Политические скандалы подрывают «мягкую силу» Китая

Опираясь на свои огромные валютные резервы, Китай потратил миллиарды долларов, чтобы увеличить свою «мягкую силу». Прямые китайские телевизионные трансляции и Институты Конфуция во всём мире выполняют задачу завоевания уважения мирового сообщества. Но ряд политических скандалов, показавших полное презрение к закону со стороны правящей в Китае компартии, поставили под сомнение утверждение о превосходстве китайской системы.

Протестующие требуют освобождения слепого китайского активиста Чэнь Гуанчэна, они держат плакаты и просят помощи перед Белым домом 4 мая. Фото: Nicholas Kamm/AFP/GettyImagesПротестующие требуют освобождения слепого китайского активиста Чэнь Гуанчэна, они держат плакаты и просят помощи перед Белым домом 4 мая. Фото: Nicholas Kamm/AFP/GettyImages Китайские пользователи Интернета говорят, что диссидент Чэнь Гуанчэн, бежавший из-под домашнего ареста, нашёл на 100% безопасное место в Китае — посольство США, прибавив «проблем» режиму. И в самом деле, этот инцидент привёл китайские власти к потере лица и отразил отсутствие доверия со стороны китайских граждан к собственному правительству.

Как говорится в старой поговорке, дела говорят громче, чем слова, а недавние события в Китае были оглушительными. Обзор общественного мнения на страницах мировых газет показывает, что «мягкой силе» Китая нанесён серьёзный ущерб.

В феврале вице-мэр Чунцина Ван Лицзюнь провёл 30 часов в консульстве США в городе Чэнду, а затем вышел по «собственному желанию», согласно Государственному департаменту США. Очевидно, он считал, что дипломатическая миссия США могла обеспечить ему личную безопасность. В настоящее время он находится под арестом в Пекине, ему предъявлено обвинение в государственной измене. Ван, по-видимому, оказывает содействие в расследовании дел бывшего секретаря горкома партии в Чунцине Бо Силая и его жены Гу Кайлай, которую подозревают в убийстве британского бизнесмена Нила Хейвуда.

Истории о Бо были на страницах СМИ в течение нескольких недель, с непристойными подробностями, в том числе о введённом Хейвуду яде, который требовал свою долю за отмывание денег. Китайские граждане бурно отреагировали на новость только потому, что она была опубликована, и это, конечно, не повысило доверия к «мягкой силе» Китая, «базирующейся» на конфуцианской морали.

Инцидент с Чэнем

Не успела затихнуть история с Бо, пришло ещё одно сенсационное известие: побег из-под домашнего ареста слепого правозащитника Чэнь Гуанчэна, которому удалось выехать из провинции Шаньдун в Пекин, а потом найти убежище в посольстве США. Чэнь покинул посольство через шесть дней, тоже «по собственному желанию», в соответствии с утверждениями как китайской, так и американской стороны. Прошло только несколько часов, и пришла новость, что он передумал и хочет уехать из Китая со своей семьей.

И Китай, и Соединённые Штаты не приветствуют китайских граждан, ищущих убежище в дипломатических миссиях, независимо от того, являются ли они бывшими начальниками полиции, причастными к нарушениям прав человека, или же диссидентами, подвергшимися жестокому обращению со стороны китайских властей.

В конце концов, Соединённые Штаты не имеют возможности укрывать диссидентов в течение длительного времени или тайно вывозить их из страны. Текущие события показывают, что зачастую воинственное и анти-правовое поведение со стороны китайского режима в значительной степени влияет на то, как Китай воспринимается остальным миром. Такие действия имеют большее влияние на мощь китайской «мягкой силы» или же на полную её беспомощность, чем восхваляющие программы «Синьхуа» (официальное информационное агентство правительства КНР) и CCTV (центральное телевидение Китая) по всему миру, которые стоят миллиарды долларов.

В октябре прошлого года коммунистическое руководство Китая одобрило решение, направленное на увеличение «мягкой силы» страны. Ещё до этого, в 2010 году, Китай запустил 24-часовые всемирные ТВ новости на английском. В феврале в Америке заработал канал CCTV, который базируется в Вашингтоне.

Кроме того, Китай создал более 320 Институтов Конфуция во всём мире в целях содействия преподаванию китайского языка и культуры, что обходится примерно в 150 млн долл. в год.

Текущие события в Китае играют большую роль в формировании отношения людей к Китаю, чем «новые перспективы» или «альтернативные точки зрения», представленные политтехнологами или профессиональными западными журналистами, которых нанимает коммунистический режим. Словам сотрудников Институтов Конфуция о достоинствах семейной сплоченности противопоставлены страдания семьи Чэня, члены которой стали заложниками режима.

В случае с Чэнем Соединённые Штаты достигли соглашения, согласно которому китайские власти согласились перевезти диссидента и его семью в другую часть страны, где он мог бы поступить в университет, чтобы изучать право. Чэнь же заявил в телефонном разговоре, что хотел бы покинуть страну как можно скорее, так как опасается за безопасность своей семьи. Эта чрезвычайная ситуация даже рассматривалась конгрессом США.

Представитель китайского Министерства иностранных дел заявил, что Чэнь также может выехать для обучения за рубеж.

Это беспрецедентно. Если Китай выполнит свою часть договорённостей, это может означать ослабление хватки, которую поддерживали органы безопасности в стране в последние годы якобы для поддержания социальной стабильности.

Мало что из этого известно китайской общественности из-за цензуры. Хотя КПК может вставить кляп в рот собственных СМИ директивами отдела пропаганды, но она не может существенно повлиять на новости из других стран. Несмотря на то, что Китай тратит миллиарды долларов на формирование общественного мнения, редакционные комментарии в свободных СМИ отражают то, что мир думает о Китае.

Освещение в СМИ

Businessweek назвала падение Бо Силая «самой серьёзной угрозой для власти» коммунистической партии Китая (КПК) со времени восстания на площади Тяньаньмэнь в 1989 году.

Китайский режим настаивает, что дело Бо, в том числе утверждения, что его жена совершила убийство, это обычное «уголовное дело».

Другие западные СМИ задаются вопросом, как могла выйти наружу обычно тщательно скрываемая внутрипартийная борьба в Китае, вопреки неустанно создаваемому образу «единого Китая». Japan Times в статье от 30 апреля прокомментировала сообщение о том, что Бо прослушивал телефонные разговоры партийного руководителя Ху Цзиньтао, и сделала вывод, что падение Бо «указывает на борьбу за власть в то время, когда Китай готовится к смене руководства». Ожидается, что Ху уйдёт в отставку в конце этого года, в ходе смены руководства, которая обычно происходит раз в десять лет.

В Южной Корее Joongang Daily в статье от 16 марта призывала к политической реформе, утверждая, что «устойчивое развитие Китая является не только его проблемой, так как оно связано с интересами многих стран мира».

Редакционная статья Korea Herald предполагает: «Скандал представляет нелепости современного Китая, где власть связана с деньгами. … То, как партийное руководство будет проводить расследование дела Бо Силая, покажет, насколько прочной является китайская система».

В Тайване China Post опубликовала 15 апреля редакционную статью по делу Бо, в которой призывает Китай к «учреждению по-настоящему независимой судебной системы, которая не склоняется к богатым и сильным».

В Южной Африке, в одной из стран БРИК, партнёров Китая, издание The Star 2 мая выразило мнение о случае Чэня. Эссе под названием «Китайская головоломка» рассказывает о разыгравшемся в посольстве США драматическом «микрокосмическом конфликте между двумя державами», после чего заявил, что кризис «должен быть урегулирован, но не за счёт Чэня, вновь обретшего надежду на свободу».

В течение нескольких недель немецкий Der Spiegel утверждал, что китайские лидеры «вовлечены в ожесточённую борьбу за власть, что может поставить под угрозу тщательно спланированную передачу власти в руководстве страны». Но из-за контроля цензуры «многие китайцы стали настолько циничными, что не доверяют партийным средствам массовой информации, таким как государственное телевидение, даже когда оно говорит правду».

Таким образом, китайская цензура действует успешно, но только в границах своей страны. В других странах средства массовой информации и люди могут делать свои собственные выводы о Китае, основанные на том, что происходит в стране. Если Пекин серьёзно настроен увеличить свою «мягкую силу», он должен сначала изменить своё отношение к собственному народу. И это может ободрить критиков однопартийной системы.

Фрэнк Чин – гонконгский журналист и писатель. Недавно была переиздана его книга «Предки: 900 лет из жизни китайской семьи».

Версия на английском


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Игорь Чубайс: «Надо восстановить истинный образ нашей страны, который сознательно искажался властями в советское время»
  • Поэма об интернет-налоге и налоге на поддержание стабильности
  • Чего стоят гарантии китайских властей
  • Бизнес и судьба вполне совместимы
  • Китайские военные обозначили «враждебные силы» для «нападения и уничтожения»


  • Top