Позиция Московского бюро по правам человека (МБПЧ) относительно правового регулирования Интернета


Фото: LIU JIN/AFP/Getty ImagesФото: LIU JIN/AFP/Getty ImagesВиртуальная сфера не является особым правовым пространством: фундаментальные принципы права здесь безусловно применимы, хотя некоторые аспекты их реализации в Интернете и носят специфический характер.

Тем не менее, общие принципы и в сфере виртуального взаимодействия субъектов гарантируют им защиту основных прав и свобод. Такая защита одинаково осуществима как в реальном, так и в виртуальном пространстве, как на национальном, так и на межнациональном уровне.

Исходя из вышеизложенного, Московское бюро по правам человека выносит на широкое обсуждение следующие рекомендации.

1. Для уточнения юридической ответственности участников Сети необходимо согласиться с двумя основополагающими положениями. Во-первых, ответственность за содержание информации размещенной в Сети несет ее автор. В связи с этим возникает необходимость беспрепятственного его самоотождествления. Во-вторых, провайдеры могут нести ответственность только за то, что они способны контролировать и освобождаются от уголовной либо административной ответственности в том случае, когда их присутствие в Сети является чисто техническим.

Если выбирать между системой специальной юридической ответственности, принятой для массовой печати (на примере Франции), и системой общей (неспециальной) юридической ответственности, то более предпочтительным, на наш взгляд, являлась бы система общей юридической ответственности (на примере России), как более простая и лучше приспособленная к эмпирическим и постепенным шагам, которых требует развитие интернет-права.

2. Вместе с тем, дабы избежать умножения числа судебных процессов, следовало бы дать право пострадавшему для возмещения полноты ущерба обращаться в любой компетентный суд. На наш взгляд, наиболее компетентным логично признать национальный суд той стороны, которая наиболее затронута ущербом (как правило, это суд по местопребыванию понесшего ущерб субъекта). В расчет, однако, должны приниматься также законы и размер ущерба и других сторон.

Необходимо также предусмотреть меры воздействия на провайдеров (имеются в виду меры гражданской, административной и уголовной ответственности), которые побуждали бы их блокировать доступ к контрафактной продукции или информации, авторство которой принадлежит на законных основания третьим лицам.

На наш взгляд, изменения и дополнения в российское законодательство должны вноситься по принципу, в соответствии с которым провайдер несет ответственность за качество информации, размещаемой на его сервере, в случае если: а) данная информация размещалась по его инициативе и/или за его счет; б) он был осведомлен или имел возможность быть осведомленным о содержании информации, размещаемой на его сервере; в) преднамеренные либо противоречащие профессиональным правилам действия провайдера повлекли размещение незаконной информации на его сайте. Профессиональная пригодность провайдера должна удостоверяться государственной лицензией.

Таким образом, ответственность провайдера наступает в зависимости от наличия его вины в размещении информации, нарушающей права третьих лиц.

Необходимо законодательно закрепить право провайдера по результатам проверки блокировать (удалять) информацию, для выявления противозаконности содержания которой не требуется специальных знаний либо информировать уполномоченных специалистов о наличии сомнительной информации для более тщательной и компетентной ее проверки.

Обобщая сказанное, можно утверждать, что вопрос об ответственности провайдеров — это особенно острая и насущная проблема государственной правовой политики не только в интернет-праве. Она требует всемерного расширения международно-правового сотрудничества, в том числе и по линии судебных органов. В частности, было бы весьма продуктивным инкорпорирование в национальные правовые системы некоторых документов Совета Европы, касающихся уголовных процедур, связанных с технологией информации. Речь идет, в частности о рекомендациях № R(95) 11 относительно отбора, обработки, представления и архивации судебных решений в правовых информационно-поисковых системах

1. и №R(95)12 относительно управления системой уголовного правосудия;

2. Также весьма важным шагом было бы подписание специальных договоров о выдаче преступников иностранными государствами, в частности, с США, где установлена и действует наибольшее число серверов, снабжающих электронной информацией население практически всех стран мира. Необходимо, также разработать механизм международного обмена информацией по примеру Интерпола.

В Европе давно уже действуют международные соглашения об экстрадиции. Некоторые из них Россия подписала и ратифицировала. В их числе, например, Европейская конвенция о выдаче преступников иностранным государствам от 13 декабря 1957 г.

3. Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам от 20 апреля 1959 г.

4.  До недавних пор не существовало детального договора между Россией и США по данному вопросу. Действовало лишь Соглашение между двумя странами о порядке исполнения судебных поручений от 22 ноября 1935 г. (в форме обмена нотами)

5. Только 17 июня 1999 г. был подписан Договор между РФ и США о взаимной правовой помощи по уголовным делам, который был ратифицирован Федеральным Законом от 3 ноября 2000 г.

6. Развивая это сотрудничество, следовало бы в ближайшее время подписать еще один специальный договор между Россией и США о взаимной выдаче преступников, который затрагивал бы и сферу Интернета. Это, безусловно, окажет положительное воздействие на рынок интернет-услуг.

Скорейшее присоединение России к Конвенции о киберпреступности решило бы многие проблемы в сфере уголовного права, способствовало бы выработке понятийного аппарата теории права и государства. Тем более, что теперь это вопрос лишь времени.

7. В интернет-праве должна быть проведена, на наш взгляд, четкая граница между понятиями «публичное сообщение» и «частная корреспонденция». Это касается как российского, так и европейского законодательства.

Считаем также, что в нашем законодательстве такие понятия как «информация ограниченного доступа», «персональные данные» или «информация о гражданах», в необходимых случаях должны заменяться общим определением «частная информация», принятым во многих правовых системах мира. Было бы также целесообразно с учетом положений Федерального закона «О персональных данных» принять в скором времени закон «О приватности (защите частной информации граждан)»

8. Для решения как сформулированных в настоящем документе, так и многих других задач, касающихся успешного развития интернет-права правильным было бы предпочесть контролю априори ответственный самоконтроль субъектов киберпространства — пользователей и провайдеров. Эта позиция, подробно изложенная в начале 2003 г. в монографии «Право и Интернет. Теоретические проблемы»

9. Нашла применение в Декларации о свободе обмена информацией в Интернете от 28 мая 2003 г. В развитии этой мысли следует особо подчеркнуть, что никакой орган государственной власти не сможет управлять, без преувеличения, гигантскими потоками информации в виртуальном пространстве. Каждый субъект Сети может в любое время по своей собственной инициативе быть отправителем и получателем информации, ее автором, соавтором и потребителем. Информационные потоки не знают границ. Считаем бессмысленным и вредным в таких условиях принудительное, императивное регулирование Интернета, регламентацию обязанностей и содержания информации. Это выглядит противоестественным и контрпродуктивным даже по отношению к куда более упорядоченному в нашей стране телевизионному вещанию.

Таким образом, следовало бы, на наш взгляд, с одной стороны, установить не предварительный, а эффективный последующий контроль в Интернете и одновременно способствовать внедрению быстрой процедуры правосудия. С этой целью органы суда и следствия должны иметь постоянный доступ к информации, циркулирующей в сети. Также необходимо создать более упрощенную, эффективную процедура разбирательства в отношению к виновному серверу.

Помимо того, необходимо усилить специальные органы расследования и подразделения (в системе МВД, прокуратуры и ФСБ), специализирующиеся на расследовании различных специфических видах правонарушений в сфере высоких технологий (например, педофилия в Интернет-сети).

На наш взгляд, полезным было бы создать при Министерстве информационных технологий и связи России (при участии Минюста России) совещательный орган, наблюдающий за поведением в Сети субъектов интернет-отношений, своего рода комитет по оказанию онлайн-услуг в сфере предупреждения правонарушений, возложив на него совокупность следующих функций: наблюдение за деятельностью указанных субъектов; анализ и оценка среды, в которой они работают; рассмотрение споров между субъектами (и в отношении спорных сайтов); осуществление необходимых примирительных процедур в связи с последними; организация учебы субъектов интернет-отношений в области права и правового воспитания; предупреждение хищений информации, мошенничеств, обманов в сетях.

С другой стороны, необходимо содействовать расширению контроля самих субъектов киберпространства за своим поведением в Сети посредством кодирования, «родительского фильтрования». Для этого следовало бы разработать кодексы профессиональной этики, фиксирующие правила поведения и нормы ответственности, одобренные самими участниками интернет-отношений. Такие кодексы уже приняты поставщиками интернет-услуг (провайдерами) в Великобритании, Франции, Бельгии, Новой Зеландии. Аналогичный документ разработан и нами для России применительно к профессиональному поведению электронных издателей, предпринимателей, занятых в сфере электронной торговли.

Пора, наконец, разработать и типовые контракты между поставщиком доступа в киберпространство и абонентом, которые благоприятствовали бы принятию типовых условий, гарантирующих защиту прав индивида и потребителя.

Нами подготовлен проект национального кодекса поведения в Интернете, призванный способствовать решению следующих основных задач: 1) Содействие различным формам коммуникации, просвещения и мобилизации участников. С этой целью необходимо разработать специальные информационные программы и обучения. Например, Правительством РФ могло бы издать Справочник (Записную книжку) прав и обязанностей в Интернете. Что касается Министерства образования и науки России, то оно могло бы более оперативно утверждать различные программы обучения работе в Сети. Органы местного самоуправления должны открыть «бесплатные пространства» для свободного доступа всех людей к Интернету.

2) Содействие развитию национального сегмента в Интернете.

В отношении электронной торговли, основываясь на положениях действующих Правил продажи товаров дистанционным способом.

10. Необходимо способствовать принятию российского закона «Об электронной торговле», который бы закрепил основные правила для рынка электронной торговли. При этом нормативное регулирование в данной сфере должно быть направлено в первую очередь на регламентацию понятийного аппарата, его расширения.

Следует также «формализовать» кодексы профессиональной этики, которые давно используются в Интернете. Таким образом, закрепляя их в законе и придавая им нормативный, общеобязательный характер, вводить механизмы регулирования, выработанные «снизу», самими участниками электронной коммерции, а не насаждать модели регулирования «сверху». Представляется правильным – не принимать малоэффективные нормы права, а узаконить уже имеющиеся и действующие правила и обычаи, разработанные практикой электронного товарообмена;

Закон должен благоприятствовать выработке профессиональными организациями типовых контрактов для электронной коммерции. Именно по такому пути пошла Французская ассоциация по коммерции и электронному обмену;

Актуальной задачей является также активное внедрение в практику разрешения конфликтов в этой среде третейскими судами.

Необходимо гармонизировать отношения по поводу системы удостоверения электронных сделок, хотя бы в рамках СНГ. Для этого следует внести существенные изменения в действующий закон «Об электронной цифровой подписи».

Настало время подписать, наконец, международное соглашение, касающееся электронных сделок, фиксирующее налог с продаж, взимаемый в стране назначения.

Было бы целесообразным создать совещательный орган (например, структурное подразделение при Министерстве экономического развития и торговли РФ), который мог бы следить за динамикой развития киберторговли и вырабатывать необходимые рекомендации.

Безотлагательно необходимо разработать и принять специальный закон о борьбе с киберпреступностью в нашей стране, а также внести соответствующие дополнения в уже действующее законодательство. Причем все это должно быть увязано с международной Конвенцией о киберпреступности.

До принятия специального законодательства в сфере высоких технологий предлагается внести в Уголовный кодекс РФ следующие изменения и дополнения: Часть 2 ст. 158 УК РФ («Кража») дополнить следующим квалифицирующим признаком: д) с несанкционированным доступом к компьютерной системе и информационно-коммуникационным сетям, в том числе и Интернет пространству» – далее по тексту.

Часть 2 ст. 159 УК РФ («Мошенничество») изложить в следующей редакции: 2. Мошенничество, совершенное: а) группой лиц по предварительному сговору; б) с несанкционированным доступом к компьютерной системе и информационно-коммуникационным сетям, в том числе и Интернет пространству; в) с причинением значительного ущерба гражданину» – далее по тексту. Часть 2 ст. 163 УК РФ («Вымогательство») дополнить следующим квалифицирующим признаком: «д) с несанкционированным доступом к компьютерной системе и информационно-коммуникационным сетям, в том числе и Интернет пространству» – далее по тексту. Часть 1 ст. 183 УК РФ изложить в следующей редакции: «Статья 183. Незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну.

1. Собирание сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, путем похищения документов, подкупа или угроз, либо связанное с несанкционированным доступом в компьютерные системы либо информационно-коммуникационные сети, а равно иным незаконным способом» – далее по тексту.

Часть 2 ст. 205 УК РФ («Терроризм») дополнить следующим квалифицирующим признаком: «г) с несанкционированным доступом в компьютерные системы или информационно-коммуникационные сети, осуществляющие автоматизированное управление опасными технологическими производствами и предприятиями жизнеобеспечения, с целью нарушения их функционирования и создания аварийной ситуации и угрозы техногенной катастрофы» – далее по тексту.

Статью 242.1 («Изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних») дополнить третьей частью:

«3. Изготовление и оборот через компьютерную систему или информационно-телекоммуникационную сеть материалов или предметов с порнографическими изображениями лиц, заведомо не достигших четырнадцатилетнего возраста (детей) – наказываются лишением свободы на срок до восьми лет с конфискацией средств совершения преступления»

Главу 28 УК РФ Дополнить статьей 272.1. «Статья 272.1. Неправомерное завладение компьютерной информацией. 1. Несанкционированное копирование либо иное неправомерное завладение информацией, хранящейся или обрабатывающейся в компьютерной системе, информационно-коммуникационной сети или на машинных носителях, либо перехват информации, передаваемой с использованием средств компьютерной связи, повлекшие причинение значительного ущерба, – наказывается штрафом в размере до ста тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до пяти месяцев, либо исправительными работами на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. То же деяние, совершенное в корыстных целях, либо группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, либо лицом с использованием своего служебного положения, а равно имеющим доступ к ЭВМ, системе ЭВМ, или их сети, а также в крупном размере наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет, с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью сроком до пяти лет или без такового с конфискацией средств совершения преступления».


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Цветы в Аушвице?
  • О принудительном лечении граждан, имеющих наркотическую и алкогольную зависимость
  • Забытые дети Тибета
  • Смертная казнь: за и против
  • Европейский суд признал, что в России права человека нарушаются даже законодательно


  • Top