Эйнштейн


ЭЙНШТЕЙН. Бремя великого человека

ЭЙНШТЕЙН

Эйнштейн. Бремя великого человека. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаЭйнштейн. Бремя великого человека. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаМы начинаем повествование о великом человеке Альберте Эйнштейне с замечательной экспозиции, которая активно функционирует в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам.

Альберт Эйнштейн – один из основателей Еврейского Университета в Иерусалиме. Его особое отношение к университету выразилось в том, что он завещал ему в 1950 году свои авторские права и личный архив.

Экспозиция, размещенная на двухметровых стендах из красного дерева, представляет уникальный материал на двух языках, английском и иврите, о разных периодах жизни и деятельности ученого. Включает в себя самое большое в мире собрание писем Эйнштейна с философами, физиками 20 века, личную переписку с семьей.

Она еще раз помогает увидеть жизнь одного из ярких и значительных личностей современного общества: физика, гуманиста и еврея.

Как физик, Эйнштейн перевернул взгляд на устройство всего мира. Как гуманист в области возрождения Израиля, он активно и решительно действовал в политическом мире своего времени. Как еврей, он взял на себя решающую и особенную моральную миссии по отношению к своему народу.

В добрый час.

ЭЙНШТЕЙН. Бремя великого человека

Эйнштейн. Бремя великого человека. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаЭйнштейн. Бремя великого человека. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая Эпоха1905 год, так называемый «Год чудес» в истории физики, в ведущем журнале Германии «Анналы физики» были опубликованы три выдающиеся статьи Эйнштейна, положившие начало новой научной революции:

1. «К электродинамике движущихся тел» (Zur Elektrodynamik bewegter Körper).

2. «Об одной эвристической точке зрения, касающейся возникновения и превращения света» (Über einen die Erzeugung und Verwandlung des Lichts betreffenden heuristischen Gesichtspunkt).

3. «О движении взвешенных в покоящейся жидкости частиц, требуемом молекулярно-кинетической теорией теплоты» (Über die von der molekularkinetischen Theorie der Wärme geforderte Bewegung von in ruhenden Flüssigkeiten suspendierten Teilchen)

Эйнштейн. Бремя великого человека. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаЭйнштейн. Бремя великого человека. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаВскоре немецкий «Берлинер иллюстрирте цайтунг» опубликовал портрет Эйнштейна под заголовком «Новая величина всемирной истории», и на обыкновенного эксперта III класса Федерального Бюро патентования изобретений падает неимоверная тяжесть – стать и «мировым разумом» и «мировой совестью» одновременно. Миллионы умов стали смотреть на Эйнштейна, как на бога, но кто мог подумать, что в 14 марта 1879 году родится «бог» ХХ века? Наверное, только сам Создатель.

Интересно, что в этом же году родились:

Елена Ивановна Рерих,философ, писатель, жена Н.К. Рериха,Йоханнес Брёнстед, автор протонной теории кислот и оснований, Отторино Респиги, итальянский композитор, Агриппина Ваганова, балерина, педагог,Лев Троцкий, российский политический деятель,Иосиф Сталин (Джугашвили), Рамана Махарши, индийский религиозный деятель и философ.

В этом году произошло покушение на императора Александра II, в Санкт-Петербурге на Литейном мосту зажглось электрическое освещение, выходит в свет первый выпуск журнала «Сионская Сторожевая Башня и вестник присутствия Христа», издаваемого Свидетелями Иеговы, Американский изобретатель Томас Алва Эдисон испытывает свою первую лампу накаливания, Американский физик Эдвин Герберт Холл открыл эффект, впоследствии названный его именем (эффект Холла).

Скончались в этом году Анна Керн, возлюбленная А. С. Пушкина; Сергей Соловьёв, русский историк; Джеймс Клерк Максвелл, английский физик.

Предки Эйнштейна поселились в сельском районе Швабия на юго-западе Германии до 1790 года. Его родители принадлежали к среднему сословию городских ассимилировавшихся евреев.

Кто же такие швабы, среди которых рос Эйнштейн? Недостаточно сказать, что это просто немцы. Швабский диалект сами немцы с трудом понимают. В швабском диалекте почти к каждому слову прилепляется уменьшительно — ласкательный суффикс «ле» (не с идиша ли попал сюда?), но нигде, кроме Швабии, не употребляется. Швабы, в отличие от немцев, любят охотно и вкусно покушать, в этом они перещеголяли самих французов (но не евреев), да и самих немцев они перещеголяли в чистоте. Говорит жительница Швабии: «Такого вы не увидите больше нигде в Германии: каждую субботу все подметают улицу перед своим домом. Самый близкий друг ЭЙНШТЕЙНА. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаСамый близкий друг ЭЙНШТЕЙНА. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаВ саду каждый кустик подстрижен, каждая травинка приглажена». (может быть от швабов пришло слово «швабра»?). Кстати, немцы любят рассказывать анекдоты про евреев швабов и подшучивать над ними, да и сам Эйнштейн был наделен прекрасным чувством юмора. Наверное этот дар помог ему выстоять три четверти своей жизни в роли «разума и совести ХХ века».

Афоризмы Эйнштейна по поводу своего бремени:

«Чтобы покарать меня за отвращение к авторитетам, судьба сделала авторитетом меня самого. (Афоризм для друга, 18 сентября 1930 (Einstein Archive 36-598)

«Каждый мой писк – с грустью острил он, — подается, как соло на трубе».

«Чем больше моя слава, тем я больше тупею; и таково, несомненно, общее правило. (письмо Генриху Цангеру, 24 декабря 1919).

Вспомним, как не выдержал великий Эйнштейн в день своего 72-хлетия, выпучил глаза, растрепал волосы и высунул до подбородка язык со словами «Вы этого хотели? Получайте!».

Самый близкий друг ЭЙНШТЕЙНА

Эйнштейн. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаЭйнштейн. Экспозиция в библиотеке Иерусалимского Университета Гиват-Рам. Фото: Хава Тор/Великая ЭпохаЭйнштейн-ребенок, Альбертл (так по-швабски называла его вторая жена Эльза), рос в диаметрально противоположных исторических традициях: одна – рационалистическая, корнями ушедшая в Эльзас и Францию, другая – полицейсконепогрешимая, слеповерная, чисто прусская государственность. Альберт рос в швабском городе Ульме, с тридцатитысячным населением на две трети католическим, на одну треть лютеранским, с несколькими сотнями евреев ничем не отличающимися от общего; расположенным у подножия Альп, сохранивший средневековый облик с кривыми узкими улочками и готическим собором XV в. со сташестидесятиметровой башней.

В семье Эйнштейна мама играла на фортепьяно сонаты Бетховена, отец прививал детям любовь к природе, регулярно совершая прогулки по живописным окрестностям города. В семье существовал культ Гейне, Лессинга и Шиллера, на полках вместе с Библией стояла книга Евангелие.

Хоть и боролись ульмские протестантские князья в XVI в. против католической церкви и императорской власти, но к концу XIX века государственной школой стала католическая, куда Альберта отдали учиться, потому что еврейская школа находилась далеко от дома и была не по средствам родителям. Молчаливому маленькому Эйнштейну, наделенному большим чувством справедливости, было очень не просто выносить недружелюбное отношение к еврейскому меньшинству. У него не было товарищей в школе.

Позже Эйнштейн напишет: «Воображение важнее, чем знания. Знания ограничены, тогда как воображение охватывает целый мир, стимулируя прогресс, порождая эволюцию» (статья «What Life Means to Einstein» в Saturday Evening Post, 26 октября 1929).

Самым преданным другом Альберта становится его же воображаемый мир . У него рано появляется интерес к математике, огромное спасибо, живущему в семье дяде Якобу, который сумел развить этот интерес, говоря племяннику: «Алгебра — это веселая наука. Когда мы не можем обнаружить животное, за которым охотимся, мы временно называем его икс и продолжаем охоту, пока не засунем его в сумку». Получив такую яркую, азартную инструкцию, мышление Эйнштейна не прекращало «охотиться» за новыми способами решения задач, избегая общепринятых методов.

Десяти лет Эйнштейн поступает в гимназию. Атмосфера в Германии становится военизированной. По улицам гремит музыка военных оркестров, сверстники с упоением играют в солдаты, но Альберт остро чувствует в этом, пока не осознавая, проявление некой иррациональной силы, направленной против как всеобщей разума и гармонии, так и гармонии его воображаемого мира. В гимназии Эйнштейна увлекают только уроки Руэса, преподающего историю античной цивилизации. Он готов получить наказание и остаться без обеда, лишь бы не пропустить дни дежурства учителя и побеседовать с ним.

Этот как раз те моменты в жизни Эйнштейна, когда контакт с окружающим миром (в данном случае с учителем Рэусом) подталкивает к новому интеллектуальному прорыву, который вдруг позволяет явно увидеть чудо созвучия окружающего мира со своим воображаемым.

Семья Эйнштейна соблюдала еврейскую традицию гостеприимства и каждую пятницу приглашала к ужину бедного студента из эмигрантов. Одним из них был студент-медик из Польши Макс Талмей, который стал для Альберта еще одним сильным интеллектуальным толчком к прорывам в поиске созвучия окружающего мира со своим. Талмей рекомендовал прочитать составленные Бернштейном «Популярные книги по естествознанию», где мальчик почерпнул знания по зоологии, ботаники, астрономии, географии, изложенной с точки зрения универсальной причинной зависимости явлений природы, чего он не мог узнать из гимназической системы преподавания.

Позже великий ученый напишет в работе «Замечания о теории познания Бертрана Рассела»: «Во времена, когда философия переживала период своего детства, было распространено убеждение, что с помощью одного лишь чистого мышления можно познать все, что угодно. Эту иллюзию нетрудно понять, если на мгновение отказаться от всего, что нам известно из более современной философии и естественных наук. Вряд ли кто-нибудь удивится, узнав, что Платон считал более реальными «идеи» , чем эмпирически воспринимаемые нами вещи. У Спинозы и даже у Гегеля этот предрассудок является той жизненной силой, которая все еще призвана играть главную роль…»

В детстве Эйнштейн приобрел самого близкого друга – свой воображаемый мир, который, по-сути, стал генератором великих идей 20 века. Как бы дальше развивался человеческий разум, если бы он не нашел своего самого близкого друга?

ЭЙНШТЕЙН. Музыка. Моцарт

Эйнштейн со скрипкой. Фото с сайта aml.nm.ruЭйнштейн со скрипкой. Фото с сайта aml.nm.ruМир Альберта Эйнштейна был наполнен музыкой. Он в ней вырос, благодаря маме, с шести лет начал играть на скрипке, хорошо овладел игрой на фортепьяно, и не расставался с музыкой до конца своей жизни. Он особенно любил творения Моцарта. И теперь, когда вспоминаешь о великом ученом – думаешь о Моцарте, когда слушаешь музыку великого композитора – рядом появляется образ Эйнштейна. Этот тендем не разлучить.

Пятнадцатилетний Эйнштейн, не окончив гимназию в Мюнхене, переезжает к родителям в Италию, куда семья полгода назад переселилась для поправки своего материального положения. Теперь уроки любимого учителя по античной истории Руэса можно было вытащить из воображаемого мира и воочию вкушать.

Приветливая, непринужденная, выразительно жестикулирующая Италия с хорошо сохранившейся античностью на каждом шагу, встретила юношу, к тому времени хорошо игравшего на скрипке. Прощай невыносимая зубрежка, прощай рутина, казарменный дух, прощайте апломбы! Здравствуй, дух свободы, музыка, мелодичная речь! Если бы дела отца шли хорошо в Италии и не стоял бы вопрос для Альберта быстрее получить профессию, а она по семейной логике вещей должна была быть технической, может быть, мир получил бы выдающегося музыканта в лице Эйнштейна?

Но судьба отправляет Альберта в Цюрихский политехнический институт, а до него, для получения аттестата, в швейцарскую, передовую по методам обучения в те времена, школу, в маленьком городке Аарау, на севере Швейцарии, на реке Ааре. Если покопаться в истории городка, то недалеко Эйнштейн забрался от очаровательной Италии: на территории Аарау обнаружены артефакты неолитического периода, руины поселения бронзового века и… остатки римского деревянного моста.

Предельная честность Эйнштейна. Фото с megalife.com.uaПредельная честность Эйнштейна. Фото с megalife.com.uaХорошее совпадение – Аарау становится для Эйнштейна своего рода мостом в прогрессивный, свободный мир, с античным пониманием гармонии и красоты. Он вошел в него, не расставаясь со своей скрипкой, у него впервые появились друзья-сверстники.

Эмиль Гильб, немецкий музыкант, пишет в своих воспоминаниях: «Однажды мы встретились с Эйнштейном в столовой школы в Аарау, где нам всегда было так весело. Мы хотели играть сонаты Моцарта. Когда запела скрипка Эйнштейна, мне показалось, что стены комнаты расширились и впервые подлинный Моцарт предстал передо мной в ореоле эллинской красоты с его ясными линиями, то шаловливо грациозными, то могучими и возвышенными. «Это божественно, мы должны повторить!» — воскликнул Эйнштейн»

Через полгода, будучи студентом Цюрихского политехнического института, юноша сближается с революционно настроенными студентами-эмигрантами. Ближайшими друзьями Эйнштейна стали Марсель Гроссман, с которым он подружился и которого впоследствии привлек к разработке математического аппарата общей теории относительности, Луи Коллрос, Якоб Эрат, Милева Марич, которая станет первой женой будущего ученого.

В Цюрихе Эйнштейн снимал комнату у гладильщицы, которая любила работать под музыку. Бедный студент считал своим долгом услаждать слух доброй женщины скрипичными сонатами Моцарта, пропускал при этом лекции и, еще хуже, свидания с друзьями в кафе «Метрополь». Но факт остается фактом — он не расставался с музыкой, видимо, ни дня. Музицирование было для него так же необходимо, как мыслительный процесс.

Живя в Принстоне, Эйнштейн поделился с пианистом Манфредом Клайном: «Импровизация столь же необходима для меня, как работа. И то и другое позволяет достичь независимости от окружающих. В современном обществе без этого нельзя обойтись». Ученому была жизненно необходима чистота и простота в науке. Как раз они обе полноценно звучали в музыке Моцарта.

Недаром говорят, что простота – гениальна. Чистота – тоже гениальна, они обе, самым адекватным образом отображают бытие.

В чистоте и красоте хранится некая тайна гармонии, которую стремился разгадать пытливый ум Эйнштейна. Великий ученый сказал: «Самое прекрасное, что мы можем испытать – это ощущение тайны. Она есть источник всякого подлинного искусства и науки».

Видимо, соприкосновение с простой, чистой тайной бытия происходило именно тогда, когда Эйнштейн думал над созданием Единой теории поля и исполнял сонаты Моцарта.

Предельная честность Эйнштейна

Чтобы понять изначальную гармонию нашего дуального мира противоположностей, необходимо пройти через хаос мыслительного процесса. Все творчество Альберта Эйнштейна – это неутомимое и честное прохождение через неизбежный хаос познания с романтической целью вырвать человечество из него.

В своей работе «Пролог. Куда направляется наука?» Эйнштейн рассуждает о природе стремления человека, в частности физика, к познанию изначальной гармонии мира. Он рассматривает негативные и позитивные мотивы, заложенные в стремлении человека познавать этот мир, неотъемлемой, также дуальной, частью которого он является.

О негативе ученый пишет: «Одним из сильнейших мотивов, побуждающих людей посвящать себя искусству и науке, является стремление избежать повседневности с ее серостью и мертвящей скукой и сбросить с себя оковы своих собственных преходящих желаний, нескончаемой вереницей сменяющих друг друга…».

Позитив, по мнению Эйнштейна, заложен в самой природе человека, который благодаря ей «всегда стремился составить для себя простой и не обремененный излишними подробностями образ окружающего его мира». Природа человеческого разума – природа строителя. Вопрос, кто сможет создать нечто позитивное, прогрессивное в тяжелейших условиях неизбежного хаоса. Как навести в нем порядок?

Размышляя о людях, посвятивших себя науке, Эйнштейн говорит опять же о двух категориях. Одни приходят в Храм науки стать в нем жрецами, т.е. полностью отдают себя науке, другие приходят проявить свое дарование, т.е. получить удовольствие, «как атлету доставляют удовольствие упражнения, развивающие силу и ловкость». Среди вторых есть такие, которые продают свой мозг, т.е. зарабатывают деньги на своих способностях. Если в Храме науки останутся только жрецы (так оно и закономерно происходит), то их можно будет сосчитать по-пальцам.

Эйнштейн высоко ценил одного из таких жрецов — Макса Планка*, подчеркивая при этом, что величие истинного ученого не нуждается в жалком подтверждении с его стороны. На его примере Эйнштейн проанализировал природу стремления физиков познать изначальную гармонию мира и сделал вывод, что такое стремление настоящего ученого исходит из его душевной потребности, в которой формируется та самая чистая энергия, которая зовется «вдохновением».
Какой главной особенностью должна обладать картина мира, созданная истинным «вдохновением» жреца Храма науки? Эйнштейн выделяет две стороны этой главной особенности. Одна – «точность и внутренняя логическая непротиворечивость, которые можно выразить только на языке математики», а другая – это жесткая требовательность физика по отношению к материалу, который он исследует, выбирая в нем лишь простые процессы, доступные чувственному восприятию.
Эйнштейн прекрасно знал, что мир устроен гораздо сложнее, чем человеческий разум может воспринять. Но главное требование к истинному ученому – это чрезвычайная точность и логическая последовательность в процессе исследования. Как же иначе, не обладая этими требованиями, ограниченному человеческому разуму прорваться через реальный и неумолимый хаос познания?
Такой предельной честностью, необходимой настоящему ученому, обладал сам Эйнштейн. Поэтому ему, великому жрецу Храма науки, удалось прорваться к совсем не простому осознанию того, что разум человеческий все же ограничен пределами пространства, в котором он существует.
*Макс Карл Эрнст Людвиг Планк (Max Karl Ernst Ludwig Planck), 1858 – 1947 — выдающийся немецкий физик. Как основатель квантовой теории предопределил основное направление развития физики с начала XX века. Вклад Планка в современную физику не исчерпывается открытием кванта и постоянной, носящей его имя. Сильное впечатление на него произвела специальная теория относительности Эйнштейна. Полная поддержка, оказанная Планком новой теории, в немалой мере способствовала принятию специальной теории относительности физиками.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Моисей. Эффект Моисея. Фоторепортаж
  • Cкульптор Григорий Потоцкий: "Когда жизнь теряет смысл, мы заново начинаем служить прекрасному"
  • Певцу Юрию Антонову исполнилось 65 лет
  • Эксперт: «У предприятий есть ответственность в вопросе прав человека»
  • Певица Валентина Толкунова госпитализирована в реанимацию


  • Top