Иван Чанков: Вряд ли ваш сюжет обо мне выйдет в новостях…


Иван Чанков, последователь школы самосовершенствования Фалуньгун (Фалунь Дафа) из города Абакана, несколько раз проводил одиночные пикеты у здания правительства Республики Хакасия, где расположен и Верховный Совет Республики.
Цель акции – обратить внимание общественности на внесение книги Чжуань Фалунь, в которой изложена суть учения Фалуньгун, в список экстремистской литературы. Запрет в России основной книги духовного движения Фалунь Дафа, принципами которого являются Истина, Доброта, Терпение, на взгляд Ивана Чанкова, ставит большой барьер для процветания общества, которое может начаться только в результате возрождения нравственных основ.

У здания Правительства Республики Хакасия. Беседа с прохожей. Фото: Анастасия Каюмова/Великая Эпоха (The Epoch Times)У здания Правительства Республики Хакасия. Беседа с прохожей. Фото: Анастасия Каюмова/Великая Эпоха (The Epoch Times)

– Иван, Как Вы пришли к мысли провести пикет?

И.Ч.: Я давно уже настраивался на одиночное пикетирование, но всё откладывал. То работа мешала сосредоточиться на подготовке к пикету, то какие-то неудобства и страхи. Трудно решиться на новое для себя дело. В итоге на первый свой пикет я вышел перед саммитом АТЭС, так как в связи с его проведением органы безопасности жёстко обошлись с последователями Фалунь Дафа. Обычная практика запугивания.

– Да, я знаю о таких случаях. «Великая Эпоха» писала о запугивании и задержании последователей Фалуньгун во Владивостоке.

И.Ч.: Узнав о событиях во Владивостоке, я и решил провести в своём городе пикет. Я знаю, что в Иркутске и в других городах также проводилось одиночное пикетирование, чтобы привлечь внимание общественности к движению Фалуньгун и в России, и в Китае.

– Вы сказали о страхе. На что Вы настраивались в самом худшем варианте?

И.Ч.: Зная ситуацию во Владивостоке, я предполагал возможность задержания. В связи с этим настраивал организм на продолжительную «сухую» голодовку в знак протеста.

– Одиночное пикетирование, безусловно, привлекает внимание, тем более, в Абакане это редкое явление. Как на него отреагировали местные СМИ?

И.Ч.: Судя по количеству тех, кто подходил с хорошей фотоаппаратурой, представители СМИ были. Приезжали и журналисты двух местных телеканалов. Их, в отличие от людей с фотоаппаратами, ни с кем не спутаешь. Снимали, брали интервью. Я им многое рассказывал и чувствовал заинтересованное отношение. Я предупредил молодых репортёров: «Вряд ли ваш сюжет обо мне выйдет в новостях». Спрашивали: «Почему?». Сомневались – не предполагали, что показ одиночного пикета против запрета духовной книги в угоду коммунистическому режиму другой страны также будет запрещён.

– Фалунь Дафа – духовная практика. Почему Вы выбрали именно пикет? Ведь пикет – это крайняя мера. «Великая Эпоха» в последнее время всё чаще пишет о происходящих в Тибете самосожжениях тибетцев, многие из которых являются монахами. Почему в наше время на крайние меры идут те, кто, казалось бы, должен действовать по-другому?

И.Ч.: В нашей стране, да и во всём мире, циркулирует огромное количество самой разной информации, люди всё больше гонятся за развлечениями и праздностью, достучаться до их сердец, обратить на себя внимание нередко становится возможным только через крайние меры. Самая большая крайность – это смерть, она привлечёт внимание к событию, которое за ней стоит, если об этой смерти узнают. Поэтому в Китае осуществляется жесточайшая цензура СМИ и сети Интернет.

Информация о самосожжениях монахов жёстко блокируется. Тех, кто её распространяет, ждёт суровая кара. Вообще, информационная война захлестнула весь мир, а Китай в особенности. Недавно завершился съезд компартии Китая, на который многие возлагали надежды в связи с назревшей необходимостью политической реформы.
Но клика Цзян Цземиня так организовала информационную кампанию, в том числе и в американских СМИ, что начавшиеся до съезда разоблачения извлечения органов у последователей Фалуньгун, разоблачения иных преступлений против верующих не только приостановились, но и ужесточилось преследование. Сейчас в высший орган компартии вошли многие сторонники Цзян Цзэминя, который в 1999 году инициировал репрессии последователей Фалуньгун. – То есть верующие люди идут на крайний шаг от отчаяния, чтобы привлечь внимание общественности к репрессиям, проводимым коммунистическим режимом? Но ведь верующие должны чем-то отличаться от тех, кто сегодня пикетирует, митингует? Я знаю, что система Будды толерантная, её последователи не стремятся быть эпатажными…

И.Ч.: Вы подняли очень глубокую и разностороннюю проблему! Поэтому начну издалека.

Я, как и многие россияне, воспитывался в советской стране. Кто помоложе, у тех, может быть в меньшей степени, но всё равно сохраняется коммунистическое мировоззрение. Оно формируется фильмами, книгами, рассказами в семье, школьным воспитанием. Даже сейчас всё ещё есть памятники Ленину, улицы названы именами экстремистов и революционных террористов.

А взаимоотношения людей! Они пропитаны соперничеством, завистью, стремлением «отобрать и поделить», к борьбе, к поискам «крайнего».

Я по характеру воин, мне всегда было свойственно оценивать всех в чёрно-белых тонах. Как человек самосовершенствующийся, я вижу в себе эти недостатки. Поэтому я особенно тщательно настраивался на проведение пикета, стремясь не впасть в борьбу и попытку кому-то что-то доказать, убедить. Настраивался на максимуме своего терпения и доброты разъяснять правду о Фалунь Дафа каждому, кто способен меня услышать. Говоря о несправедливости по отношению к движению Фалуньгун, стремился обратиться к доброй стороне человека.

– О чём Вы говорили с людьми, которые к Вам подходили?

И.Ч.: Я старался говорить о самых простых вещах. Принципы Фалунь Дафа – Истина, Доброта, Терпение – понятны любому человеку, у любого есть его светлая сторона. Фалуньгун оздоравливает человека, гармонизирует его жизнь. Мы хотим, чтобы наша страна избавилась от преступности, от коррупции, чтобы она расцвела.

Настоящий выход состоит в том, чтобы такие духовные практики, как Фалунь Дафа, широко распространялись. Преподавание основ Фалунь Дафа ввели в учебный курс ряда школ Индии, США, Тайваня, чтобы молодое поколение понимало, что такое быть хорошим человеком, что Боги есть, для чего существует человек. Если распространению Фалунь Дафа не будут препятствовать в России, то, я думаю, обязательно в нашей стране у людей поднимется нравственный уровень. Тогда страна расцветёт во всех отношениях.

У здания Правительства Республики Хакасия. Стражи порядка. Фото: Анастасия Каюмова/Великая Эпоха (The Epoch Times)У здания Правительства Республики Хакасия. Стражи порядка. Фото: Анастасия Каюмова/Великая Эпоха (The Epoch Times)

– Кто-то реагировал агрессивно? Как вообще воспринимали люди то, что Вы стоите и к чему-то призываете?

И.Ч.: Таких, которые смеялись или крутили пальцем у виска, на удивление, не было вообще. Были люди, которые задерживались надолго, многие проходили мимо. Молодёжь останавливалась реже. Некоторые говорили: «Молодец! Правильно!». Один известный депутат громко похвалил, он был единственный из депутатов, кто открыто высказался.

– А представители власти? Кто-то к Вам подходил?

И.Ч.: Когда вышел с пикетом в первый раз, то минут через пятнадцать подъехал полицейский патруль. Чуть позже появился и присоединился к ним деловой человек в штатском. Судя по начальственному поведению, представитель ФСБ. Он в разговоры не вступал, внимательно рассмотрев плакаты, ушёл.

Полицейские были очень корректны. Спокойно представились, показали свои удостоверения. Я паспорт показал. Посмотрели плакаты, переписали их содержание. Удостоверились, что я не пьян, веду себя адекватно, и, внимательно выслушав и дождавшись участкового, продолжили патрулировать город. Участковому также всё рассказал, показал. Он заполнил какой-то протокол, где я и расписался.

– А был кто-то из правительственного здания?

И.Ч.: Да. Я уже стоял часа два-три. Признаться, появилась усталость. Поэтому, когда подошла приятная женщина, лет 30, сказала, что представляет общественную приёмную нашего губернатора, предложила пройти и поговорить в кабинете, согласился. Мы законопослушные граждане, хотим своей стране только хорошего, и всегда готовы на диалог с властями. Я бывал в этом здании много раз в 90-е годы. Был удивлён, насколько там всё стало неприступным, просто так к чиновнику уже не попадёшь. Надо отдать должное, в ту пору слуги народа были к нему ближе.

Женщина искренне пыталась в полной мере понять проблему. С удовольствием побеседовал с ней о школе Фалунь Дафа. Как показалось, ей было многое понятно. По поводу пикета, она ожидаемо сообщила, что правительство Хакассии не может решить вопрос об исключении книги из списка экстремистской литературы. Советовала решать проблемы в Москве, обращаться туда с письмами в установленном порядке.

– Вполне логично. С этого действительно надо начинать…

И.Ч.: В нашем движении всё это делается, только не приносит результатов. Я постарался разъяснить, что многое зависит от региональных властей. Где-то представители нашего движения смогли зарегистрироваться в виде общественной организации, в Абакане же сделать это так и не удалось, хотя четыре раза подавали документы на регистрацию. Несколько раз срывалось проведение выставок живописи «Истина, Доброта, Терпение». Авторы картин – последователи Фалуньгун, с мировым именем. Сюжеты картин обращают внимание не только на красоту самосовершенствования, традиционную культуру, но и на права человека.

В некоторых регионах России выставка проходила много раз, но не у нас. Не дают участвовать в Дне города, иногда препятствуют даже раздаче материалов, ссылаясь на то, что основная книга движения находится в списке экстремистской литературы.

По сути, это и есть экстремизм, только по отношению к нам, со стороны нашего же государства.

Женщина отнеслась, как мне показалось, с пониманием к моим доводам. Чего нельзя сказать о другом представителе правительства. Это был мужчина из Министерства по региональной и национальной политике. Всё свелось к вопросам-претензиям: «Кто Вам платит?» «Кто за Вами стоит?» «Кто, или какая группа тебя направила пикетировать?».

Я спокойно отвечал, что это моё решение, только моя ответственность, я сам отвечаю за свои поступки и слова. Не скрою, поведение этого чиновника мне не понравилось. Но оно также весьма симптоматично. Людям стало трудно поверить в то, что кто-то может что-то делать бескорыстно. Так, миловидная девушка из приёмной без всякого коварства искренне поинтересовалась: «Зачем Вам ещё стоять с плакатом? Телевидение ведь уже приезжало…»

– Какие у Вас планы на будущее, будете ли продолжать проводить пикеты?

И.Ч.: Да, вполне возможно. Страна у нас холодная, может быть, когда потеплеет. Пешеходов у правительственного здания немного, да и стоял там уже. Возможно, в следующий раз уместно было бы провести пикет у здания ФСБ. Там и улица оживлённая. Чиновники, запрещая нам проводить выставки картин «Истина, Доброта, Терпение», препятствуя раздаче материалов, нередко кивают именно на ФСБ.

В прошлом году я дважды пытался поговорить о проблемах Фалуньгун с компетентными лицами из ФСБ. Записывали контактные телефоны, обещали позвонить. До сих пор в ожидании…

– Значит перспективы всё-таки есть?

И.Ч.: Пикетирование – не самоцель. Если Россия перестанет угождать коммунистическому Китаю, не будет препятствовать последователям Фалунь Дафа заниматься практикой, то и пикеты не понадобятся. Люди, делая выбор в пользу Истины, Доброты и Терпения, эволюционно будут меняться, изменять жизнь вокруг себя в лучшую сторону. Я в это верю!

– Спасибо Вам за содержательное интервью! С наступающим Новым годом! Желаю, чтобы в 2013 году Вам пришлось проводить не пикеты, а только праздничные шествия!


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Мадейра – цветущий остров в Атлантическом океане. Часть 6
  • Нотр-Дам де Пари, самый знаменитый собор в мире, празднует юбилей
  • Горнолыжный сезон открылся в Испании
  • Фёдор Конюхов переплывёт Тихий океан на весельной лодке
  • Пять чудесных рождественских ярмарок, которые стоит посетить


  • Top