Компартия подрывает правовую систему Китая, узаконивая нарушения прав человека

Иян Ся выступает на форуме по Китаю, прошедшем на Парламентском холме в Оттаве. Фото: Мэтью Литл /Великая ЭпохаИян Ся выступает на форуме по Китаю, прошедшем на Парламентском холме в Оттаве. Фото: Мэтью Литл /Великая ЭпохаВ течение первых 30 из 62-х лет нахождения у власти коммунистической партии Китая (КПК), вообще не существовало реальных законов, которые бы соответствовали международным стандартам.

В тот период считалось, что законы нужно составлять в общих чертах, без деталей, хотя неясно, как возникла подобная концепция и почему она была единодушно принята.

В большинстве случаев всё решалось непосредственно партийными комитетами. Вся правовая система сводилась к «Гун Цзянь Фa» — термин, который означает полицию, прокуратуру и суд в одном лице, что отражает отсутствие независимости судебной системы от исполнительной власти.

После «Культурной революции» КПК восстановила положение нескольких высокопоставленных лидеров, которые подверглись преследованиям во время хаоса. Они решили, что следует создать некоторую форму верховенства закона.

Первоначальная идея заключалась в том, что верховенство закона будет защищать их от повторения «Культурной революции». Они, похоже, не понимали в то время, что верховенство закона может также вызвать для них неприятности, потому что законы будут ограничивать их власть.

В 1979 году ЦК КПК выпустил внутренний документ, предписывающий партийным комитетам отказаться от непосредственного принятия решений по юридическим делам. Однако несколько месяцев спустя партия решила, что не может себе позволить не контролировать правовую систему. Так ЦК КПК восстановил центральную Политико-юридическую комиссию для контроля над правовой системой.

Хотя эта комиссия была временно распущена в 1988 году, она была немедленно восстановлена и усилена после бойни на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Когда говорят о том, что китайская правовая система не является независимой, комитет является ключом к пониманию причин для этого.

В Китае различные организации, которые осуществляют правую работу, в совокупности называются политической и судебной системой. На государственном уровне они обычно включают Министерство общественной безопасности (полиция), Верховную прокуратуру, Верховный суд, Министерство юстиции и Министерство государственной безопасности. Три министерства находятся под управлением Государственного совета, а Верховная прокуратура и Верховный суд подотчетны Всекитайскому собранию народных представителей (ВСНП).

Как Политико-юридическая комиссия контролирует органы, осуществляющие правовую работу?

Политико-юридическая комиссия осуществляет свою деятельность руководством ЦК КПК. Её глава является членом Постоянного комитета Политбюро КПК — высшим органом власти в Китае. Это означает, что его ранг выше, чем у любого министра.

Главы вышеупомянутых связанных с комиссией организаций являются членами Политико-юридической комиссии и должны следовать распоряжениям её главы.

Время от времени издаются внутренние служебные уведомления, циркуляры, другие документы, адресованные правовым организациям. Подобные уведомления не составляются в соответствии с Конституцией и не ограничены какими-либо другими законами. Кроме того, главы этих пяти организаций не назначаются парламентом Китая, Всекитайским собранием народных представителей или Госсоветом. Скорее, они выбираются ЦК КПК и его организационным отделом.

Таким образом, когда правовые органы находятся под влиянием политики КПК.

По поводу гражданских судебных разбирательств во многих так называемых «чувствительных случаях», например, связанных с политическими диссидентами, правами человека, религией или Фалуньгун, Политико-юридическая комиссия проводит заседание. Местные главы Бюро общественной безопасности, прокуратуры (которая играет роль общественного обвинителя) и суда будут присутствовать на собрании. Все детали, связанные с делом, обсуждаются и решаются на заседании, в том числе приговор и окончательный срок тюремного заключения.

Министерство юстиции осуществляет контроль над юристами, что отражает не только отсутствие независимости судебной системы, но и независимости юристов. Все адвокаты должны входить в ассоциацию адвокатов, возглавляемую КПК. Каждое местное отделение ассоциации работает под контролем местным бюро юстиции, в то время как национальная Всекитайская ассоциация юристов возглавляется Министерством юстиции.

Эта система гарантирует, что адвокаты не будут заниматься делами, неугодными партии. В последние годы в средствах массовой информации часто упоминаются случаи, связанные с приостановлением или отменой лицензий адвокатов, взявшихся за чувствительные дела, например, защиту последователей Фалуньгун, христиан домашней церкви или граждан, пострадавших от сноса жилья. Именно с помощью этой системы надзора возможны такие произвольные действия.

Начиная с 1980-х годов, ВСНП начало принимать законы. Это способствовало тому, что новое поколение стало изучать право и сдавать экзамен для получения лицензии адвоката. В числе таких людей известный адвокат по правам человека Гао Чжишен.

За это время было принято большое количество законов, некоторые из них даже приблизились к западным и международным правовым стандартам. Работа по принятию законов продолжается, как указано в недавно выпущенной «Белой книге китайской социалистической правовой системы».

И хотя законы не в полной мере соблюдались, до 1999 года они не нарушались так систематически, как сейчас.

Даже после бойни на площади Тяньаньмэнь в 1989 году правовая система осталась, в основном, неповрежденной, хотя КПК временно объявило военное положение. Не было нужды менять функционирование правовой системы, чтобы преследовать тех, кто возглавлял студенческое движение. Число людей, арестованных и приговорённых, было относительно небольшим.

Как была подорвана китайская правовая система?

Самая большая проблема, которая возникла в правовой системе Китая, это преследование Фалуньгун, начавшееся в 1999 году.

В то время, КПК столкнулась с двумя проблемами: во-первых, духовная вера, которую она не могла контролировать, и, во-вторых, очень большое число практикующих, насчитывающее десятки миллионов.

Восприняв Фалуньгун как угрозу из-за большой популярности практики, руководитель КПК Цзян Цзэминь прибег к партийным проверенным методам, чтобы начать политическую кампанию по подавлению Фалуньгун.

Эти методы были эффективными в эпоху Мао, так почему же это не должно работать сейчас? Разница в том, что к 1999 году уже была сформирована правовая система, и верховенство права было бы несовместимо с любыми политическими кампаниями.

Поэтому режиму пришлось придумать меры для обхода новых законов. Воздействие этого процесса было огромным и практически уничтожило правовую систему страны. В современном Китае царит беззаконие.

КПК разработала очень сложную тактику. Я изложил её в деталях в начале этого года на слушаниях Европейского парламента, и они доступны в Интернете. Ниже приведены несколько ключевых моментов.

1. Использование пропаганды, чтобы создать ложное впечатление, что осуществляется правовой процесс

Я просто приведу один пример. Когда китайский режим говорит, что Фалуньгун «запрещён», это не соответствует действительности. На самом деле, с юридической точки зрения Фалуньгун никогда не был запрещён.

Два министерских документа от 22 июля 1999 года часто приводятся как доказательство юридического статуса запрета. Они были выпущены 22 июля: «Решение о запрете Исследовательского Общества Фалуньгун», выданное Министерством гражданских дел, и «Уведомление о шести запретах Министерства общественной безопасности».

Первое уведомление относилось к «Исследовательскому обществу Фалуньгун» (FGRS) в качестве административной организации, а не Фалуньгун в качестве духовной или религиозной практики.

В 1993 году «Исследовательское общество Фалуньгун» входило в Научно-исследовательское общество китайского цигун (CQSRS) и называлось «Сектор по исследованию Фалуньгун». В марте 1996 года FGRS формально ходатайствовало о выходе из CQSRS. Когда выход был одобрен, филиал Фалуньгун официально был распущен. Таким образом, то, что Министерство гражданской администрации запретило в июле 1999 года, было технической единицей, распущенной в марте 1996 года.

Что касается самого Фалуньгун, как духовной практики, он не имеет формальной организации, иерархии, списков членов или сборов членских взносов. Практика состоит в выполнении пяти медитативных упражнений, изучения духовного учения следования в повседневной жизни принципам Истина, Доброта и Терпение.

Это очень гибкая практика, не имеющая официальной структуры. Даже если Министерство гражданских дел запретило несуществующее «Исследовательское общество Фалуньгун», запрет не может быть автоматически распространён на саму практику Фалуньгун. Таким образом, с юридической точки зрения, практика Фалуньгун никогда не была запрещена.

Кроме того, иногда утверждалось, что так называемый запрет основан на том, что «Исследовательское общество Фалуньгун» не зарегистрировано. Даже если бы это было правдой, незарегистрированная группа не приравнивается к незаконной. Кроме того, согласно китайскому законодательству, Министерство гражданских дел не имеет полномочий запрещать группу.

На основе «Уведомления о шести запретах Министерства общественной безопасности» Министерства гражданских дел затем незаконно принимало все свои решения.

Согласно китайским законам, эти два министерства имеют полномочия издавать нормативные акты только в своих ведомствах. Они не обладают законодательной или судебной властью, чтобы решать, что является законным или незаконным. Таким образом, оба документа превысили юрисдикцию министерств.

Кроме того, оба документа были прямым нарушением 5-й и 36-й статей Конституции Китая (IV). 36 статья гарантирует китайским гражданам свободу вероисповедания, а статья 5 гласит, что все государственные органы должны соблюдать Конституцию и закон.

Адвокаты также неоднократно указывали в своих юридических возражениях, что китайское правительство никогда не запрещало Фалуньгун. Преследования — это политическая кампания коммунистической партии. Она не основана на верховенстве закона.

Почему же многие считают, что Фалуньгун официально вне закона? Это эффект пропаганды КПК, так как она пыталась узаконить незаконную политическую кампанию, утверждая в газетах, на телевидении, на конференциях и в выступлениях, что преследование Фалуньгун было осуществлено «в соответствии с законом».

2. Способы осуществления преследований без законных оснований

2a. Создание нового управления за пределами правовой системы. Это управление было создано Цзян Цзэминем и функционирует через иерархию КПК. Центром управления является «Офис 6 -10». Он не подчиняется Всекитайскому собранию народных представителей и Государственному Совету. Он подчиняется только главе Политико-юридической комиссии. Сегодня тысячи филиалов «Офиса 6-10» осуществляют свою деятельность по всему Китаю.

2b. Использование существующей партийной системы для создания помех для соблюдения закона.

В частности, КПК использовала Политико-юридическую комиссию, орган КПК, который чаще всего используется для влияния на законодательные институции из-за кулис.

2c. Служебные уведомления, документы или устные указания для осуществления преследования. Преследование, в основном, осуществляются по приказам с пометкой «секретно» или даже «совершенно секретно». Такие документы могут быть выданы на любом уровне, но почти все – это измененные копии приказов, которые пришли из ЦК КПК или «Офиса 6-10».

2d. Использование статьи 300 Уголовного кодекса Китая, которая представляет собой неопределенное и неконституционное положение, для того чтобы отправлять последователей Фалуньгун в тюрьмы.

Применение этой статьи по отношению к последователям Фалуньгун основано на решении верховного суда и прокуратуры, хотя этот вопрос находится вне их юрисдикции, в соответствии с китайским законодательством. На практике почти все дела решаются, даже не доходя до суда.

2e. Лишение последователей Фалуньгун права на надлежащую правовую процедуру.

Из-за указанных выше мер судьба большинства последователей Фалуньгун была решена задолго до суда.

Адвокатам запрещено вести дела последователей Фалуньгун. Даже если некоторые юристы берутся за это, они, как правило, лишены возможности совершать полную процедуру защиты в суде. Некоторые адвокаты были избиты при попытке встретиться с их клиентами, другие были лишены звания адвоката, похищены или подвержены пыткам. Последователи и их адвокаты были даже избиты в зале суда.

Кроме того, ключевые свидетели прокуроров никогда не появлялись в суде. Слушания обычно длятся всего лишь несколько минут или часов. Судьи открыто утверждали неоднократно, что не они принимают решение. Вместе взятые, эти факты показывают, что суды над последователями Фалуньгун являются посмешищем и нарушением правосудия.

2f. Использование существующих внесудебных систем трудовых лагерей, а также психиатрических больниц и недавно созданных центров промывания мозгов и тюрем, где последователей Фалуньгун подвергают пыткам без какого-либо судебного процесса.

2g. Систематическое, незаконное применение пыток, а также безнаказанность виновных.

В Китае пытки запрещены законом. Однако использование жестоких пыток в отношении последователей Фалуньгун широко распространено на практике. Это было подтверждено Специальным докладчиком ООН по вопросам пыток и многими группами по защите прав человека. В расследовании, проведённом «Вашингтон Пост» в 2001 году, высокопоставленный китайский чиновник признал, что насилие против последователей Фалуньгун является частью хорошо продуманной стратегии.

3. Современное состояние правовой системы Китая

Учитывая крупные масштабы преследования учеников Фалуньгун и срок кампании по подавлению этой группы, можно судить, что влияние вышеупомянутой тактики на официальном уровне в Китае было значительным.

КПК создала продуманную тактику борьбы против Фалуньгун, которая легко применима к другим лицам и группам. Таким образом, сейчас мы наблюдаем следующие наметившиеся тенденции, которые с более конкретными примерами подробно изложены в моём заявлении в Европейский парламент:

3a. Расширение юридических полномочий для задержаний и похищений.

В течение многих лет последователи Фалуньгун подвергались незаконным похищениям, произвольным задержаниям, конфискации имущества и компьютерного оборудования, и пропадали без вести. Все эти меры также использовались для преследования правозащитников и активистов, включая преследования в начале 2011 года после протестов на Ближнем Востоке.

Кроме того, психиатрические больницы, которые были предназначены первоначально политиками для последователей Фалуньгун, в настоящее время используются всё чаще и чаще для других лиц, начиная от жертв сноса жилья и заканчивая другими активистами. Пресловутые «чёрные тюрьмы», используемые для задержания апеллянтов, очень похожи на центры промывания мозгов, куда помещаются последователи Фалуньгун.

3b. Жестокость и безнаказанность полиции.

Адвокаты Гао Чжишен и Дэн Бяо сообщили, что методы пыток, которые использовались в отношении них, изначально использовались против их клиентов — последователей Фалунь Дафа.

3c. Причисление любых апеллянтов к числу последователей Фалуньгун.

С тех пор как режим объявил, что в отношении группы Фалуньгун не нужно следовать закону, местные власти легко могут объявить любого неугодного последователем Фалуньгун, чтобы избежать ответственности и наказания за подавление акций протеста. 4. Новый этап: создание плохих законов

Поскольку все меры, применяемые к последователям Фалуньгун, борцам за права человека, адвокатам по защите прав человека и художникам, вроде Ай Вэйвэя, нарушают собственные законы Китая, этот режим правления привлёк много критики за свои действия как у себя в стране, так и за границей. Процесс изменений пошёл таким образом, что на новом этапе, вместо исправления своих противоправных действий, КПК вносит изменения в действующие законы, чтобы легализировать свою незаконную деятельность.

Например, КПК предложила внести поправку в Уголовно-процессуальный кодекс, которая узаконивает насильственные исчезновения (V). Хотя насильственные исчезновения были широко использованы для преследования последователей Фалуньгун, это явление стало известным в международных средствах массовой информации после исчезновения известного художника и блоггера Ай Вэйвэя.

В ответ, вместо того, чтобы расследовать и наказать виновных, КПК объявила о поправках к Уголовно-процессуальному кодексу, предприняв попытку узаконить насильственные исчезновения, таким образом, гарантируя себе защиту и оправдание от международных и местных критиков, которые говорят, что режим нарушает собственные законы.

Кроме того, правительство ввело ряд поправок и новых определений к другим законам, внесло изменения, расширяющие полномочия полиции, таким образом, страна всё больше напоминает полицейское государство.

Один законопроект связан с внесением поправок в удостоверение личности жителей страны (VI). Поправка обсуждалась в постоянном комитете ВСНП.

Два предлагаемых изменения вызвали споры: добавление отпечатков пальцев в идентификационную карту жителей страны под предлогом предупреждения фальсификаций на выборах и борьбы с терроризмом, а также разрешение для полиции проверять документы, удостоверяющие личность человека, на вокзалах, аэропортах и во время крупных мероприятий.

До сегодняшнего дня полиции было разрешено проверять удостоверения личности граждан только в чрезвычайных ситуациях или если человек подозревается в совершении преступления.

Постоянный комитет Всекитайского собрания народных представителей также принял проект резолюции об укреплении борьбы с терроризмом. Проект резолюции упоминает такие термины, как террористический акт, террористическая организация и террористические силы, впервые в юридических документах Китая. Определение является очень широким, однако это делает его легко применяемым для преследования людей по политическим или религиозным мотивам под видом борьбы с терроризмом (VII).

Почему правительство открыто принимает подобные законы для страны? Это пример того, как КПК реагирует на критику, она не следует своим собственным законам. Вместо того чтобы улучшать свою политику в отношении соблюдения законов, она вносит ещё больше изменений в законодательство, чтобы узаконить свои негативные действия.

Прогресс?

Я хотел бы процитировать Клайва Энсли, канадского эксперта по китайской правовой системе: «Наиболее распространенная тактика китайских властей для борьбы с критикой о нарушениях в китайской «судебной» системе — это заявлять, что китайская законодательная система, хотя и не совершенна, но развивается в правильном направлении.

Смысл в том, что, хотя для следования закону потребуются годы обучения сотен тысячей сотрудников полиции, прокуроров и судей по всей стране, руководство намерено сделать это. Руководство серьёзно относится к защите прав человека и реализации принципа верховенства закона. Они так утверждают.

Но в реальности Пекин не намерен следовать принципу “верховенства закона” ни в краткосрочной, ни в долгосрочной перспективе. Наоборот, некоторые лидеры Китая предпринимают различные меры для обеспечения того, чтобы “верховенство закона” никогда не реализовалось в Китае, пока они будут править».

Заключение

Ни для кого не секрет, что Китай не является демократической страной, и что политическая система находится под контролем коммунистической партии Китая (КПК). Партийные комитеты имеют влияние на каждый государственный орган. Такой законодательный орган, как Всекитайское собрание народных представителей, это просто прикрытие для утверждения решений уже принятых партией.

Но как КПК подрывает и управляет правовой системой, никому не известно. Я попытался объяснить, как эта динамика работает и почему Китай, на самом деле, «беззаконное» государство.

При рассмотрении нарушений прав человека в Китае важно иметь в виду, что мы имеем дело не с государством, где существует уже правовая система, которую просто необходимо усовершенствовать.

Мы имеем дело с режимом, который не уважает свои собственные законы. Вместо этого, он систематически и преднамеренно нарушает их и принимает все меры, чтобы обойти права, гарантированные гражданам законом.

Иян Ся — руководитель отдела по вопросам политики и исследований в Human Rights Law Foundation

1. http://news.xinhuanet.com/politics/2011-06/30/c_121603216_4.htm

2. Министерство гражданской администрации КНР. «Решение о запрете «Исследовательского общества Фалунь Дафа» Министерство гражданской администрации Китайской Народной Республики Китая», 22 июля 1999 г. http://www.people.com.cn/GB/channel1/10/20000706/132286.html

3. Министерство общественной безопасности КНР. «Решение о шести запретах Министерства общественной безопасности», 22 июля 1999 г. http://www.people.com.cn/GB/channel1/10/20000706/132280.html

4. Конституция Китайской Народной Республики Китай, статьи 36 и 5, http://www.usconstitution.net/china.html.

5. http://www.hrw.org/news/2011/09/01/china-don-t-legalize-secret-detention

6. http://www.google.com/hostednews/afp/article/ALeqM5hyNGmpAHQvmBtQWQVEivOatVQWEw?docId=CNG.e953307fb21b1766114179006e2d47a2.531

7. http://www.globaltimes.cn/NEWS/tabid /99/ID/680840/Anti-terror-legal-dilemma-in-rights-and-security.aspx

8. http://news.xinhuanet.com/politics/2011-06/30/c_121603216_4.htm

Версия на английском


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Фоторепортаж об акции с зажжёнными свечами в Гонконге памяти событий «4 июня»
  • В Северной Корее за порчу портрета вождя можно всю жизнь провести в концлагере
  • Чжоу Юнкан потерял ещё одного союзника
  • Шанхайский биржевой индекс напомнил об инциденте «4 июня»
  • Память погибших на площади Тяньаньмэнь отметили в Гонконге зажжёнными свечами


  • Top