Хайка


Хайка. Фото: Хава ТОР/Великая ЭпохаХайка. Фото: Хава ТОР/Великая ЭпохаХайка удивительно любящее существо, ей 9. Раз сто за день она должна удостовериться, любит ли ее Мама. Мама, конечно же, любит и отвечает на, сами понимаете, какой вопрос: Да.
Если Мама не может ей что-то купить, то сразу в чуткое сердечко девочки закрадывается коварное сомнение, что Мама ее перестала любить. Хайке важно держать на прицеле Мамину любовь, поэтому часто, даже очень часто, она просит что-нибудь ей купить. Мама пытается подходить с пониманием, но стойко держаться в таких ситуациях.

Подобные «проверки любви» или «прицелы», совершаются не реже по-отношению к Хайкиным сестрам и братьям. Если сестра или брат дают ей что-то из своего личного и далеко небезраличного – значит, любят, а если не дают – не любят. Когда Хайке, все же, не дают по веским на то причинам какую-то вещь — переживаниям ее нет предела. Но что самое интересное – девочка начинает придумывать, как эту желанную и не свою вещь заполучить.

Расскажу совсем свежий случай. Он не только о детской любви, но и о детской зависти.

Хайка первая этим летом получила сандалики, так уж пришлось. Купили ей добротную, по нынешним временам, и симпатичную обувку. Хайка была от нее в восторге ровно полдня. Она обувала их, конечно, после угасшего восторга, за неимением другой, но ей мешала застежка на сандалиях — немного тугая змейка на пятке. Скорее всего, и не тугая застежка — основная причина Хайкиного разочарования, а… узнаем чуть позже, после дальнейшего разворота событий.

Спустя пару недель новую спортивную обувь получила Хайкина старшая сестра Фейга. Она старше на два года. А еще через неделю обувь купили самой старшей, т.е. 13-литней сестрице Бэлочке, и ни одну, как планировалось, а целых две пары – такова текучая необходимость. У Мамы больше не осталось денег на обувь.

Что тут с Хайкой началось! Если сестрице-Бэлочке купили две пары, значит, ее Мама любит больше! (сами понимаете, что это совсем не так, но ребенок этого не понимал). И Хайка задумала ужасный план, коварная змейкой, может быть, стимулировала задумку.

Новые сандалики с тугой застежкой, видимо, догадались (или они обладают собственными, невидимыми человеку, ушами), о Хайкином ужасном плане и решили ей помочь. У одной новой сандалины как-то слишком быстро начала отклеиваться подошва. Вероятно, сандалики не только прознали об ужасном Хайкином плане, но и переживали угасший восторг своей хозяйки. Хотя, прагматичный уровень качества современной обуви тоже мог быть причиной раннего отклеивания сандалиной подошвы.

Хайка, обнаружив начавшийся процесс старения две недели назад купленной обувки, радостно показала его Маме, вот, мол, как замечательно, сандалина «просит кашу».

Мама отреагировала здраво: «Что ж, покупаем суперклей сегодня, а пока беги, Хайка, в летний лагерь, возвратишься днем — остановим процесс старения твоих сандалий». Хайка бурно не согласилась с таким решением, закричала плаксиво, что обязательно упадет в них сегодня.

Мама мобилизовалась на терпеливый и рассудительный тон, это не просто сделать в момент, когда ребенок, плача, уверяет тебя, что упадет. Мама подобрала слова, чтобы объяснить девочке, как нужно стараться ходить, не волоча ноги, поднимая их чуточку повыше, во избежание дальнейшего процесса отклеивания подошвы. Сказать – сказала, но делать-то не Маме, а настроенной на свои ужасные планы Хайке.

О чем подумаем, то и свершится – гласит народная мудрость.

Хайка поехала в летний лагерь, расположенный в культурном центре для молодежи соседнего района, на автобусе. От автобуса до культурного центра ходьбы – пару минут, а в лагере можно бегать босиком, что все с удовольствием и делают. То есть пребывание в нелюбимых сандалиях с отклеивающейся подошвой в общей сложности составит час времени, за которое нужно очень постараться, чтобы «заморить голодом» и состарить сандалину окончательно.

Хайка вернулась домой без подошвы. Она с искусственным ревом ворвалась домой, бросила сумку на пол, а Маме в лицо — упрек:

— Я упала! Сильно ударилась! Подошва отлетела!

— А где же подошва? – пытаясь не расстраиваться, спросила Мама.

— Выбросила ее такую-сякую! – ответила Хайка, опустив глаза, вернее, убежав от Маминого зондирующего на правду взгляда.

Мама в этот момент была достойна жалости. Возмущение ее срочно искало предел. Помощи у здравого смысла, который тут же выстроил разоблачительную речь, ждать было нельзя. Нельзя было на Хайку выплескивать свое негодование по-поводу ужасного плана девочки уморить голодом новые сандали, но Мама именно сделала это «нельзя»: выплеснула негодование на Хайку, не сдержавшись. Она заявила дочери, что новые сандалии не купит — наказание такое!

Несчастней Хайки в этот момент, наверное, не было ребенка в мире. Теперь достойна жалости была не Мама, а она. Девочку никто теперь не любит! Мама не купит новые сандалии, значит, не любит больше. Брат старший, которому 16 и он мог бы Хайке купить какую-нибудь дешевую обувку, ведь подрабатывает, но он откажет, значит, тоже не любит. У остальных братьев и сестер просить нечего, они такие же не зарабатывающие денег малолетки, как и она. И конечно, ни сестрица-Фейга, ни сестрица-Бэлочка ей свою новую обувку не пожертвуют по разным их противным причинам.

Мама пожалела о содеянном «нельзя» и решила исправить ситуацию, анализируя Хайкино поведение.

Хайке, ведь, любви от людей надо. Для нее, маленькой такой, проявление любви выражается через покупки. Она получила новые сандалики, как новую порцию любви, съела ее, насытилась, а потом быстро проголодалась. Теперь приходится ей искать проявления новой любви к себе. Ее сестры получили обновку позже, они еще в процессе «съедания», у них еще не наступил следующий голод, а у Хайки уже наступил. Теперь девочке завидно. Сколько отрицательных чувств на беднягу Хайку обрушились! И любви нет ни от кого, и зависть съедает, и сандалии с тугой застежкой и без одной подошвы!

— Но я ведь не могу купить новую обувь Хайке так скоро, — подумала Мама, — тем более, с оторванной подошвой можно еще походить, в сандалиях есть прослойки, оторвалась самая нижняя. Нет-нет, — мысленно одернула себя Мама, — дело не в покупке других сандалий, нужно подарить девочке другое выражение любви.

Мама позвала дочку, та виновато подошла и тихо спросила: «Ты меня любишь?» Мама вместо привычного «Да» заплакала.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • «Солт» Джоли уступает ДиКаприо
  • Скорсезе снимет сериал об истории музыки
  • «Ночная молитва». Поэзия Ариадны Эфрон
  • Счастье ли в «Криминальном счастье»?
  • Что такое тизеры и кто это подстроил?


  • Top