракона». В стихах этой баллады содержится диалог: “Я, молодая девица, хочу пересечь реку. Кто меня перевезет через реку?” Когда она дошла до этого места, тысячи людей в зале рядом со сценой единогласно ответили: “Дед Цзян перевезет тебя!” Сун смутилась, но не могла остановить представление, так как десятки тысяч людей заплатили за билеты, чтобы послушать, как она поет. Поэтому ей ничего не оставалось делать, как продолжать петь. Когда она дошла до второго куплета, ей пришлось повторить: “Я, молодая девица, хочу пересечь реку.
Кто меня перевезет через реку?” И снова тысячи людей в зале громко ответили: “Дед Цзян перевезет тебя!” Вернувшись в гостиницу, она рыдала до покраснения глаз. На следующий день Сун улетела обратно в Пекин, чтобы пожаловаться Цзяну. Цзян был разозлен, и приказал секретарю партии того города провинции Сычуань тщательно расследовать это происшествие. Однако секретари партии уже научились хитрить, будучи чиновниками. Они не хотели обижать людей из-за такой мелочи, поэтому несколько дней спустя, в специальный отдел Центрального правления, занимающимся этим делом, пришел ответ, где сообщалось, что, хотя телевизионная станция транслировала это прямым эфиром, все камеры в этот момент были направлены на сцену, а не на зрителей, поэтому «бунтовщиков» отследить не представлялось возможным. Поэтому из этого инцидента, ничего так и не вышло.
Согласно хорошо осведомленным людям, у Сун с собой всегда была красная карточка, которая позволяла ей свободно входить в Чжуннанхай (здание правительства). В целом такая карточка присваивается только чиновникам званием выше министра. Даже директор CCTV в звании заместителя министра, не имел такой карточки. В 1997 году, одна певица из другого ансамбля была отправлена с Сун в звукозаписывающую студию CCTV. В машине та певица случайно открыла отдел для перчаток, где неожиданно обнаружила красную карточку Чжуннанхай.
Вскоре эта история распространилась внутри ансамбля политотдела китайской Народной освободительной армии, из-за чего отдел литературы и искусства и телекоммуникаций провели многочисленные встречи работников, с требованием к задействованному персоналу — «не производить, не распространять и не верить» слухам. Они дошли даже до того, что наложили на всех требование политической дисциплины, согласно которым все работники должны молчать. Та певица была уволена и отправлена назад в Тяньцзинь. Тем не менее, все-все прекрасно знали, откуда у Сун была красная карточка.
Интернет ультиматум
Уже к 1998 году слухи о любовной связи Цзяна с Сун так широко распространились в Пекине, что практически все знали об этом. Чтобы скоротать время в пробках, об этом часто болтали водители такси с пассажирами.
Однажды, в 2001 году, Чжао Ань, бывший директор Отдела литературы и искусства CCTV, и имеющий долгий стаж работы директором Весеннего фестиваля, гала-концерта CCTV, пригласил несколько известных певиц, включая Сун Цуйин, на ужин в ресторан Цуаньцзяфу. За столом Сун с энтузиазмом болтала о своих любовных приключениях с Цзяном, а Чжао Ань секретно записал ее. Позднее рукопись этой записи была раскрыта его соратником, либреттистом Чжан Цзюньи. Основываясь на содержании этой рукописи, Чжан отправил более двухсот анонимных писем различным государственным агентствам, юридическим и дисциплинарным отделам и соответствующим главам, чтобы раскрыть Чжао Ань и Сун за их «клевету на руководство». Однако по приказанию Цзяна, самого Чжан Цзюньи позднее арестовали, обвинив его во взяточничестве, вместе с Чжао Ань его приговорили к тюремному сроку. Чжан Цзюньи получил шесть лет, тогда как Чжао Ань получил срок в десять лет.
Позднее, на XVI-м заседании конгресса, Цзян выдвинул особое предложение, которое давало ему возможность сохранить власть в качестве Председателя Центральной военной комиссии (ЦВК). Это раздражало простого члена партии, ученого Лю Цзяпина и он раскрыл скандал между Цзяном и Сун. Чтобы заблокировать утечку информации, Цзян отреагировал на это и Цзяпин был арестован в своем доме 23 февраля 2004 года.
На следующий день появился интернет-ультиматум, предупреждающий Цзяна, что существует «профессиональное» аудио и видео свидетельство о его секретных встречах с Сун. Если Цзяпина не освободят на следующий день, эти диски будут выпущены как в Китае, так и за границей. До этого инцидента, в интернете крутилось порнографическое видео, показывающее сексуальные игры чиновника из Тайваня. Такое предупреждение очевидно наводило на мысль, что кто-то из противников Цзяна мог иметь чрезвычайно позорные порнографические свидетельства.
Ко всеобщему удивлению, Лю Цзяпина освободили в тот же день. Однако после того, как инцидент с видео дисками был улажен, Цзян снова задержал Лю Цзяпина в городе Хунань, чтобы засадить его окончательно.
Сун продолжала свое звездное восхождение, став певицей государственного уровня, «на государственном содержании», которое ей назначил Государственный совет. Она также стала членом Политической совещательной ассоциации, членом исполнительного комитета Всекитайской федерации женщин, членом Национальной федерации молодежи и управляющим директором Музыкальной ассоциации Китая.
Национальный большой театр
Чтобы порадовать Сун Цуйин, Цзян не жалел никаких средств из государственной казны. Когда Сун выказала желание дать сольный концерт в Сиднее, Цзян немедленно ассигновал десятки миллионов юаней для Военно-морского флота, чтобы использовать их на раскрутку Сун в Австралии. Людям было странно, что вокальное сопровождение было исполнено не китайцами, которые даже не могли правильно произносить китайские слова. К тому же, используемые музыкальные инструменты были западного происхождения, не смотря на то, что Сун – исполнительница народных песен, которые требуют аккомпанемент народных китайских инструментов. Только она, одна единственная на сцене была китаянкой на концерте китайской народной музыки, в то время как все остальные были западного происхождения. Концерт оказался ни западным, ни китайским, отчего у публики было ощущение, что этот концерт — «ни рыба ни мясо».
Организатор Чемпионата мира по футболу ФИФА 2002 года в Корее попросил Китай пригласить известного исполнителя для выступления на открытии церемонии и «так получилось», что была отправлена Сун, которую принимающая сторона считала второсортной певицей. К удивлению Китая, Корея оплатила выступления всех звезд, выступивших на церемонии, Сун же, не получила ни копейки.
Однажды Цзян заплатил более 10 миллионов юаней, чтобы помочь Сун оплатить ее первую подборку песен на CD, которая вышла в продажу в канун Китайского нового 2002 года. Но самым большим подарком, посредством которого Цзян добился полного расположения Сун, стал Большой национальный театр.
13 декабря 2001 года, Новостное агентство Синьхуа объявило о начале постройки Национального большого театра, который должен был быть расположен к западу от Большого народного зала. Он занимает территорию в 118 900 квадратных метров и расположен на месте постройки в 149 500 квадратных метров. Общая сумма, затраченная на существенную долю проекта составляет 800 миллионов юаней, и оплачена Пекином. Эта часть будет завершена лишь через четыре года. В добавление к тем расходам, перед окончанием проекта было затребовано еще 300 миллионов юаней. Окончательная стоимость проекта оценена в 3,8 миллиарда юаней – сумму в два раза превышающую дотации на «Проект Надежда», как из Китая, так и из заграницы за последние пятнадцать лет. Эта сумма могла бы помочь оплатить образование пяти миллионам бедных студентов. С самого начала этот проект погряз в вопросах и спорах.
C какой стороны не посмотреть, нет ни одного эксперта, которой бы поверил в необходимость построения Большого национального театра. Все они сильно противостояли и противодействовали этому проекту. Ученые хотели узнать, откуда такая необходимость тратить 3 миллиарда юаней на постройку такого огромного здания для развлечений, когда даже основные нужды в еде и жилье безработных в Китае не могут быть гарантированы. К тому же, ответственный по проекту был француз по имени Поль Андрю (Paul Andreu), который раньше никогда не проектировал театры. На самом деле, 23 мая 2004 года, произошел роковой случай на крыше нового терминала 2Е в аэропорту Шарля де Голля, который был спроектирован под руководством Андрю.
Этот несчастный случай привел к смерти шести человек, и большое количество людей получили травмы. Кабинет прокурора в Париже высказался 29-го мая 2004 года, что Поль Андрю, который являлся главным архитектором, ответственным за проектирование терминала в аэропорту Шарля де Голля, подозревался в вовлечении в мошенничество с целью выиграть конкурс на строительство Большого национального театра в Пекине. Французские власти начали предварительное расследование в этой связи в июле 2003 года.
Как указывают эксперты в области архитектуры, с точки зрения культуры, Большой театр дает ощущение огромного НЛО, населенного инопланетянами, которые приземляются прямо напротив Чжуннанхай. Не читая никаких отчетов о строительстве, люди могут сразу признать, что это строительство является огромной ошибкой и преградой, так как полностью выбивается из традиционной культуры Пекина, древней столицы шести династий китайской истории.
В добавление к этому, существует много вопросов относительно его практичности. Майкл Кикланд, член Королевского архитектурного института Канады, прокомментировал этот проект, как отказ от всякого архитектурного языка и основных научных принципов; это должно было быть функциональным зданием, но дизайнер отнесся к нему как к произведению искусства, что явилось большой ошибкой. Изолировав верх, который выглядит как крышка и, вложив комнаты в комнаты, очень сложно поставить хоть какую то большую сцену, которая требует огромного пространства, как в ширину, так и в высоту. Некоторые прокомментировали практичность этого проекта, сравнив ее с открыванием зонта в помещении, и с ощущением нахождения в коконе. В результате, пришлось уйти на шесть-восемь этажей вниз — действительно абсурдный дизайн.
Архитектурный обзор: самый известный мировой журнал по архитектуре, в своем декабрьском издании за 1999 год, назвал этот театр «насилие». В статье проект Поля Андрю подвергся критике и был саркастически назван «отличный эпидермис его пузырька». [1] «Огромный сверкающий пузырек сидит как медуза посередине своего пруда: составляя еще одну добавку к зверинцу построений, которые формируют центр города».

С высоты птичьего полета, театр похож на гигантский плевок, но Цзяну, по сообщениям, понравилось это здание. Роберт Лоренс Кун в своей книге: «Человек, изменивший Китай: Жизнь и наследие Цзян Цзэминя» написал: “С южного конца Чжуннанхая, где Цзян любил наблюдать за луной и ее отражением в Южном озере, можно посмотреть вдаль через воду и увидеть восхождение здания, от которого захватывает дух”. [2]

Чтобы попасть в театр, по замыслу Поля Андрю, необходимо пройти под озером, по туннелю длиной в сто метров, а затем снова подняться. Для китайцев такой путь можно сравнить только с прохождением по огромной могиле.

Большой национальный театр был окружен и другими проблемами, такими как «световое загрязнение» (от уличной рекламы), большие расходы на уборку и поддержания здания, ежемесячный счет в 4 миллиона юаней и другие. Китай в настоящее время жутко нуждается в электричестве. 140 ученых из Китайской академии наук и Китайской академии машиностроения, как 140 известных архитекторов, проектировщиков и инженеров представили несколько совместных писем китайскому Центральному правлению, с призывом отказать в доверенности Полу Андрю в проектировании Большого национального театра.

Цзян никак не отреагировал на мнение ученых. Возможно, на первом месте для него было порадовать свою любовницу Сун. Он был полон решимости в желании быстро завершить постройку. Некоторые люди относились к этому с заметной долей сарказма и называли театр «Большой национальный бордель». [слова «театр» и «бордель» схожи по звучанию на китайском языке, так как театр – цзю юань, а бордель – цзи юань.]

С другой стороны, Сун очень старалась защитить распоряжения Цзяна, чтобы отплатить ему. Ее выбор песен всегда содержал стихи, которые восхваляли компартию Китая и Цзяна. Например, «Хорошая жизнь», «Становится лучше», «Руководитель, который продлевает наследие и продвигается в будущее», «Вечно следуя за тобой» и т.д.

Руководство центрального и местного правления Китая не меньше старались угодить Сун, поскольку они очень хорошо знают, что это будет вознаграждено еще больше, чем напрямую угождать Цзяну. Адмиралы Военно-морского флота чрезвычайно сильно защищали молодую «воительницу» Сун, и были очень внимательны к ее нуждам. Однажды Сун и танцевальная группа Военно-морского флота собирались развлечь и приободрить флот в Тибете. Когда высокопоставленный чиновник увидел имя Сун в списке, он заявил: «Сун не поедет в Тибет. Высокие равнины Тибета известны своей низкой температурой и суровым климатом. Если с ней что-нибудь случиться, мы не сможем смотреть в лицо Генеральному секретарю [компартии Китая – Цзяну]».

2. Г-жа Ли Жуйин

Сун Цуйин определенно не единственная любовница Цзяна. Сун привлекла больше внимания и вызвала больше слухов китайцев, так как она соблазнительна и кокетлива. В Китае есть такой популярный напев о Цзяне и его внебрачных увлечениях, который рифмуется на слог «ин»: «Оставь сову дома. Путешествуй с Ли Жуйин. Послушай, как песни поет Сун Цуйин. [на китайский «сова» переводится как «мао-тоу-ин»]. В этом напеве говорится о трех женщинах в жизни Цзяна.
Совой называют жену Цзяна, г-жу Ван Чжипин. Эта женщина давно уже не молода, и не красива, к тому же страдает от многих хронических заболеваний. Цзян брал ее во все заграничные путешествия, просто чтобы показать, что он не бросает женщину, на которой женился, когда он ушел в тень, но правда состоит в том, что он едва ли мог сдержать отвращение. В 2002 году Цзян с женой были приглашены посетить ранчо президента Буша в Кроуфорде, Техас.
Г-н и г-жа Буш вышли поприветствовать пару, но как только Цзян вышел из машины, он сразу направился к дому, оставив Ван Чжипин позади. Г-н и г-жа Буш тогда сразу любезно направились к покинутой г-же Цзян. Западные журналисты быстро запечатлели вульгарное поведение Цзяна. До введения правил компартии, Китай считался страной с культурными традициями поведения и манерами. Отсутствие достоинства и общественной обходительности, принесло дурную славу китайцам на международной арене. Это ужасное оскорбление китайцам по всему миру.
«Битва» любовниц в Чжуннанхае

До того, как Цзян встретил Сун Цуйин, в любовницах у него была замужняя женщина, диктор новостей CCTV, Ли Жуйин, которая хоть и выглядит достаточно обычно, но известна, как чрезвычайная подлиза. Она ответственна за освещение ежегодных политических консультативных конференций. В течении нескольких лет, Цзян брал Ли с собой во все путешествия заграницу. Во время тех путешествий она работала в качестве полевого журналиста днем, а ночью в качестве его наложницы. Однажды она брала интервью у Цзяна во время заграничного путешествия, отснятый материал был показан в вечерних новостях по CCTV. Интервью вызвало шквал сплетен в Китае, поскольку Ли Жуйин вела себя так, будто заигрывала с Цзяном.

Ли была диктором новостей на CCTV с 1986 года. До 4 июня 1989 года, когда на площади Тяньаньмэнь произошла резня студентов, СМИ Китая единогласно поддерживали происходящее. Ли говорила как демократичный адвокат, как женщина справедливая и праведная. Но как только компартия Китая ввела военное положение, и подавило студенческое движение, Ли Жуйин изменила свое мнение, эхом отозвалась на линию партии и осудила студенческое движение. В то время, два новых диктора, г-н Ду Сян и г-н Сюэ Фэй отказались прославлять диктатуру компартии Китая посредством силы СМИ. Когда Ду сообщил новости о резне студентов по телевидению, слезы застыли в его глазах. Позднее оба из них были уволены из CCTV. Ли Жуйин, с другой стороны, продолжила работать в качестве рупора партии. Из этого происшествия и стала очевидна беспринципность ее характера.

После того, как Цзян сунул в руку Сун записку с текстом: «Приходи на встречу с большим братом, когда тебе нужно. Большой брат может помочь разрешить все что угодно», она начала вести себя, как важная персона, поскольку знала, что за спиной у нее стоит Цзян. Однажды, до путешествия Цзяна по юго-восточной Азии, она подошла к Цзяну в Чжуннанхай в то время, как он был с Ли. Сун припугнула Цзяна тем, что она может покончить жить самоубийством, если Цзян не выставит Ли, и не пообещает ей никогда не встречаться с Ли, никогда не брать ее с собой заграницу в качестве журналиста. Сун, как говорят, поставила Цзяна перед ультиматумом: «Ты не можешь встречаться с нами обеими. Выбирай!» По утверждению, Цзян дал Сун свое молчаливое согласие во время той вспышки гнева. Узнав, что проиграла, Ли разрыдалась и выбежала из помещения. С тех пор, Ли никогда не видели с Цзяном в путешествиях заграницу, как и не позволяли ей вести новости о Цзяне на CCTV.

Во время перевыборов Заместителя Главы и Секретаря на Китайском народном политическом заседании советов в 2003 году, член комитета подал избирательный бюллетень за Сун. Когда ведущий прочитал: «Один голос за Сун Цуйин», все члены совета разразились смехом. Стало еще более забавно, когда ведущий прочитал текст бюллетеня: «Голос за Ли Жуйин». Все члены совета подмигивали и смотрели друг на друга, показывая, что они все знают. Они знали, что Заместитель Главы и Секретарь уже были предопределены и выборы были устроены только ради показухи, поэтому они решили, почему бы не посмеяться над сексуальным скандалом Цзяна.

3. Г-жа Чень Чжили

Среди любовниц Цзяна, Чень Чжили была самой преданной и занимала самую высокую должность в коммунистическом правительстве Китая.

Отвратительная политическая и вдобавок еще сексуальная связь

Сразу после «культурной революции», Чень Чжили стала работать в Шанхайском институте керамики (ШИК) китайской Академии наук. Так сложилось, что старший сын Цзяна – Цзян Мяньхэн также работал в ШИК. После того, как Цзян был назначен Секретарем городского комитета города Шанхай (похоже на должность мэра), Цзян Мяньхэн представил своему отцу Чень. Цзян и Чень сразу нашли общий язык. В 1988 году, Чень быстро продвинули на важную должность Министра пропаганды Шанхая. Ее внезапное повышение из неизвестности, вызвало суматоху в шанхайском городском комитете, так как все члены комитета знали, что она получила повышение из-за сексуальных пристрастий Цзяна.

Инцидент с изданием «Всемирный экономический вестник» (World Economic Herald) был центральной точкой студенческого демократического движения 1989 года. Старшее высшее руководство компартии Китая, которое настаивало на запрете движения силой, позднее утвердило Цзяна в качестве следующего председателя компартии Китая, потому что он уладил инцидент с изданием «Всемирный экономический Вестник». Чень также вела себя жестко в этом отношении.

Когда Цзян отправился в Пекин в 1989 году, Генеральный секретарь компартии, Чжао Цзыян, жестко раскритиковал Цзяна за его неудачу в работе с репортажами издания «Всемирный экономический Вестник». Цзян почувствовал наступление беды, но Чень сразу сказала ему: «Если Центральное правление хочет кого-то наказать [за инцидент с изданием «Всемирный экономический Вестник»], я возьму на себя всю ответственность». Этот случай продемонстрировал полную лояльность Чень к Цзяну. После Резни на Тяньаньмэнь, произошедшей 4 июня, Чень приказала уволить всех сотрудников издания «Всемирный экономический Вестник» и запретить тем репортерам когда-либо заниматься журналистской деятельностью. Когда редактор газеты Цин Беньли находился при смерти, Чень лично приходила к его смертельному одру и объявила ему, что он был исключён из коммунистической партии, чтобы убедиться в том, что главный редактор, старший член партии, умрет не в мире и спокойствии.

Каждый член Шанхайского городского комитета в то время знал о внебрачной связи между Чень и Цзянем. В конце концов, Цзян добился репутации самого ужасного распутника из-за его скандальной сексуальной связи с г-жой Хуан Лимань в то время, как он был министром электрической промышленности, его вульгарное поведение, например когда он сунул в руку Сун Цуйин записку, так же как и его похотливое поведение при встречах с любой красивой женщиной, что было запечатлено иностранными журналистами. Факт в том, что внешне обычная Чень могла продержать их связь несколько декад доказывает то, что секс был не единственной причиной их связи. Это было еще и отвратительная политическая связь.

После того, как Цзян начал работать в Чжуннанхай, он хотел перевести Чень в Пекин и дать ей важную должность, но он не смог исполнить свое желание, так как бывший глава Организационного отдела, Сун Пин, и другие руководители компартии возражали. В 1997 году, когда Дэн Сяопин серьезно заболел и Цзян начал распоряжаться, у него в конечном итоге получилось привезти Чень в Пекин и назначить ее Председателем Комитета по образованию. На первой встрече Комитета по образованию, которую посетила Чень, она так страстно хотела опровергнуть свою скандальную сексуальную связь с Цзяном, что начала свою речь с того, что рассказала, насколько у нее счастливый брак и как она любит своего мужа. Члены Комитета были шокированы ее крайне сильным отклонением от темы обсуждения, и это сыграло противоположную роль, сделав ее неприличную связь с Цзяном еще более очевидной.

Разрушая систему образования Китая

В 1998 года Цзян назначил Чень главой Министерства образования, не смотря на тот факт, что у нее не было никакого опыта работы в сфере образования. Позднее ее продвинули на должность Государственного советника в Государственном департаменте, где она отвечала за образование Национальной и Освободительной армии.

В последние несколько лет Чень постоянно сталкивалась с опасностью импичмента. Однажды более тысячи двухсот преподавателей из более чем 80-ти университетов представляли объединенное письмо Центральному правительству, призывая к немедленной реформе ущербной системы образования. Ректоры несколько десятков университетов, включая самые престижные университеты Цинхуа и Пекина, назвали Чень кочующим послом Европы и Америки», потому что она не делала ничего, кроме того, что путешествовала по миру на деньги налогоплательщиков. Они постоянно и усердно просили отставки Чень.

Наконец, Чень сняли с поста, но перед тем, как деятели образования могли вздохнуть с облегчением, поступили еще более ужасающие новости: Цзян нарушил все правила и сделал Чень Государственным советником в Государственном отделе по образованию. Теперь она более не являлась Министром образования, а занимала более высокую позицию: Государственного советника. Когда 32-е группы представителей, посетивших XVI-й национально-народный съезд обсуждали список новых руководителей Государственного департамента, было заявлено, что 27 групп представителей и примерно 40 общин были против избрания Чень в качестве Государственного советника. Однако Чень стала Государственным советником в Государственном отделе, отвечающем за образование нации и Освободительной армии, потому что этого хотел Цзян.

Сфера образования должна быть чистой землей для развития будущих поколений китайских граждан, но Чень продвигала концепцию долгосрочного экономического вложения в образовательную систему Китая. В результате школы стали штамповать дипломы и без достаточных на то оснований, повышать цену за обучение. Бизнес подделки дипломов, также как и спрос на покупку дипломов постепенно стал нормой в Китае. Многие чрезвычайно не довольны «экономическими реформами» в образовательной системе Китая.

Согласно рабочим заседаниям Отдела контроля и отчету Инспекции ценовой политики Китая, отделы по контролю за школами на различных уровнях, включая многие престижные школы, незаконно взимали деньги, используя
разные уловки. Только за 2003 год было собрано 2,1 миллиарда юаней. Согласно официальной статистике правительства, система обязательного десятилетнего образования незаконно собрала 200 миллиардов юаней, а сбор денег школами стал самой распространенной жалобой за все последующие годы. Под руководством Чень, система образования Китая стала основной причиной для жалоб.
Образование — не просто сбор денег за преподавательскую деятельность. Оно имеет большое влияние на будущее нации. После того, как тот факт, что Цзян предал Китай, стал известен миру, Чень приказала изменить книги по истории Китая в декабре 2001 года, чтобы угодить Цзяну. В новой версии учебников по истории для вузов, Юэ Фэй и Вень Тяньсян из южной династии Сун больше не рассматривался, как патриот, а Ли Хунчжан – предатель династии Цин, рассматривался, как патриот. Даже перед лицом свирепой оппозиции, Чень перевернула факты и природу хорошего и плохого, чтобы сгладить предательство Цзяна, сдержать граждан от резкой критики.
Более того, Чень использовала образование, как важное средство сохранить режим Цзяна. Она начала промывание мозгов китайских студентов уже в начальной школе. Это стало широко известно за пределами Китая, что китайская компартия подстроила случай самосожжения на площади Тяньаньмэнь, чтобы разжечь ненависть против Фалуньгун и оправдать жестокое преследование этого духовного движения. Тем не менее, Чень приказала ученикам начальной школы и студентам вузов подписать петицию в поддержку политики Цзяна в преследовании Фалуньгун.
Поступая так, Чень распространила ложь, и посеяла семена ненависти в умах молодых студентов.В течении семи лет, когда Чень была Министром образования, она ни перед чем не останавливалась, чтобы разрушить уже недееспособную систему образования и отравить умы китайской молодежи. Из-за ее разлагающих образовательных реформ, качество образования продолжило падать, как и общий моральный облик учителей. Стало достаточно обыденным в университетах продавать дипломы и степени. 20% китайской молодежи не могут получить девять лет обязательного образования. Нравственный уровень студентов и старшеклассников скатился до такой степени, что секс с проститутками, азартные игры и списывание на экзаменах стало очень популярным. Чень управляет образованием, как бизнесом и продвигает продажу образования, как на рынке.
Обещание обязательного девятилетнего образования было едва ли реализовано, но теперь оно совсем исчезло из-за Чень. К тому же Чень подняла квоту на каждый университет и увеличила плату за обучение, чтобы повысить доходы. В результате, многим фермерам пришлось постоянно продавать свою кровь, чтобы оплатить образование детей. С другой стороны, Чень распределила очень мало ресурсов, чтобы снизить плату. Она также подбадривала преподавателей зарабатывать больше денег проводя исследования. В результате, преподаватели игнорировали студентов, из-за чего качество выпускников вузов стало ухудшаться.Тем временем, экономика Китая тоже падала, поэтому число безработных значительно увеличилось. Возможность найти работу уменьшилась, и было много людей, ищущих работу. Теперь уже можно часто увидеть, что выпускникам практически невозможно найти работу. Коррупция в образовании и академических исследованиях стало очень серьезной. Те, кто усердно учился, чтобы поступить в университет, платили большие деньги за обучение, но ничему не научались, а после этого не могли найти работу. Китайцы очень недовольны настоящей ситуацией в сфере образования. Люди даже распространили такое сообщение в интернете: «Чтобы успокоить народный гнев, убить такую женщину, как Чень Чжили – мало».Чтобы и в дальнейшем сохранить власть, Цзян хотел поставить преданных людей в свою фракцию на руководящую должность Центрального военного комитета. В 2003 году он назначил Чень в отделение Центрального военного комитета и вовлек ее в национальную оборону и военное обучение. Однако план сорвался во время переговоров с Постоянным комитетом Политического бюро Центрального комитета компартии, поскольку наткнулся на яростные дебаты. Одиннадцать членов проголосовали против ее номинации или не отдали ей свои голоса. Многие руководители высокого ранга в китайской армии презирали Чень и называли ее за спиной «сука Чень».
4. Г-жа Хуань Лимань
Хуан Лимань – одна из любимых любовниц.
Сексуальные рандеву в офисе
Хуан Лимань из Цицикара, провинции Хэйлунцзян. Она закончила Харбинскую военно-инженерную академию. Хуан не преуспевала в учебе, но, не смотря на обычную внешность, она была известна своей сексуальной привлекательностью. Бывший одноклассник вспоминает: «Ученикам разрешалось танцевать с противоположным полом, учась уже в средней школе, и многие мальчишки боролись за танец с Хуан. Даже один из учителей Харбинской военно-инженерной академии имел отношения с Хуан. Его жена узнала об этом и закатила сцену. Учитель в конечном итоге был за это наказан».В начале 80-х, Цзян был министром электронной промышленности, когда Хуан устроилась на работу в кабинет министра. Как вспоминают коллеги по работе, Хуан сногсшибательно одевалась, и каждый день сильно красилась. Сильный до отвращения запах французских духов, и цокание высоких каблуков всегда преследовал и оповещал сотрудников о ее приходе. Цзян же расплывался в похотливой улыбке. Организации компартии Китая позволяли себе час сна после обеда. Каждый такой час Хуан проникала в кабинет министра Цзяна. Коллеги слыша, как в это время кабинет министра запирается, загадочно обменивались улыбками.Однажды Центральное правительство Китая доставляло Цзяну важный документ. Посыльный знал, что происходит внутри кабинета, поэтому он не осмелился нарушить удовольствия Цзяна. У него не было выбора, как только ждать больше часа около двери. Через какое-то время после звонка, оповещающего окончание часа для сна, Хуан, наконец, вышла из кабинета Министра, в растрепанном виде. Только после этого посланник смог войти в кабинет и доставить срочный документ. Позднее Цзян стал мэром Шанхая благодаря помощи Ван Даоханя. До того, как он покинул министерство в Пекине, он сделал Хуан заместителем председателя кабинета правления Министерства электронной промышленности. Вскоре после того, как Цзян прибыл в Шанхай, в доме Хуан была установлена прямая линия для связи с Шанхаем.Руководство компартии на уровне министров, отделов и департаментов не должны платить за свои междугородные и международные разговоры. Однако телефонные счета Хуан были исключительно большими. Следовательно, Отделу финансов министерства электронной промышленности пришлось их проследить. В конце концов, телефонное бюро подтвердило, что большинство междугородних звонков были сделаны в Шанхай и практически каждый звонок длился более двух часов. Любовную связь между Хуан и Цзяном больше уже невозможно было скрывать от ее мужа, и он решил развестись в суде. Цзян, как говорят, поспешил в Пекин, чтобы переговорить с мужем Хуан. Есть мнение, что они пришли к соглашению, так как муж переехал в Шеньчжень и устроился на работу в компанию, занимающуюся электроникой, в то время как Хуан осталась в Пекине наедине для удовольствия Цзяна, в те дни, когда он приезжал отчитываться руководству в Чжуннанхай.

Хуан порождает проблемы и распоряжается в Шеньчжене

После резни на площади Тяньаньмэнь в 1989 году, Цзян перевел Хуан в Шеньчжень. В начале лидеры компартии в Шеньчжене недооценили ее влияния, но зная о ее любовной связи с Цзяном, назначили на должность Помощника Генерального секретаря городского комитета Шеньчжень, позиция, которая не имела реальной власти. Хуан пожаловалась об этом Цзяну, попросив его отомстить за нее. К несчастью, Цзян еще тогда не укрепился во власти. Кроме того, начальником Хуан был Жень Кэлей — самый старший сын Жень Чжунъи, старшего лидера компартии Китая. Цзян не мог так рисковать, поэтому у него не было выбора, как попросить Хуан временно с этим смириться.
В 1993 году, Дэн Сяопин проводил инспекцию в Шеньчжене. Поскольку Цзян встал в оппозицию экономическим реформам, он чуть не потерял позицию Генерального секретаря. Он немедленно начал борьбу за выживание, следуя шагам Дэн Сяопина в Шеньчжень.Как только лидеры городского комитета Шеньчжень были готовы начать презентацию, Цзян спросил в наигранно-равнодушной манере, даже не поднимая глаз: «Почему товарищ Хуан не здесь?» Этот вопрос потряс секретаря городского комитета, г-на Ли Ювэй, потому что согласно правилам, помощник Генерального секретаря не должен был присутствовать на встрече такого уровня. Это послужило намеком Ли Ювею, что он не должен недооценивать значимость Хуан. Ли Ювэй был хорошо знаком с политической атмосферой, поэтому он немедленно отправил машину за Хуан.
После встречи, Цзян сказал Ли Ювэю в дружеской манере: «У меня сегодня хороший аппетит. Пойдем со мной сегодня домой к Хуан Лимань, поедим клецки». Уже после, Ли Ювэй, почесав голову, со вздохом сказал: «Из-за этой потаскухи из северо-восточного Китая, я чуть не лишился работы!»Вскоре городской комитет Шеньчжень прошел реорганизацию, и Хуан стала Генеральным секретарем и постоянным членом городского комитета Шеньчжень. Позднее она стала заместителем секретаря городского комитета Шеньчжень и имела закодированную телефонную линию дома для прямой связи с Чжуннанхай. С тех пор, как город Шеньчжень был построен, ни один из политических лидеров не имел кодированную телефонную линию для связи с Чжуннанхай.
Из-за своего политического статуса, Хуан стала очень богатой. За последние годы у ее дома скапливалось множество людей, просящих ее о чем-либо. Кто-то умолял ее дать позицию в правительстве; кто-то — покрыть преступления. Как говорит один мой друг, работающий в прокуратуре, многие главари финансовых преступлений были оправданы дав Хуан огромную взятку.На самом деле все политики города Шеньчжень презирали Хуан, поскольку знали, что та взошла по служебной лестнице благодаря сексуальным услугам Цзяну. Не назвавший себя лидер партии из города Шеньчжень сказал: «У Хуан Лимань нет никаких талантов, нравственности, политических заслуг или поддержки людей. Она годится только для спальни Цзяна». Чтобы муж Хуан мог это все терпеть, Цзян приказал правительству Шеньчжень одобрить его проекты развития недвижимости в Иньху. Только один строительный проект Лианьхэ Плаза в Шеньчжене стоил более 100 миллионов юаней, а строителем был муж Хуан.Как только Хуан стала распоряжаться в Шеньчжене, ее сестры также стали богатеть.
Ее первая младшая сестра, Хуан Лижун – председатель профсоюза большой корпорации в Шеньчжень. Глава корпорации каждый день осведомляется и ищет расположения Хуан и Хуан Лижун. В 1997 году, когда компания начала продавать свои акции на фондовой бирже, глава компании дал им обеим пятьдесят тысяч акций бесплатно. Позднее, когда был образован Кооперативный банк Шеньчжень, Хуан сделала свою вторую младшую сестру главой отдела в этом банке. За прошедшие несколько лет денежные поступления в банк были очень низкими, однако частная компания мужа Хуан никогда не ощущала нехватку денег. Дохода только от выдачи займов хватило бы, чтобы обеспечить несколько поколений семьи Хуан.Позднее, Хуан стала помощником Секретаря комитета провинции Гуандун. До того, как Ли Чанчунь был назначен Секретарем комитета провинции Гуандун, Цзян дал ему особые указания: «Каждое решение, которое ты собираешься принять, ты должен обсудить с товарищем Хуан Лимань. Ли Чанчунь принял те слова близко к сердцу и всегда все обсуждал с Хуан Лимань. В награду, в ноябре 2002 года Ли Чанчунь был назначен Постоянным Членом комиссии Политбюро Центрального комитета компартии. Что касается Хуан, то как только Цзян смог, он предпринял меры, чтобы она стала кандидатом на Народном Конгрессе XVI-го съезда. Теперь она — третья от вершины.
Секретный тайник Хуан Лимань
Согласно источникам в Китае, однажды Центральное правительство Китая проводило проверку правительственных чиновников в некоторых конкретных провинциях и городах, в результате которой был выявлен факт коррупции в огромных размерах. Тот факт, что Хуан, будучи секретарем городского комитета Шеньчжэнь, оказалась наиболее причастной к этому – является отвратительным, количество украденного ею составляет 50 миллиардов юаней наличными.Согласно докладу расследования государственного Бюро аудита Китая, Хуан ежемесячно получала 0,3 миллиона юаней.
В докладе также отражено, что каждый из лидеров уровня провинции городского Комитета и управления г. Шеньчжэнь, включая Хуан, получал от 0,25 до 0,3 миллионов юаней ежемесячного дохода. На одни только их частные вечеринки и банкеты уходило от 0,15 до 0,2 миллионов юаней, каждый месяц они снимали роскошные номера-люкс в отеле Учжоу (Wuzhou). Плюс ко всему, ежемесячно они тратили 50 тысяч юаней на покупку подарков.За те четыре года, пока Хуан работала в Шеньчжэнь, она стала владелицей шикарных особняков в Бухте Шеньчжэнь, Гуанчжоу, Пекине и Шанхае, чья суммарная рыночная стоимость составила от 14 до 15 миллионов юаней.
Особняки в Пекине, Гуанчжоу и Шеньчжэнь были оплачены ею государственным пособием на жилье. Другими словами, это были подарки от китайского правительства. Один только ее особняк в живописном месте на горе Байюнь (Baiyun) имеет рыночную стоимость 4 миллиона юаней. Хуан не заплатила за него ни копейки; она должна была только оплатить услуги дизайнера интерьера.
Фактически, в тех живописных местах около сорока особняков, и большинство из них принадлежит нынешним и бывшим членам Комитета провинции Гуандун. Еще один особняк Хуан, построенный в европейском стиле, находится в Бухте Шеньчжэнь. Его площадь составляет 280 кв.м., еще 100 кв.м. приходится на сад. Рыночная стоимость этого особняка – около 5 миллионов юаней, но Хуан заплатила за него только 50 тысяч юаней. Учитывая площадь ее особняков и количество выданного ей жилья, владеть ими для нее – против законов и устава правительства.На Хуан был подан иск за сдачу в аренду в течение долгого времени 16-ти роскошных номеров-люкс в Особняке «Цилинь» (Qilin) и Отеле «Учжоу» на имя Комитета г. Шеньчжэнь (высокопоставленные чиновники уровня провинции проводили там отпуска и выходные).
Издержки отеля составляли 20 миллионов юаней в год.Пока Хуан правила в г. Шеньчжэнь, количество грабежей и разбойных нападений возросло в среднем до шестисот в день. Шеньчжэнь стал раем для преступников. Вскоре после отставки Цзяна, Хуан потеряла свою власть и была переведена в провинцию Гуандун, где стала председателем Народного конгресса – эта должность не обладает реальной властью. Однако понадобится ещё долгое время, чтобы восполнить огромный ущерб, нанесенный городу Шеньчжэнь этой женщиной.Должно быть, даже самому Цзяну сложно запомнить всех тех женщин, с которыми он вступал в половую связь. В 50-е гг., когда Цзян учился в Советском Союзе, у него была русская любовница по имени Клава. Будучи главой Министерства электропромышленности, он впервые поехал в Соединенные Штаты, где спал с проституткой в Лас-Вегасе. По имеющимся сведениям, потом та проститутка сообщила ФБР: «Этот толстяк оставил хорошие чаевые». На самом деле за все это платило китайское правительство.
В 80-е гг., будучи мэром Шанхая, Цзян посетил Сан-Франциско. Во время этого визита он отдал специальное поручение поехать в Рено — другой знаменитый город-казино в Соединенных Штатах. В результате Цзян потерял все деньги, которые у него были, и правительству Шанхая пришлось в срочном порядке высылать ему еще денег. Плюс ко всему, Цзяна неожиданно потянуло к американским женщинам. Офицер полиции высокого ранга, ответственный за личную безопасность Цзяна, был совершенно ошарашен, выслушав его специальную просьбу. Он никак не мог предположить, что мэр второго по величине города первой в мире страны по количеству населения – Китая – может так открыто и бесстыдно попросить проститутку. Даже спустя более чем десять лет этот полицейский будет обсуждать ту поразительную историю со своими друзьями.После такого распутного образа жизни, сложно сказать, сколько на самом деле детей у Цзяна.
Его жена Ван Чжипин (Wang Zhiping) родила двоих сыновей, старшего зовут Цзян Мяньхэн (ранее известный как Цзян Минькан (Minkang), а младшего – Цзян Мянькан. Но у Цзяна есть еще один сын Цзян Чуанькан (Jiang Chuankang), рожденный вне брака, который никогда не появлялся на семейных портретах Цзяна. Цзян Чуанькан является руководителем среднего уровня в партийном руководстве КПК. По неофициальной информации, он также руководит «Офисом 610».Многие мужчины вступают в связь с женщинами ради секса. Вообщем, когда высшие чиновники компартии Китая имеют внебрачные связи, они платят своим любовницам очень много денег, но они не позволяют им вмешиваться в политику. К тому же, большинство их любовниц – одинокие или разведенные женщины. Тогда как Цзян вступал в половую связь с проститутками за государственный счет, и продвигал своих любовниц на высокие посты в правительстве. Эти женщины, обретя высокие должности, были полностью преданы Цзяну в деле разрушения Китая.
Они способствовали ему в разрушении культурных основ китайцев и традиционных нравственных ценностей. Чэнь Чжили развалила китайскую систему образования. Хуан Лимань продвигала и увеличивала степень коррумпированности правительственных чиновников. Сун Цуин воспевала пропаганду партии с целью скрыть многочисленные кризисные сферы Китая. Русская любовница Клава помогала советскому КГБ сделать из Цзяна предателя и заставить его отдать китайские земли России. Принимая во внимание все это, ясно видно, насколько похотливый образ жизни Цзяна навредил не только его собственной репутации, но также и благосостоянию всего Китая и будущему китайского народа.
5. Даже куры и собаки получили высокие посты, когда к власти пришел их хозяин
Все женщины, с которыми Цзян спал, получили высокие должности, когда Цзян пришел к власти. Разумеется, родственники Цзяна тоже не остались в стороне в этом вопросе.
Цзянь Мяньхэн – самый коррумпированный человек в Китае
В 1980-е годы Цзян отправил своего сына, Цзян Мяньхэна в Соединенные Штаты. Там он учился, завел семью, у него родился сын, и он стал постоянным жителем США. Будучи в Америке, он продолжал следить за событиями в Китае. В 1992 году, когда Цзян установил свой полный контроль в компартии Китая, в коммунистическом правлении и армии, он сразу же потребовал от Цзян Мяньхэна, чтобы тот вернулся и воспользовался властью отца, чтобы урвать от Китая побольше выгод.
Таким образом, Цзян Мяньхэн привез жену с сыном обратно в Китай. В январе 1993 года он стал работать простым ученым в Шанхайском институте Керамики (ШИК) при Академии ученых Китая. Вопиющим является тот факт, что всего за четыре года он стал главой ШИКа. Поскольку Цзян продолжал укреплять и расширять сферу своей власти, то Цзян Мяньхэн стал делать вложения в бизнес, сохраняя свой пост в ШИКе.В 1994 году Цзян Мяньхэн купил Шанхайскую объединенную инвестиционную компанию стоимостью более 100 миллионов юаней по неправдоподобно низкой цене — всего за несколько миллионов юаней, заимствованных в банке. Это было началом телекоммуникационной империи Цзян Мяньхэна. Изначально эту компанию основал Хуан (Huang) – вице-председатель Комитета экономики Шанхая – потратив на это много времени и приложив массу усилий.
Но после основания компании и функционирования ее в течение всего трех месяцев Хуана неожиданно перевели обратно в Комитет экономики Шанхая. После этого Цзян Мяньхэн свалился как снег на голову и неожиданно занял пост президента и генерального директора. В результате он вдруг стал «королем телекоммуникаций» в Китае. С тех пор Хуан исчез, и никто даже не вспоминал его имени. Таким образом, Цзян отнял у него Шанхайскую объединённую инвестиционную компанию.Компания зарегистрирована как государственное предприятие, но на самом деле она превратилась в частный бизнес Цзян Мяньхэна. Присвоив себе Шанхайскую объединенную инвестиционную компанию, Цзян Мяньхэн буквально завладел всем Шанхаем. Будучи старшим сыном Цзяна, он оказался и при деньгах, и при власти. Поэтому его бизнес предвещал большой успех. Заграничные китайские и западные компании, включая соучредителя Yahoo Джэрри Янга, жаждали вести с ним дела. За несколько лет Цзян Мяньхэн построил гигантскую телекоммуникационную империю.
К 2001 году собственностью Цзян Мяньхэна была Шанхайская объединенная инвестиционная компания, к тому же под его контролем за счет ценных бумаг находились более десяти других предприятий, включая Shanghai Information Network, Shanghai Cable Network, China Network и т.д. Его бизнес имел широкий диапазон, включая в себя кабельную, электронную промышленность, производство DVD и VCD дисков, и предоставление кабельных услуг для интернет бизнеса.По словам шанхайских бизнесменов, Цзян Мяньхэн является президентом многих компаний и имеет свой бизнес в практически всех наиболее процветающих отраслях промышленности. Он даже состоит в высшем руководстве Шанхайского трубопровода и Шанхайского метро. Однажды один бизнесмен летел Шанхайскими авиалиниями. Во время полета он случайно увидел в журнале этой компании фотографию совета директоров авиалиний.
Одним из изображенных на фото был Цзян Мяньхэн. Однако Шанхайские Авиалинии никогда не позволяли широкой общественности знать состав своего совета директоров. По словам шанхайских бизнесменов, Цзян Мяньхэн является не только «королем китайских телекоммуникаций», но также и главой преступного сообщества Шанхайской Триады.Успех в бизнесе не удовлетворил Цзян Цзэминя и Цзян Мяньхэна. В конечном счёте, все успешные бизнесмены в истории компартии Китая были уязвимы, если не занимали высоких постов в коммунистическом правительстве Китая. В результате, 2 декабря 1999 года государственного управления Китая провозгласило список новых постов, и имя Цзян Мяньхэна тоже входило в этот список. Там говорилось, что Цзян назначил его на второй по важности пост в Китайской Академии Наук.В мае 2001 года в Гонконге проводился имеющий большое значение ежегодный Всемирный Форум журнала «Fortune».
Цзян привез на форум Цзян Мяньхэна и представил его некоторым самым богатым и влиятельным людям в мире, главным образом, тем состоятельным бизнесменам, владеющим многонациональным бизнесом – с целью расширить семейную империю. На следующий день, когда заявление Китая принять в Пекине Олимпийские Игры 2008 года было одобрено, Цзян Мяньхэн подписал с этими богатыми людьми огромные бизнес-контракты. К тому времени Цзян Мяньхэн стал олицетворением «промышленного бюрократа».Система связи Китая, ранее известная как просто «Связь», также принадлежала Цзян Мяньхэну. В то время он хотел завладеть «Северным телекомом».
Фактически, под его некачественным управлением «Связь» была на грани банкротства, и у нее не было денег на приобретение «Северного телекома». Чтобы разрешить кризис в бизнесе сына, Цзян приказал разделить China Telecomm на «Северный телеком» и «Южный телеком», а затем бесплатно отдал «Северный телеком» с его постоянными активами десяти северных провинций – «Связи».В сентябре 2004 года «Связь» еще раз отложила дату продажи своих акций на акционерном рынке. Это была единственная из четырех самых больших телекоммуникационных компаний в Китае, чьи акции не были включены в список. Октябрь был конечным сроком. Три из четырех самых больших телекоммуникационных компаний в Китае имели возможность выставить свои акции на рынке акций. Будучи сыном Цзян Цзэминя, наиболее влиятельного политика в Китае на тот момент — почему Цзян Мяньхэн был не в состоянии продавать акции «Связи» на акционерном рынке после того, как он приобрел «Северный Телеком» со всеми его постоянными активами в десяти северных провинциях? Куда ушли эти деньги?До того, как акции могли быть выставлены на общественные торги, Цзян Мяньхэн трижды подвергал «Связь» объединению, а позже аннулировал эти сделки. Во время всей этой неразберихи с объединением и расколом, он прикарманивал акции компании. Цзян Мяньхэн лично нашел Чжан Чуньцзяна (Zhang Chunjiang) и сделал его президентом Системы связи Китая. Однажды Цзян открыто заявил: «Были предприняты все попытки, чтобы акции компании были выставлены на торги на акционерном рынке». Другими словами, Цзян Мяньхэн разворовал весь капитал «Связи» — предприятия, которое должно было принадлежать государству – прежде чем он сделал обесцененные акции компании доступными для покупки на рынке акционеров.Все знают еще об одном скандале. В сентябре 2000 года Цзян Мяньхэн и Ван Вэньян (Wang Wenyang), сын богатейшего тайваньского бизнесмена Ван Юнчина (Wang Yongching), провозгласили образование Корпорации по производству доступных полупроводников (Grace Semiconductor Manufacturing Corporation — GSMC), как объединенного предприятия с общими объемом инвестиций в 6,4 миллиарда долларов США. Но Ван Вэньян утверждал, что не вложил туда ни цента. Это Цзян Мяньхэн взял в банке все деньги для инвестирования. Он воспользовался властью отца и стал неприлично богатым. Он буквально стал самым коррумпированным человеком в Китае. Более того, Цзян сделал его вторым человеком в Академии наук Китая вопреки тому, что у него нет никаких достижений в области науки. Это стало настоящим позором в научных кругах Китая и всего мира.В мае 2003 года был арестован Чжоу Чжэньгуй (Zhou Zhengyi), известный как самый состоятельный магнат в Шанхае. Вслед за его арестом был отстранен от должности вице-президент гонконгского филиала Банка Китая Лю Цзиньбао (Liu Jinbao), ему было предъявлено обвинение в уклонении от уплаты налогов, спекуляции на рынке акций и незаконном предоставлении ссуд. Это дело считается самым большим мошенничеством за всю историю КНР. По результатам расследования, все нити этого финансового обмана опять-таки вели к Цзян Мяньхэну. Когда Цзян Мяньхэн основал GSMC, Лю Цзиньбао незаконно предоставил этой компании ссуды, измеряемые миллиардами.

Как писал гонконгский Open Magazine, при расследовании, касающегося сотрудничества Чжоу Чжэньгуй с правительственными чиновниками при краже частных земельных участков, нити преступления привели к обоим сыновьям Цзяна. Район Путуо (Putuo) граничит с районом Цзинань (Jing’an). Следователи обнаружили, что Цзян Мяньхэн и чиновники района Путуо украли большой участок земли в районе Цзинань с помощью Чжоу Чжэньгуя.

Правительство согласовало то, что земля, которой Цзян Мяньхэн и Цзян Мянкан (Miankang) пользовались в Шанхае, находится в их собственности, но проблема в том, что они не заплатили за нее ни копейки. Цзян Мяньхэн является даже еще более безнравственным и черствым, чем Чжоу Чжэньгуй. Когда Чжоу Чжэньгуй украл землю, он, по крайней мере, был вынужден дать взятку преступному сообществу – шанхайской Банде, а Цзян Мяньхэн не должен был вообще никому платить. Никто не смел с ним связываться, поэтому он насильно выселил жильцов из их законных владений и не заплатил им никакой компенсации, хотя обязан был сделать это. Незадолго до XVI-го народного съезда Цзян Мяньхэн проверял Отрасль № 502 Министерства информационной продукции и увидел демонстрацию второго поколения высокоскоростного Интернета.
Одна из демонстраций была предназначена для показа скорости поисковой системы. Желая угодить Цзян Мяньхэну, персонал сделал показательную презентацию, используя слово «Цзян» для демонстрации поиска в Google; они и не предполагали, что три из первых десяти ссылок в результате поиска будут описывать преступления Цзяна. Более того, самая первая статья имела заголовок «Злобный Цзян». Цзян Мяньхэн шокирован и взбешен.После этого эксперимента Цзян Мяньхэн начал усиливать попытки фильтрации Интернета. Он несет ответственность за развитие проекта Золотой Щит, который заключается в полном контроле системы и отслеживании доступа в Интернет людей, находящихся в Китае.
Первоначальные инвестиции в один только проект Золотой щит составили 800 миллионов долларов США. Цель этого проекта – полностью лишить китайцев их права на доступ к заграничной информации о демократии, правах человека и свободе, особенно заграничной информации о Фалуньгун. Цзян Мяньхэн стал главным руководителем Интернет полиции под руководством Цзян Цзэминя.
Китай становится семейной династией Цзяна
Младший сын Цзяна – Цзян Мянькан – не такой амбиционный и беспощадный, но Цзян попросил Сю Цайхоу (Xu Caihou), чтобы тот помог ему сделать Цзян Мянькана вице-председателем политического комитета на Базе вооруженных сил в Наньцзине (Nanjing), а также генерал-майором. У Цзян Мянькана были знания в сфере радио, но он не имел никакого отношения к армии. Однако Цзян не доверял никому из тех, кто обладал властью в военной сфере, поэтому он пытался перевести Цзян Мянькана в Отделение центрального планирования Освободительной армии Китая.
Однако глава Центрального военного совета, Чи Хаотянь (Chi Haotian) был против его кандидатуры. Цзяну не оставалось ничего другого как поставить Цзян Мянькана на должность главы Второго бюро армейского Отделения центрального планирования. Вскоре его повысили до ассистента руководителя Организационного отдела, а затем – до самого руководителя Организационного отдела.У дяди Цзяна — Цзян Шанцина (Shangqing) – две дочери: Цзян Цзэхуэй (Zehui) и Цзян Цзэлин (Zeling). Цзян продвинул Цзян Цзэхуэй на высокие должности. Она была простой учительницей в Сельскохозяйственном колледже провинции Аньхуэй (Anhui). Так как Цзян продолжал подниматься по карьерной лестнице в политике, то он продвигал Цзян Цзэхуэй с невероятной скоростью. Сначала он сделал ее деканом школы лесничества при Сельскохозяйственном колледже провинции Аньхуэй, а затем и директором самого колледжа.
В конце концов, она стала главой Министерства лесничества Китая.В Банпу (Bangpu), провинции Аньхуэй, у Цзяна есть племянник У Чжимин (Wu Zhiming). Он на протяжении 18-ти лет работал простым электриком. У – родственник Цзяна по материнской линии, у него нет образования. Так было, пока Цзян не стал Секретарем Комитета Шанхая, после чего У в марте 1986 года стал членом КПК и получил пост в шанхайском правительстве. Практически сразу же его поставили на ведущий пост в местной администрации. Сейчас У является постоянным членом Комитета Шанхая, Секретарем партийного комитета Бюро общественной безопасности Шанхая, главой Бюро общественной безопасности Шанхая и ведущим членом Действующего комитета военной полиции Шанхая.Сын Цзян Цзэлина – Тай Чжань (Tai Zhan) – потерял 11,5 миллионов юаней на недвижимости.
Однако суд против Тай Чжаня столкнулся с многочисленными помехами и давлением сверху, потому что Тай — племянник Цзяна. Тай Чжань был не в состоянии вернуть долг от потерянных на недвижимости инвестиций, поэтому подделал печать гонконгской Компании развития недвижимости Янчжоу Ганчжань (Yangzhou Gangzhan), чтобы фальсифицировать документы и заложить сорок пять квартир, принадлежащих компании, с целью получения наличных для оплаты своего долга. Гонконгская компания подала иск на Тай Чжаня в Народный суд Гуанлин (Guangling), и в марте 2000-го года суд начал процесс.
Несмотря на то, что суд подтвердил, что печать компании на документе была подделана, его работников заставили прекратить расследование и отменить судебное заседание, назначенное на 30 марта 2000 года. Это произошло под давлением со стороны Секретаря комиссии г. Янчжоу (Yangzhou) У Дунхуа (Wu Donghua), Секретаря Комитета политики и права г. Янчжоу Цзи Жэньгуя (Ji Rengui) и главы третейского суда г. Янчжоу Шуай Сяофана (Shuai Xiaofang). В результате, та компания так и не получила обратно свою собственность.По сообщению внутренних источников, племянник Цзяна Тай Чжань больше чем за 10 лет приобрел большое количество домов, акций и развлекательных бизнесов. Он является главным управляющим Янчжоу Хайрайз, владельцем Города развлечений Тяньчжань и президентом большого числа смешанных компаний.
Тай Чжань также воспользовался родственными отношениями с Цзяном, чтобы взять кредит на 16 миллионов юаней на торговлю своими именными акциями у Северной промышленной группы – компании с военным прошлым. С тех пор Тай Чжань является очень активным участником бизнес-арены. В январе 2003 года Цзян сделал своего второго племянника Ся Дэжэнь (Xia Deren) постоянным членом Комитета провинции Ляонин (Liaoning), помощником секретаря Комитета г. Далянь (Dalian) и мэром г. Далянь. С тех пор Цзян ведет себя при посещении г. Далянь так, как будто этот город – его личная собственность.По сообщениям СМИ, Чжоу Юнкан (Zhou Yongkang) тоже провозгласил себя племянником «господина Цзяна» и часто хвастается, что он с «председателем Цзяном» в очень хороших отношениях. Чжоу Юнкан является довольно порочным человеком. Как говорят его приближенные, он часто ночует в гостиницах под предлогом поздней работы. На самом деле он специально регистрировался в отеле, чтобы пользоваться услугами проституток.
Более того, говорят, что он много раз занимался непристойными вещами по отношению к женской части персонала гостиниц. Плюс ко всему, Чжоу являлся одним из правительственных чиновников, проявлявших наибольший энтузиазм в отношении преследования Фалуньгун. Цзян назначил Чжоу министром Министерства общественной безопасности.Сложно вычислить общее число родственников Цзяна, которые продвинулись на высокие посты или нажили огромный капитал из-за того, что имеют отношение к Цзяну. Когда вышестоящие не показывают хороший пример, то от их подчиненных также не стоит ожидать хороших поступков. Сексуальные похождения Цзяна повергли и так коррумпированный коммунистический режим Китая в окончательную степень коррумпированности.
«« Предыдущая          Следующая »»Перейти на главную страницу: Власть любой ценой: Реальная история китайца Цзян Цзэминя

___________________________

[1] «Насилие: Пол Эндрю проектирует Национальный театр Китая в Пекине», The Architectural Review, декабрь 1999
[2] Роберт Кун, «Человек, изменивший Китай: жизнь и наследие Цзян Цзэминя» (New York: Crown, 2004), 432.

(Copyright © 2005 The Epoch Times)

 


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Опадает с деревьев листва. Сергей АРУТЮНОВ
  • В чудесный мир попасть возможно. Ия ГЕБЕРТ
  • Сказка о потерянной информации. Атоян АНДРАНИК
  • «День народного единства» - новый праздник России
  • Обнищавшие пенсионеры Санкт-Петербурга вышли на «Марш пустых кастрюль»

  • Выбор редактора »

  • История коммунизма

  • Top