Марк Розовский: Юбилей — это катастрофа с оттенком праздника


30-летие московского театра «У Никитских ворот» пришлось на день театра. К юбилейной дате вышла новая книга известного критика и театроведа Натальи Старосельской «Дом, который построил Марк». В ней изложена история становления московского театра с описанием сотни спектаклей, поставленных за три десятилетия.
Народный артист России, художественный руководитель театра «У Никитских ворот», Кавалер ордена Почёта Марк Розовский. Фото: Ульяна Ким/Великая Эпоха (The Epoch TimesНародный артист России, художественный руководитель театра «У Никитских ворот», Кавалер ордена Почёта Марк Розовский. Фото: Ульяна Ким/Великая Эпоха (The Epoch Times
В интервью газете «Великая Эпоха» Марк Розовский заметил, что юбилейную дату коллектив отмечает спектаклем «Доктор Чехов», с которого начинался театр: «Можно сказать, что это наша “Чайка”, и потому мы сегодня играем спектакль, идущий с немеркнущим успехом до сих пор в репертуаре нашего театра».

Рассказывает Марк Розовский:

— 30 лет назад, в 1983 году, я уже работал в МХАТе, но мне очень хотелось иметь свой театр, работать с теми актёрами, которых хотел воспитать сам, ни от кого не зависеть.

В те годы, если тебя выпускал МХАТ, то он давал некую путёвку в жизнь. Олег Ефремов, художественный руководитель МХАТа, сделал то, что не сделал для меня Товстоногов в своё время — дал тарификацию, и благодаря этим «корочкам» я мог надеяться получить работу в любом театре СССР. Но я в тот момент принял радикальное для себя решение и ушёл снова в самодеятельность. Мы начинали как драмкружок, и наш театр стал первым в стране профессиональным театром на полном хозрасчёте. Нам дали помещение в коммунальной квартире, в котором мы проработали 27 лет!

А тогда… Я повесил объявление о наборе актёров в самодеятельный коллектив, пришло человек двести, из них было отобрано 40-50 человек, в итоге сегодня из того набора осталось 6 актёров. Сыграли первый спектакль, и хотя он носил скорее учебный характер, вызвал большой интерес у публики и критики.

Мы самостоятельно построили сцену, на ней сейчас благополучно играет «Геликон» в малом зале Дома медика. Потом поставили ещё два-три спектакля, которые тоже прошли с не меньшим успехом — это «Бедная Лиза», «Красный уголок», «История лошади». Из студенческого театра МГУ пришёл Владимир Юматов, который до сих пор работает у нас, получил звание заслуженного артиста России. Возникла команда.

Это был мощный состав актёров по своим художественным изъявлениям, стремлению к самовыражению. Возник живой новый театр со своей программой — эстетической, и, если хотите, политической. Каждый рождённый нами спектакль становился событием.

В 1986 году мы обратились к властям, чтобы выйти на профессиональный уровень. И нам повезло: застойное время заканчивалось, в стране начиналась перестройка. Четыре театра, в том числе и мой, стали профессиональными театрами, это был невероятной силы прорыв, раньше десятилетиями в стране не возникало никаких новых театров.

Далее Марк Розовский рассказал о перестроечном времени с пустыми полками магазинов, о том, как выживал театр в страшное время, когда не получали ни рубля дотации отгосударства. — Мы играли 600-700 спектаклей в сезон. Все деньги, которые мы зарабатывали, были нашими, и это давало театру новые возможности. Мы начали строить свой театр, и в этом нам помог замечательный человек Вадим Туманов, друг Владимира Высоцкого, один из знаменитых золотоискателей того времени, когда-то приговорённый к лагерному заключению на большой срок. Пообщаться с ним на золотые прииски ездили из Москвы.

Он жил по высоким нравственным понятиям, был уважаемым и авторитетным во всех отношениях человеком. Несколько раз бежал из лагерей, его уважал весь сибирский мир, воздавал ему честь. Был реабилитирован, занялся строительством дорог, стал одним из первых предпринимателей в стране. Он посмотрел наш спектакль, посвящённый памяти Володи Высоцкого, и сказал: «Я помогу вам, ребята», — и прислал из своего кооператива четырёх рабочих, которые за полгода бесплатно построили нам театральный зал.

Вспоминая дела минувшие, Марк Розовский взволнованно сказал, что благодаря его усилиями и усилиям первого директора театра Валерия Янкловича, который до этого много лет проработал администратором театра на Таганке, в 1991 году театр «У Никитских ворот» получил статус государственного. — Мы поехали в Одессу после успешного дебюта в столице со спектаклем «Говорит Москва, или День открытых убийств». В это время в Москве решался вопрос о судьбе театра. По дороге мы узнали, что нам выделили дотацию, и мы стали муниципальным государственным театром, по постановлению правительства Москвы перешли в подчинение управлению культуры, а помещение кинотеатра «Повторного фильма» было передано театру «У Никитских ворот». Это было как раз время путча. Советский Союз рухнул. На улице танки, а у нас в театре — аншлаги.

Многие зрители помнят это помещение на 80 мест, в котором были сыграны сотни спектаклей. В новой книге Натальи Старосельской «Дом, который построил Марк» перечислены имена замечательных артистов, собрано множество фотографий с описанием спектаклей. Но, конечно, больше всего места в книге отведено рассказу о Марке Розовском, художественном руководителе театра.

По его словам, «юбилей — это катастрофа с оттенком праздника», у театра нет выходных и праздничных дней, люди работают каждый день. «Театр — дело круглосуточное», — шутит худрук, ставший теперь народным артистом России.

— Мы сейчас работаем над новой постановкой «Гамлета», меня все спрашивают, а кто будет играть роль Гамлета? Я позволю себе маленькую интригу — не называю имени, никто кроме меня пока не знает об этом. Я хочу показать Гамлета — актёра, лицедея, играющего с жизнью и смертью, хочу показать, что в его гибели заложена гибель мира, мой финал — это апокалипсис человечества и человечности.
Сроки выпуска? Пока спектакль не будет абсолютно готов, я его не выпущу. Мы планируем к концу сезона завершить работу над ним, декорации почти все готовы. В связи с открытием новой сцены у нас, наконец, появился репетиционный зал, и мы можем работать над спектаклем в более удобном режиме.

Перед тем как начать постановку, мы изучили разные версии переводов, которые сделаны великими поэтами, мастерами перевода. Наш спектакль будет коктейлем из всех этих переводов, в нашей интерпретации это будет то, что мы выбрали сами, за что мы будем отвечать вместе с автором.

Сценографическое решение тоже будет весьма неожиданным. Александр Лисянский, с которым мы уже работали вместе над спектаклем «Носороги», когда-то много лет проработал главным художником в театре «Современник». Он был лучшим учеником Давида Боровского, великого театрального художника. В Израиле стал известным в качестве главного художника знаменитого театра «Гешер». Мы рады вновь работать вместе с Александром Лисянским над нашим «Гамлетом».

А ещё Марк Григорьевич открыл имя художника по костюмам, не менее знаменитой Марии Даниловой, которая много работала в театре Фоменко и композитора Николая Корндорфа.

— В «Гамлете» будет звучать готовая музыка Николая Корндорфа. Почему он? Я знал Николая ещё студентом консерватории, дружили, вместе играли в футбол. В нашей стране композитор незаслуженно забыт, хотя его называли «Вторым Шнитке». Я считаю его великим композитором нашего времени, и это имя в нашей культуре ещё предстоит открыть.

На вопрос о том, что сейчас происходит в театральной жизни, чем она отличается от шестидесятых годов, и какие видит перспективы в дальнейшем его развитии Марк Розовский, ответил, что в театрах сейчас наблюдается засилье шарлатанства.

— Мы храним бесцензурное пространство как зеницу ока, мы обязаны следовать первейшей традиции русского театра, театра школы переживания. Поэтический театр должен быть связан с реальной жизнью, если он отходит от реальной жизни, не экспериментирует, не ищет, то наступает этап мертвечины, и она захватывает и нас, и публику.

Вторая опасность — это коммерциализация театров. Сегодня огромное количество искушений, которые морочат людям голову, вытаскивают деньги из их карманов на просмотр визуально интересного, богато оформленного пустого зрелища, которое ничего не даёт ни уму, ни сердцу. Эта опасность приведёт к дебилизации, деградации общества.

Для себя я сказал однажды: если ты имеешь другие задачи, в меру своих сил служи этим задачам. Каждый выбирает свой путь, я же отвечаю за тот театр, который творю вместе со своей большой командой. В штате театра 46 человек. Я помню, как Олег Николаевич Ефремов жаловался мне в своё время, что у него работают полторы тысячи людей, и он их не знает по именам.

У меня с этим проблем нет, но мраморные лестницы нам на самом деле не нужны. Как говорил Немирович-Данченко «театр — это не здание, это то, что на подмостках, то, что на коврике», вот эту студийную основу мы обязаны не потерять. Как только потеряем, всё — театру конец, конец всем нам, и зритель перестанет нас уважать, он станет другим.

К нам в театр «У Никитских ворот» приходит разный зритель — и молодые и старые. Мы любим своего зрителя, нам хочется, чтобы к нам ходили, но если к нам перестанут ходить на Бродского, Чехова, Бунина, Шекспира — это будет уже праздник не нашей победы. Покуда этого не происходит, мы живём!


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Уникальная российская экспедиция стартует с Северного Полюса Земли
  • Мигрантам, нарушающим законы России, въезд в страну будет запрещён
  • КНДР предложила России изучить вопрос об эвакуации дипломатов
  • Степень очистки сточных вод Петербурга будет доведена до 98% уже к концу этого года
  • Госсекретарь США отказывается от части своей зарплаты по примеру Барака Обамы


  • Top