Как выглядит правда в Палестине


Улицы чисты и ухожены, люди бедны. Фото: Моника Вайс/Великая ЭпохаУлицы чисты и ухожены, люди бедны. Фото: Моника Вайс/Великая Эпоха

Клиника милосердия для младенцев, единственная больница для маленьких детей в Палестине. Фото: Маргит ЛинднерКлиника милосердия для младенцев, единственная больница для маленьких детей в Палестине. Фото: Маргит Линднер

«Всё хорошо» — часто можно услышать в Палестине, там не принято говорить о трудностях. Сотрудница помощи развивающимся странам сообщает, как там обстоят дела. Она жила и работала физиотерапевтом в Вифлееме с 2005 по 2008 годы.

Когда спрашиваешь в Палестине кого-то о его самочувствии, ответ зачастую: «Kull ischi tamaan — все идёт хорошо». Говорить о проблемах или трудностях в этой высокопроблематичной стране считается неподобающим. Здесь оставляют себе свои ежедневные заботы и тревоги, так как почти не надеются на их разрешение. Когда я с моим немецким способом мышления хочу оценить ситуацию людей в Палестине, я впадаю в растерянность. Принимать вещи такими, как они есть, без оценки — было самым большим испытанием для меня во время, когда я работала на Ближнем Востоке в рамках проекта помощи развивающимся странам.

Как физиотерапевт группы социального объединения VdK Берлина-Бранденбурга я решила применить свой профессиональный опыт в клинике милосердия для младенцев в Вифлееме на три года.

Клиника милосердия для младенцев

Клиника, со своими 92 койко-местами и 200-ми сотрудниками все ещё единственная специализированная больница для маленьких детей в Палестине. Финансирование осуществляется немецко-швейцарским обществом «Помощь детям Вифлеема», которое обеспечивает высокий стандарт ухода. Клиника до 90% зависит от заграничных спонсоров, так как большинство семей не в состоянии оплатить лечение своих детей.

Большинство детей в больнице из близлежащих деревень и лагерей беженцев из округи. Природные и социальные условия в сельских местностях намного хуже, чем в городах, как Хеброн, Рамалла или Вифлеем. Не хватает еды, отопление зимой недостаточно и одна из главных проблем — это доступ к чистой питьевой воде.

Грязная вода вместо материнского молока

Если матери не имеют достаточно молока для кормления, младенцы не получают достаточного питания. Часто матери не имеют денег для детского сухого питания или же разбавляют его так сильно, что оно не имеет питательности. Кроме того, часто сухое молоко разводят грязной водой. Поэтому многие дети болеют желудочно-кишечными заболеваниями, страдая сильной диареей. Из-за опасности обезвоживания должна быть применена капельница, так как часто дети попадают в больницу слишком поздно. В прошлом году в детской клинике милосердия через несколько часов после поступления умер шестимесячный ребёнок от острого гастроэнтерита. Семья не смогла вовремя собрать деньги для поездки в Вифлеем, и поездка задержалась до поры, когда уже было поздно.

Очень часто к нам попадают дети с нарушением роста, вызванным определённого рода анемией из-за недостатка железа, обусловленным недостаточным питанием матерей. Обеспечение железом в первые месяцы жизни невероятно важно для функции умственного и физического развития. Кроме того, оно определяет развитие уровня интеллекта (IQ).

В отделении недоношенных младенцев лежат дети, которые появились на свет с серьёзным недостатком витамина В12. Особенно в тех случаях, когда будущие матери из-за бедности могли питаться во время беременности только хлебом и чаем. Когда после родов они кормят грудью своих детей, их молоко не содержит В12, и они передают своё истощение младенцам.

Маленький Ахмад

В отделениях клиники были преимущественно дети с заболеваниями дыхательных путей, которые нуждались в моей помощи как специалиста по лечебной гимнастике. Кроме того, в моей компетенции были дети с задержками в развитии и физическими недостатками. Одним из моих маленьких пациентов был Ахмад. Он родился недоношенным, долго находился в специальном боксе, получая искусственное дыхание, и приобрёл судорожный паралич ног.

Семья Ахмада живет в маленькой деревне, в пятнадцати километрах к югу от Вифлеема. Имея участок земли, семья могла себя обеспечивать ещё три года назад. Но поскольку соседнее еврейское поселение всё расширялось, по причине безопасности, палестинцам не разрешено подходить к своим посадкам. Еврейские поселенцы или израильские солдаты могут прогнать их. По этой причине семья пробовала разводить кур, но из-за птичьего гриппа израильские солдаты уничтожили их. После всего этого отец собирал лечебные травы в близлежащих лесах и продавал их в Хеброне на базаре. Хотя продукты питания в Палестине стоят дешево, вырученного не хватало для пропитания семьи. Часто на столе были только хлеб и чай. Несмотря на это, мать привозила сына раз в неделю в нашу клинику. Поскольку в деревню не ходил автобус, она должна была нести ребенка на автобусную остановку в соседнюю деревню. Деньги на проезд она зачастую одалживала у соседки.

Где инвалидность — позор

Забота об излечении своего сына матерью Ахмада — исключение. Инвалидность рассматривается в палестинской культуре до сих пор как позор, и обычно такого ребенка не показывают общественности. Шансы для женитьбы братьев и сестер могут значительно снизиться. Палестина — страна с наибольшим количеством инвалидов, потому что до сих пор заключаются браки внутри семьи. В сознании населения вопрос инцеста не играет большой роли.

Прогресс и развитие, кажется, остановились в Палестине. Много семей обеднели со времени начала второй интифады (она продолжалась с 2000 по 2005 годы), а также по причине блокады международной помощи. Несмотря на это в Палестине не увидеть спящих на улицах бездомных или людей в поисках еды в мусорных контейнерах. Сильная поддержка семьи в арабской культуре является традицией, как и должно быть. Нет социальных страхований, только немногие могут позволить себе медицинскую страховку на случай болезни. Обеспечение старости — это забота детей, и примерно 46 % населения Палестины на сегодняшний день — возрастом менее 14 лет. Количество рабочих мест не выросло соответственно приросту населения. Реальная безработица — 70 %. Молодые и хорошо образованные люди, имеющие возможность уехать за границу используют эту возможность.

Перекрытые дороги и ослиные тропы

Борьба за власть между Фатх и Хамас, также как и 40-летнее пребывание израильтян, предотвращают каждое возможное позитивное развитие. Таким образом, даже свободное перемещение населения ограничено. Передвижение с помощью частной легковой машины почти невозможно, так как израильские военные ежедневно сооружают заграждения на дорогах и направляют передвижение на другие дороги, частично даже ослиные тропы, на которых ориентируются только местные жители или водители такси.

Большое присутствие израильских солдат на палестинских землях служит защите 475000 еврейских поселенцев, живущих в 144 поселениях в западной Иордании. Политика апартеида Израиля не предоставляет палестинцам прав защищаться против конфискации земли, арестов или запретов на въезд или выезд. Кроме того, в Палестине не хватает действующей власти, и правительство Фатх считается крайне продажным. В этом вакууме Хамас успешно наращивает влияние. Везде возникают финансируемые Хамасом учреждения для детей, больных, инвалидов и пожилых, или для семей, члены которых заключены в израильские тюрьмы. Таким образом, Хамас привлекает людей на свою сторону, а Палестина развивается в страну с сильным исламистских уклоном.

Палестина — тюрьма на открытом воздухе

Поселения палестинцев почти полностью ограждены стенами. Сторожевые вышки, оградительные сооружения, контрольные пункты определяют пейзаж. Переходы в Израиль для палестинцев закрыты и факт, что израильская армия может перекрыть Вифлеем в течение нескольких минут, создает впечатление нахождения в огромной тюрьме на открытом месте. Это создает определенное давление, и часто мне приходилось наблюдать, как хрупко предполагаемое спокойствие и как быстро напряжение выливается в насилие и уличную борьбу. С моим немецким загранпаспортом я проходила все перекрытия и могла на своей машине через контрольный пункт проезжать до Иерусалима, который находится всего в 11 километрах. Несмотря на это, я также чувствовала напряжение, которое, казалось, висит повсюду в воздухе.

Дополнительно ко всему, жизнь одинокой женщины в восточной стране не проста и возможности для проведения свободного времени весьма ограничены. Но сногсшибательное гостеприимство, открытость и дружественность людей, и особенно частые встречи с сотрудниками клиники и матерями пациентов, многое уравновешивали. Жизнь посреди совершенно другой культуры расширила мое мировоззрение, и я поняла, что человек сам решает, как ему поступать в обстоятельствах, в которые он попал.

Есть ли шансы у Ахмада?

Часто в моих мыслях я возвращаюсь к Ахмаду. Как обернется его жизнь? Будет ли его мать и дальше приводить его на лечение в Вифлеем? Получит ли он необходимые для ходьбы приспособления? Примут ли его в школу, несмотря на его инвалидность, или его ждёт судьба большинства детей-инвалидов в Палестине, живущих не выходя из дома? И снова я ловлю себя на мысли, что применяю мои немецкие мерки к палестинским отношениям и при этом ощущаю безысходность.

Автор: Маргит Линднер, 1954 г.р. из Баварии, с 1980 г. работает детским физиотерапевтом и преподает в области повышения квалификации медицинских работников. Профессиональные причины побудили её отправиться работать в Палестину в рамках помощи развивающимся странам, где она могла тесно работать с медсестрами и врачами в клинике для младенцев и маленьких детей. Одновременно её, как верующую христианку, привлекала возможность пребывания в «Святой стране».

Версия на немецком


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • В Берлине собрались последователи Фалуньгун из 30 стран
  • В поисках Атлантиды
  • Канал CNN уличён в геноцидной корректности
  • Решение международного суда Синедрион по вопросу преследований Фалуньгун в Китае
  • Фотообзор: В Нью-Йорке на Манхеттене упал кран, есть жертвы


  • Top