«Юнона» и «Авось», или жизнь и смерть Николая Резанова. Давыдов и Хвостов


Сахалинские айны. Начало 20 века. Фото: sakhvesti.ruСахалинские айны. Начало 20 века. Фото: sakhvesti.ruКалифорнийских земель Резанову показалось мало. Ведь император поручил Николаю Петровичу попытаться купить у Японии остров Сахалин, что оказалось невыполненным. Кроме того, возможно, в нем была жива еще обида на японцев. Но в том же 1806 году он отправляет тайную инструкцию лейтенанту Николаю Хвостову и мичману Гавриле Давыдову отправиться на фрегате «Юнона» на Сахалин и напасть на японцев, захватить несколько человек в плен и доставить в Русскую Америку, научить русскому языку и доставить обратно для распространения русского влияния. План, мягко говоря, не очень удачный… Потом он одумался, отправил вторую инструкцию, отменявшую первую, но лихие офицеры ужа высадились на Сахалин, подняли там русский флаг и объявили Сахалин русским владением. Японцы же решили, что Россия объявила им войну.

Итак, наши славные герои 8 октября 1806 г. высадились на мысе Анива. Николай Хвостов так описывает эту церемонию: «…Добрые айны встретили судно в большом числе и присели на колени, когда мы вышли на берег… я приказал на берегу поставить флагшток, на котором подняли оба флага, как военный, так и коммерческий. Показывая на судно, одарил всех платками и разными безделицами, на тоёна или старшину селения надел лучший капот и медаль на владимирской ленте. При троекратном из шести ружей выстреле, с судна на каждый залп отвечали из одной пушки… ружейная стрельба не произвела на айнов ни малейшего страха, но когда увидели огонь и звук пушек, то ужаснулись и приклонили головы».

Четыре дня подряд Давыдов и Хвостов объезжали селения айнов и везде объявляли, что Россия берет под свое покровительство жителей Сахалина.

Японская фактория, расположенная в заливе Анива, была очень богата. Хотя японцы встретили русских приветливо, но, выполняя инструкцию Резанова, матросы связали японцев, разграбили японские склады, погрузили добычу на «Юнону», а что не поместилось, отдали айнам; затем они подожгли сараи с заготовленным строевым лесом, досками и рыболовными снастями, а также магазины, казарму и кумирню. В своем отчете Хвостов отмечал, что «островитяне помогали в сем очень усердно» и что «позволенным расхищением японских богатых магазинов привязал сердца их к россиянам». Пожар чуть не перекинулся на расположенные неподалеку селения айнов, так что матросам пришлось его тушить. Айны, увидев, что их селение сжигать не собираются, «поднимали руки вверх, радовались и скакали» (японцы притесняли айнов, заставляя их работать на себя, а в случае неповиновения — сурово наказывали).

Весной 1807 года лейтенант Николай Александрович Хвостов снова отправился на Сахалин. Теперь уже вместе с фрегатом «Юнона» шел и тендер «Авось» под командованием мичмана Гавриила Ивановича Давыдова. Моряки выгнали с Сахалина японцев, разорили их фактории, товары частично роздали айнам, частично вывезли в Петропавловск.

Японцы тем временем не дремали. Они уничтожили на Кунашире и Итурупе государственные знаки России и убили нескольких русских зверопромышленников. На Итурупе расположился японский гарнизон численностью около 300 человек. Однако Хвостов и Давыдов все же высадились на остров и с горсткой храбрецов разгромили японцев, затем сожгли всю японскую факторию и 27 мая покинули Итуруп, но не с пустыми руками — «13 японских магазинов изобиловали пшеном, платьем и товарами всякого роду». Добро свезли на корабли, но тут случилось непредвиденное: «Все шло хорошо до того времени, како люди добрались до саги (саке), и тогда многие из них перепились и с ними труднее было обходиться, чем с японцами… Можно сказать, что все наши люди, сколько хороши трезвые, столько же пьяные склонны к буйству, неповиновению и способны все дурное учинить», — писал в судовом журнале мичман Давыдов.

При сборе людей не могли отыскать трех человек с «Юноны» и одного с «Авось». «С каким намерением решились они остаться в таком месте, где русские все выжгли и где они уверены быть истерзанными, попавшись в руки японцев?», — писал Давыдов.

Сахалин. Поселение айнов в заливе Анива. Фото: sakhvesti.ruСахалин. Поселение айнов в заливе Анива. Фото: sakhvesti.ru

Когда друзья возвратились в Охотск, то были немедленно арестованы за разбой и грабеж, возможно из-за жалобы японцев о «зверствах русских капитанов». Не будем судить строго наших друзей — они выполняли приказ и искренне считали, что действую в интересах России, да так в те времена и захватывали новые земли. (Тем более, что правительство признало после этого за Россией право на Сахалин).

Какова же их дальнейшая судьба? Хвостов и Давыдов бежали из-под ареста, и пешком добрались до Якутска, голодные и оборванные. В Якутске их действия нашли поддержку чиновников, и друзьям помогли добраться до Петербурга, где по их делу вновь началось следствие. Царское правительство не отказывалось от результатов экспедиции моряков, но выставило дело как их самоуправство, опасаясь осложнений с Японией. Все же, в конце концов, моряков оправдали.

За наших героев вступился министр иностранных дел и коммерции граф Румянцев, он же 2 августа 1808 г. обратился с рапортом к Александру I оплатить Хвостову и Давыдову все жалованье и расходы, связанные с бегством из Охотска в сумме 24000 рублей за счет вещей, награбленных у японцев, который император и подписал. Комендант порта Охотск, арестовавший моряков, подполковник Бухарин, со службы был уволен. (Хвостов в своей жалобе на Бухарина пишет, что груз уже в Охотске был пограблен своими: «Из товаров на сто тысяч рублей едва ли найдется и половина целого, все разграблено, переломано и вряд ли есть какое-нибудь состояние людей в Охотске, которые бы не имели японских вещей».

Наши герои были отправлены в Финляндию на войну со шведами, там они проявили чудеса героизма и были представлены к наградам: Хвостов — к ордену святого Георгия, Давыдов — к ордену Святого Владимира; но награды им не отдали — Александр I на представлении написал: «Неполучение награждения в Финляндии послужит сим офицерам в наказание…». Мелочно довольно-таки.

Судьба их была трагична. Вернувших в Петербург, они оба погибли в 1809 году. Осенью в Петербург приехал американский судовладелец Вульф, у которого Резанов приобрел в свое время «Юнону». Друзья посетили американца, и когда возвращались домой, мосты уже были разведены, они прыгнули на проходившую в то время баржу, но неудачно, и оба утонули в Неве. Николаю Хвостову было чуть больше тридцати, а Гавриле Давыдову — только двадцать пять лет.

Корабли «Юнона» и «Авось» в 1810 году затонули вместе со всеми экипажами во время шторма у берегов Камчатки и Аляски.

Под влиянием походов Хвостова и Давыдова молодые дворяне Петербурга, будущие декабристы, создали «Юношеское собратство» и задумали образовать на Сахалине «Республику равных».

Царское правительство только после экспедиции Хвостова признало, что «климат благоприятен к учреждению прочной оседлости, заведению хлебопашества и всех потребных в общежитии экономических статей». В августе 1808 года был принят специальный указ о передаче острова Сахалин в ведение торгово-промышленной Российско-Американской компании и обязали компанию создать на Южном Сахалине русские поселения. В те времена компания смогла с большим трудом выделить на Сахалин только 38 поселенцев, и только полвека спустя русский моряк Геннадий Невельской осуществит создание поселений на Сахалине.

На этом история не закончилась. Уже после всех этих событий в 1811 году, морская экспедиция на судне «Диана» должна была пройти вдоль Курильской гряды и описать её. На острове Кунашир морской офицер Василий Головин с пятью матросами высадился на берег, чтобы набрать пресной воды, и был захвачен в плен японцами. Они решили, что перед ними сам Резанов и собирались отсечь русским головы, засолить их и отправить в Петербург. По счастью, сразу они этого не сделали, а потом прибыли японские переводчики, которые знали Резанова, они засвидетельствовали, что в плену оказался другой человек. Тем не менее, японцы продержали Головина и матросов со связанными руками в клетках два года, пока их не освободил помощник Головина на шлюпе «Диана» Петр Рикорд.

Рикорд захватил торговое судно вместе с купцом Такатая Кахэем. Купцу объяснили, что Резанов действовал самовольно, Россия с Японией воевать не собирается, а за пленных готова заплатить большие деньги. Отправили Кахэя в качестве парламентария, он смог убедить японцев, и Головина с матросами отпустили, не взяв ни копейки. (В настоящее время на Кунашире на средства японцев установлен памятник Кахэю и Головину — знак дружбы народов). Хвостова и Давыдова японцы терпеть не могут до сих пор…

Окончание следует.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:



Top