В Гило мы живем спокойно

Мы живем в Гило, как раз напортив того знаменитого дома, из-за строительства которого сейчас столько политического шума на весь мир. Те, кто не сильно взволнован по поводу этого строительства, называемого «нарушением мира между Израилем и Палестинской автономией», поймет и мое спокойствие, и спокойствие многих простых жителей в Гило и Бэй-Джалы (Бэйт-Лехем – на иврите, Вефлием – на русском).

Козы пришли позавтракать оливами.  Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха (The Epoch Times)Козы пришли позавтракать оливами. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха (The Epoch Times)

Честно признаюсь, что сама об этом политическом шуме узнала только на днях. Я возвращалась из гиловского супермаркета, и меня остановила корреспондентка израильского молодежного радиоканала «Галгалац». Она спросила, что я думаю о событиях в Гило. Корреспондентка думала, что я в курсе дел, но не все люди имеют телевизор дома, и не все слушают радио (не будем их судить), но почти все люди ходят в супермаркет Гило и покупают еду. Там все приветливо общаются: арабы с евреями, евреи с арабами, не выясняя, кто израильтянин, а кто палестинец. В супермаркете работает смешанный персонал уже много лет.

Корреспонденту «Галгалац» я ответила, что думаю о запрете на строительство в Гило как о нелогичном и искусственном действе – не запретами на строительство решаются вопросы о мире.

Да, Гило обстреливали из Бэйт-Лехем восемь лет назад: немало жертв, пули залетали в окна домов, оставляя следы даже в холодильниках. В самых ближних домах к границе поменяли стекла на пуленепробиваемые, хотя никакой границы тогда не было между городами, лишь росла оливковая роща, а каменный забор начал строиться во время обстрела.

Помню, мы тогда возмущались действиями Цахала (израильская армия): «Почему они, наши защитники, такие бестолковые, не отключают в Бэйт-Лехем свет и воду, а строят этот бесполезный забор?»

Сейчас, спустя восемь лет, мы понимаем почему: ведь изначально между евреями и арабами было добрососедство, оно сегодня снова возвратилось, а Цахал предпринимал максимальные действия, чтобы сохранить на будущее уже традиционное добрососедство.

Гило – 40 лет. Не вникая по роду деятельности в политику, я пишу как простой житель Гило, который страдает только от временного строительного шума и пыли будущего здания, но никак не от палестинцев, которых вижу каждый день, обмениваюсь улыбками и приветствиями «Шалом».

Сегодня, неожиданно для меня, пишущей на другие темы (я корреспондент газеты «Великая Эпоха» по темам «культура–искусство») представилась возможность написать от имени простого жителя, причем, при интересных обстоятельствах.

Мой сын учит в школе «тикшорет». Корень этого слова «кешер», что означает «связь». Я затрудняюсь на русском языке точно назвать эту специальность, «тикшорет», потому что в русском понимании «связь» – это не специальность, пожалуй, это больше операторская, телевизионная специфика.

Сыну задали задание: выбрать тему и на эту тему сделать несколько фотокадров. Ребенок мучился два дня, но ему ничего не хотелось снимать, пришлось подключиться мне: «Давай пойдем рано утром до начала занятий в школе в оливковую рощу рядом с домом и поснимаем оливковое дерево с разных сторон».

Мальчик, ему 15,5 лет, согласился, и мы сегодня, 21.11.09, отправились фотографировать оливковые деревья. Посмотрите фоторепортаж и поверьте своим глазам, как спокойно мы тут живем.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Погода становится менее экстремальной
  • Президент России отказывается от путинской "суверенной демократии"
  • Свободная торговля убивает австралийскую промышленность
  • Итоги саммита «Россия-ЕС»: мнение эксперта
  • Необходимо вернуть россиянам идеалы терпимости, взаимного уважения, готовности к диалогу


  • Top