Кого опасаться больше?


Короткий рабочий визит министра иностранных дел Китая Ван И в Израиль на прошлой неделе пробудил в израильской прессе воспоминания о судебном процессе между родителями погибшего во время теракта в Тель-Авиве американского гражданина (2006 год) и крупнейшим Bank of China, который обвинялся в постоянном финансировании террористических организаций. Этот процесс сильно раздражал китайское руководство полгода назад, поэтому оно выдвинуло ультиматум: премьер-министр Нетаньяху приедет с визитом в Китай, если Израиль откажется давать показания против Bank of China.

Премьер-министр Израиля и министр иностранных дел Китая. Фото: Getty Images/AFPПремьер-министр Израиля и министр иностранных дел Китая. Фото: Getty Images/AFP

«Аморальность» праотца Авраама

Беньямин Нетаниягу уступил требованиям Пекина, чем вызвал множество упрёков. Праотца Авраама до сих пор упрекают за его «аморальные» поступки пытающиеся понять историю и мышление древнего народа. Например, поступок с Сарой, женой Авраама, по приходе семейства в Египет. Красавицу Сару сразу забрали к фараону, но муж наказал ей: «Скажи, что ты моя сестра». И это не было неправдой, так как Сара была сестрой Авраама по линии отца.

Последствия «аморальной» истории все помнят. С красавицей Сарой ничего страшного не случилось, а несчастный фараон за то, что поверил и, наверное, за прошлые прегрешения, получил страшную болячку и умолял Авраама об исцелении. И вымолил Авраам у Бога исцеление для фараона…И оправдываются поступки праотца из поколения в поколение, так как нет добра без худа.

Политика – дело путаное, и было, и есть

Израиль снова остался без сильного союзника. Политика Америки – не поддерживать Израиль, а дружить с Ираном. Иран разрабатывает ядерное оружие с активной помощью Китая. Китай дружит с Палестинской автономией.

Министр иностранных дел Китая Ван И во время своего короткого рабочего визита в Израиль выделил целый день (среду), чтобы навестить своего палестинского коллегу Рияда аль-Малики. Китайско-палестинские отношения активно развиваются и, по словам Ван И, являются образцовыми. Палестина ещё не страна, однако таковой себя считает благодаря многочисленным «друзьям-союзникам». Израиль – один в окружении недругов и «другов».

В Кнаане голод. Авраам вынужден покинуть землю, обещанную ему Богом. Праотец заведомо знает, что фараон – не большой праведник. Политика – дело путаное, и было, и есть. Пришлось ему свою Сару отдать в наложницы с наказом не признаваться, кто она ему, в надежде на Бога – Единственного, кому он верит на этой бренной Земле.

Дипломатические речи — тоже вид искусства

Беньямин Нетаниьяху при первой же встрече с главой китайского МИДа выложил всю правду: «Мой визит в Китай и Ваш визит в Израиль выражают упорное желание обоих государств усилить наши дружественные связи и укрепить сотрудничество. Мы верим в то, что на благо мира во всём мире необходимо предотвратить получение Ираном возможности завладеть ядерным оружием. Я подчеркиваю — речь идёт именно о ликвидации иранского потенциала создания ядерного оружия. Иран обязан принять решения Совбеза ООН, прекратить обогащение урана, демонтировать центрифуги, уничтожить запасы урана, а также демонтировать тяжеловодный реактор в Араке. Я верю в то, что всё международное сообщество должно твёрдо стоять на этих требованиях» (пресс-центр МИДа Израиля).

Ван И, прекрасно зная, кто монтировал центрифуги и реакторы в Иране, и обогащал там уран, на беспокойное приветствие главы Израиля ответил: «Я счастлив побывать в Израиле. Это мой первый визит в качестве министра иностранных дел Китая. Я прибыл в Израиль, в первую очередь, чтобы укрепить дружбу между двумя государствами. Кроме этого, я здесь, чтобы укреплять сотрудничество между нашими государствами. Наши экономики дополняют друг друга, и будущее этого сотрудничества блистательно. Во время Вашего визита в Китай ранее в этом году, Вы, премьер-министр, достигли важных договоренностей с президентом Сы Цзиньпинем и премьер-министром Ли Кэцяном о сотрудничестве. Я приехал в Израиль, чтобы изучить вместе с моим израильским коллегой пути осуществления этих важных договоренностей» (пресс-центр МИД Израиля).

Посещение музея «Яд ва-Шем»

Ван И посетил музей-памятник «Яд ва-Шем», заверив, что Китай твёрдо выступает против антисемитизма. Верно, Китай не закрывал границы бежавшим советским евреям во время Второй мировой войны. Однако Ван И не может не помнить, что число жертв коммунистического режима на его родине превышает 80 миллионов. Что идеология режима и внутренняя политика его страны не изменилась со времён образования КНР, репрессировали и продолжают репрессировать многочисленные этнические и религиозные группы. Картинами и скульптурами «Яд-ва-Шем» главу МИДа Китая не растрогать, его родина заполнена концентрационными лагерями с продвинутыми технологиями (нашумевшая петиция против извлечении органов у последователей духовной практики Фалуньгун, получившая подтверждение в ООН).

Ван И посетил еврейскую святыню — Стену Плача. Попросил у раввина Рабиновича кипу в подарок. Получил. Раввин сказал, что кипа сделана в Китае, и теперь она возвращается на родину. Параллельно с визитом министра Ван И

Случайно или запланировано свыше — в ту же самую неделю визита Ван И в Израиль прибыла группа врачей из Вашингтона по обмену опытом в Иерусалим. Среди них была врач, которая пережила репрессии в Китае. Она по своей инициативе написала письмо и попросила встретиться с членами Кнессета, которые занимаются правозащитными вопросами. Заместитель главы Кнессета Моше Фейглин встретился с ней. Вот письмо, которое он прочитал:

Я помню и сейчас, как девять лет назад в Китае я оставила свою новорождённую дочь и мужа, чтобы уехать в Балтимор. Я тайком вытирала слёзы, чтобы моя мать не увидела глубины моей грусти. Я чётко помню, как я сказала своей дочери, которая крепко спала: «Я обещаю тебе светлое будущее, но пока что мама должна оставить тебя здесь, а Китае».

Люди часто спрашивали меня: «Почему ты должна была оставить новорождённого ребёнка в Китае?» Это длинная история, которая связана с моим десятилетним путём к свободе, о котором я вам расскажу.

Я помню, как я прочитала в «Нью-Йорк Таймс» в прошлом году заметку о женщине из Орегона, которая, распаковывая купленную ею коробку украшений на Хэллоуин, нашла внутри письмо от китайского узника трудового лагеря по фамилии Жанг, моего однофамильца.

Почему я вам рассказываю этот рассказ? Потому, что мы с мистером Жангом имеем одинаковую судьбу.

Когда я в первый раз прочитала заметку в газете, меня несколько часов била дрожь! Сценарий, описанный в письме, был жутким и слишком знакомым.

У нас с узником лагеря не только одинаковая фамилия, но я также прошла через преследование в нескольких китайских центрах заключения как практикующая Фалуньгун.

Будучи студенткой медицины в Китае, я страдала от жестоких болей спины и живота, а также от бессонницы, что очень мешало мне учиться.

Я почти уже не надеялась когда-либо найти облегчение от боли и страданий, когда мой муж предложил, чтобы я начала практиковать Фалуньгун — китайскую духовную практику, состоящую из медитативных упражнений цигун и учений, основанных на принципах «Истина, Доброта, Терпение».

Вскоре после того, как я начала практиковать, боли в спине и другие давние недуги совершенно исчезли.

Конечно, я была очень счастлива — кто бы такому не радовался? Поэтому я рассказала о том, что произошло со мной своим друзьям и родным.

Однако в 1999 году тогдашний премьер Китая Цзян Цзэминь начал преследование Фалуньгун из страха, что эта духовная практика будет источником идеологического противостояния компартии Китая.

Я была арестована китайскими агентами безопасности и заключена в маленькую камеру, окружённая мужчинами-заключёнными. Я часто выглядывала из окна и видела порхающих мотыльков и девушек моего возраста, идущих куда-то и не знающих о том, что я заключена здесь только из-за моих духовных убеждений.

Мне хотелось кричать: «Я невиновна, пожалуйста, освободите меня!» Я также думала о том, чтобы, подобно мистеру Жангу, в газетной статье бросить через окно записку со словами «Пожалуйста, помогите мне освободиться!»

Я помню, как меня содержали в крохотной камере, и два охранника следили за мной 24 часа в сутки. Каждый охранник, проходивший мимо моей камеры, оскорблял меня. Иногда, когда я отказывалась писать под диктовку плохие вещи о Фалуньгун, меня лишали сна. Меня заставляли смотреть полностью сфабрикованные властями истории, клевещущие на Фалуньгун. Мне было очень плохо, я думала, что умру в тюрьме или получу нервное потрясение.

Центр перевоспитания, в котором я содержалась, находился в прекрасном парке, везде цвели цветы. Никто, глядя снаружи, не мог предположить, что в этом здании мучают невинных последователей Фалуньгун только за то, что они живут по принципам «Истина, Доброта, Терпение», основным принципам Фалунь Дафа.

Даже мои родители говорили, глядя на это красивое здание, что это место гораздо лучше мест, в которых меня держали в предыдущие аресты за то, что я практикую Фалуньгун).

Я не смела рассказать им правду, когда они меня навещали, так как охранники неотступно следили за нами, прислушиваясь к каждому слову. Несмотря на то, что моей семье казалось, что это очень приятный и спокойный визит, для меня он совсем не был спокойным.

Когда меня, наконец, освободили, я подала свою кандидатуру на пост-докторат. Таким образом, мне было легче получить визу в США. Я чувствовала, что мне необходимо уехать из Китая, чтобы меня больше не преследовали за мои убеждения.

Когда я получила сообщение о том, что виза была разрешена, я не могла удержать слёзы, как ни старалась. «Свобода» – только это слово наполняло моё сердце. После всех этих лет без свободы, мне трудно было представить себя свободной. Я спрашивала всех в офисе снова и снова: «Это правда? Я действительно получила визу в США?»

Мои родные привезли меня в аэропорт, всё ещё опасаясь, что китайская полиция остановит меня там. Зарегистрировавшись, я пошла прямо к самолёту.

Моя мать впоследствии сетовала: «Почему ты даже не оглянулась и не посмотрела на меня?» Я ответила: «Потому, что я всё ещё не верила, что я, наконец-то, покидаю Китай. Я только тогда в это поверила, когда американский таможенник поставил штамп в моём китайском паспорте».

Мой муж и моя дочь прошли через много трудностей, стараясь получить паспорта. Только после того, как его работодатель подписал гарантийное письмо, говорящее о том, что мой муж не будет рассказывать о преступлениях компартии, моему мужу и нашей маленькой дочери разрешили покинуть Китай.

Каждый раз, когда я публично выступала с рассказом о том, что я пережила в Китае за следование своим убеждениям, китайские власти обращались к моим родителям и угрожали им. Мои друзья, коллеги и родственники в Китае избегают всяческих контактов со мной. Они знают, что если узнают о том, что они поддерживают Фалуньгун, их карьера будет в опасности.

Мой муж, я и наши дети наслаждаемся свободой, которую большинство американцев принимает за должное, например, право следовать своим убеждениям. Послесловие

Письмо врача Жанг — живой рассказ живого свидетеля. Если бы это письмо прочитал Беньямин Нетаньяху полгода тому назад, когда стоял перед дилеммой «ехать-не ехать» в Китай, он был бы уверенней. Всё-таки, он в сложнейших условиях продолжает стойко защищать свою страну, вернее, из худа добывать добро.

История — верная подруга, если смотреть ей смело в глаза, не моргая. Пал Советский Союз, разбился на кусочки, рухнула Берлинская Стена, падёт и коммунистический режим в Китае, Северной Корее, диктатура в Бирме. Недолго осталось ждать.

А пока учимся дружить с врагами, без лишних опасений, не забывая о планах свыше.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Будущее… Откуда взялся кризис?
  • 5 забытых правил этикета
  • Помиловать и «выпустить пар»
  • Чего ждать педагогам в социально-устойчивом инновационном обществе?
  • Давайте говорить друг другу комплименты! Вручение национальной премии «Гражданская инициатива»


  • Top