«Юнона» и «Авось», или жизнь и смерть Николая Резанова. Последние дни


Памятник на месте бывшей могилы Резанова в Красноярске. Фото с сайта grabschonheiten.diary.ruПамятник на месте бывшей могилы Резанова в Красноярске. Фото с сайта grabschonheiten.diary.ruРезанов спешно едет в Россию. Покинув Аляску 27 июля 1806 года, в сентябре Николай Петрович уже в Охотске. Он очень торопился. Ему хотелось скорее доложить в Петербурге о своих честолюбивых планах относительно Америки, хотелось заручиться поддержкой императора, хотелось побыстрее вернуться к Кончите… Надвигалась осень, распутица. Ехать было никак нельзя, но Резанов никого не хотел слушать. Он отправился в путь «верховою ездою», в пути его застигли «морозы и снега». Лед был еще тонок и проламывался, он несколько раз падал в воду, ночевал прямо на снегу, сильно простудился. С трудом его довезли до Якутска, где он пролежал в горячке 10 дней; слегка поправившись, со слабым здоровьем он доехал до Иркутска.

Иркутск, родной и любимый город, встретил его приветливо. Остановился он в доме купца Ситников, который уступил Резанову «прекрасный дом свой, барски меблированный, дает мне стол, экипаж и до малейшей не допускает издержки». «У меня беспрестанно люди, а на них и смерть красна. Генерал-губернатор всякий день у меня бывает, иногда раза по два, и вечера проводит. Дружба сего честного человека и доброго услаждает меня». Здоровье Николая Петровича все же не восстанавливалось, он начал заметно слабеть.

В Иркутске Резанов написал свое последнее письмо: « От генваря 24 дня 1807г. Наконец я в Иркутске! Лишь увидел город сей, то и залился слезами. Милый бесценный друг живет в сердце моем одинаково! Я день, взявшись за перо, лью слезы. Сегодня день свадьбы моей, живо смотрю я на картину прежнего счастья моего, смотрю на все и плачу. Ты прольешь тоже слезу здесь, что делать, друг мой, пролей ее, отдай приятную эту дань ей; она тебя любила искренне, ты ее тоже. Я увижу ее прежде тебя, скажу ей. Силы мои меня оставляют. Я день ото дня хуже и слабее. Не знаю, могу ли дотащиться до вас. Разочтусь с собою со временем, и буде нет, но не могу умирать на дороге. И возьму лучше здесь место, в Знаменском, близ отца ее. Письмо матушки и детей, сегодня же с курьером полученное, растравило все раны мои, они ждут меня к новому году, но не знают, что может быть, и век не увижусь…

И далее …Не знаю, будет ли у вас принят план мой, я не щадил для него жизни. Горжусь им столько, что ничего, кроме признательности потомства, не желаю. Патриотизм заставил меня изнурить все силы мои; я плавал по морям, как утка; страдал от холода, голода, в то же время от обиды и еще вдвойне от сердечных ран моих. Славный урок! Он меня, как кремень, ко всему отбил, я сделался равнодушен… Я увидел, что одна счастливая жизнь моя ведет уже целые народы к счастию их, что могу на них разливать себя. Испытал, что одна строка, мною подписанная, облегчает судьбы их и доставляет мне такое удовольствие, какого никогда я себе вообразить не мог. А все это вообще говорит мне, что и я в мире не безделка, и нечувствительно возродило во мне гордость духа. Но гордость ту, чтоб в самом себе находить награды, а не от Монарха получать их».

Вот так, перед смертью, понял Николай Петрович Резанов, что высшее счастье для человека — это сострадание к людям и, соответственно, забота об них и старание облегчить их участь, и не для славы и выгода, а только по величию души.

Силы, между тем, оставляли его. Видимо, чувствуя близкую кончину и желая, и надеясь в последний раз увидеть детей своих, наперекор врачам и друзьям, Резанов покидает Иркутск. По дороге он потерял сознание, упал с лошади и сильно ударился головой о камень. Едва живого, 26 февраля его довезли до Красноярска и там, в доме купца Родюкова 1 марта 1807 года Николай Петрович умер, в 42 года…

Из воспоминаний И.Ф. Парфентьева о Резанове сохранилось следующее предание: «…он умер в доме Родюкова и теперь (в 1891 г.) находящемся на этом месте. Земле же не был предан в течение 2-х недель, потому что живописцы снимали с него портреты для отправки в Петербург, но тело усопшего в продолжении этих двух недель никакому разложению не предавалось, лежал как живой; и что в конце 20-х годов богобоязненная старушка просвирня Анна Васильевна Рачковская, жившая в соборном флигеле, неоднократно видела и рассказывала о горевшей на верху памятника свече, что по свидетельству старожилов и доказывало о благочестивой жизни усопшего…»

Похоронен он был при соборной церкви Вознесенского собора, на его могиле был установлен крест, а в 1831г. там был сооружен памятник «иждивением Российско-Американской компании в ознаменование незабвенных заслуг».

Через 60 лет после смерти Николая Резанова Россия за бесценок, всего за 7,2 миллиона долларов, продала Америке Аляску и Алеутские острова вместе со всеми владениями Российско-Американской компании. США получили от этой территории за один год: от рыболовства — 1 триллион долларов, сбыт мехов за два года — 3 триллиона, а в конце XIX века на Аляске были открыты огромные залежи золота…

Сын Николая Петровича Петр, по протекции министра коммерции графа Румянцева был принят в пажеский корпус, но дальнейшая судьба его неизвестна. Дочь Ольга вышла замуж за генерала Кокошкина и в 1828 году в возрасте 26 лет умерла во время родов, повторив печальную судьбу своей матери.

Консепсия ждала его. Не 30 лет, как в знаменитой рок-опере, а только два года. Нет, она не вышла замуж, но она узнала о смерти жениха. Министр коммерции граф Николай Румянцев написал об этом правителю российских колоний в Америке Александру Баранову, а тот сообщил об этом ее отцу. Позже к ней сватался богатый бостонский судовладелец, но она его отвергла. Может, и правда хранила верность Резанову? Во всяком случае, она не вышла замуж. В начале 1840-х годов донна Консепсьон поступила в третий Орден Белого Духовенства. После основания в 1851 году конвента (монастыря) Св. Доминика она приняла монашеский сан и в возрасте 60 лет ушла в монастырь Святого Доминика под именем Марии Доминга, до этого занимаясь благотворительностью, учила грамоте индейцев. В Новой Калифорнии ее называли La Beata (Благословенная).

Вместе с монастырем она переехала в город Монтеррей и там умерла 23 декабря 1857 года. Ее тело было захоронено на кладбище монастыря, а в 1897 году перенесено на специальное кладбище Ордена Святого Доминика.

Судьба памятника и могилы командора Резанова печальна. После революции с 1936 г. в Воскресенском соборе разместился аэроклуб, и спортсмены прыгали с колокольни прямо на могилы предков… В начале 1960-х годов Воскресенский собор был разрушен, а могила командора Резанова утеряна. Позже на месте собора и кладбища возведено здание концертного зала, а на месте дома, где умер Резанов, теперь стоит гостиница.

По некоторым сведениям гроб с телом Резанова был перезахоронен на Троицком кладбище Красноярска. (Но точно этого утверждать никто не решается).

Но все-таки красноярцы не забыли Резанова. Архитектор В.Ульянов разыскал старинные карты, сопоставил их с сохранившимися фотографиями Воскресенского собора, вычислил место захоронения и привез туда большой белый камень с памятной табличкой. В настоящее время на месте бывшей могилы Резанова ему восстановлен памятник.

В 2000 году в Красноярске на месте предполагаемого захоронения Резанова на Троицком кладбище установили памятник — белый крест, на одной стороне которого написано: «Николай Петрович Резанов. 1764-1807. Я тебя никогда не забуду», а на другой стороне — «Мария Консепсьон де Аргуэльо. 1791-1857. Я тебя никогда не увижу». На открытие памятника приезжал шериф Монтеррея, чтобы развеять там горсть земли с могилы Кончиты. Обратно он увез горсть красноярской земли.

Многие известные театры и сегодня ставят замечательные спектакли на эту историческую тему. Билеты в Ленком, например, на Юнону и Авось можно заказать заранее по контактному телефону, уточнив время и дату постановки.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:



Top