Русский портрет Израиля. Часть вторая


Продолжаем нашу рубрику

«Русский портрет Израиля». Опрашивая представителей русскоговорящей интеллигенции страны, мы задавали им все тот же, как оказалось, не совсем простой вопрос: «Чем для вас была Россия и что для вас теперь Израиль?»

Фейгенберг, профессор, психофизиолог, автор книг, переведенных на китайский и немецкий.

Фейгенберг Иосиф Моисеевич, профессор, психофизиолог, автор   книг, переведенных на китайский и немецкий. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха Фейгенберг Иосиф Моисеевич, профессор, психофизиолог, автор книг, переведенных на китайский и немецкий. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха

В России я родился, учился, и прожил долгую жизнь — почти 70 лет. Мне очень повезло — каждый раз, когда жизнь ставила на моем пути ловушки и препятствия, рядом оказывались хорошие люди, готовые протянуть руку помощи. В результате — выжил, и даже успел кое-что сделать.

В Израиле: поначалу думал, что приехал в свою страну заканчивать жизнь. Но новое окружение так дружелюбно приняло меня, что не захотел заканчивать. И вот уже почти два десятилетия оказались наполненными жизнью, активностью, дружбой и общим трудом.

Ася Ямпольская, музыкант, пианист, педагог.

Ася Ямпольская, музыкант, пианист, педагог. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха Ася Ямпольская, музыкант, пианист, педагог. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха

— Что такое для меня Россия?

Музыкальное училище, консерватория, концерты. Любимая педагогическая работа. Я была счастлива и изо всех сил старалась забыть свой первый день в школе. Первое сентября, первый урок… Меня посадили за одну парту с милым мальчиком. Через минуту он поднял руку и громко сказал: «Я не хочу сидеть с жидовкой». Тогда я не знала, что это значит. Родители перевели меня в другую школу. Казалось, что все стало на свои места, но с тех пор я всегда чувствовала себя чужой в школе, в городе, в стране.

— Что такое для меня Израиль?

Музыка, концерты, лекции, любимая педагогическая работа, новые друзья. До сих пор не могу нарадоваться тому, что могу читать все, что хочу, путешествовать по всему миру. А самое главное – чувствовать себя хозяйкой жизни.

 

Дина Ратнер, писатель

Дина Ратнер, писатель. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха Дина Ратнер, писатель. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха

Израиль . У каждого человека, я думаю, есть генетическая память. Израиль стал для меня реальностью некоего предощущения своего места. Когда я первый раз оказалась в Кумранских пещерах у Мертвого моря, там, где более 2000 лет назад жила Кумранская община отшельников, считавших себя людьми высшего смысла и посвятивших свою жизнь написанию священных текстов, я ощутила, что была здесь в те времена, среди них. В Израиле я никогда не чувствовала себя униженной, чего не могу сказать о России. В Израиле чувствуешь, что стоишь перед лицом Бога, и не важен твой статус или материальный достаток.

В России не произошло со мной того, что произошло в Израиле.

Лев Левинсон, инженер испытатель, доктор наук, фотограф.

Лев Левинсон, инженер испытатель, доктор наук, фотограф. Авторское фото. Лев Левинсон, инженер испытатель, доктор наук, фотограф. Авторское фото.

Чем для меня был Советский Союз? У меня была фамилия Тиняков — фамилия моего отчима. Мой отец Левинсон Гирш Иосифович — арестован 3 декабря 1937 и 28 февраля 1938 г. — расстрелян. Посмертно полностью реабилитирован в 1964г. Для меня СССР — это в первую очередь война и полуголодное, но беззаботное детство. Взрослея, познакомился с изнанкой жизни, когда узнал о судьбе отца. Годы возмужания и приобретения специальности совпали с осознанием несоответствия слов и действительности. Постепенное осознание, что мое место в Израиле.

— Израиль для меня, в первую очередь, — это культ детей, то, чего я был лишен в свое время. Внутренняя духовная раскрепощенность и возможность посвятить себя любимому делу – фотографии, и ее истории в лице Моисея Соломоновича Наппельбаума, подарившему мне жену. То, что я не мог позволить себе, живя в Союзе. И, наконец, самое главное — это чувство своего мира, своего народа, своего ДОМа.»

Ина Рубина, переводчик и преподаватель немецкого языка.

 

Ина Рубина, переводчик и преподаватель немецкого языка. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха Ина Рубина, переводчик и преподаватель немецкого языка. Фото: Хава ТОР/Великая Эпоха

Россия . Я и мой муж, Виталий Рубин, китаевед, приехали в Израиль в1976 году, после четырех лет «сидения в отказе». Первое время мы были просто в эйфории от того, что вырвались из этой «Империи зла», принесшей нам и нашим семьям много горя. Виталия ждала работа в Еврейском университете, о которой он мечтал.

Я тоже получила работу, связанную с моей специальностью — немецкий язык. Мы оба ни на секунду не пожалели о нашем отъезде из России. Я, может быть, еще и потому, что в семилетнем возрасте побывала, в связи с работой отца, в других странах. Два года, проведенные в Австрии и Италии, научили меня, что жизнь не замыкается одной страной, что есть другой мир, с другими людьми, которые живут и думают по-другому.

Все, что связано с Россией — раннее детство, молодость, друзья, русская природа — мне дорого. Но не Россия, как страна. А русская культура, великая русская литература — они всегда со мной.

 

Израиль . Конечно, иврит не стал мне родным языком, так же, как и израильская культура, да и еврейская религия тоже. Но я всегда ощущала себя еврейкой, без отношения к записи в паспорте. Израиль стал для меня родной страной, своей страной, ее трудности и заботы, ее боль — мои. Но я ненавижу узкий фанатическийнационализм, мне кажется, что человек не может гордиться тем, что он родился евреем, русским или немцем. Это не его выбор и в этом его заслуги нет.

Люди любой национальности могут быть добрыми или злыми, равнодушными или способными к сочувствию. Для меня главное — каков человек, чем «он дышит», готов ли помочь другому в трудную минуту.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Курица в «куки» с горчицей и медом
  • Интересные факты о продуктах питания
  • Рис с морковкой
  • За педикюром отправляйтесь к рыбкам
  • Квадратные тортики с творожной начинкой


  • Top