Мишка


Мишка. Фото: Хава ТОР/Великая ЭпохаМишка. Фото: Хава ТОР/Великая ЭпохаМишка напросился с мамой в город и сделал это так ненавязчиво, словно опустился легчайшим перышком на ее плечо. Мама перышко не сняла, а взяла Мишку с собой покупать его сестрам черные элегантные туфли на завтрашнее ханукальное выступление.

Был теплый сухой вечер, типичный для израильской засушливой зимы. В такую погоду хочется пить холодную фанту, есть мороженое и не спеша прогуливаться. Но цель выезда в город обременялась чрезвычайным обстоятельством — нет подходящей обуви для завтрашнего выступления всенародной значимости двум юным хористкам. Мишкина просьба взять его с собой могла подорвать сосредоточенность Мамы и, кто знает, останется ли после этого перышко по-прежнему легчайшим?

Принятое решение «взять Мишку» по-Маминым принципам должно было остаться неизменным, что и произошло. Довольные собой, мать и сын, двинулись на городском автобусе в центр города. Мама полдороги перестраховывалась, напоминая Мишке, что покупаются только туфельки хористкам, а ему на этот раз ничего не полагается. Мишка, молча, внимал и едва заметно кивал головой. Планы у восьмилетнего мальчика стихийным образом все же назревали, и он ненароком оказался у них в ловушке под названием «себе на уме».

Мама, благодаря своей уникальной интуиции находить все, что нужно с невероятной скоростью, купила девочкам две пары неодинаковых (что очень важно для, мало сказать, непохожих друг на дружку сестер) очаровательных лодочек за приемлемую цену. Мишка, вернее, «мишкино себе на уме», все это засёк: у мамы остались деньги и много свободного времени. Теперь мальчику, который недавно очень сильно захотел ручные часы с дигитальным циферблатом, нужно было лишь набраться смелости, что он и сделал:

— Мам, а я часы хотел бы на руку, самые простые, дешевые, — тихонько забросил десант Мишка.

Мама сразу не ответила. Она, конечно же, с одной стороны привыкла к постоянным желаниям и просьбам своих детей, но с другой, обратной стороны … затаилось в ней какое-то темное и непонятное чувство. Вполне возможно, что это было не только чувство, а нечто сформировавшееся, несбыточное и безысходное, тянувшееся с самого детства. Ведь ее советское серенькое провинциальное детство в одном синеньком пальтишке, рукава которого с каждым годом естественно укорачивались, находилось в перманентном состоянии отречения. Она отучила себя что-нибудь желать. Как только ей привиделось, например, новое платье, тут же появлялся, как константа, в меру упитанный виртуальный Мундир, строго впивался ей в глаза и произносил: «Есть форма школьная и достаточно. Главное – учиться и думать только об учебе».

Мама взглянула на Мишку, тот украдкой посмотрел на нее. Мама и на этот раз не смахнула перышко с плеча, взяла сына за прохладную руку и поспешила в ближайший магазин часов. Он был уже закрыт. Мама снова взглянула на Мишку, тот не подавал признаков разочарования. «Легчайшее перышко» — подумала Мама, а вслух: «Пойдем, купим тебе что-нибудь вкусненькое!» Мишка запрыгал и завизжал от радости, выбрал в ближайшем кафе полпорции национального блюда «пита-фалафель-чипс-салат», и когда почти съел, произнес: — Спасибо, Мам, но я, ведь, заслужил – целую неделю не обижал сестер, правда?


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Вода из кепки
  • Стихи Виктора Фета. Поэты по субботам
  • Сериал «Школа» или мир, в котором живут подростки
  • Уизерспун досталась звезда на Голливудской Аллее славы
  • Тридцать девять


  • Top