Вита Кириченко: Воспитание всесторонне развитой личности – задача, актуальная во все времена

Вита Викторовна Кириченко, директор гимназии №1520 им. Капцовых – одной из старейших в Москве. Фото: Ульяна Ким/Великая Эпоха (The Epoch Times) Вита Викторовна Кириченко, директор гимназии №1520 им. Капцовых – одной из старейших в Москве. Фото: Ульяна Ким/Великая Эпоха (The Epoch Times) По данным Всемирной организации здоровья (ВОЗ), среди европейских стран Россия занимает первое место по количеству самоубийств среди детей и подростков, лидирует в мире по числу курящих детей, детскому алкоголизму и потреблению героина, детей, брошенных родителями, а также по числу абортов и разводов. Всё это указывает на большие проблемы в нашей образовательной системе.

О воспитании здоровой личности, о приоритетах в пользу гуманитарно-художественного образования мы говорили с Витой Викторовной Кириченко, директором гимназии № 1520 им. Капцовых – одной из старейших в Москве.

– Вита Викторовна, сегодня отмечается 120-летний юбилей Вашей гимназии. Возраст действительно солидный, а как всё начиналось?

В.К.: Всё началось с того, что основатель учебного заведения — купец 1 гильдии, потомственный Почётный гражданин, гласный городской Думы Александр Сергеевич Капцов пожертвовал городу в память своего покойного отца С. А. Капцова капитал в сто девяносто тысяч рублей для строительства городского начального училища на 200 мальчиков.

Проект здания русский меценат заказал знаменитому московскому архитектору Д. Н. Чичагову. Учитывая место строительства (на Тверском бульваре, в Леонтьевском переулке, на территории бывшего Шведского подворья), мастер спроектировал двухэтажное здание с элементами и мотивами скандинавского архитектурного стиля.

В 1895 году дошла очередь и до девочек: попечитель подарил городу женское училище. Это была не просто пристройка. Архитектор М. К. Гоппенер сумел сохранить общий стиль здания. После смерти А.С. Капцова попечительницей школы стала его жена, Анна Михайловна. Мы с вами сейчас находимся как раз на территории женского училища – планировка второго этажа сохранилась.

– Какие традиции в школе сохранились от первооснователя?

В.К.: Я думаю, что и Александр Сергеевич, и Анна Михайловна Капцовы имели своё представление о модели будущей школы. Воспитание всесторонне развитой личности актуально во все времена.

В мужской гимназии, конечно же, готовили будущих защитников Отечества, поэтому тема патриотизма часто звучит в работах и наших выпускников. Наша школа не первый год участвует в городской конференции по краеведению и истории Отечества.

При школе работает музей истории, в котором собраны многие экспонаты из мебели и личных вещей семьи Капцовых. В этом музею помогали его потомки.

– Какие награды вручались сегодня на торжественном мероприятии?

В.К.: В 2008 году начался проект «Звёзды нового тысячелетия». С этого момента, в День рождения гимназии мы ежегодно вручаем награды. Самый первый Высший знак отличия гимназии – Капцовский знак – гимназия передала семье Сергея Александровича Капцова, правнука основателя школы. Капцовский знак вручён супруге Сергея Александровича Людмиле Ивановне Капцовой.

Золотые и серебряные звёзды присуждаются особо отличившимся детям в номинациях «За покорение вершины знаний», «Яркое дарование», учителям «За профессиональное мастерство и творческий поиск». Знак отличия вручаются и родителям в номинациях «За значительный личный вклад в развитие Гимназии имени Капцовых», Знак отличия партнёру Гимназии «За творческое содружество в формировании интеллектуальной элиты».

– В прошлом году Вас признали «Лучшим учителем Москвы», не страшно было принимать такую школу, в которой есть имя, сильные традиции и прошлое?

В.К.: Кроме звания «Лучший учитель Москвы-2012», в октябре прошлого года я стала победителем конкурса «Учитель года России-2012». С момента моего назначения на должность директора гимназии прошло всего 100 дней. Для меня наступил очень насыщенный период жизни, но я приняла всё, как есть.

У меня не было времени подумать, что лучше: везде есть свои плюсы и минусы. Сейчас я уже вижу, куда двигаться дальше, с чем придётся иметь дело. И мне не страшно, хотя согласна, что это очень большая ответственность – принимать такую школу, быть достойной такой школы.

– А что Вы думаете о реформах, успеваете ли Вы за ними, нет ли в душе неприятия?

В.К.: Конечно, сейчас в школе проводится очень много реформ, постоянно проводятся какие-то эксперименты. Трудно сказать однозначно, нужно ли делать всё и сразу? Реформы, конечно, нужны, востребованы, никто не скажет ничего против, однако в школе не всегда легко претворить их в жизнь одновременно, некоторые требуют осмысления. Учителю тоже нужно время, чтобы изменить себя.

— Какой реформе Вы были рады?

В.К.: Я была рада реформе, связанной с информатизацией школы. Она давно уже назрела, сама жизнь её продиктовала. Тем более что техническое оснащение московских школ достаточно высокое, и в этом году Москва переходит на электронные дневники, журналы, скоро уйдут бумажные носители, станут раритетами. – Верите ли Вы в эффективность внедрения программы контроля над посещением детьми сайтов в Интернете и фильтрации их содержимого?

В.К.: Я отношусь к тем, которые считают, что абсолютно всё запретить невозможно, можно предложить альтернативу. Нужно ребёнку предложить такой выбор, чтобы он захотел выбрать то, что ему будет полезно и нужно. То, что будет приветствоваться взрослыми и что будет направлено на его развитие, а не на отвлечение. – После внедрения ЕГЭ прошло уже несколько лет, но до сих пор идут споры о том, что сельские дети в регионах, малых городах и столичные дети оказались в неравных условиях. Что Вы скажете по этому поводу?

В.К.: Хоть мы и работаем в столице, слышим, как поступают дети, окончившие разные школы и обучавшиеся в разных регионах. ЕГЭ и был задуман с целью выравнивания прав и возможностей. На мой взгляд, ЕГЭ как раз сравнял шансы на поступление в вузы. Теперь выпускникам школ не нужно ехать из далёкого региона в Москву, чтобы здесь сдавать экзамены. КИМы по всей стране одинаковые.

– Нет ли противоречий между сдачей ЕГЭ и развитием свободно мыслящей, творческой личности? Ни для кого не секрет, что для сдачи ЕГЭ натаскивают детей по определённой программе, ограничивая их возможности однотипными, заданными ответами?

В.К.: Я считаю, что многое зависит от учителя, который обучает ребёнка. Сумеет ли он открыть ему мир языка? На уроках литературы не нужно натаскивать его в рамках подготовки к ЕГЭ. Учитель может научить его так, что ребёнку будет легко сдавать любые экзамены.

Хороший результат ЕГЭ станет для него пропуском для получения образования, а знание литературы, погружение в мир книг обогатит на всю жизнь. Если учитель сконцентрировал все силы на то, чтобы ученик только сдал ЕГЭ, тогда и у этого учителя есть проблемы.

Понятно, что у ЕГЭ есть сторонники и есть противники. Из любого благого начинания можно сделать не очень хороший продукт или сделать очень хороший. Я уже много лет преподаю русский язык и литературу и уверена, что многое зависит от каждого из нас.

– Как Вы относитесь к тому, что правила в современном русском языке часто меняются, допускаются отступления?

В.К.: Да, это стало случаться всё чаще, здесь я сторонник соблюдения очень жёстких правил орфографии и пунктуации. Вариативность знаков препинания, написания некоторых слов присутствует. Хорошо, если нормирована очень небольшая часть, но правила никто не отменял. Я за то, чтобы они не менялись, не отменялись и не упрощались, чтобы люди стремились стать грамотными, учились грамотно выражать свои мысли, здесь не может быть половинчатой позиции.

– Тем не менее, русский язык очень быстро засоряется, всё чаще слышится озабоченность, что скоро Пушкина у нас будут читать со словарём.

В.К.: Это реальная проблема, но она неизбежна, если говорить о том, что современное поколение читателей выросло в другой информационной среде. То, что нам кажется понятным и очевидным, для обучающихся может оказаться сложным.

Трудно сказать, скоро ли наступит время, когда мы будет читать Пушкина со словарём. Процесс идёт в сторону смены активного лексического запаса на слова, часть которых мы уже не понимаем, и таких слов становится всё больше.

– А что изменилось в школьной программе по изучению таких авторов, как Пушкин, Некрасов, Лермонтов?

В.К.: У Льва Соломоновича Айзермана, одного из самых уважаемых преподавателей литературы в России, есть замечательная книга «Педагогическая Непоэма» с подзаголовком «Есть ли будущее у уроков литературы?» В ней он подробно рассказывает, куда мы идём, чем чревата такая дорога и чем, по его мнению, должен быть наполнен урок литературы, чтобы он был уроком нравственного прозрения.

Я повторюсь: очень многое зависит от нас самих. В разных школах разное преподавание литературы, есть даже разные государственные программы, и их несколько.

В последние годы речь идёт о сокращении часов на литературу, что совсем не радует, потому что без гуманитарного образования рушатся многие основы всех наших благих начинаний, в этой ситуации ещё острее встанет вопрос о качестве преподавания.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Капитан американской субмарины «Джексонвилл» отстранён от должности
  • Страны ЕС помогут Ливии восстановить систему безопасности
  • Самый крупный в мире крокодил умер в экопарке на Филиппинах
  • Зимний ураган «Немо» засыпал снегом все восточное побережье США, есть погибшие
  • Бельгийский школьник зайцем улетел в Испанию


  • Top