Кембридж: выставка «Бюрократия шпионского дела»


Университетская библиотека Кембриджа. Фото:  Darren McCollester/NewsmakersУниверситетская библиотека Кембриджа. Фото: Darren McCollester/NewsmakersВ университетской библиотеке Кембриджа открылась выставка, приглашающая посетителей погрузиться в засекреченный мир разведки.

В экспозиции нет ничего, что приковывало бы внимание с первого взгляда: ни пистолетов, ни мартини, ни гоночных автомобилей, ни красивых блондинок, ни говорящих камней.

Разведка – это информация. В Кембридже выставлены редкие документы. В том числе — материалы, относящиеся к знаменитой «кембриджской пятерке», завербованным в 30-е годы прошлого века советской разведкой британским студентам.

Книги, карты (в том числе и советская карта восточной Англии, датированная 1985 годом, где все названия на кириллице), депеши, телеграммы (среди них и телеграмма от британского агента в Санкт-Петербурге, в которой он сообщает о смерти Распутина) – в общем, сплошные бумаги.

Однако, как говорит куратор выставки Джон Уэллс, стоит только вчитаться в эти бумаги — и перед вами откроется целый мир старинных секретов.

«Одна из идей этой выставки в том, чтобы показать, как много в шпионском деле бюрократии, — рассказывает Джон Уэллс. – Посмотрите, горы бумаги. Но бумага — это носитель информации. А информация — главное в разведке».

Агрессивная интриганка, друг порабощенных

Уэллс подводит меня к стенду с бумагами. «Это меморандум, подготовленный разведкой для британского правительства в конце 1920-х годов. Здесь говорится о советской политике в Китае», — поясняет куратор.

Мы вчитываемся в выцветший листок бумаги. Человек, написавший эту докладную записку, выделяет четыре основные характеристики Советской России, из чего, по его мнению, можно сделать вывод о возможном вмешательстве Москвы во внутренние дела Китая.

Характеристики нелицеприятные. Во-первых, это национализм, во-вторых, присущая России агрессия, в-третьих, это любовь к интригам ради самих интриг. И, наконец, последняя причина — сочувствие России к порабощенным народам. Порабощенным, с точки зрения России.

«Можно, конечно, спросить: что интересного в этих бумажках? Какие-то донесения… Но интерес в том, что этот документ показывает, как у одного государства складывается образ другого государства», — говорит Уэллс.

Идеалисты?

Ким Филби, Дональд Маклейн, Энтони Блант, Джон Кернкросс и Гай Берджесс были завербованы агентами НКВД между 1934 и 1937 годами. Молодые люди из хороших семей, все они после окончания университета заняли важные посты либо в правительстве, либо в британской разведке. На это и рассчитывали советские вербовщики.

«В те годы была такая атмосфера, нас всех захлестнула волна левых настроений и антифашистский настрой, — объяснил свою вовлеченность в шпионаж на Советский Союз один из «великолепной пятерки» Энтони Блант в интервью Би-би-си в 1979 году. — Мы все чувствовали, особенно после гражданской войны в Испании, что это наш долг сделать что-то антифашистское, — говорит Блант. — Гай Берджес убедил меня в том, что это и мой долг шпионить на коммунистическое государство. Только теперь я понимаю, что это было ошибкой».

Историк и бывший советский шпион Михаил Любимов лично знал одного из пятерки — Кима Филби. «Мы с ним в Москве несколько лет встречались, пили виски — это было прекрасное время, — делится своими воспоминаниями Любимов. — Ким, как и другие из «пятерки» поверил в идеалы [коммунистической системы], но система, в которую он потом приехал [после разоблачения] разочаровала его. Он верил в идеал, в утопию Томаса Мора, если хотите. Они все были идеалистами, поверившими в создание «нового общества».

Меняющийся образ шпиона

Самый старинный документ на выставке — страница рукописи Ветхого Завета XI века на древнееврейском языке, где рассказывается история иудейского шпиона. Тут же — древняя история про английского короля Альфреда, который лично шпионил за датским королем.

Под видом менестреля король Альфред проник в лагерь датского короля, играл ему на арфе, а спустя несколько дней вернулся с информацией о датских войсках.

Король Альфред считается героем. «В этом случае шпионаж рассматривался как благородное дело», — говорит куратор выставки Джон Уэллс.

«Благородство» — первое, что приходит на ум историку Владимиру Артамонову из центра военной истории России, когда я спрашиваю у него про то, каким был образ разведчика в XX веке.

«Благородство, романтика, сила, смелость — вот черты отличающие разведчика-шпиона XX века, особенно это относится к первым годам советской власти? – говорит он. — А на закате СССР, когда появилось много перебежчиков, отношение к разведчикам изменилось. Эта профессия стала ассоциироваться с предательством».

Бывший шпион Михаил Любимов, напротив, считает, что в XX веке шпионаж потерял присущую ему элегантность: «Во время холодной войны, когда друг другу противостояли две мощные системы, это уже был не тот элегантный шпионаж, который был в XV-XVI веках».

Будущее шпионажа

Парадоксом дня сегодняшнего Любимов считает разрастание спецслужб, все увеличивающиеся бюджеты разведок крупнейших стран.

«Будущее шпионажа не столько за человеком и его способностями, сколько за техническими ноу-хау», — констатирует бывший разведчик.

Какое бы будущее не приписывали шпионскому делу, сейчас профессия разведчика и – шире — человека, работающего на спецслужбы, является весьма популярной среди выпускников Кембриджского университета.

Источник: bbc.co.uk


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Можно ли похоронить того, о ком раньше говорили «вечно живой»?
  • Всемирный доклад Human Rights Watch – 2010: контрнаступление реакции на правозащитников
  • Клонирование человека – поругание этики и нравственности
  • Пообедать в «Бродячей собаке» как 100 лет назад. ВИДЕО
  • Какие выводы следуют из дела Фэн Женху


  • Top