170 слов о Китае за 50 секунд

22 октября 2013 года рабочая группа ООН представила Всемирный периодический обзор по Китаю. С 2006 года, один раз в 4 года, каждая страна находится под пристальным вниманием. В первый раз Китай попал в поле зрения в феврале 2009 года. В октябре 2013 снова подошла его очередь.

Дэвид Мэйтас, канадский адвокат по правам человека и соавтор книги «Кровавый урожай: Извлечении органов у последователей Фалуньгун в Китае» Фото: Woody Wu/AFP/Getty Images Дэвид Мэйтас, канадский адвокат по правам человека и соавтор книги «Кровавый урожай: Извлечении органов у последователей Фалуньгун в Китае» Фото: Woody Wu/AFP/Getty Images

Обзор по каждому государству ограничивается тремя часами. Страна, находящаяся в поле зрения, открывает мероприятие, а другие участники комментируют доклад и задают вопросы. Рассматриваемое государство отвечает устно в течение трёх часов, и в письменной форме 3 дня спустя. Неправительственные организации (НПО) могут делать только письменные заявления.

Государству-ответчику даётся 1 час для вступительного слова и 3 часа на ответы. Остальная часть времени выделяется государствам, желающим оставить комментарии.

Первоначально на комментарии выделялось по 2 минуты каждой стране. Это означало, что только 60 участников могли успеть сделать заявления в оставшиеся 2 часа.

В Женеве дипломаты из стран, грубо нарушающих права человека, чтобы оградить от критики свои правительства, стали мастерами игры и могут говорить о чём угодно, кроме прав человека. Они выяснили: чтобы блокировать критику во время Всемирного периодического обзора, надо в течение двух часов мешать выступлению других участников.

Эта игра привела к возникновению очереди из желающих подойти к микрофону. Дипломаты из стран, где серьёзно относятся к правам человека, занимали очередь рано утром, чтобы успеть задать вопросы государствам, которые грубо нарушают права человека.

Эти утренние слёты, в конечном итоге, стали слишком многочисленными, и правила были изменены, чтобы выделить время для всех государств, которые хотели выступить по любой стране, разделив имеющиеся 2 часа поровну. Когда дело дошло до сложной темы прав человека, грубые нарушители прав нашли способ подорвать и эту систему тоже. Их представители выстраивались в очередь, чтобы говорить по возможности больше, тем самым сокращая время для остальных государств, серьёзно обеспокоенных нарушением прав человека.

Во время недавнего кубинского обзора в мае 2013 года кубинская делегация успела выстроиться так, что для всех ораторов выделялось только по 38 секунд. Китай не был столь сосредоточенным, как Куба, на подрыве системы защиты прав человека ООН. Таким образом, было 137 стран, желающих высказаться по Китаю, это означает, что время, отведённое для каждой, равнялось 50 секундам.

Коренные причины

Китай является огромной страной с множеством проблем в области прав человека. Что полезного может сделать один выступающий за 50 секунд? В теории, как и 140 символов «Твиттера», или ТВ блиц-новости по 10 секунд, можно предположить, что государства могли многое высказать даже в узких временных рамках. Тем не менее, этого не произошло.

Помимо государств, призывавших утром 22 октября Китай к соблюдению прав человека, представители тех государств, которые не соблюдают права человека, «благодарных» Китаю, после изрядного выкручивания рук намеренно дистанцировались от реальности. Они отметили «замечательные» достижения Китая в области прав человека и призвали его продолжить «образцовые» усилия.

Государства, живущие в реальности, планируя свои заявления, пытались поднять несколько самых важных пунктов из очень длинного списка проблем в области прав человека в Китае. Однако их вопросы оказались лишь немногими из множества и были почти незаметны. Согласованность или тематическое единство у стран-правозащитников отсутствовали.

Акцент на нарушениях прав человека должен был быть телеологическим, без отвлечения на отдельные явления. Он должен затрагивать первопричины. Конкретные нарушения проистекают из более крупных проблем. Вырвите корни злоупотреблений, и они засохнут. Если только отрубить ветку, дерево продолжит расти.

В Китае основной причиной нарушения прав человека является авторитарное правление коммунистической партии. Даже если не учитывать бесчеловечную идеологию китайского коммунизма, сам факт однопартийной системы нарушает основные права человека. Уважение прав человека означает свободные демократические выборы.

Китайские представители осмелились заявить рабочей группе Всемирного периодического обзора, что они провели свободные демократические выборы на всей территории Китая на уровне села. Сразу возникает очевидный вопрос, а что же не в городах или на региональном уровне, или на национальном уровне? Ни одна страна, ни один выступающий не поднял этот вопрос.

Фалуньгун

Стратегия в области прав человека должна быть направлена на жертву, а не на преступника. Эта стратегия должна сосредоточиться на виктимизации (запугивание, преследование жертв) в первую очередь. Хотя все жертвы пыток страдают в равной степени, и все произвольно убитые одинаково мертвы, есть ещё и цифры. Наибольшее количество жертв, без сомнения, у последователей Фалуньгун.

Коммунистическая партия решила в 1999 году уничтожить Фалуньгун из-за его популярности. Партийные лидеры опасались за своё идеологическое превосходство. Фалуньгун представляет собой комплекс упражнений на духовной основе. Это усовершенствованное и гармоничное сочетание китайских духовных традиций и практик, таких как цигун, буддизм и даосизм.

Фалуньгун не имеет политической направленности и интересов. Это организация, где нет членства, нет никакого руководства, кроме духовного, нет офисов и денежных отношений. Его духовные тексты не имеют политического содержания.

Коммунистическая партия, нападая на Фалуньгун, ничего не говорит о Фалуньгун, но много о самой себе. Она не может удержать сердца и умы китайского народа, ей нужно придумывать воображаемых врагов, чтобы оправдать своё пребывание у власти. Она боится народных движений, испытывает отвращение к духовности и отказывается от китайских традиций.

Преследование Фалуньгун затмевает все другие виды виктимизации. Взять хотя бы пытки — лишь одну из многочисленных форм преследований. По словам бывшего докладчика ООН по вопросу пыток Манфреда Новака, соотношение составляет 6 к 1. То есть последователи Фалуньгун страдают от пыток в 6 раз больше представителей любой другой группы. Ничто в Китае не может сравниться с мучениями последователей Фалуньгун.

Это можно увидеть даже по простому анализу того, что говорит коммунистическая партия Китая про Фалуньгун. Она использует все виды ругательной лексики в отношении широкого круга невинных групп, но худшее всегда направлено на Фалуньгун. Тибетские буддисты, уйгуры и мусульмане, например, называются сепаратистами. Только Фалуньгун компартия называет «злым культом».

Убийство ради органов

Выбрать самую преследуемую группу в Китае легко по наихудшему отношению к жертвам. Пытки, исчезновения и произвольные задержания — всё это ужасно. Тем не менее, наихудшим из всех ужасов является убийство невинных людей ради их органов, которые продаются трансплантационным туристам или богатым китайцам. С 2001 года убиты уже десятки тысяч последователей Фалуньгун.

Тем не менее, в рамках Всемирного периодического обзора только одно государство упомянуло о Фалуньгун — это Канада, и то только при оглашении списка жертв религиозных репрессий.

Китай отвергает доказательства того, что задержанные последователи Фалуньгун погибли из-за изъятия их органов, но признает, что почти все органы для трансплантаций взяты у заключённых. Китай обещает, в конце концов, прекратить использование органов заключённых.

Однако проблема в том, кто именно эти заключённые. Правительство Китая утверждает, что источником органов являются заключённые, приговорённые к смертной казни.

Последователей Фалуньгун не приговаривают к смертной казни. Их могут приговорить на срок до трёх лет за нарушение общественного порядка. В основном их приговаривают за что-нибудь или просто произвольно задерживают до тех пор, пока они не отрекутся от своих убеждений.

Даже изъятие органов у заключённых, приговорённых к смертной казни, нарушает этические нормы трансплантологии и недопустимо, согласно официальной политике «Общества по трансплантации» (The Transplantation Society) и «Всемирной медицинской ассоциации» (World Medical Association). Правительство Китая утверждает, что заключённые, приговорённые к смертной казни, дают согласие на использование их органов для пересадок.

Трансплантологи убеждены, что автономное обоснованное согласие невозможно в тюремной среде и по своей сути является принуждением. Изъятие органов у заключённых, независимо от вида заключения, практически происходит без их согласия.

Международные стандарты требуют, чтобы Китайские власти учитывали источники органов. Руководящие принципы трансплантации человеческих органов «Всемирной организации здравоохранения» призывают к прозрачности и подотчётности.

Китайское руководство не уважает и не соблюдает эти принципы. Напротив, чтобы скрыть свидетельства убийства последователей Фалуньгун ради их органов, власти закрыли доступ к данным, которые ранее были представлены на правительственных сайтах, а сделанные ранее заявления чиновников просто отрицаются.

В свете того, что получение органов у заключённых нарушает международные стандарты, а Китаю необходимо покончить с таким источником снабжения, можно было предположить, что государства, в рамках Универсального периодического обзора Китая, даже самые робкие, поднимут этот вопрос. Тем не менее, ни одно государство этого не сделало.

Комитет против пыток, созданный в рамках Конвенции против пыток в декабре 2008 года, призвал Китай к сотрудничеству с независимым расследованием источников органов для трансплантаций и к судебному преследованию лиц, причастных к злоупотреблениям в сфере пересадки органов. В 2009 году на Универсальном периодическом обзоре Китая Канада призвала Китай уважать эти рекомендации. На этот раз ни одна страна не сделала этого.

Диалог

Государства, которые уважают права, но опустили упоминания о преследовании Фалуньгун и трансплантационных злоупотреблениях, скорее всего, знают об этих нарушениях и что-то делают по этому вопросу. Проблема заключается в том, на что они направляют внимание и к кому обращаются.

Для таких государств сейчас это сам преступник — правительство Китая. Но в первую очередь это должны быть жертвы, потом общественность, и лишь в самом конце преступник.

Заседания рабочих групп называются интерактивным диалогом. Но ответом представителей Китая на последовательные серьёзные рекомендации в области прав человека были отнекивания и запутывания.

Можно получить представление об официальном отношении китайской стороны к правам человека, посмотрев заявление, сделанное пресс-секретарём китайского правительства в ходе интерактивного диалога:

«Ситуация с правами человека той или иной страны не может быть отделена от реальности. Другие не должны стремиться дезинформировать общественность. Некоторые страны в своих комментариях приравнивают действия по обеспечению безопасности гражданского населения к этнической чистке и называют некоторых преступников в Китае правозащитниками. Нормальные судебные процедуры были названы политическими преследованиями. Это типичный случай политизации прав человека. Мы очень огорчены таким отношением. Так называемые предложения для нас неприемлемы. Я должен подчеркнуть, что единственный человек, который знает, подойдёт ли обувь к ноге, это человек, носящий эту обувь. Лучше всего ситуацию с правами человека в Китае знает сам китаец».

Однако любого китайца в Китае, который осмелится сказать что-либо о правах человека, избивали, пытали, произвольно задерживали и заставляли исчезнуть. Всемирный периодический обзор мог бы дать китайцам в Китае возможность осветить ситуацию с правами человека. Китайское правительство, к сожалению, не позволяет им это сделать.

На заседании 22 октября представители разных государств ходили «вокруг да около» вопроса об убийстве последователей Фалуньгун ради их органов. Многие государства призвали к публикации статистики смертной казни.

Связь между статистикой смертной казни и злоупотреблениями в трансплантационной сфере была указана докладчиком ООН по вопросу о пытках, докладчиком ООН по вопросу религиозной нетерпимости и Комитетом ООН по пыткам. Все они попросили объяснить расхождение между количеством трансплантатов и источниками органов в Китае. Хотя Китай не публикует статистику смертной казни, есть неофициальные данные о числе смертных казней, которому далеко до объёма трансплантаций в Китае.

Многие государства также призвали к прекращению произвольного задержания людей. Несмотря на это, ни одно государство не сказало о том, что тюрьмы, центры промывания мозгов и исправительно-трудовые лагеря стали обширными банками органов, где донорами являются в основном последователи Фалуньгун.

Многие призывали уважать свободу религии и прекратить преследование правозащитников. Но это были общие слова. Имя Гао Чжишена, китайского адвоката по правам человека, преследуемого за то, что он имел смелость возражать против убийства приверженцев Фалуньгун ради их органов, упомянуто не было.

50 секунд

Таким образом, 50 секунд, данные каждому государству, были плохо использованы. Реально за 50 секунд можно сказать около 170 слов. Вот что я предлагаю.

«Г-н Президент:

Мы хотим привлечь внимание к одному вопросу ― убедительным доказательствам того, что последователей Фалуньгун убивают ради их органов. Правительство Китая отрицает это, но признаёт, что большинство органов для трансплантации получены от заключённых и что все эти заключённые приговорены к смерти. Тем не менее, Китай не даёт статистику смертной казни. Он должен это сделать.

Китай должен уважать принципы Всемирной организации здравоохранения о прозрачности, подотчётности и прослеживаемости. Правительство должно сотрудничать с независимым расследованием источника органов для трансплантаций.

Убийства приверженцев Фалуньгун ради их органов не могли произойти без произвольных задержаний, религиозной нетерпимости, однопартийного правления и репрессий правозащитников, таких как Гао Чжишен, которые защищают права человека и другие принципы. Мы призываем Китай прекратить произвольные задержания, уважать свободу религии, провести свободные и справедливые демократические выборы на всех уровнях власти и прекратить репрессии правозащитников.

Благодарю Вас, господин президент».

*****

Дэвид Мэйтас является международным адвокатом по правам человека, живущим в Виннипеге, Манитоба, Канада. Он выслушал все 137 выступлений во время Всемирного периодического обзора Китая.

Версия на английском


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • История о китайском жёлтом чае и императоре Цяньлуне
  • На китайских заводах в смартфоны ставят вредоносные программы
  • Тайваньцы призывают прекратить трансплантационный туризм в КНР
  • Китайские идиомы: умение приходит с практикой
  • Китайский парикмахер стрижёт раскалёнными щипцами


  • Top