Интервью с бывшей узницей китайского лагеря: Там нет никаких законов и принципов


«Я неподвижно сидела на низком пластмассовом табурете, уставившись на холодную стену. Всё моё тело окоченело. Я уже не могла сама ходить, не могла говорить и уже даже не слышала грязные оскорбления заключённых наркоманов, которых приставили следить за мной, а звуки громкоговорителя, из которого лился поток клеветы на Фалуньгун, казалось, удаляются всё дальше и дальше».

Лю Ин, последовательница Фалуньгун, бывшая редактор пекинской газеты Beijing News Фото: The Epoch TimesЛю Ин, последовательница Фалуньгун, бывшая редактор пекинской газеты Beijing News Фото: The Epoch Times

Бывший редактор крупной пекинской газеты The Beijing News, автор нескольких книг по туризму Лю Ин на своём примере рассказала журналисту The Epoch Times о том, какими изощрёнными способами режим компартии пытается заставить сторонников духовной практики Фалуньгун отказаться от своих убеждений.

За 27 месяцев пыток в исправительном лагере Лю похудела до 30 килограммов, у неё выпала большая часть зубов, волосы стали редкими, движения и реакция заторможенными, а глаза пустыми. Родственники с трудом узнали её. В больнице подтвердили, что у неё повреждён желудок и серьёзные проблемы с сердцем.

Сейчас Лю 40 лет, два года назад ей удалось выехать из Китая, и в настоящее время она живёт в США.

Лю выпускница Нанькайского университета. Практикой Фалуньгун она начала заниматься в 1997 году, за два года до начала репрессий. В 1998 году она издала три книги по туризму в Китае, которые получили государственные награды.

Однако в 1999 году, когда возглавляемый Цзян Цзэминем режим компартии начал репрессии против десятков миллионов сторонников Фалуньгун, Лю не отказалась от своих духовных убеждений, за что её уволили с работы, а все её награды были аннулированы. Всего её арестовывали три раза.

Первый раз это произошло в конце сентября 2000 года. В то время режим компартии в полную силу запустил свой усовершенствованный за десятилетия репрессивный аппарат. В КНР шла массированная атака на Фалуньгун через все СМИ, которые в этой стране подконтрольны партии. При этом мнение самих последователей Фалуньгун никто не освещал и высказывать его было запрещено.

Лю тогда была на третьем месяце беременности. Её схватила полиция, когда она раздавала на улице материалы, разоблачающие ложь правящего режима в отношении Фалуньгун.

Её отвезли в участок, но через 12 часов редакция, в которой она работала, поручилась за неё, и её освободили. Однако оставаться в Пекине и работать ей не позволили. Под предлогом заботы о ребёнке руководство отправило её к маме в деревню.

Методы идеологической обработки

В 2002 году, когда ребёнку Лю было 10 месяцев, она с мужем поехала в свою пекинскую квартиру по делам. Но в то время за их семьёй уже следили, поэтому, как только они приехали, Лю сразу же арестовали и отправили в «класс промывания мозгов» (неофициальные места заключения в КНР, предназначенные для усиленной идеологической обработки людей).

Там она провела 15 дней. Сначала её заставляли помногу часов в день смотреть, слушать и читать специально подготовленные материалы, порочащие Фалуньгун. При этом с ней постоянно находились сотрудники центра, которые применяли различные психологические методы, чтобы Лю поменяла свои взгляды и отказалась от практики.

«Они ещё и угрожали мне, а также говорили, что арестовали мужа и мою больную пожилую маму и что за ребёнком теперь некому присматривать. То есть они использовали мои родственные чувства, чтобы поколебать мою волю и сбить с толку», — рассказывает Лю.

Женщина не поддавалась идеологическому преобразованию, и тогда сотрудники органов безопасности подключили к процессу «обработки» Лю её коллег по работе. Их заставляли после работы по очереди каждый день приходить к ней и уговаривать перестать заниматься Фалуньгун. В результате дошло до того, что коллеги, которых постоянно дёргали власти, стали ненавидеть Лю, а когда её освободили и она вышла на работу, она стала изгоем, и в конце концов её вынудили уволиться.

Третий раз Лю арестовали 16 мая 2008 года. Она были в гостях у своей единомышленницы, как вдруг в квартиру нагрянули полицейские, которые без предоставления соответствующих ордеров провели обыск и увезли обеих женщин в полицейский участок в пекинском районе Чаоян.

Лю запретили не только найти адвоката, но и связаться с родственниками. Она объявила голодовку в знак протеста, и на восьмой день ей всё же позволили начать искать адвоката.

Однако оказалось, что ни один из адвокатов, с которыми Лю связалась, не решился взяться за это дело из-за страха потерять лицензию. В то время все адвокатские конторы в КНР получили приказ партии не брать дела, связанные с Фалуньгун.

Это было в преддверии пекинской Олимпиады, и в страну уже начали съезжаться иностранные гости. По словам Лю, чтобы скрыть свои преступления, власти вывезли из столицы всех последователей Фалуньгун, которых не удалось заставить подписать гарантийное письмо об отказе от практики.

Всех их отправили в исправительные лагеря за пределами Пекина. Таким образом, 17 июня Лю увезли в женский лагерь провинции Шаньси. Никаких судебных процедур при этом проведено не было. Пытки в исправительном лагере

В лагере Лю провела 2 года и 3 месяца, из которых 17 месяцев её держали в специальном блоке строгого контроля, в котором «преобразовывали» наиболее стойких сторонников Фалуньгун.

Одной из наиболее частых пыток, которые применяли к Лю, было неподвижное сидение на твёрдом низком табурете в течение 18-20 часов. За исполнением этого «наказания» строго следили либо охранники, либо уголовники, которые жестоко избивали женщину, когда она пыталась двигаться.

На следующем этапе процесса идеологического преобразования к Лю приставили несколько человек, которые пытались пошатнуть её духовную веру. Это были бывшие сторонники Фалуньгун, которых не только «преобразовали», но и заставляли помогать режиму «преобразовывать» остальных.

Администрация лагеря также активно использовала и родственников последователей Фалуньгун. Их заставляли приходить в лагерь и уговаривать своих родных подписать необходимые гарантии об отказе от практики и раскаяния. По словам Лю, это был не менее жестокий метод, чем физические пытки. Родственники умоляли, просили, а также угрожали разводом, отречением и даже самоубийством.

До третьего этапа «преобразования» доходили не все. На этом этапе наряду с физическими пытками и издевательствами упор делался на унижении достоинства и уничтожении человека, как личности. Сотрудники лагеря выставляли практикующих Фалуньгун, как сумасшедших, безрассудных, не имеющих никакого достоинства и чести. Пускали слухи о том, что они раздевались перед мужчинами-полицейскими, что своим калом писали ругательства в адрес Фалуньгун и так далее.

«Тем, кто выдержал все предыдущие пытки, устраивали настоящий ад. Никто не знает, что делали со многими из них, но там не действуют абсолютно никакие законы, нет никаких принципов и абсолютно никаких прав. Для меня это были самые трудные дни», — говорит Лю.

К ней приставили около 10 полусумасшедших заключённых наркоманов. Каждый день её избивали и унижали, не пускали в туалет и не давали спать. Рабский труд

В общем блоке лагеря с обычным режимом заключённым жилось также несладко. Их заставляли тяжело работать по многу часов в день. Они изготавливали картонную упаковку для винно-водочного, кондитерского и молочного заводов провинции Шаньси.

Для склеивания картона использовался клей с едким запахом. Заключённые работали в условиях полной антисанитарии. Помещения не проветривались, многие испытывали тошноту и головокружение, некоторых рвало прямо в комнате, некоторые падали в обморок. В таких же условиях они изготавливали и упаковывали новогодние гирлянды, которые потом экспортировались за границу.

Лю вспоминает, что однажды, в канун китайского Нового года, они всю ночь делали праздничные парные надписи «дуйлянь» для тайюаньского отделения крупнейшей государственной телекоммуникационной компании China Telecom.

Однажды они также изготавливали упаковку для антибиотиков, на которой было написано, что она импортирована из других стран.

Через несколько месяцев Лю отказалась выполнять эту работу, и тогда в качестве наказания полицейские охранники вывели её на улицу в лёгкой одежде на 20-градусный мороз.

«Мои руки и ноги окоченели, суставы не сгибались. А потом и всё тело как будто распухло и одеревенело», — описывает своё состояние Лю.

Но принудить её к рабскому труду полицейским не удалось. Летом её заставляли подолгу стоять на жаре, а также специально заводили в помещение, где заключённые клеили коробки и заставляли по нескольку часов неподвижно стоять без марлевой повязки и дышать зловонным токсичным запахом клея.

«Дышать было просто невозможно. Я ощущала, что у меня вот-вот разорвётся сердце. Несколько раз я чуть не потеряла сознание. Через несколько месяцев таких пыток я сильно ослабела, ноги и стопы распухли и стали ватными. До этого я носила 7-й размер обуви, но потом могла надеть только 10 размер», — вспоминает бывшая узница.

В конце интервью Лю сказала, что многие сторонники Фалуньгун подверглись в Китае гораздо большим пыткам, чем она, многие стали инвалидами или же лишись жизни.

Однако при этом она не осуждает своих мучителей. Это исходит из принципов учения Фалуньгун.

«Эти люди не ведают, что творят, их просто использовал коммунистический режим. Но мне жаль их, ведь за все плохие поступки каждый человек будет отвечать. Поэтому их ждёт незавидная участь», — поясняет Лю.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Сексуальное насилие в китайском исправительно-трудовом лагере
  • Китайцы не хотят питаться ГМО-рисом
  • Если очистить воздух Пекина, обанкротится соседняя провинция
  • Искусство чаепития улучшает характер
  • Крик души китайского блогера


  • Top