Правозащитная организация «Международная Амнистия» опубликовала итоговый доклад о состоянии прав человека в Китае за период с января по декабрь 2005 г


Символика *Международной Амнистии*Символика *Международной Амнистии*Частичное реформирование юридической и судебной систем не улучшило защиту прав человека.

Десятки тысяч людей по-прежнему удерживались под стражей в нарушение своих прав, подвергаясь угрозе применения пыток или жестокого обращения.

Тысячи людей были приговорены к смерти и казнены. Власти нередко применяли силу для подавления растущих социальных волнений.

Возобновились репрессивные меры против средств массовой информации, и ужесточился контроль за Интернетом. В рамках проводимой властями «войны с терроризмом» продолжились жестокие репрессии в отношении уйгуров в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР). В Тибете и других районах проживания тибетских народностей свобода выражения мнений и вероисповедания оставалась строго ограниченой.

Вызывала озабоченность продажа оружия в Судан, поскольку подобные действия Китая могли служить одним из факторов нарушений прав человека в других странах. Китай продолжал вести сдержанный диалог с некоторыми представителями международного сообщества касательно прав человека. Несмотря на это, китайские правозащитники по-прежнему подвергались произвольным задержаниям, а некоторых приговорили к лишению свободы.

Международное сообщество

Бесконтрольный экспорт оружия из Китая по-прежнему способствовал массовым нарушениям прав человека в Судане. Китайское правительство выступало против усиления эмбарго Совета Безопасности ООН на поставки оружия в Судан.

Европейский Союз (ЕС) сопротивлялся лоббированию со стороны китайского правительства, добивавшегося отмены эмбарго на поставки оружия в Китай, введенного после подавления демократического движения в стране в июне 1989 года.

Правительство продолжало сотрудничать с правозащитным аппаратом ООН, однако, по большей части, не выполняло его рекомендаций. В августе и ноябре Китай посетили Верховный комиссар ООН по правам человека и Специальный докладчик ООН по вопросу о пытках. В сентябре Китай и Российская Федерация совместно блокировали создание в ООН нового эффективного Совета по правам человека.

Правозащитники

Граждане продолжали добиваться возмещения ущерба за различные нарушения своих прав, используя систему жалоб и иногда обращаясь в суд. Однако фундаментальные недостатки обеих систем не позволяли многим пострадавшим добиться возмещения вреда, что служило поводом к усилению социальной напряженности в стране. В мае были введены новые правила рассмотрения жалоб, целью которых была более надежная защита интересов заявителей, однако правила, по всей видимости, мало повлияли на удовлетворительный исход жалоб.

Неформальные правозащитные сети оказывали открытое давление на власти и международное сообщество в связи с различными нарушениями прав человека. Несмотря на это, власти продолжали использовать широкие формулировки, относящиеся к преступлениям против национальной безопасности, чтобы преследовать по суду и лишать свободы активистов, в том числе юристов, лиц, подающих жалобы, и защитников прав на жилье. Число организаций гражданского общества продолжало расти, а их деятельность становилась плодотворнее. Вместе с тем, ужесточился контроль за действиями тех, кто бросал вызов официальной политике.

Директор неправительственного «Института прав и полномочий» Ху Венжу подверглась многочисленным злоупотреблениям в связи с правозащитной деятельностью, которые включали выселение из дома и офиса в Пекине, а также произвольное задержание полицией на юге страны. Венжу занималась расследованиями сообщений о незаконной конфискации земель у фермеров в Фошане (провинция Гуандун). В октябре Венжу бежала из Китая, опасаясь дальнейших произвольных задержаний полиции.

Журналисты и пользователи Интернета

Власти все менее терпимо относились к публикациям, в которых затрагивались животрепещущие вопросы либо подвергалась сомнению государственная политика. Возобновились репрессивные меры против журналистов и СМИ. Тем, кто в своих материалах касался болезненных проблем или не соглашался с существующим положением вещей, грозило увольнение, произвольное задержание или лишение свободы.

Судебные преследования журналистов и репортеров по-прежнему осуществлялись на основании обвинений в широко трактуемых преступлениях, связанных с разглашением «государственной тайны». Ограничения на доступ в Интернет ужесточились, а десятки людей оставались за решеткой за получение или распространение в сети информации о наболевших вопросах, связанных с политикой.

В апреле журналиста Ши Тао приговорили к 10 годам лишения свободы за разглашение «государственной тайны». Он разместил на зарубежном веб-сайте в Интернете инструкции Коммунистической партии о том, что журналистам следует говорить о 15-й годовщине подавления демократического движения в 1989 году.

Нарушения в ходе проведения экономических реформ

Принудительные выселения в городских районах, а также реквизиция земель и высокие налоги в сельской местности все чаще становились поводом для протестов и социальных волнений. Беспорядки нередко сопровождались насилием, порой со стороны преступных группировок, которые, как утверждалось, поддерживались либо нанимались местными властями или предприятиями.

Несмотря на текущие реформы системы регистрации домохозяйств (Хуку), мигранты, прибывающие из сельских районов в городские, по-прежнему подвергались дискриминации в городах, в том числе не имея возможности получить медицинскую помощь и другие социальные услуги. В целом, условия труда на фабриках, шахтах и других предприятиях оставались неудовлетворительными. Права тех, кто представлял интересы рабочих, на свободу выражения мнений и ассоциаций оставались жестко ограниченными, а независимые профсоюзы по-прежнему находились вне закона.

В октябре активиста Сю Женькина, который выступал против захвата земель и выселений в Шанхае, приговорили к трем годам лишения свободы за «нарушение общественного порядка» в связи с его январской поездкой в Пекин, где он собирался почтить память скончавшегосябывшего премьер-министра Чжао Цзыяна.

Насилие в отношении женщин

Несмотря на законы, запрещающие подобную практику, местные власти по-прежнему подвергали многих женщин принудительным абортам и стерилизации, стараясь следовать строгой программе планирования семьи. Запрет на определение пола неродившегося ребенка, по всей видимости, почти не оказал желаемого эффекта на количественное соотношение полов. Продолжали поступать сообщения о торговле женщинами и детьми, особенно девочками.

В некоторых провинциях приняты положения, направленные на предотвращение насилия в семье, однако, как сообщалось, злоупотребления по-прежнему были широко распространены. Женщинам, находившимся под стражей, грозили сексуальные злоупотребления и другие фромы пыток и жестокого обращения. В августе власти внесли поправки к закону о защите прав и интересов женщин, поставив цель запретить сексуальные домогательства и укрепить право женщин на подачу жалоб в связи с нарушением их прав.

В сентябре незрячего адвоката-самоучку Чена Гуаньчена преследовали, а также избили и в произвольном порядке задержали дома. Он пытался предъявить иск властям города Линьи провинции Шаньдун в связи с проведением принудительных стерилизаций и абортов для достижения необходимых показателей рождаемости. По состоянию на конец года Гуаньчен находился под стражей.

Репрессии в отношении духовных и религиозных групп

Соблюдение религиозных обычаев вне официальных каналов было ограничено строгими рамками. В марте власти обнародовали новое Положение по делам религии, целью которого является усиление контроля за религиозной деятельностью.

В апреле возобновилось преследование духовного движения «Фалуньгун». Официальное лицо из Пекина пояснило, что в связи с запрещением «Фалуньгун» как «еретической организации» любая деятельность, связанная с движением, незаконна. Сообщалось, что многие последователи «Фалуньгун» оставались под стражей, где им угрожали пытки и жестокое обращение.

Незарегистрированные католики и протестанты, являющиеся прихожанами неофициальных домашних церквей, также подвергались преследованиям, произвольным задержаниям и заключались в тюрьму. В ноябре известному адвокату Гао Жишеню пришлось закрыть свою юридическую фирму на год, когда он отказался отозвать свое открытое письмо президенту и премьер-министру с призывом к властям уважать религиозную свободу и прекратить «варварское» преследование «Фалуньгун».

Распоряжение о прекращении деятельности его фирмы Жишеню предъявили вскоре после того, как он направил апелляцию от имени подпольного протестантского пастора Кая Чжухуа, которого приговорили к трем годам лишения свободы за незаконное издание Библий.

Смертная казнь

Смертная казнь по-прежнему применялась широко и в произвольном порядке, порой становясь инструментом политического вмешательства. Людей казнили за ненасильственные преступления, такие как налоговое мошенничество и присвоение имущества, а также за преступления, связанные с наркотиками, и тяжкие преступления. По оценке МА, сделанной на основании опубликованных данных, в течение года казнены по меньшей мере 1 770 человек и 3 900 приговорены к смерти, хотя, как полагают, в действительности их число было гораздо выше.

Сообщения о нескольких случаях судебных ошибок при вынесении смертных приговоров, опубликованные в китайской прессе в первой половине года, вызвали серьезное недовольство общественности и усилили импульс к проведению реформы. В сентябре высокопоставленная сотрудница Верховного суда объявила, что создается три отделения для пересмотра решений о смертных приговорах.

Ранее этим занимались суды низшей инстанции, что ослабляло гарантии против несправедливых судебных разбирательств. Должностные лица ожидали, что реформа поможет снизить показатели смертных приговоров на 30%. Вместе с тем, данные по смертным приговорам и казням в стране по-прежнему составляют государственную тайну, что затрудняет анализ и контроль за числом вынесенных и приведенных в исполнение смертных приговоров.

В июне рабочего-мигранта Ван Бинью из провинции Ганьсу приговорили к смерти в г. Нинся за нанесение смертельных ножевых ранений прорабу и еще троим людям во время бурного спора по поводу невыплаты зарплаты. Как сообщалось, Бинью нуждался в деньгах, чтобы оплатить операцию своему отцу. В октябре его казнили, несмотря на призывы к снисхождению со стороны ученых и общественных деятелей, опубликованные в китайских СМИ.

Пытки, произвольное задержание и несправедливые судебные разбирательства

По-прежнему поступали сообщения о применении пыток и жестоком обращении в различных государственных учреждениях. В числе методов пыток были удары ногами, избиения, пытки электрическим током, подвешивание за руки, сковывание наручниками в болезненных положениях, а также лишение пищи и сна. Ограничение контактов задержанных с внешним миром и нежелание властей создать действенные механизмы подачи и расследования жалоб по-прежнему являлись решающими факторами, способствующими процветанию подобной практики.

В мае власти объявили о пробном проекте, в рамках которого в трех регионах страны сотрудникам полиции разрешалось проводить допрос подозреваемых в уголовных преступлениях перед видеокамерами и в присутствии адвокатов. В июле власти объявили об усилении кампании по привлечению к судебной ответственности сотрудников полиции, получающих показания при помощи пыток, добавив при этом, что с начала кампании в мае 2004 года к судебной ответственности привлечено 1 924 сотрудника правоохранительных органов.

В июне последовательница движения «Фалуньгун» Гао Ронронг скончалась, находясь под стражей в исправительно-трудовом учреждении «Лоньшан» в Шеньяне (провинция Ляонин). Сообщалось, что в 2004 году сотрудники учреждения застали женщину за чтением литературы «Фалуньгун», после чего избили ее, в том числе нанося удары электрошоковыми дубинками по лицу и шее. Из-за этого у Ронронг возникли проблемы со зрением, а кожа на лице и шее покрылась волдырями.

По имеющейся информации, законодатели обсуждали проект нового закона об исправлении противоправного поведения, который призван заменить перевоспитание трудом — систему административного задержания, применяющуюся для помещения под стражу сотен тысяч людей на срок до четырех лет без предъявления обвинений и передачи дела в суд. Должностные лица заявили, что новый закон возможно поможет сократить сроки задержания. Тем не менее, элементы закона, нарушающие международные нормы справедливого судопроизводства, в потенциале останутся без изменений.

Началась кампания, направленная на улучшение поведения полиции и искоренение пыток, однако усилий по проведению кардинальных правовых и ведомственных реформ, необходимых для предотвращения подобных злоупотреблений на практике, почти не предпринималось. Лицам, обвиняемым в политических или уголовных преступлениях, по-прежнему отказывали в надлежащих судебных процедурах.

Задержанным строго ограничивали право видеться с адвокатами и родственниками, а судебные процессы далеко не соответствовали международным нормам справедливого судопроизводства. Тем, кто обвинялся в преступлениях, связанных с государственной тайной или «терроризмом», ограничивали юридические права и разбирательства по их делам проводили при закрытых дверях.

Просители убежища из Северной Кореи

Люди продолжали переходить границу в Китай, спасаясь от острой нехватки продовольствия в Северной Корее. Китайские власти арестовывали и принудительно возвращали домой сотни, а возможно и тысячи, граждан Северной Кореи, которых считали экономическими мигрантами и поэтому отказывали им в процедуре определения статуса беженца, тем самым нарушая Конвенцию ООН о статусе беженцев. По неподтвержденным сведениям, по крайней мере пятерых граждан Южной Кореи северокорейского происхождения похитили в Китае и принудительно возвратили в Северную Корею.

Синьцзян-Уйгурский автономный район

Власти Китая продолжали использовать предлог международной «войны с терроризмом» для оправдания жестоких репрессий в СУАР, которые приводили к серьезным нарушеним прав человека в отношении уйгурского этнического меньшинства. Тогда как в большинстве районов страны недавняя кампания «сокрушительного удара» по преступности пошла на убыль, в СУАР она официально возобновилась в мае, ставя целью искоренить «сепаратизм, терроризм и религиозный экстремизм». В результате репрессий закрылись неофициальные мечети, арестовывались имамы.

Уйгурских националистов, в том числе мирных активистов, продолжали задерживать и заключать в тюрьму. Те, кому предъявляли обвинения в серьезных преступлениях, связанных с «сепаратизмом» или «терроризмом», подвергались угрозе длительного лишения свободы или казни. Людям, которые пытались передать информацию о масштабах репрессий за рубеж, грозило произвольное задержание и лишение свободы.

Власти продолжали выдвигать против уйгурских активистов обвинения в терроризме, не подкрепленные достоверными доказательствами. Освобожденная в марте узница совести Ребия Кадир оказалась главной мишенью для преследований, целью которых, по-видимому, стала попытка подорвать ее влияние как активистки, выступающей за права уйгуров за пределами страны. В феврале по итогам закрытого судебного процесса писателя Нурмухеммета Ясина приговорили к 10 годам лишения свободы за публикацию рассказа «Дикий голубь», в котором шла речь о пойманной птице, которая в неволе покончила с собой. По всей видимости, властям рассказ виделся как аллегория жизни уйгуров в Китае.

Тибетский автономный округ и другие районы проживания этнических тибетцевСвобода вероисповедания, выражения мнений и ассоциаций по-прежнему жестко ограничивалась, продолжались произвольные аресты и несправедливые судебные разбирательства. Некоторых узников совести освободили по истечении сроков приговоров, однако еще десятки, в том числе буддистские монахи и монахини, по-прежнему находились за решеткой, где им грозили пытки или жестокое обращение. В феврале Таши Гяльцену и еще четверым буддистским монахам назначили наказание в виде трудового перевоспитания в Силине (провинция Цинхай) за издание бюллетеня, содержавшего стихи и статьи, которые, по мнению властей, касались щекотливых политических вопросов.

Особый административный район Гонконг

В апреле гонконгский Апелляционный суд последней инстанции снял все оставшиеся обвинения с восьми последователей «Фалуньгун», предъявленные за препятствование действиям полиции и нападение на сотрудников полиции во время демонстрации в марте 2002 года. Некоторые обвинения против них уже сняли в 2004 году по итогам апелляции. В сентябре вердикт Коронерского суда по делу о смерти Ким Шукъинг и ее двух дочерей от рук мужа ускорил процесс пересмотра положений Указа о борьбе с насилием в семье, которое определяло его только как физическое насилие между супругами.

Правозащитники выразили протест в связи с решением гонконгских властей поручить консервативной христианской организации «Общество истины и света», которая выступает против прав гомосексуалистов и «чрезмерного применения» прав человека, обучение школьных учителей преподаванию прав человека и борьбы с дискриминацией.

В декабре полиция применила перечные аэрозоли, слезоточивый газ и дробовые патроны против демонстрантов во время встречи на уровне министров стран — членов Всемирной торговой организации (ВТО), дав повод наблюдателям за ситуацией в области прав человека обвинить правоохранительные органы в применении чрезмерной силы. Более тысячи протестующих задержали, при этом несколько человек утверждали, что полиция жестоко обращалась с ними во время содержания под стражей.

Позже всех задержанных отпустили, однако 14 участникам демонстрации предъявили обвинения в незаконном собрании, а затем освободили под залог. По состоянию на конец года судебное разбирательство по их делам не проводилось. Уильям Люнг, 20-летний гомосексуалист, успешно оспорил в суде справедливость закона, запрещающего половой акт по взаимному согласию между мужчинами, не достигшими 21 года. Суд первой инстанции постановил, что закон является дискриминирующим и нарушает права человека. Власти Гонконга пообещали обжаловать решение суда, однако по состоянию на конец года слушания по апелляции не проходили.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • В Сиднее прошел митинг поддержки 11 000 000 человек, вышедших из КПК
  • В новозеландском Веллингтоне прошли мероприятия поддержки 11 миллионов китайцев, вышедших из КПК
  • Встреча на границе
  • Дипломат-беженец Чэнь Юнлинь. Год спустя
  • Семья Джейн Дай – одна из миллионов жертв КПК (Доклад с форума)


  • Top