Перспектива политически репрессированных в Латвии после их освобождения из мест лишения свободы


Фото: Getty ImagesФото: Getty ImagesВыступление на семинаре «Балтийский путь 2005: будущее без коммунизма»

Никакое заключение не продолжается бесконечно, кроме пожизненного. Даже 25-ти летний срок рано или поздно заканчивается.

Но даже досрочное освобождение со снятием судимости, или снятие со спецучёта и позволение покинуть место поселения не означало свободу от всех предыдущих ограничений и неприятностей.

На собственном опыте, и опыте мне знакомых семей постараюсь обрисовать ситуацию и перспективы людей разного возраста в советской Латвии после возврата из Сибири в конце пятидесятых годов после ХХ съезда КПСС.

Во первых – поселиться в собственном дедовском доме не было возможности из-за его заселения другими, чужими людьми, рабочей силой местного леспромхоза. На запрос о возврате недвижимости по причине снятия судимости и восстановления в правах, давалось разъяснение, что упомянутое не предусматривает восстановления прав собственности на отчуждённое или конфискованное имущество.

Следовательно, прибывшие из чужбины должны были искать другое место жительства, с учётом субъективного отношения к нам как «врагам народа» представителей местной советской власти и реальных возможностей родственников предоставить угол.

Следующая проблема, касающаяся значительной части возвращенцев, это пенсионное обеспечение престарелых и нетрудоспособных после долгих лет голодания и изнурительного труда в Сибирских лагерях и колхозах. По советским законам срок заключения не защитывался в трудовой стаж, следовательно, бывшие узники исправительно-трудовых лагерей имели право лишь на неполную пенсию по старости, без права продолжения трудовой деятельности, что позволялось остальным пенсионерам.

Таким способом коммунистический режим продолжал держать своих противников на голодном пайке до конца их жизни. Иные методы применялись к детям бывших ссыльных и политзаключённых. Помимо попыткам вовлечь их в пионерскую организацию, имеющийся в школе негласный сотрудник КГБ усиленно наблюдал и беседовал с непокорными отпрысками государственных преступников.

При наличии отклонений от дозволенного в их поведении и высказываниях, только при особой смелости и самоотверженности отдельных учителей, при окончании средней школы ученик мог получить положительную характеристику, пригодную для поступления в высшее учебное заведение или на приличную работу выше должности грузчика.

Следующим препятствием для политически неблагонадёжной молодёжи, желающей получить высшее образование по интересным но недозволенным специальностям — историка, журналиста или юриста, была так называемая мандатная комиссия, просматривающая поданные документы и проводившая собеседование с претендентом до принятия решения о допуске к вступительным экзаменам.

Только используя разные уловки или по счастливой случайности, или при совпадении благоприятных обстоятельств, потомкам или малолетним политрепрессированным удавалось поступить в университет без гарантии успешного окончания. Мне лично потребовалось 23 года для получения высшего юридического образования, с третьей попытки, благодаря провозглашённой в советской стране перестройке.

В случае отчисления из вуза за инакомыслие или участие в политических акциях, единственной перспективой был призыв в армию оккупирующего родину государства. Естественно, нами применялись всевозможные попытки и способы для уклонения или хотя бы отдаления воинской службы в армии враждебного режима.

Практически единственный род войск, пригодный и предусмотренный для морального перевоспитания и физического исправления политически ненадёжных юношей, являлись военно строительные части, или попросту, стройбат, что несомненно располагалось ступенькой выше дисциплинарного батальона, коротко называемого дисбатом.

Так-как великой стройке коммунизма всегда требовалась бесплатная рабочая сила, которой значительно убавилось после освобождения из лагерей наших отцов, мы, молодое поколение неисправимых антикоммунистов были как-раз кстати, для использования в условиях, весьма приближённых к лагерным послесталинского периода.

За исключением вооружённого конвоя, двойного забора и вышек, меры и методов наказания за дисциплинарные проступки, трудовые, жилищные и климатические условия в казахской степи, одежда, питание и взаимоотношения мало отличались от отцовских рассказов о его лагерной жизни.

Резюмируя перечисленное, можем прийти к выводу, что коммунистический режим всеми силами, раз и навсегда решил избавиться от классово чуждых, антисоветских элементов, не поддающихся идеологическому перевоспитанию и физическому уничтожению, поколениями обрекая их на существование в качестве граждан третьей категории в установившейся иерархии советского общества.

Была ли таким способом достигнута поставленная цель? На это может ответить лишь каждый лично, прошедший описанный, более или менее продолжительный, жизненный путь. В моём случае сорокалетний период выживания и противостояния враждебной системе с годовалого возраста в условиях идеологического насилия и физического унижения, кроме ущерба здоровью, дал убеждение в своей правоте, в преступной сущности коммунистической идеологии,

идейную основу и силу духа для политической деятельности и достижения провозглашения коммунистической идеологии преступной наравне с нацистской, и осуждения коммунистического режима высшим законодателем моего государства. Благодарю присутствующих за внимание.

26 ноября 2005 года Рига, Латвия

*****

Петерис Симсонс (Латвия) – депутат 8 Сэйма (Парламент) и Верховного Совета Латвийской Республики, заместитель председателя Объединения политически репрессированных Латвии, командир ордена Трёх Звёзд (орден Трёх Звёзд является наивысшей наградой Латвийской Республики).


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • История и коммунистическая идеология
  • Четыре предсказания относительно движения голодовки в защиту прав человека в Китае
  • Го Си – мастер китайской классической живописи
  • Первый этап эстафеты голодовки в Москве (часть 3)
  • Первый этап эстафеты голодовки в Москве (часть 2)


  • Top