Си Цзиньпин — слуга политической системы коммунистической партии Китая

Многие наблюдатели видят, как генеральный секретарь коммунистической партии Китая (КПК) Си Цзиньпин поочерёдно совершает нападки на левых, правых и «принцев» (потомков основателей компартии), и считают, что он до сих пор пытается найти свой путь. Эти наблюдатели не понимают позицию Си, который на самом деле не зависит от каких-либо фракций.

Генеральный секретарь коммунистической партии Китая Си Цзиньпин у монумента Народным героям на площади Тяньаньмэнь, 1 октября 2013 года, Пекин, Китай. Фото: Feng Li/Getty Images Нажмите на фото, что бы открыть галерею!

КПК всегда подавляла либералов (известных в Китае как «правые»), которые выступали за конституционализм. Когда Си их подавлял, то, были они расстроены или нет, не имело для него никакого значения.

«Левые» всегда преследовали свои собственные интересы. В последние несколько лет, когда они слишком далеко отклонились от «линии партии», власти расправились с ними. Но левые не стали возмущаться. Они просто приспособились и воздерживаются от слов, которые неприятны властям, чтобы можно было вернуться в политику.

Сейчас, хотя бывший член Политбюро и левый лидер Бо Силай был заключён в тюрьму, сайт политического движения Utopia продолжает работать. И пока левые критикуют универсальные ценности, конституционную демократию с иностранным капиталом, а также другие «антикитайские силы», они будут чувствовать себя в некоторой степени полезными и предпримут инициативу, чтобы приблизиться к Си.

В своё время только поддержка «принцев» имела значение, так как они могли реально повлиять на политику Пекина. Когда основатели компартии Китая были живы, в некоторые критические периоды они могли даже повлиять на политический выбор высших властей, как, например, в 1978 году.

Однако, независимо от того, как их называют — «князьки» или «красные второго поколения», к которым относятся потомки высокопоставленных ветеранов партии, их поддержка для Си больше не имеет значения. Недавняя конференция, посвящённая 100-летию со дня рождения отца Си Цзиньпина, Си Чжунсюня, и рассматриваемая как знаковое событие, доказала это.

Восхождение Си

Потомки представителей элиты Китая доказали своё подчинение генеральному секретарю, участвуя в мероприятии, хотя некоторые всё ещё чувствовали себя недовольными.

Си Чжунсюнь был ключевым лидером во время «культурной революции». Празднование 100-летия со дня его рождения было организовано Си Цзиньпином лично, и коснулось как государственных, так и частных организаций.

Участники торжественного мероприятия в Большом зале народных собраний в Пекине, естественно, являются представителями элиты общества. Дети государственных деятелей высшего звена (в том числе союзников Бо Силая) пришли на празднование для того, чтобы доказать свою верность новому монарху. Потомки ветеранов партии, которых не пригласили, были разочарованы.

Организовав это мероприятие, Си Цзиньпин продемонстрировал, что он обладает прочной и неоспоримой властью, которой не было у бывших лидеров Цзян Цзэминь и Ху Цзиньтао. Личная диктатура Си Цзиньпина сменила эру «коллективного руководства» его предшественника Ху Цзиньтао.

Среди потомков ветеранов компартии Китая Си считается одним из самых молодых. Через несколько лет почти всем отпрыскам представителей элиты Китая, которые до сих пор служат в правительстве или армии, будет больше 70 лет. Влияние этого круга будет ослабевать, так как многие уходят на пенсию или умирают.

«Красные третьего поколения» в настоящее время только начинают свою карьеру в уездных офисах. Им ещё предстоит долгий политический путь наверх, начиная с провинциального уровня.

Если представители второго поколения хотят, чтобы третье поколение плавно сменило их, а также сохранить хоть какое-то политическое влияние, они, безусловно, не будут противостоять Си Цзиньпину и должны смиренно служить ему в качестве представителей потомков высокопоставленных должностных лиц.

Настрой «принцев»

Главный лозунг Си, так называемая «китайская мечта», направлен на получение богатства и укрепление армии, чтобы стать сильнее, как и во времена Мао Цзэдуна.

Си надеется очистить «духовное загрязнение» и унифицировать общественное мнение в соответствии с маоистским стилем. «Китайская мечта» также направлена против западной идеологии, в целях сохранения однопартийной диктатуры.

Антикоррупционная кампания Си нацелена на серьёзные нарушения среди чиновничества. Однако всё подчинено одному моменту: Си Цзиньпин хочет использовать «железное» правление в стиле Мао для защиты кланового капитализма в Китае.

Тем не менее, «принцы» считают, что они вправе наслаждаться богатством кланового капитализма, а бюрократы с гражданским прошлым не должны иметь таких возможностей. Хотя газеты и другие рупоры компартии не раскрывают эту позицию, она стала очевидной во время правления Ху Цзиньтао и Вэнь Цзябао, когда отпрыски элиты Китая стали активно участвовать в политике Пекина.

В марте и апреле 2010 года британская Financial Times последовательно опубликовала несколько статей про «принцев» компартии Китая, в том числе «Красные ветераны против безжалостных карьеристов».

Один из разделов данной статьи подчеркнул конфликт между новыми и старыми «принцами»: «Термин принцы был придуман для обозначения детей высокопоставленных руководителей коммунистической революции ― ветеранов, которые присоединились к Мао Цзэдуну в легендарном Великом походе, или были членами внутреннего круга общества в момент победы коммунистов в 1949 году».

«Сегодня он используется в более широком смысле и указывает на потомков представителей последующих поколений технократических лидеров (включая Цзян Цзэминя и Ху Цзиньтао), но различие между ними остаётся, ― сообщается в статье. ― Недавно произошёл прецедент, когда высокопоставленные руководители расправились с финансово-хозяйственной деятельностью детей своих предшественников».

«Когда бывший лидер Цзян Цзэминь консолидировал свою власть в начале 1990-х, были арестованы многие бизнесмены, тесно связанные с детьми Дэн Сяопина, а их компании закрыты», ― говорится там же.

В статье также отмечается, что семьи старых революционеров, например Дэн Сяопина, по-прежнему неприкосновенны. Они считают, что Китай принадлежит им в самом прямом смысле слова.

Репортёр признался, что информация была предоставлена инсайдерами в Пекине. Я верю в это, потому что только люди этого круга будут так сильно презирать власть технократов.

Свидетельство раскола можно было увидеть, глядя на приглашённых на торжество. Многие потомки революционных семей приняли участие в мероприятии, в том числе вдова и сын Гао Гана, который пострадал от чисток Мао.

Си Цзиньпин испытывает родственные чувства по отношению к ним. С другой стороны, никакие средства массовой информации не сообщали о новых «принцах», получивших приглашение. Если бы не СМИ Гонконга — их бы не заметили.

Southern People Weekly 6 ноября опубликовала интервью с сыном маршала Чэнь И, Чэнь Сяолу и дочерью Ма Вэньжуя, Ма Сяоли, которая в последние годы стала активным представителем потомков китайской элиты из-за её тесных связей с семьёй Си.

Те, кого Financial Times назвала «новыми принцами», Ма Сяоли называет «вторым поколением чиновников»: «Мы не такие, как они: между нами пропасть! ... Большая часть потомков представителей элиты Китая не имеет влияния и денег! ... Мы ненавидим коррупцию и дикое высокомерное поведение чиновников второго поколения. Мы не можем допустить, чтобы эти люди разрушили партию».

Миссия Си

Глядя на менталитет потомков китайской элиты, становится понятно, что миссия Си Цзиньпина заключается в сохранении однопартийной диктатуры. Его антикоррупционные кампании в основном нацелены на бюрократию и необходимы для поддержания правления компартии Китая.

КПК уже делало это прежде. За последние 10 с лишним лет, были уволены десятки чиновников провинциального и министерского уровня, имеющих «простое» происхождение, или даже из малообеспеченных семей.

Что касается убеждения внешнего мира в том, что Си колеблется между левыми и правыми, то это наблюдение является поверхностным. Я считаю, что Си просто предупреждает различные политические группировки, что только он будет решать будущий политический путь Китая, он знает, что делает, и никто не должен пытаться влиять на него.

Тем не менее, политика Пекина влияет только на высокопоставленных должностных лиц. В конце концов, местные органы власти находятся в ведении чиновников с гражданским прошлым, и эти чиновники не чувствуют, как представители китайской элиты, что компартия — это их плоть и кровь. Они вступили в партию ради собственных интересов, став «голыми чиновниками». Они делают большие деньги и отправляют своих родных за рубеж, на всякий случай. Как Си Цзиньпин будет управлять этим пропитанным коррупцией политическим «поездом», является настоящей проблемой.

Реальным врагом Си, по сути, является политическая система, которая бесконечно производит коррумпированных чиновников. И эта политическая система является «красным» режимом, который Си и потомки представителей элиты стремятся защитить любой ценой. Таким образом, у Си Цзиньпина нет никакого способа, чтобы изменить работу этой огромной бюрократической машины. Он в конечном счёте просто слуга политической системы.

Хэ Цинлянь является видной китайской писательницей и экономистом. В настоящее время проживает в США. Она автор книг Chinas Pitfalls (Ловушки Китая), которая рассказывает о коррупции во время китайских экономических реформ 1990-х годов, и The Fog of Censorship: Media Control in China (Туман цензуры: контроль СМИ в Китае), которая обращает внимание на манипуляции и ограничение свободы прессы.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Китайские идиомы: кто мало видел, тот много удивляется
  • Почему в международном тестировании китайских школьников участвовал только Шанхай
  • Десятки провинций Китая окутаны смогом
  • В Китае обнаружен тис возрастом более 2700 лет
  • Рядовые китайцы выступают в защиту Фалуньгун, не боясь давления


  • Top