Все разделы
Велика Эпоха мультиязычный проект, эксперт по Китаю
×
Все новости » Мнение » Точка зрения » Двойные самоубийства: Мне не больно, милый…

Двойные самоубийства: Мне не больно, милый…


Сильна, как смерть, любовь…

Библия

 

В истории человечества есть судьбы, от воспоминания о которых холодеет кровь. Двойные самоубийства любящих… Такие факты неизменно волновали воображение современников, обрастали легендами и надолго сохранялись в памяти потомков… Да, они грешники, раз совершили это. Но почему-то, узнав об их грехе, мы вспоминаем великие библейские слова: «Сильна, как смерть, любовь…»

Приходится отметить, что в двойном самоубийстве почти всегда главной героиней, проявляющей чудеса храбрости и самоотверженности, оказывается женщина. Любовь — это её территория, и женщина в любви почти всегда решительнее и безогляднее, чем мужчина.

В античные времена человека могли приговорить к самоубийству, и представители государства назначали день, когда это нужно было совершить.

Вот история римского консула Пета и его жены Аррии. Император Клавдий приговорил Пета к самоубийству. Консул должен был заколоть себя кинжалом, но страшился смерти и медлил. Промедление и уклонение от самоубийства наносили урон чести знатного римлянина. Жена выхватила у мужа кинжал и нанесла себе смертельный удар в живот, произнеся знаменитую фразу: Paete, non dolet («Пет, не больно»).

Bronnikov_Thrasea_Paetus(1)

Квестор читает смертный приговор Тразею Пету. Фото: Publik Domain/wikipedia

«Совершив этот высокий и смелый подвиг единственно ради блага своего мужа, — комментирует Монтень, — она до последнего своего вздоха была преисполнена заботы о нём и, умирая, жаждала избавить его от страха последовать за ней. Пет убил себя тем же кинжалом; мне кажется, он устыдился того, что ему понадобился такой дорогой, такой невознаградимый урок».

 

Немецкий писатель Генрих фон Клейст (1777-1811) считается предтечей самых различных, даже противоположных направлений в литературе. Это сейчас. А кем он был в жизни? Неудачник. Неудачник в вечной депрессии. Был студентом — но не верил в прогресс науки, стал офицером — но не хотел воевать. Ни одно дело не приносило удовлетворения и денег. Родные и близкие не раз опасались, что он просто не выдержит постоянных ударов судьбы и сведёт счёты с жизнью. И тут пришла любовь. Но такая любовь, которая сделала самоубийство неизбежным. Встреча с Генриеттой Фогель приблизила финал. Госпожа Фогель жила с нелюбимым мужем и была смертельно больна. Союз Генриха и Генриетты был идеальным, а страсть болезненно интенсивной. Идея совместного самоубийства принадлежала женщине. Клейст был потрясён и восхищён. Он перед смертью написал своему другу о том, что, наконец-то, Господь послал ему настоящую подругу, которая, как и он, видит всю бессмысленность земной жизни и готова вместе с ним в один миг прервать всю эту никому не интересную земную суету.

Генрих Клейст. Фото: Publik Domain/wikipedia

Генрих Клейст. Фото: Publik Domain/wikipedia

Влюблённые сняли номер в гостинице, пошли гулять в лес. Генрих прострелил Генриетте сердце, потом застрелился. В гостинице были оставлены предсмертные письма. В том, что написано женщиной, звучит спокойное, небоязливое довольство: «Всего вам доброго, дорогие друзья, вспоминайте в радости и печали двух необычных людей, которых вскорости ждёт великое путешествие в неведомое».

Надгробный камень Генриха и Генриетты Фото: Publik Domain/wikipedia

Надгробный камень Генриха и Генриетты Фото: Publik Domain/wikipedia

 

В феврале 1942 года в гостиничном номере пригорода Рио-де-Жанейро были найдены тела знаменитого писателя Стефана Цвейга и его молодой жены Шарлотты. Отравление вероналом. Они лежали на кровати. Жена прильнула к мужу. Руки супругов переплетены.

Фото: University of Salford Press Office/flikr.com/CC BY 2.0

Стефан и Лотта Цвейг Фото: University of Salford Press Office/flikr.com/CC BY 2.0

Стефан Цвейг (1881 1942) был именит, состоятелен, не страдал никаким недугом, недавно женился на женщине моложе его на 27 лет, и в самый разгар мировой войны жил в спокойном пригороде Рио-де -Жанейро. Писал. Его книги издавались постоянно. Никаких личных причин для самоубийства у писателя не было.

Перед смертью супруги написали 13 писем. Оправдывая свой поступок, Лотта не очень убедительно написала, что смерть станет для Стефана освобождением, да и для неё тоже, потому что её замучила астма. Цвейг был более красноречив: «После шестидесяти требуются особые силы, чтобы начинать жизнь заново. Мои же силы истощены годами скитаний вдали от родины. К тому же я думаю, что лучше сейчас, с поднятой головой, поставить точку в существовании, главной радостью которого была интеллектуальная работа, а высшей ценностью — личная свобода. Я приветствую всех своих друзей. Пусть они увидят зарю после долгой ночи! А я слишком нетерпелив и ухожу раньше них». Фотография их тел, прильнувших друг к другу даже в смерти, обошла все газеты.

Похожая история приключилась сорок лет спустя в Лондоне, где отравились снотворным Артур Кестлер (1906-1983) и его жена Синтия, по возрасту годившаяся автору «Полуденной тьмы» в дочери. Мёртвый Кестлер был обнаружен сидящим в кресле с бокалом коньяка в руке. Синтия лежала на диване, рядом на столике — бокал виски. В пишущей машинке торчала записка для горничной с просьбой вызвать полицию.

Писатель был стар и смертельно болен: болезнь Паркинсона, лейкемия, расстройство речи, галлюцинации. Синтия молода, здорова и полна сил. Кестлер оставил письмо, адресованное друзьям. Оно было приготовлено ещё за 9 месяцев до смерти. К последнему шагу писатель готовился основательно — привёл в порядок дела, вступил в общество «Экзит» («Общество за право умереть с достоинством»), где его проинструктировали, как нужно правильно, наверняка уходить из жизни. Судя по письму, Кестлер собирался умереть один («…я не могу не думать о боли, которую причиню моим немногим ещё живущим друзьям и прежде всего моей жене Синтии»), однако она рассудила по-своему. Утром того самого дня отвезла на усыпление собаку, к длинному письму мужа сделала короткую приписку: «…Я не могу жить без Артура, хоть у меня ещё и остаются внутренние силы». Свидетелей их последнего объяснения нет, а может быть, никакого объяснения и не было, и Синтия приняла барбитурат, когда муж уже потерял сознание.

«Сильна. как смерть, любовь…» А иногда сильнее смерти.

Лариса Михайлова.

Оцените статью:1 - плохо, не интересно2 - так себе3 - местами интересно4 - хорошо, в общем не плохо5 - супер! так держать! (1 голосов, среднее: 5,00из 5)
Loading...

Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Спецтемы:


Top