Десять лет невыносимых преследований. Рассказ музыканта-исполнителя труппы Shen Yun Performing Arts


Мей Сюан и её муж Цзянь Фень. Фото:epochtimes.com Мей Сюан и её муж Цзянь Фень. Фото:epochtimes.com Красивый и таинственный звук эрху, традиционного китайского музыкального инструмента, наполняет театр. Пальцы исполнительницы нежно скользят по струнам. Темп мелодии ускоряется все быстрее и быстрее, достигает кульминации, и… музыка внезапно останавливается. Слушатели застывают на мгновение и, наконец, бурные аплодисменты заполняют весь зал.

Вечером, 13 февраля, солистка нью-йоркского коллектива Shen Yun Performing Arts, изящная китайская леди, играла на двухструнном китайском инструменте на сцене Bezemes Family Theater. Это была Мей Сюан.

Она и ее музыка были настолько утончёнными, что невозможно было предположить о перенесенных ею 4-х годах невообразимых пыток в китайской тюрьме. Она не единственная в своей семье, перенесшая суровое заключение. Мэй рассказала свою историю «Великой Эпохе» во время турне с Shen Yun.
Десять лет страданий

«Чтобы препятствовать мировому турне Shen Yun, китайский коммунистический режим не только похитил моего мужа, Цзянь Феня 18 февраля, он угрожал всей моей семье. Моя мать была похищена за месяц до начала турне, и от этого горя мой отец тяжело заболел» — сказала Мей Сюан.

Артистка поведала, что с тех пор, как она присоединилась к Shen Yun в 2008 году, полицейские национальной безопасности китайского режима не прекращали беспокоить ее семью. «Полиция врывалась в офис моей сестры и моего брата много раз, требуя их оказать давление на меня, чтобы я покинула труппу».

Но вся семья Мей Сюан поддерживает то, что она делает, поэтому вмешательство режима не работало.

Когда Мей Сюан готовилась к гастролям с Shen Yun в ноябре 2009 года, она узнала, что ее мать снова арестована и задержана в центре промывания мозгов провинции Аньхуи. Полиция угрожала ей, убеждая оказать давление на Мей Сюан, чтобы та возвратилась в Китай. Они сказали ей: «Если Мей Сюан возвратится в Китай, то все потери, которые вы понесли в прошлом, будут возмещены, репутация Мей Сюан, как «национальной исполнительницы первого класса» восстановится и она сможет возобновить работу, которую когда-то имела».

Ее мать ответила, что не знает ничего о дочери и ее деятельности в США, и не вправе ей советовать возвратиться в Китай.

Отец Мей Сюан перенес сердечный приступ, когда полиция забирала в тюрьму его дочь. 20 полицейских ворвались в дом, перерыли все и арестовали Мей. Они забрали компьютер, принтер, книги, банковские бланки и наличные деньги.

Когда отец увидел весь этот хаос, он сел на пол, очевидно, испытывая острую сердечную боль. «Несмотря на критическое состояние моего отца, полиция силой забрала меня, потому что я — непоколебимая практикующая Фалуньгун».

Ее отец перенёс инсульт несколько раз и, в конечном счете, заболел водянкой. Хотя ему говорили, что ему осталось жить только два года, он прожил еще восемь лет. Мей рассказывала, что отец постоянно приносил ей деньги и одежду в тюрьму.

Когда в ноябре прошлого года похитили его жену и поместили в центр для промывания мозгов, отец не выдержал и умер. Мей Сюан не может остановить слезы, когда думает об отце.

Цзянь Фень, муж Мей Сюан, превратился в бедняка, потому что вынужден был скрываться от полиции. «Полиция пряталась в нашем дворе много раз, пробуя арестовать его» – рассказывает Мей. Одно время полицейские устроили ему засаду, но он сумел избежать ее.

Первые аресты Мей Сюан и Цзянь Феня начались 20 июля 1999 года, когда китайский коммунистический режим начал зверскую кампанию преследования сторонников Фалуньгун.

Так как она была основной исполнительницей на эрху в театре, ее продюсер внёс за неё залог. Цзяня же приговорили к трем годам тюрьмы.

Мей лишь однажды смогла посетить его в тюрьме под конвоем семи полицейских. В течение следующих лет ей вовсе не разрешали видеть его.

Цзянь был освобожден 30 ноября 2002 года после завершения тюремного срока. Но за несколько дней до этого Мей Сюан арестовали на улице и приговорили к четырем годам тюрьмы.

«Китайская тюрьма — сущий ад»

Когда Мей Сюан спросили о жизни в тюрьме, она ответила только одним простым предложением: «Об этом написано на сайте Прозревшая мудрость».

Мей несколько раз просили дать больше информации на эту тему, и она рассказала историю о первом посещении тюрьмы брата. Ее семья, включая брата, думала, что жизнь в тюрьме не будет столь плоха. Но брат был ошеломлен, когда увидел ее работающей на тяжёлой работе. Во время встречи брат и сестра, обнимая друг друга, громко плакали.

В тюрьме кормили тухлым рисом и гнилыми овощами, сваренными на воде. Заключенные шили одежду для экспорта. Они должны были вставать в 4:00 утра и работать по 13 — 14 часов, и часто даже по 17 часов в день. Иногда они работали в течение всей ночи. Полиция следила за ними 24 часа в сутки, поскольку их премия зависела от работы заключенных.

Мей рассказала, что около 200 заключенных умерло на ее глазах. Каждый день кто-то умирал: кто от истощения, кто от болезней, которых не лечили, кто от связанных с работой несчастных случаев, кто от избиений полицией, а некоторые просто сошли с ума или покончили с собой. Пальцы многих людей были ампутированы от повреждений иглами швейной машины. Аварии происходили от хронического недосыпания. «Китайская тюрьма — сущий ад,» — говорит Мей Сюан.

75 дней Мей Сюан подвергалась зверским пыткам. «Чтобы получить мое заявление о прекращении практики, они долго били меня. Все тело мое было в ранах. Они приковали мои руки и ноги к железному стулу. Мне не разрешали спать в течение 75 дней. Даже стул в моих глазах изменился и потерял форму. Два с половиной месяца, они держали меня прикованной…» — Мей Сюан остановилась, не смогла дальше рассказывать.

После продолжительной тишины, она встряхнула головой и произнесла: «Я не хочу больше говорить об этом, это всё». Беседа закончилась.

Поиски похищенного мужа

Мей Сюан все еще не имеет никаких новостей о местонахождении ее мужа, с тех пор как он исчез в Шанхайском аэропорту Пудунь перед посадкой на рейс в США 18 февраля.

Репортер «Великой Эпохи» позвонил в консульский отдел Министерства иностранных дел Китая 22 февраля и спросил чиновника об аресте Цзяня шанхайским Офисом 610. После разговора с вышестоящим должностным лицом чиновник сказал, что ситуация, должно быть, была одобрена центральным правительством и не имела никакого отношения к Министерству иностранных дел. Репортеру посоветовали связаться с Центральным комитетом Коммунистической партии Китая (CPC).

Запрос был сделан, но человек, который подошел к телефону, немедленно повесил трубку.

Репортер также позвонил в Бюро Национальной безопасности в Шанхае 22 февраля. Человек, который подошел к телефону, отказался что-либо сказать.

На звонок в Шанхайский Офис 610 ответил кто-то по фамилии Гон (Gong). Когда его спросили, как Офис 610 собирается решать вопрос с Цзянем, он ответил: «Нужно разобраться». Два чиновника в Шанхайском отделении полиции Пудунь сказали репортеру «Великой Эпохи», что они не знают об исчезновении Цзяня, но наиболее вероятно, что он был похищен полицией Офиса 610 и службами национальной безопасности.

Версия на английском: http://www.theepochtimes.com/n2/content/view/30245/


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Суд Чунцина осудил ведущего адвоката
  • Результат Интернет-опроса китайцев по поводу А/H1N1 совпадает с прогнозом эксперта
  • Корейская скрипачка: «Шоу Shen Yun безгранично божественное»
  • На зрителей Лос-Анджелеса большое впечатление произвело шоу Shen Yun
  • Всемирный опрос "Global Q & A": «Есть ли у вас любимое место для покупок?»


  • Top