Ничем, кроме сочинительства…


Илья Бокштейн на обратной обложке книги его стихов Илья Бокштейн на обратной обложке книги его стихов «Фантазия страстей».Поэт Илья Бакштейн прожил в Израиле 28 лет (1972-1999 гг.). «Ничем, кроме сочинительства , не занимался», — писал он о себе. Он был известен как поэт, эссеист, переводчик.

Печатался, выступал, был членом Союза писателей Израиля. Он уже жил в хостеле в Яффо, когда мы, его родственники в 1973 году приехали в страну, и он нам рассказал об арабском квартале Ротшильда, о своей жизни. Много позже он рассказал мне, как он переехал границу России в аэропорту Шереметьево в Москве, в городе, где он родился 11 марта 1937 года.

Ни одно его стихотворение не было напечатано в России, когда он покидал ее, а ему тогда было 35 лет. В единственном его чемодане, который был с ним при выезде, лежали листы исписанной бумаги и три новые рубашки, которые подарили ему родственники.

Чемодан долго досматривали, но вернули, очевидно, ничего не поняв в написанном. 26 февраля 1972 года Илья приземлился в Лоде.

В начале 70-х, в Израиле выходил один русскоязычный журнал – «Сион», и, на одном развороте маленького формата, газета «Наша страна».

В 1975 году журнал напечатал подборку стихов Ильи, часть из коих была в том чемодане. Подборка начиналась стихотворением:

*** Я еврей. Не мадонной рожден, Не к кресту пригвожден, И тоски мне не выразить всей. Цепи рода на мне, Скорбь народа во мне, Я застыл у Безмолвных дверей.

Это стихотворение, написанное еще в Москве, послужило поводом для приема его в литературное объединение Ефима Друца, нелегальное конечно, которое он посещал по возвращении из ссылки. Писать стихи он начал в заключении, в Потьме (Мордовия), где отсидел весь срок – 5 лет – за выступление в 1961 году на площади Маяковского, рассказав присутствующей молодежи, как надо изменить существующую жизнь в стране. Осужден он был вместе с Э. Кузнецовым и В. Осиповым, которые на той же площади читали стихи.

В Израиле вышла в 1978 году книга «Поэзия в концлагерях», там поместили и стихи Ильи.
Он рассказал потом, что заключенные любили стихи, их писали многие. Стихи переписывали от руки и передавали друг другу: отлученными от нормальной жизни людям поэзия приносила надежду. В книге напечатано стихотворение Ильи «Поэма любви»:

*** Вдвоем нести любовь нам тяжело, Но одному мне тяжелее вдвое. И почему мне так не повезло: Быть может, оттого, что сердце злое… А может, потому, что ум глубок И женщину в себя не подпускает. Иль может, потому, что только Бог Любовью совершенной обладает.

Такие стихи – концентрация человеческих чувств – приносили людям облегчение.

В заключении Илья выучил английский язык. В Потьме было немало интеллигенции, многие знали языки, и администрация их использовала не только на лесоповалах: они переводили книги, и эти переводы были подписаны вымышленными именами…

В 1975 году (к этому времени приехало немало русскоязычных читателей, писателей и поэтов) стало реальностью появление журнала «Время и мы». Редактор журнала Виктор Перельман, начиная с 1976 года, печатал циклы стихов Ильи Бокштейна во многих номерах и последующие годы. Илье они принесли популярность – не только в Израиле, но и в Америке, и в тех странах Европы, где журнал распространялся.

В середине 80-х стихи были опубликованы Константином Кузьминским в антологии «У Голубой лагуны» в Америке, Б.Толстым – во Франции (альманах «Мулета»), Питером Леви – в Англии («Антология русской поэзии 20 века»).

В это же время в Израиле вышла книга Ильи «Блики волны» (издатель книги – Эфраим Баух). Это факсимильное издание с рисунками автора – теперь библиографическая редкость.

Стихи Ильи были напечатаны в антологии Андрея Ровнера «Гнозис» в 1994 году – в переводе на английский язык (переводчик Ричард МакКейн). По мнению Аркадия Ровнера, исследователя русского авангарда, Илья Бакштейн вошел в плеяду авангардистов 20 века в ряду таких поэтов как Л.Аронзон, С.Красовицкий, А.Волохонский и др. В последующие годы Илья публиковался практически во всех русскоязычных изданиях Израиля, и даже в России появились публикации его произведений.

На смерть поэта Л.Аронзона Илья написал стихотворение, опубликованное впервые в альманахе «Гнозис» в Нью-Йорке в 1979 году Аракадием Ровнером:

*** Здесь, кроме тишины, кого-то нет. Кого-то нет, застыло удивленье. Струится дождь, как с листьев тонкий свет, Намокший лист – намек освобожденья, Разрыв – теперь мы чуть – от ветра отклоненье, Хоть ветра нет – есть чистота листа. Здесь, кроме тишины, поэта нет…

Илья Бакштейн умер 18 октября 1999 года, похоронен на тель-авивском кладбище ха-Яркон. Теперь строки стихотворения о Л.Аронзоне можно отнести и к самому Илье.

В последние годы его жизни я старалась убедить его издать ранее опубликованные произведения, разбросанные по журналам, альманахам и антологиям, отдельной книгой. Но планы эти не осуществились. В память о нем я, двоюродная его сестра, вместе с друзьями Ильи собрала книгу «Избранные публикации» — для новых читателей.

Она издается в трех частях.

Первая часть, «Быть я любимым хотел…», выпущена в середине 2001 года. Вторая часть – «Говорит Звезда с Луной…» — и третья – «Авангардист на крышу вышел…» — готовятся к печати.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Телевидение NTDTV объявляет четвертый Международный конкурс классического китайского танца
  • Наводнения в Пакистане стали причиной многочисленных жертв. Фоторепортаж
  • Писательница Мина Лейн: «Это, ведь, все так и было»
  • Траурный парад в Вашингтоне
  • Перевернулся трамвай в Одессе: один человек погиб

  • Выбор редактора »

  • История коммунизма

  • Top