Русский или олбанский?

Носители культуры языка. Фото: Алла Хегай/Великая ЭпохаНосители культуры языка. Фото: Алла Хегай/Великая Эпоха«ГОРОДСКАЯ СРЕДА»

При выходе на перрон Московского вокзала в Санкт-Петербурге огромными бегущими буквами объявление: «Мы его теряем…». «И здесь американское кино», — с досадой думаю я. Строка ползет дальше: — «…великий русский язык». «Молодцы наши рекламщики», — сменяю я гнев на милость.

Действительно, как часто мы встречаемся с исковерканным, замененным латиницей, неграмотным русским языком. Сетуем, переживаем, иногда совсем не понимаем значения новых слов. Это раболепство перед иностранным, стремление показаться «крутым», безразличие? Что руководит нами? Каким законам подчиняется сам язык? В конце марта  в ИА «Росбалт» в рамках встреч медиапроекта «Городская среда» состоялся круглый стол «Словарный запас нового петербуржца».

Наталия Евдокимова, советник председателя Совета Федерации, участник медиа-проекта «Городская среда», рассказывает, что озабоченные состоянием русского языка городские депутаты еще в 2005 году подготовили Закон «О гарантиях права на изучение, развитие и использование русского языка в Санкт-Петербурге». Он долго лежал под сукном, в 2008 году был принят, передан на подпись губернатору и… отклонен ею. Так нужен ли этот Закон? – ставится вопрос присутствующим – крупным специалистам русской словесности.

Писатель Александр Мелихов свое отношение к значению языка выражает определенно: «Рожденный вне слова – умственно отсталый». Он напоминает, что язык – явление живое, постоянно меняющееся и вводящее новшества. В ходе письменной истории человечества, как и сейчас, тонко чувствующие люди и профессионалы боролись за чистоту языка, но у него свои законы. Например, Карамзин, считавшийся слишком новаторским при жизни, сейчас явно устарел, а сказка «Руслан и Людмила» А. Пушкина в свое время возмущала публику своим языком.

«Нет вульгарного языка, вульгарность в образе мыслей и чувств. В романе о наркоманах не обойтись без их языка. Все хорошо на своем месте, — считает А. Мелихов, — требуется фильтр для печатного слова. Этот фильтр – инстанция хорошего вкуса из «аристократов», пользующихся уважением. Этой инстанции сейчас нет».

Беспокоит всех и проблема звучащего все шире, включая театр и телевидение, мата, стыдливо именуемого ненормативной или нецензурной лексикой.  Очевидно, что, закрыв глаза и уши, мы не ликвидируем это явление. Однако нецензурщина должна быть запрещена в публичном языке. Попытки использовать слова – заменители мата, эфемизмы, приводят к тому, что его-то сила теряется, а заменитель становится сильнее, то есть оказывает более мощное разрушительное воздействие на психику. Поэтому, считают ученые, нужно «хранить мат как финансовую систему от чеканки фальшивых денег», но поставить ему границы употребления.

Напомним, что существуют исследования, утверждающие, что употребление мата на генном уровне отрицательно воздействует не только на самого произносящего, но и на его потомство.

Людмила Зубова, профессор русского языка университета, также считает, что закон не остановит развития языка. «Язык сам мудр, сам понимает, что ему нужно». Важно воспитывать чувство языка, особенно у учителей».

Константин Азадовский, председатель петербургского ПЕН-клуба, напомнил о высокой природе слова, его божественной силе: «Сакральная природа определяет роль языка». Что касается Закона о языке, то «государство не имеет ни права, ни возможности влиять на язык, он ему не принадлежит. Оно должно его защищать» – считает писатель. Например, запрет на мат нужен в государственных заведениях. Выход один – чаще об этом говорить, заставлять думать.

Евгений Волозин, директор Общественной региональной организации «Русскоязычное содружество творческих деятелей России и зарубежья», выводит проблемы искажения языка из падения культуры во всем обществе. «Значение слов не в голове, а в душе» — сказал он.

Выявилось общее понимание – язык велик и самостоятелен, но от недостойного пользователя – малограмотного человека, его следует оберегать. Поэтому и закон может быть нужным, чтобы иметь средства на изучение и обучение и чтобы контролировать грубые нарушения.

Для справки: в мире насчитывается около 3,5 тысяч живых языков. Они как живые существа умирают, по два языка в месяц, к концу века их исчезнет более 50%. К этому времени 80% населения земли будут говорить на трех языках – китайском, английском и русском.

Поможем нашему языку остаться богатым и выразительным.  Или нам милее «сетеязы» — унглиш и олбанский?


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Сможет ли велосипед догнать автомобиль?
  • Вступление Президента РФ в должность совпало с юбилеем ратификации Конвенции о защите прав человека Россией
  • Позиция Московского бюро по правам человека (МБПЧ) относительно правового регулирования Интернета
  • Цветы в Аушвице?
  • О принудительном лечении граждан, имеющих наркотическую и алкогольную зависимость


  • Top