Владимир Буковский свидетельствует. Часть 4.


Вопрос: Предусматривали ли проекты Горбачева объединение Германии, или, иначе говоря, возвращение Германии восточных земель?

В.Б.: Это одна из наиболее интересных страниц современной истории. Да, они хотели объединить Германию, но — нет — они не хотели ее отдавать. Они хотели объединить Германию, нейтрализованную, демилитаризованную, под руководством своих друзей социал-демократов. Вот в чем была их задача. Это, между прочим, не новая задача. Ею занимался еще Сталин. Потому что Сталину половина Германии была не нужна. Он хотел всю Германию. Этим занимался Берия. Но его быстро расстреляли. Этим занимался Хрущев. Но народ стал бежать из Восточного Берлина в Западный, и ему пришлось строить стену. Но все советские лидеры думали: как им избавиться от ГДР. Таким образом, чтобы получить всю Германию.

Вопрос: А какова в этом роль Фалина и кто из социал-демократов был сознательным орудием Советов?

В.Б.: Что касается сознательных орудий, то здесь надо иметь в виду, что западные социал-демократы тоже имели свои цели. Они не были простыми агентами Москвы. Они считали, что они таким образом придут к власти. Идея состояла в том, что в Советском Союзе помягчает режим, а в Западной Европе к власти придут социалисты и социал-демократы. И вот тогда наступит конвергенция. Во исполнение этих целей социал-демократам нужно было усиливать советское влияние в Европе. И тогда они оказывались единственными посредниками между Западом и Советским Союзом.

Они не понимали, что Советскому Союзу они нужны только как инструмент. И как только Советский Союз достигнет своей цели, так социал-демократы исчезнут. Так же, как у них было с Керенским. Это извечная история отношений между большевиками и меньшевиками. В этих отношениях меньшевики всегда предполагают, а большевики — располагают.

Кто был наиболее эффективным и энергичным при продвигании этой идеи? Немецкие социал-демократы. А среди них — Эгон Барр был наиболее близок к Москве. Я, например, нашел документы о его секретных контактах с КГБ еще в 69-ом году. Но он не был один. Социал-демократы Германии были настолько пронизаны КГБ, что трудно сказать, где кончаются социал-демократы, а где начинается КГБ.

Насчет Фалина. Фалин был послом СССР в Западной Германии. И он был одним из первых, кто стал говорить о необходимости перестройки. Например, я нашел его доклад в ЦК еще в 77-ом году! Доклад о том, что мы ведем неправильную политику по правам человека, в информационном и культурном плане. Что гораздо выгоднее нам было бы попытаться создать «хорошо контролируемую гласность». Судя по подписям на полях, этот документ прочли и Громыко, и Андропов, и еще ряд членов Политбюро. Очень скоро Фалин был вызван в Москву и стал работать в международном отделе ЦК. И он как раз занимался этой будущей политикой перестройки и гласности. И когда она стала воплощаться в 89-ом году, его и назначили главой международного отдела.

 В качестве завершения публикаций по раскрытию архивных документов Политбюро ЦК КПСС Буковским В. приводим следующий вопрос, прозвучавший на пресс-конференции. Этот вопрос остается актуальным и сегодня.

Ведущий пресс-конференции: Один из участников нашей встречи утверждает, что суд над КПСС состоялся, и на него был приглашен из Гарварда в качестве свидетеля профессор Ричард Пайпс. Это было в конце 1991начале 1992 года. Потом этот процесс был прерван. Вы знаете что-нибудь об этом?

В.Б.: По-моему, это искаженная информация. Пайпс был приглашен в качестве эксперта Конституционного суда. И мы там с ним встречались. Но потом было решение, что он, как иностранец, не может быть допущен. В результате, как эксперт он не участвовал. Он был приглашен, а потом уехал. (По-видимому, автор вопроса имел в виду одну из попыток проведения общественного трибунала над КПСС – прим. ред.)

 Последнее. Архивы Политбюро содержались отдельно от архивов ЦК. В 90-м году архив Политбюро был изъят из ЦК и присоединен к президентскому архиву Горбачева. Поэтому искать что-либо в этих архивах было безумно трудно. Если в архив ЦК, по крайней мере, мы могли придти и просмотреть описи решений, то в архив Политбюро мы даже войти не могли. Тем более, что такие решения у них лежали в так называемых особых папках. Например, все катынские документы лежали в такой папке. А это у них была самая высшая категория секретности. Такие документы мог посмотреть только работник ЦК или член Политбюро. Причем, он их должен был смотреть там. Он не мог их взять, вынести, не мог их скопировать…

Варшава, март 1998 г. Материал подготовили к публикации Сергей РОМАНОВ и Юлия СЕРЕДА  

 


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Владимир Буковский свидетельствует. Часть 3.
  • Владимир Буковский свидетельствует. Часть 2.
  • Форум ветеранов Второй Мировой Войны в Израиле
  • Преступления без наказания
  • Терновый венец, пронзенный мечом(часть четвертая).


  • Top