Стамбул… Соединяющий Европу с Азией


Продавец бубликов. Фото: Ирина Рудская/Великая Эпоха (The Epoch Times) Продавец бубликов. Фото: Ирина Рудская/Великая Эпоха (The Epoch Times)

Продавец кукурузы. Фото: Ирина Рудская/Великая Эпоха (The Epoch Times) Продавец кукурузы. Фото: Ирина Рудская/Великая Эпоха (The Epoch Times)

Стамбул… Прибежище русских аристократов-эмигрантов в трагичном 1918-ом.

Помните «Бег» Михаила Булгакова? Похоже, для него Стамбул — огромный гостеприимный дом, куда можно запросто прийти и жить. Так хотелось увидеть этот необыкновенный город, соединяющий Европу с Азией.

Знакомство Едва мы сошли с трапа парохода, едва переступили порог таможенного контроля, как пред нами вырос турок:

— Рашн? Рашн? — допытывался он.
— Нет, Юкрэйн, — отвечали мы, и продолжали разговаривать между собой по-русски.
Это сбило турка с толку и он опять свое:
— Рашн? Рашн?
— Нет, Юкрэйн, Юкрэйн.- Он, растерявшись, что-то пробормотал, а потом опять:
— Рашн? Рашн?
Мы также терпеливо отвечали:
— Ук-ра-и-на!
Он узнал слово:
-О-о! Украина! Динамо-Киев! — наш собеседник чуть не подпрыгнул от радости. И Динамо-Киев — это хорошо, и то, что он понял, где это место на карте, это хорошо. Но самое главное, он теперь точно знал, на каком языке нам предлагать свой товар. В этом вся Турция.Гранд-базар

Как вскоре выяснилось, Стамбул вовсе не город. Это огромный пестрый рынок с немыслимым потоком людей. Гранд-базар занимает здесь площадь провинциального городка. Даже, если ты идешь по этому необъятному рынку, праздно глазея на витрины, и то зазывают купить товар. Но стоит твоему взгляду задержаться на чем-либо, как тут же вырастает пред очи продавец и без малейшей заминки расхваливает именно то, что привлекло твое внимание. Торговцы – хорошие психологи, они ловят твой взгляд, чуют настроение и знают размеры твоего кошелька. Прежде, чем предложить товар, они вежливо выясняют, какой язык нам подходит больше: английский, французский, хотя в каждом из языков они, похоже, знают не более дюжины слов.

Однако, и наш богатый словарный запас английского превышал аналогичных знаний турков на 7-8 слов, не более. Поэтому часто изъясняться приходилось на пальцах.

Достояние любой страны – ее граждане

Народ тут добрый, открытый, трудолюбивый и незатейливый. Мы чувствовали себя комфортно: этот чудесный город нам доверяет, и мы доверяли ему. Мы бродили по городу-рынку, где в узких улочках самым немыслимым образом ютились магазины и лавчонки, кафе и повозки, на которых возвышались горы золотистой вареной кукурузы, а бойкие подростки-продавцы звонко зазывали отведать: «Всего один миллион лир!»

Гуляя по далеким от центра улицам, мы наблюдали быт, характер и привычки жителей. В их лицах не было напряженности, лицедейства, лжи. Их быт протекал естественно и неспешно. Из густо припаркованных в торговых рядах автомобилей, порой, доносилась музыка, чаще восточная, очень похожая на песни Валерия Меладзе, но иногда мы слышали настоящий джаз.

Женщины здесь доброжелательны и благодушны. Любая из них готова была придти на помощь, если обратишься с просьбой. В лицах мужчин — беспечность, если вокруг никого нет, озабоченность, если рядом бродят туристы, собранность и деловитость, если показались оптовые покупатели.

А еще мы видели, как по улице шел человек и напевал. Он был в одежде невесть какого фасона, стиля, качества и года выпуска. Но он был счастлив. Это выражало все его существо. Никого вокруг для него не существовало, весь мир был в нем самом. Он просто внимал жизни.

Да, именно так, достояние любой страны – это люди. Никакая архитектура, живописная местность или скульптура, ни произведения иного рода искусства не украсят страну, если народ этой страны безлик и угрюм, или холоден и лжив. Тогда все превращается в прах. Но к счастью, в Турции иные люди. Здесь все живет, дышит, все тянется к солнцу.

Непрестижной работы не бывает

Мы брели вдоль Мраморного моря, над которым висит плотная дымка от работающих дизелей огромного числа судов. Здесь не купаются, это «рабочая» часть моря. Только груда огромных камней вдоль кромки воды, на которых иногда располагались рабочие-мужчины, кто ухаживает за улицами и газонами. В рабочий полдень они умащивались на самом солнцепеке, темные, загорелые. Кажется – город населяют одни мужчины.

Они везде – метут шоссе, сажают цветы на клумбах, продают мороженное, обслуживают в кафе, ресторанах, курильнях кальяна, они – гиды в музеях, водители трамваев, они мастера в парикмахерских и продавцы престижных магазинов — Домов кожи. И только в примерочных женского платья мы встретили польку, видели также однажды русскую барышню, обслуживающую покупательницу.
Мужчины варят кофе по-турецки и продают кур и кроликов на рынке, рассаду для цветов и корм для рыб. В этой стране мужчины – добытчики и снабженцы. Их задача – обеспечить семью. Похоже, у них вообще нет непрестижной работы. Та работа хороша, что приносит деньги. Но деньги – только в семью. Там не встретишь женщин с сумками, и авоськами — женщин они берегут. Зато сами мужчины работают с утра до ночи. Суета в торговом центре прекращается к одиннадцати ночи, а в 9 утра все начинается сызнова.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Гатчина. Ее все дарят и дарят
  • Выйти замуж за иностранца
  • В Киевском зоопарке отмечается День Слона (видео)
  • Тайвань - неисследованный остров экологического туризма
  • Кролик по имени Заяц


  • Top