Андропов фальсифицировал свою биографию


В личном фонде Юрия Андропова, десятилетия хранившемся под грифом «Сов. секретно», найден код доступа к его зашифрованной биографии. Официальное жизнеописание главы КГБ и генсека оказалось не более чем легендой. Юрий Андропов прежде чем стать генсеком, в конце 30-х четыре раза «допрашивался» по поводу социальных корней. В СССР с пониманием относились к тому, что вожди носили вместо фамилий партийные псевдонимы. Революция — дело конспиративное. Однако случай с Юрием Владимировичем Андроповым, типичным номенклатурным работником, на этом фоне уникален.

Его официальная биография — это настоящая легенда профессионального разведчика. Обозревателю «Итогов» вторым после Михаила Горбачева (есть запись, что личное дело Андропова выдавалось автору перестройки в конце 80-х) удалось ознакомиться с недавно рассекреченными документами кремлевского архива. В личном фонде генсека, десятилетия хранившемся под грифом «Сов. секретно», среди тысяч бумаг найден код доступа к его зашифрованной биографии. Как выяснилось, будущий глава КГБ, а потом партии и страны, сделал все, чтобы подретушировать сведения о себе и своих близких.

Андропова, как, впрочем, и десятки его коллег по партаппарату, можно понять: в те времена «неправильное» социальное происхождение гарантировало ярлык «осколка эксплуатирующих классов» со всеми вытекающими последствиями. Видимо, поэтому и создавалась легенда, согласно которой у нашего героя появилось и новое место рождения, и «правильное» социальное происхождение, а также, судя по всему, фамилия, имя и отчество. В итоге благополучный выходец из московской буржуазной семьи превратился в потомственного пролетария из Осетии. Что ж, таковы были в ту трудную эпоху «правила выживания».

Проклятая биография

Новая биография будущего генсека писалась непросто. Согласно заявлению 18-летнего помощника киномеханика из Моздока Юрия Андропова с просьбой принять его в Рыбинский речной техникум от 22 марта 1932 года, отца он лишился в двухлетнем возрасте, то есть в 1916 году. В автобиографии, написанной в августе 1937 года, 23-летний Андропов уже сообщает, что его папа умер в 1919 году. Разночтения есть и при сравнении анкетных данных матери. В 1939 году Андропов указывает: «Мать умерла в 1931 году». А за пару лет до этого фигурирует дата 1930 год. Еще в одном документе Юрий Владимирович фиксирует: «Мать умерла в 1929 году».

В автобиографии 1937 года появляется информация о ее социальных корнях: «Мать происходит из Москвы (семья ремесленника)». Менее чем через два года в очередной автобиографии читаем: «Мать родилась в семье прачки (или горничной)… Она была взята на воспитание в семью Флекенштейн. Сам Флекенштейн был часовых дел мастер. По документам числится как купец. Умер он в 1915 году. Жена его сейчас живет в Москве. Пенсионерка».

Бдительные партийцы информацией о «купце» живо заинтересовались в суровом 1937 году, когда вопрос о происхождении Андропова был поднят при вступлении секретаря Ярославского обкома ВЛКСМ в партию. Причем в том же году в местной партячейке прошел слух, что и отец Юры классовый враг — офицер царской армии. Казалось бы, в партию ему путь заказан. Но Андропов продемонстрировал железную выдержку и представил коллегам документы, опровергающие компромат. Затем последовала его личная встреча с инструктором ЦК ВЛКСМ Капустиной, выполнявшей роль партийного следователя.

Во время беседы Андропов рассказал о себе: «Отец — железнодорожный служащий. Мать (ни в одной автобиографии и анкете он ни разу не назвал ее имя, отчество и фамилию. — «Итоги») происходит из семьи мещан Рязанской губернии. Была подкинута маленьким ребенком в семью часовых дел мастера финляндского гражданина Флекенштейна, проживавшего в Москве, где и воспитывалась. С 17-летнего возраста работала в качестве учительницы». Он также сообщил, что «в данное время на иждивении его живет тетка, сестра родной бабки (по матери)». Свидетель в лице тетки в данном случае просто необходим: она крестьянка из Рязанской губернии, а значит, мать Андропова правильной «социальной ориентации».

Сын Андропова от второго брака Игорь вспоминает, как отец в середине 70-х разоткровенничался: «С 39-го по 45-й год, когда находился в Карелии, на моей памяти было парней 10-12, которые вполне могли пройти мой путь. То, что именно я оказался наверху, это воля времени и случая». Согласно архивным материалам, случай здесь не сыграл определяющей роли. Как и некоторые другие соратники по партии, наверх Андропов пробился, адаптировав анкетные данные к текущему политическому моменту и убедив в этой легенде проверяющих.

Так или иначе, товарищ Капустина насторожилась и решила в третий раз перепроверить кандидата. С этой целью инструктор ЦК направляет ответработника Ярославского обкома ВЛКСМ Пуляева в Москву. Тот, не мудрствуя лукаво, решил опросить жену купца Флекенштейна — Евдокию Михайловну Флекенштейн, лицо, как покажут дальнейшие события, прямо заинтересованное в сокрытии истины. Она подтвердила, что мать комсомольского вожака была подкинута грудным ребенком к временному купцу 2-й гильдии. Сама она после смерти торговца живет своим трудом. И вдруг дальше: «По словам приемной бабки Андропова Флекенштейн, у Андропова живет не его тетка, а его няня (Анастасия Журжалина. — «Итоги»)».

Вывод Капустиной неутешителен: «Тов. Андропов дал неправильные сведения о социальном происхождении своей матери». Конец карьеры? Нет: от Юрия Владимировича просто потребовали в четвертый раз объясниться. 10 января 1939 года он повторил выученную назубок легенду: «Мать моя младенцем была взята в семью Флекенштейн. сам Флекенштейн был часовой мастер. Имел часовую мастерскую. В 1915 году во время еврейского погрома мастерская его была разгромлена, а сам он умер в 1915 году. Жена Флекенштейна жила и работала в Москве. Прав избирательных не лишалась. Родная мать моей матери была горничной в Москве. Происходила из Рязани». Как объясняется недоразумение с теткой-няней? Очень просто: «В анкете Журжалина указана мной как тетка, потому что я просто затрудняюсь определить степень родства (как и она сама)».

До Журжалиной (умерла в 1979 году) контролеры не добрались, хотя она могла бы им рассказать, что в семье Флекенштейнов исполняла обязанности сначала гувернантки, а затем няни Юрия Владимировича. Как быть с социальным положением деда? Ответ: «Я и сейчас об этом не знаю, а попытки, чтобы узнать, делал. Дед мой (заметим, не приемный дед, а «мой». — «Итоги») торговал, но что был купцом, да еще 1-й или 2-й гильдии, не говорили». Напоследок Юрий Владимирович просит «как можно скорее решать обо мне вопрос. Эта проклятая биография прямо мешает мне работать». После этого от Андропова навсегда отстали. Почему?

Ювелир

Возможно, роль в удачном исходе дела сыграли сразу несколько обстоятельств. Во-первых, твердая позиция самого Андропова и неспособность партследователей довести до конца кадровое дело. Во-вторых, в конце 30-х, когда классовая борьба обострилась настолько, что номенклатурные вакансии попросту некем было заполнять, в ВКП(б) стали брать и людей с непростой биографией. Кроме того, анкета Андропова, написанная 10 февраля 1939 года, была безупречна: ни в чем не участвовал, не состоял, ни к чему не привлекался.

Ну а что же было на самом деле? Мать Андропова звали Евгенией Карловной Флекенштейн. В Карельском партийном архиве сохранилась ее фотография с указанием имени и отчества. Проживала она в Москве. Это доподлинно известно. Обращаемся к открытому источнику — ежегоднику «Общий алфавит жителей гор. Москвы». Из него узнаем: в Первопрестольной по адресу Большая Лубянка, дом 26 (домашний телефон 215-30), с конца XIX века проживал ее отец Флекенштейн Карл Францевич, финляндский уроженец, торговец часами и ювелирными изделиями.

Эти трафаретные сведения кочевали из ежегодника в ежегодник до 1915 года включительно, пока дед Андропова не скончался, не пережив «патриотического» погрома. Любопытная деталь: согласно одному чекистскому преданию, на Лубянке у шефа всесильного ведомства среди части коллег было прозвище Ювелир. Правда, сослуживцы были уверены, что лавку держал отец Андропова. Сведения о деде также содержатся в ежегодно выпускавшейся «Справочной книге о лицах, получивших купеческие и промысловые свидетельства по гор. Москве». Из нее, в частности, становится ясно, что никаким купцом ни 1-й, ни 2-й гильдии он не был. Карл Францевич лишь имел лицензию на торговлю «ювелиркой» и часами.

Как мы узнали, Андропову в конце концов удалось доказать контролерам, что бабушка Евдокия Михайловна не имела никакого отношения к торговле драгоценностями при царском режиме. Для убедительности она даже заручилась справкой из Моссовета. Из нее следовало, что жена Флекенштейна избирательных прав не лишалась. Позднее этим документом пользовался и ее внук в ходе партийных дознаний. Хотя другие источники упрямо свидетельствуют, что после смерти мужа Евдокия Михайловна встала у руля семейного бизнеса и держала его в своих руках вплоть до Февральской революции. В справочниках о лицах, получивших купеческие и промысловые свидетельства по городу Москве после 1915 года, числится именно она.

Уроженка Финляндии, живущая на Большой Лубянке, в доме 26, который ей же и принадлежал. Судя по всему, после очередного (1917 года) погрома с бизнесом решено было навсегда покончить и начать строить «пролетарскую биографию». В Конституции РСФСР 1918 года четко определялись категории граждан, имеющие избирательные права и лишенные таковых. Используя наемный труд с целью извлечения прибыли, живя с доходов от предприятия и поступлений с недвижимого имущества, бабушка Андропова должна была стать классической лишенкой с соответствующим волчьим билетом (аналогичная судьба, понятно, грозила дочери и внуку).

Видимо, поэтому было принято решение съехать из многоэтажного дома на Большой Лубянке на Александровскую площадь (ныне — площадь Борьбы, недалеко от Марьиной Рощи), дом 9/1. При этом бабушка смогла перевести в новую квартиру прежний номер домашнего телефона: 215-30. Далее следовало что-то делать с документами. Затем — создать легенду о маме-подкидыше и ее жизни в Осетии. Игра стоила свеч: все эти хлопоты обеспечили Юрию Андропову головокружительный взлет по карьерной лестнице в будущем.

Оперативный псевдоним

Андропов до последних своих дней оставался легендарной во всех смыслах личностью. Незадолго до смерти он открыл лечащему врачу Евгению Чазову страшный секрет: «Недавно мои люди вышли в Ростове на одного человека, который ездил по Северному Кавказу — местам, где я родился и где жили мои родители, и собирал о них сведения. Мою мать, сироту, младенцем взял к себе в дом богатый еврей. Так даже на этом хотели сыграть, что я скрываю свое истинное происхождение». Информация о матери Андропова впервые появляется в ежегодном московском «Алфавитном указателе адресов жителей гор. Москвы» в 1913 году, когда Евгения Карловна стала преподавать в московской женской гимназии Минсбаха.

Аналогичные записи в ежегоднике есть за 1914 и за 1915 годы. Стоп. Каким же образом Юрий Андропов в то время, когда его мать преподает московским гимназисткам, появляется на свет на глухой окраине империи в 1914 году? Понятно, что никаким. Согласно элементарной логике будущий генсек родился в Москве. Этот сенсационный вывод подкрепляет рассказ внука по первому браку Андропова Андрея. По его словам, «приемные» (здесь легенда незыблема) богатые дед и бабка нашли Евгении Карловне «подходящего супруга». Кстати, по странному стечению обстоятельств в архивах не сохранилось учетных записей за 1914 год о младенцах, появившихся на свет в Москве в районе Большой Лубянки.

Факты неумолимы: за год до начала Первой мировой войны мать будущего генсека просто не могла оказаться в Осетии и выйти там замуж за железнодорожника Владимира Андропова, который, по воспоминаниям Юрия Владимировича, безбожно пил. По большому счету так можно говорить лишь о горячо нелюбимом усопшем отчиме, а не о родном отце. Напомним, в заявлении от 1932 года будущий генсек напишет, что отец его умер, когда ему исполнилось два года. То есть в 1916 году, и тогда все сходится. Предположительно, родной отец Андропова либо оставил семью, либо просто умер в Первопрестольной. А может быть, даже на фронте, если слух о том, что он служил в царской армии, соответствует истине. Будущий же генсек вместе с мамой все это время жил в Москве, скорее всего вплоть до февраля 1917 года.

Затем мать, очевидно, благодаря богатому приданому смогла повторно выйти замуж, уехав на окраину империи, что дало впоследствии возможность исправить свою биографию, а заодно место рождения и фамилию сына. После смерти Владимира Андропова в 1919 году от сыпного тифа Евгения Карловна в третий раз вышла замуж за помощника паровозного машиниста Федорова. Когда Андропов в 1931 году окончил семилетку, его официально звали Григорий Владимирович Андропов-Федоров. На каком этапе Григорий превратился в Юрия и когда отпала приставка Федоров, точно неизвестно. Однако, если судить по рассекреченным архивным документам, и Владимирович, и Андропов, и Федоров, и даже Юрий — это все, если хотите, оперативные псевдонимы.

Погромные годы

Почему мать с малолетним ребенком на руках решила после Февральской революции покинуть Первопрестольную? Ответ на этот вопрос частично дал сам Андропов, рассказав в 1939 году в объяснительной о погроме 1915 года, который не пережил его якобы приемный дед. Разгул военного «патриотизма», как теперь выясняется, пережили и сам Юрий Владимирович, и вся его семья. Беспорядки начались вечером 27 мая на московских фабриках Цинделя и Шрадера — погром был изначально антинемецким. На следующее утро небольшая пока еще толпа появилась у Боровицких ворот. Люди держали портреты Николая II и пели «Боже, царя храни». Под звуки государственного гимна все более увеличивающиеся массы двинулись на Красную площадь к памятнику главным патриотам Минину и Пожарскому.

Оттуда часть погромщиков устремилась в Верхние ряды, где были разгромлены магазины Эйнема и Цинделя. Расправившись с лавками в Китай-городе, толпа частью вышла на Лубянку, частью на Петровку и Кузнецкий Мост продолжать свое дело. В ходе «патриотического» шествия москвичи били стекла и грабили магазины, чьи владельцы носили любые нерусские фамилии, благо тогда они были написаны прямо на витринах. С наступлением темноты на улицах стали показываться с награбленными вещами даже прилично одетые люди. Пропустить магазин Флекенштейна «патриоты» не могли — слишком заметная мишень. Юрий Андропов, конечно, не помнил событий 1915 года, но скорее всего знал о них по рассказам матери и бабушки. Больше того, будущий генсек и его семья, похоже, пережили погромный период и во время Февральской революции.

В архиве Кремля сохранилось сочинение 18-летнего Андропова, посвященное творчеству Владимира Маяковского. Юра, в частности, пишет: «Февральская революция породила погромы и своры черных сотен. «Черт вас возьми, черносотенная сволочь!» — восклицает Маяковский». В общем, стоит ли говорить, что у семьи Андропова была масса веских причин сменить прописку и до неузнаваемости изменить историю происхождения Юрия Владимировича. После двух погромов сбежишь не только на Кавказ. Видимо, эти переживания и заставили родственников Юрия Владимировича придумать легенду для сына, которому еще жить и жить при новом режиме, с легкостью ломавшем судьбы миллионов людей. Время «с двойным дном» порождало легенды. Перед нами — только одна из них. Сколько еще таких вот «двойных» биографий таят кремлевские архивы?..

…По распоряжению Владимира Путина в конце 90-х на здании ФСБ на Лубянской площади была восстановлена мемориальная доска Юрия Андропова, демонтированная в 1991 году. Между тем в Москве есть строение, у которого гвоздики и розы для кумира чекистов были бы не менее уместны. В нескольких сотнях метров от комплекса зданий ФСБ — на Большой Лубянке, у дома 26, где, судя по всему, и родился герой нашей публикации. «Мастерская» Флекенштейнов дожила до наших дней, мало поменяв внешний облик и даже сохранив свою нумерацию. Кстати, историческая постройка не имеет никакого охранного статуса. После капитальной реконструкции 1995-2004 годов на основании распоряжения Юрия Лужкова «дом Андропова» находится в долевой собственности мэрии и фирмы-застройщика. Уже скоро строение, где увидел свет один из ярчайших персонажей новейшей истории, заселят коммерческие фирмы…  

Нова СIЧ


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:



Top