Екатерина Нелидова – добрый ангел императора Павла

Д.Г.Левицкий. Портрет Е.И. Нелидовой, 1773г., холст, масло. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург зал 10. Фото: nearyou.ru Д.Г.Левицкий. Портрет Е.И. Нелидовой, 1773г., холст, масло. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург зал 10. Фото: nearyou.ru  

 

Великое счастье – встретить на своем жизненном пути  человека с добрым сердцем и чистой душой. Таким человеком была Екатерина  Ивановна Нелидова, очаровательная женщина, оказывавшая благотворное влияние на непредсказуемого и  нервного императора Павла. Продлись их дружба дольше – может быть, другой была бы его судьба.

Родилась Катенька, Екатерина Нелидова, 12 декабря 1757 года в селе Климятине Смоленской губернии, в семье небогатого поручика – Ивана Александровича Нелидова. Кроме нее, в семье было еще шесть детей – сестра и пять братьев. Шести лет от роду мать отвезла её на 12 лет в недавно открывшийся в Петербурге, при Смольном монастыре, институт для девочек  из бедных дворянских семей (Смольный институт).  Согласно желанию императрицы Екатерины  II, девочки воспитывались в полном незнании  истинной жизни с ее горестями и печалями.

Время пребывания в институте было самым счастливым в жизни Екатерины Нелидовой, да и многих других девочек, об этом подруга Нелидовой Алымова так говорит в своих записках: «Этого счастья нельзя сравнить ни с богатством, ни с блестящим светским положением, ни с царскими милостями… нас приучили довольствоваться настоящим и не думать о будущем… Между нами царило согласие… мы никогда не прибегали к заступничеству старших, не жаловались друг на друга, не клеветали, не сплетничали, потому не было и раздоров между нами».  По желанию императрицы, в Смольном устраивались ассамблеи, на которые приглашали людей из высшего общества, давались балы, на которых постоянными танцорами были кадеты из Шляхетного корпуса, а также ставились спектакли, на которых присутствовала сама императрица.

Хотя Екатерина Нелидова была некрасива – брюнетка небольшого роста с черными выразительными глазами, но посетители институтских спектаклей приходили в восторг от ее игры, пения и танцев.  Саму Екатерину II очаровала грация Нелидовой, способность ее к танцам и живая игра на сцене. Она так выразилась о Нелидовой в письме к институтке Левшиной: «Появление на горизонте девицы Нелидовой – феномен, который я приеду наблюдать вблизи…». В спектакле Перголези «Служанка-госпожа» она так великолепно сыграла служанку Сербину, что, по приказанию Екатерины II, знаменитый художник Левицкий написал портрет Нелидовой в роли Сербины, танцующей менуэт, а Алексей Ржевский посвятил ей такие стихи:

Как ты, Нелидова, Сербину представляла, И маску Талии самой в лице являла, И, соглашая глас с движением лица… Пленила пением и мысли и сердца.

В 1776 году  Екатерина Нелидова окончила курс  Смольного в первом выпуске с шифром (вензелем Екатерины II, украшенном бриллиантами) и золотой медалью второй величины, что гарантировало ей пожизненную пенсию в 2000 рублей – по тем временам сумму немалую, и Катенька с подругами была назначена фрейлинами великой княжны Натальи Алексеевны, супруги наследника престола Павла Петровича. Но великая княжна как раз в это время скончалась, и Павел, по желанию императрицы, женился на виртембергской принцессе Софии-Доротее, в православии нареченной Марией Федоровной.

Сначала Павел Петрович считал Нелидову очень злой, но, после того как она в свите Павла Петровича и Марии Федоровны, путешествовавших под именем графа и графини Северных, посетила с ними Германию, Францию, Италию и Швейцарию, он переменил о ней  свое мнение, и в Петербурге стал охотно проводить время в ее обществе.

По правде сказать, жизнь наследника престола была довольно безрадостной.  Его воспитатель Никита Иванович Панин умер, мать–императрица относилась к нему с подозрением, и устраняла от него всех близких к нему лиц, даже детей его она взяла к себе, и воспитывала согласно своим воззрениям, не считаясь с мнением сына. Правда, супруга его, Мария Федоровна, интересовалась искусством, устраивала театральные представления,  литературные вечера, чтобы развлечь мужа, но она не смогла затронуть его сердце.  Относясь к Марии Федоровне с должным уважением, Павел, романтичный, экзальтированный и обидчивый,  тянулся к Нелидовой, чей разговор, при внешней скромности, отличался остроумием и блеском. Она проницательно угадывала не только духовное состояние Павла, но и скрытые причины, которые руководили его эмоциями. Скоро они стали большими друзьями.

Характер этой дружбы раскрывается в письмах Павла к самой Нелидовой. Он писал: «Смею это высказать: связи, существующие между нами, их свойства, история этих отношений, их развитие, наконец, все обстоятельства, при которых и вы, и я провели нашу жизнь – все это имеет нечто столь особенное, что мне невозможно все это упустить из моей памяти, из моего внимания, в особенности в будущем… будьте снисходительны к человеку, любящему вас более чем самого себя, и в этом духе примите все. Единому богу известно, насколько и во имя чего вы мне дороги; призываю на вас самые святые Его благословения  и остаюсь весь ваш, слуга и друг».

Екатерина Нелидова приобрела на Павла очень большое влияние. Она  откровенно высказывала свои мнения, не боясь возбудить его гнев. Нелидова умела тактично, но настойчиво обуздывать гнев Павла, успокаивала его раздражительность, и даже могла заставить его отменить несправедливое распоряжение, так, она успела отклонить Павла Петровича от уничтожения ордена св. Георгия Победоносца, дорогого для русского сердца. Она стремилась направить мысли Павла на служение добру, постоянно прося то кому-то помочь, то кого-то простить. Нелидова писала Павлу, что она «чувствовала бы себя спокойно и счастливо, если бы мне было дозволено ходатайствовать перед Вами за несчастных, не возбуждая Вашего гнева ни против меня, ни против них… будьте добры, будьте собою, ибо истинное Ваше расположение – доброта». 

Нелидову не пощадила общественная молва, а супруга Павла Мария Федоровна даже неоднократно жаловалась на нее императрице, стремясь во что бы то ни стало избавиться от опасного, как она считала, соперничества, хотя, по словам Ф.Н. Голицына, хорошо осведомленного  обо всех придворных  интригах, «Фрейлина Нелидова вела себя похвально и не причиняла неприятностей великой княгине».

Тяготясь подобной жизнью и не желая причинять неприятности великой княгине и Павлу, Екатерина Нелидова обратилась с просьбой к императрице, прося дозволения поселиться в Смольном, но великий князь пришел в ярость, и настоял, чтобы она взяла свою просьбу обратно. Спустя полтора года Нелидова вновь обратилась с тою же просьбой к Екатерине, убедив на этот раз Павла не противиться этому решению,  и глубокой осенью 1792 года переселилась в Смольный, где ее затем и застала кончина Екатерины II, последовавшая  6 ноября 1796 года. Уже 12 ноября Мария Федоровна приняла на себя «начальствование обществом благородных девиц», в тот же день посетила Смольный, увиделась там с Нелидовой и заключила с ней дружественный союз, теперь уже навсегда.

Положение Нелидовой в обществе совершенно изменилось. Она получила звание камер-фрейлины, император Павел стал осыпать благодеяниями ее семью, брат Катеньки сразу получил звание подполковника, и Павел назначил его своим флигель-адьютантом.   Павел попытался дарить Катеньке дорогие подарки, но она отказалась, написав Павлу, что она ценит лишь его чувство, а «Ваши дары всегда были мне более тягостны, чем приятны». Придворная знать окружила Нелидову подобострастным преклонением, но она продолжала вести себя скромно и с достоинством, чем вызвала уважение окружающих. Скромность и бескорыстие фрейлины, отказавшейся от соблазна стать сказочно богатой и играть первую роль при дворе, изумляли царедворцев. Придворный доктор Рожерсон писал Р.С. Воронцову, русскому посланнику в Англии: «Девица эта ведет себя таким образом, что возбуждает всеобщее удивление и почтение: она изредка является на придворные обеды, но не хочет ни во что вмешиваться, хотя ей ни в чем не было бы отказа».

Нелидова и императрица Мария Федоровна всячески старались удерживать императора от вспышек гнева и необдуманных приказов, вызывавших недовольство войска и общества. Под влиянием Екатерины Павел сместил петербургского военного губернатора  Н.П. Архарова, отличавшегося самодурством. Она же всячески заступалась за полководца А.В. Суворова, которого Павел терпеть не мог за независимый и насмешливый нрав.

Все же нашлись враги и у нее. Камердинер Павла Кутайсов, стремившийся занять первое место возле императора, способствовал сближению Павла с московской красавицей Анной Лопухиной, и устроил переезд сенатора Лопухина с семьей в Санкт-Петербург. Лопухина стала официальной фавориткой императора Павла. Постепенно, под влиянием Кутайсова и Лопухиной, император стал дурно относиться к императрице, а когда Нелидова попыталась за нее заступиться, то лишилась его доверия.  Нелидова вернулась в Смольный, написав  Павлу: «Открытое и честное сердце не так легко найти, как Вам, быть может, легко без него обойтись».

Без благотворного влияния Нелидовой самодурство Павла проявилось в полную силу, и окружающие сполна испытали на себе его подозрительный и вспыльчивый нрав. Ф.Н. Голицын признавал, что с удалением Екатерины поведение Павла резко изменилось к худшему, за малые проступки следовали оскорбляющие честь наказания и беспрестанные аресты. Баварский дипломат де Брэ так писал о царствовании Павла: «Некогда столь блестящий и оживленный Петербург производит впечатление города, окаменевшего от ужаса. Ежедневно узнают, что тот-то смещен, такой-то арестован, третий выслан – и все по неизвестным причинам». Получил отставку Аркадий Нелидов, а петербургский губернатор Ф.Ф. Буксгевден с женой Натальей Алексеевой, давней и близкой подругой Нелидовой, был отправлен в ссылку в Эстляндию. Испросив разрешение у Павла, Нелидова отправляется в ссылку с друзьями, чтобы поддержать подругу в несчастии. Мария Федоровна сильно горевала об отъезде Нелидовой, так как лишалась единственного друга, способного разделить ее горе.

Все время, пока Нелидова была в Эстляндии, она поддерживала переписку с Марией Федоровной, которую Павел тайком перечитывал. Догадываясь, что он читает их письма, обе женщины старались таким образом образумить Павла, но он сжигал письма, особенно задевавшие его душу.  Спустя два года Нелидова попросила Павла разрешить ее друзьям уехать за границу, а самой возвратиться в Смольный. Император неожиданно очень обрадовался, и даже выслал за Нелидовой придворный экипаж. Мария Федоровна также хотела примирить Павла с Нелидовой, и устроила у себя вечер, на котором должна была состояться встреча старых друзей. Но вернуть старую дружбу оказалось не так-то просто – под влиянием Кутайсова и Лопухиной (уже Гагариной) император на вечер не пришел. Через полгода он был убит.

Убийство императора потрясло Нелидову. Барон Гейкинг, посетивший ее, рассказывает: «Волосы ее поседели, лицо покрылось морщинами, цвет лица сделался желтовато-свинцовым, и глубокая печаль отражалась на этом прежде столь улыбавшемся лице». Она всячески поддерживала императрицу в ее горе. Первое время Нелидова не выезжала из Смольного, полностью посвятив себя воспитанию племянницы Сашеньки,  которую она любила, как дочь, но потом часто бывала у Марии Федоровны в Гатчине и Павловске. Императрица без нее уже не обходилась,  ее советы имели для вдовствующей императрицы большое значение, и таким образом она даже могла влиять на Александра I, считавшегося с мнением матери. После смерти Марии Федоровны  в 1828 году, о Нелидовой забыли, она скончалась 2 января 1839 г. в возрасте 82 лет на руках своей племянницы, княгини Трубецкой.

Журнал «Северная пчела» опубликовал по случаю смерти Нелидовой  некролог со словами: «Кто знал ее лично и долго со вниманием следил за ее характером, тот не мог не благоговеть перед этим дивным явлением  в мире духовном». Похоронена Екатерина Нелидова на кладбище Большой Охты подле Санкт-Петербурга.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:



Top