Приключение в Южной Дакоте: пик Харни


По плану наше путешествие должно было начаться с подъема на лошадях на пик Харни — самой высокой горы между Пиренеями и Скалистыми горами. Улица казалась пустынной и унылой, когда мы вывели семейство мустангов. Снег покрыл землю. Учитывая тот факт, что гора может быть опасна, если покроется льдом, мы не поехали.

На следующий день был мой день рождения, он начался как обычно. Никто не знал, что в этот день был мой день рождения, поэтому, когда я заварил кофе в бунгало, где повсюду лежала экипировка, и у меня не было ничего другого в голове, как только еще один предстоящий день работы.

Холод Черных гор

Я находился в Южной Дакоте, прямо посреди Черных гор. Был чрезвычайно холодно, это был пронизывающий арктический холод. Ветер, спускающийся с гор, казалось, пробирался сразу внутрь, несмотря на множество слоев одежды. Я подошел к окну и увидел, как несколько диких лошадей поедали траву, в то время как восходящее солнце с трудом пробивалось сквозь облака.

Пик Харни: Черные горы в Южной Дакоте. Фото предоставлено Джоном Кристофером ФайномПик Харни: Черные горы в Южной Дакоте. Фото предоставлено Джоном Кристофером Файном Мои друзья, Дейв Рейнольдз и Шарон Шейковский, содержат стадо, в котором около 100 диких мустангов, пасущихся на разбросанных по Черным горам пастбищах. Это не простые мустанги, а мустанги соррайя. Однако, если вы никогда не катались на синей лошади, тогда вы, скорее всего, не поймете, что значит соррайя.

Снег покрыл поля, когда мы загружали панели в прицеп. Дейв использовал их за день до этого для отлова полудиких мустангов. Из панелей сооружают загоны.

Я попытался открыть окно, но оно было сломано. Дейв всегда просил, но никогда полностью не отключал обогрев зимой. Я не знаю, почему он любит так делать, так тепло одеваться, носить видавшую виды ковбойскую шляпу.

Восхождение на пик

Дейв дрессирует лошадей. Он обожает лошадей. Дейв никогда не заставляет своих мустангов соррайа что-то делать. Его дикие или полудикие мустанги, кажется, хотят делать все, что хочет от них Дейв. «Они умные».

За разговорами о лошадях мы подъехали к его дому. Понадобилось довольно-таки много времени, чтобы выгрузить панели.

Зашла Шеррон и пригласила на кофе. На плече у нее сидела курица. Шеррон сказала, что курица замерзла и не выживет, если останется снаружи с остальными. В благодарность за это, курица сходила ей на плечо. Я подумал, что в качестве возмездия последует приготовление тушеной курицы, но я воздержался от комментариев, выпил кофе и поинтересовался у Дейва, когда мы сможем подняться на пик Харни.

Как только Дейв встал, я последовал за ним. Мы оставили Шеррон разговаривать со своей курицей, и взяли из стойла жеребца Дейва.

«Он неуправляем. Мне надо его объездить».

Это было только начало. Не очень многообещающее начало, поскольку этот жеребец был не совсем тот, кого бы большинство наездников выбрало для себя. Дейв сломал кости таза, когда пару лет назад одна лошадь сбросила его с седла. Он сказал, что это была самая мучительная боль в его жизни. Не хотел бы он снова быть сброшенным с седла. Он посмотрел на меня с таким выражением лица, которое выражало: «Хочешь, попробовать?».

Нет уж, я был еще не готов пробовать. Дейв просто улыбнулся и начал объезжать этого маленького монстра до тех пор, пока из него не вышла вся прыть. Мы погрузили жеребца на трейлер, вернулись на пастбище и оседлали Ринго, моего сине-серого сорайра.

День уже был в самом разгаре, когда мы добрались до подножия пика Харни. «Погода ухудшается и уже темнеет. Может быть, мы не пройдем весь путь», — сказал Дейв. С нами приехали еще два наездника. Мы начали подъем.

Отличие соррайа

Лошадь Дейва теряла энергию, поднимаясь галопом вверх по все возвышающейся крутой горе. Это продолжалось примерно полтора часа.

«Иди вперед», — сказал Дейв одному из друзей. Мы с Ринго избегали острых углов. Казалось, что его ровный и уверенный шаг не стоил ему труда. Когда тропа стала обрывистой, лошади стали спотыкаться. Мой жеребец потерял мужество и засопел, другие лошади к этому времени уже тяжело дышали.

Примерно час спустя, мы остановились около каменной башни, построенной во времена Великой депрессии.

Снег и лед покрывал дорогу. Было скользко, на мне были ковбойские сапоги, что не совсем подходило для ледяных ступенек между скалами. Быстро стало садиться солнце. Я не хотел упустить эту возможность. Я решил, что буду забираться вверх .

Когда я добрался до смотровой башни, ледяной ветер задувал яростными порывами. Я взобрался по узкой лестнице на самый верх, вышел на балкон и увидел с него самую высокую точку пика Харни — 7,242 фута.

Под облаками было узкое окошко. Оранжевый шар, словно украдкой, выглядывал на другую сторону мира. Мы сделали несколько фотографий. Как только зашло солнце, сразу стемнело. Никакого послесвечения, просто темнота. Мы собрались и начали спуск с горы.

Практически сразу жеребец Дейва встал в линию между другими всадниками.

«У меня есть волшебный фонарь!» — крикнул ведущий всадник. Мы не могли его увидеть до тех пор, пока он не включил его. Свет продержался пять минут. Он забыл взять с собой новые батарейки.

«Джон, поставь впереди Ринго!» — закричала жена Дэйва. Соррайа прошел мимо других лошадей и взял лидерство на себя. И все. Ринго доставил нас к подножью.

Спасти мустангов

Моя идея заключается в попытке спасти оставшихся мустангов соррайя. Некоторые из них еще находятся на государственных землях в США, которые управляются учреждениями Департамента внутренних дел. Примерно 200 из них разбросаны в штатах Юта, Монтана, Орегон и, может быть, 150 на частных землях в Португалии, которая является родиной этой породы лошадей.

Мы живем в мире искусственно выведенных человеком лошадей, которые выращены под искусственные стандарты для искусственных целей. Эти домашние лошади — производное от чистокровных мустангов. В 1940-х годах фермерам понравилась стойкость и ум диких мустангов, но они хотели получить лошадей с большим весом и более быстрых. Дейв Рейнольдс говорит, что в результате получилось «грузное тело на колесах». Но Дейв неравнодушен только к своим соррайя.

Если представится шанс, поднимитесь на пик Харни. Если готовы выдержать непростой путь, практически в любой сезон. Это великое приключение в одном из самых красивых сохранившихся в первозданном виде мест Америки.

Доктор Джон Кристофер Файн — автор 24 книг на разнообразные темы. Его статьи и фотографии печатаются в самых популярных журналах и газетах США и Европы.

Версия на английском


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Мальта – чудесный маленький мир
  • Золотой купол Бахайского Храма отреставрирован
  • Туристические походы – любимое занятие немцев
  • Берлин отметит 125-летие улицы Курфюрстендамм
  • Дубровник: "Жемчужина Адриатики" в новом блеске


  • Top