Все новости » Мнение » Интервью » Индианка Амрита, начинающая художница и поэтесса: Люблю Ирландию и русский язык

Индианка Амрита, начинающая художница и поэтесса: Люблю Ирландию и русский язык

    Амрита Пай. Фото предоставлено Амритой


    Мою собеседницу зовут Амрита Пай, родилась она в Англии, росла и училась в Индии, в городе Пондичери, потом уехала в Ирландию изучать английскую литературу. Её имя означает на санскрите «нектар бессмертия». Амрита с детства пишет стихи, любит природу, накоротке со змеями и всякой живностью, занимается живописью (в основном пишет портреты), танцами, дайвингом, спелеологией и многим другим, знает 8 языков, немного говорит по-русски.

    — Расскажи о своей семье, Амрита, чтобы было понятно, откуда у тебя любовь к литературе и почему ты родилась в Англии.

    Амрита: Мой папа — Динкар Пай, хирург. Он родом из Гоа, его родной язык — конкани. Он учился в медицинском колледже при крупнейшем в Индии госпитале, находящемся здесь, в Пондичери. Потом работал в этом госпитале и там познакомился с моей мамой Пранати, она ухаживала за одной больной женщиной, которую он оперировал. Они поженились и вскоре уехали в Англию — папа поступил в Королевский хирургический колледж, после его окончания два года работал в разных городах Англии. Там и родилась я.

    Когда мне исполнился год, погиб дедушка — папин отец, его сбила машина в Мадрасе. Мы вернулись в Индию, чтобы помочь бабушке, папиной маме, которая осталась одна с дочерью-инвалидом. Мой брат Притам родился в Индии.

    Мама по национальности орья, она из Ориссы. Её мать звали Бидьют Прабха Дэви, она была одной из первых поэтесс в штате Орисса. Её отец, мой прадедушка, написал первый в Ориссе учебник английской грамматики. У них в доме часто собирались писатели и поэты. Бабушка тоже начала писать стихи, позже они были изданы, вышло несколько книг, она стала знаменитой. Мама рассказывала мне, что однажды в школе им задали сделать анализ какого-то стихотворения, и бабушка помогла ей. Однако учительница сказала, что мама написала неправильно. Но бабушка сказала, что всё правильно, она лучше знает, ведь она написала это стихотворение. А мама об этом даже не знала.

    — Сколько языков знаешь ты и твои родители?

    Амрита: Мама знает 10 языков, свободно на них говорит. Когда она была в Испании, говорила без акцента, все думали, что она из Южной Америки. Папа свободно говорит на четырёх, понимает ещё 4. Я говорю на 8 языках, понимаю ещё несколько. Как-то я услышала, что одноклассник говорит на незнакомом мне языке (он сказал, что это русский), мне он очень понравился, поэтому и попросила вас меня учить. Я понимала русский на подсознании, как будто вспоминала. Наверное, я когда-то была русской (смеётся), поэтому и люблю русский язык. Русский и санскрит очень похожи, у них много общих слов: дверь — двара, два — две, три — трини, четыре — чатвари, этот — этат, брат — брата, огонь — агни (агун — на бенголи, аг — на хинди). В санскрите тоже 3 рода, как и в русском. Я знаю падежи (Иван родил девчонку, велел тащить пелёнку), некоторые пословицы и скороговорки (четыре чёрненьких чумазеньких чертёнка чертили чёрными чернилами чертёж — моя любимая), песенку про кузнечика-огуречика. Однажды мы с подругами выступили на школьном концерте с русской песней «Старый вальсок», она всем очень понравилась.

    — Расскажи о своём детстве.

    Амрита: Я помню, что любила насекомых, всё время гонялась за ними. Один раз поймала большого паука и показала воспитательнице в детском саду, а она вдруг стукнула меня по руке — паук оказался ядовитым. А теперь, когда к кому-нибудь в дом или во двор заползает змея, зовут меня, чтобы я её поймала.

    Когда мне был один год, я говорила на конкани, орья, немного на английском (особенно мне нравились длинные слова) и тамильском, потому что служанка-тамилка со мной разговаривала. В детском саду говорила уже на семи языках (добавились санскрит, хинди, английский, французский, понимала бенгальский).

    Мне не очень нравилось учиться, учителя говорили, что я живу в своём мире, всё время мечтаю.

    В 7 лет я написала пьесу на французском о золотой розе. Первое стихотворение сочинила в 8 лет на английском — всего две строчки, его даже опубликовали в какой-то газете. В 9 лет написала стихотворение «Звук тишины», потом писала много, родители в 13 лет, на день рождения, подарили мне книгу моих стихов, рукописную, сами сделали.

    — Мне понравилось твоё стихотворение «Одинокая лодка», очень необычное для маленькой девочки.

    Амрита: Учитель показал нам репродукцию картины, на ней было изображено озеро и старая лодка на нём, он велел написать сочинение и нарисовать что-то похожее. Я написала стихотворение и сделала рисунок, мне было 10 лет. А через 14 лет, в Ирландии, знакомые моих друзей пригласили меня к ним в дом, там было много картин, целая коллекция. И вдруг к своему изумлению я увидела на стене ту самую картину с лодкой, репродукцию которой показывал нам учитель! Оказалось, что художник, написавший её, жил у них в доме, много писал и когда уезжал, оставил в подарок эту картину.

    Одинокая лодка 

    Когда небо было серым и тишина кругом,
    Крик птицы донёсся с далёкого холма.
    Когда пихты медленно покачивались на ветру,
    И птицы весело щебетали на деревьях,
    К берегу озера, чьи воды холодны и спокойны,
    Была причалена старая полуразрушенная лодка.
    Она лежала, печально мечтая о бескрайних просторах,
    О золотых и счастливых днях, полных восторга,
    Лишённых беспокойства. Тихо покачиваясь на волнах,
    Она терпеливо ждала гребца…

    — Может быть, эта картина была одной из невидимых нитей, которые связывают тебя с Ирландией.

    Амрита: Да, очень странно. С детства, когда я слышала это слово — Ирландия — оно мне очень нравилось. Позже я узнала об этой стране. Думала, нет ли связи между Индией и Ирландией, потом узнала, что кельты пришли из Азии, а древний ирландский язык (гелик) похож на санскрит (как и русский, но русский даже ближе).

    Знаменитые писатели Самуэль Бэккет, Оскар Уальд, Бернар Шоу, Джеймс Джойс, Уильям Йейтс — ирландцы. И я решила поехать в Ирландию, чтобы изучать английскую литературу. Родители не возражали. Я поступила в UCD (Университетский колледж Дублина, где учился Джойс и другие знаменитости) на факультет английской литературы. Так сбылась моя мечта — я приехала в Ирландию, как будто домой.

    — Не мёрзла там?

    Амрита: Понемногу привыкла. Конечно, холодно. Но местным жителям при 18-20 градусах тепла уже жарко. А в Индии в 30 — очень прохладно. Вот такие контрасты. Но снега я так и не видела, он редко бывает, за два года только один раз выпал, но в это время я была в Индии, жаль.

    — Чем ты занималась в свободное от учёбы время?

    Амрита: В университете было много спортивных секций и клубов, среди них клуб спелеологов. Я записалась туда. В Ирландии очень много пещер, её называют швейцарским сыром. В одной из них обнаружили самый широкий в мире сталактит, по длине он второй. Он и самый древний — во времена пирамид был такого же размера, говорят.

    Есть много пещер с озёрами, в «Голубиной пещере», например, 4 озера, но нет берегов, отвесные стены, приходится переплывать. Некоторые пещеры очень глубокие, одна из них называется «Конец предателя», её глубина 100 метров. Туда сбросили человека, предавшего компаньона, и он там погиб.

    — Спелеология — не только увлекательное занятие, но и опасное?

    Амрита: Да, я сама однажды чуть не погибла в пещере. Трое членов клуба решили спуститься в одну не очень хорошо известную пещеру во время слёта спелеологов и позвали меня. Они никого не предупредили об этом, думали, что обернёмся за 3 часа. Но мы заблудились. Это была огромная пещера со многими ходами. Мы попали в один очень узкий проход, глубокую расщелину, залитую водой. Мне стало страшно, когда я посмотрела вниз, там была чёрная бездна. Фонарик на лбу — единственный источник света. Передвигаться приходилось, упираясь ногами и руками в отвесные стены. Иногда по пояс в воде, температура которой была не выше ноля. Очень холодно, специальные комбинезоны не помогают в таких случаях. Каким-то чудом мы вышли через 6 часов, совершенно измождённые. Уже темнело, нас начали искать.

    — Ты ведь ещё занимаешься дайвингом?

    Амрита: Да, у нас в школе есть много больших аквариумов, мы сами меняли воду (морскую), сами ловили рыб — ныряли с пирса. Учителя нас учили, как нырять, как дышать. Сначала с маской, многие тренировались в ведре с водой, потом с аквалангом. После окончания школы я училась на нескольких курсах, на Андаманских островах, в Малайзии, где работает папа, и в Таиланде. Получила сертификаты, могу быть инструктором и даже спасателем. Под водой такая красота! Другой мир. Всё такое цветное, рыбы, кораллы, водоросли. Кораллы, кстати, остались только жёлтого и фиолетового цвета, а раньше были разноцветные. Говорят, причина в потеплении — температура воды в океане увеличилась на 1,5 градуса всего, причём только в поверхностном слое, но многие кораллы погибли. Инструкторы говорили нам, что если даже просто рукой дотронуться до коралла, он погибнет, поэтому просили не трогать их.

    — Акул не боишься?

    Амрита: Нет, они не нападают, просто проплывают мимо.

    — Теперь перейдём к твоим занятиям танцем.

    Амрита: Танцы я любила с детства. Однажды я была с родителями на концерте известной танцовщицы из Ориссы Сангиты Даш. Я была потрясена красотой Сангиты и её движений, она танцевала в стиле одисси. Я тоже захотела научиться танцевать. В школе у нас была танцевальная секция, я туда записалась, мне было лет 8. Я усердно занималась, но учительница посоветовала мне уйти, посчитав меня неспособной. Я очень расстроилась и после этого не занималась танцами года два. Я часто вспомнила о Сангите, и однажды вечером размечталась, подумала, как было бы здорово, если бы я училась у неё. И представляете, на следующее утро мама вдруг спросила, не хочу ли я заниматься танцами с Сангитой! Мы начали в тот же день, она давала мне индивидуальные уроки 3 раза в неделю, по воскресеньям мы занимались по 4 часа. Она тоже сказала мне позже, что, похоже, у меня нет особых способностей, и спросила, стоит ли продолжать. Но я решила не отступать и попросила её продолжить занятия со мной. Два года ушло только на отработку основных движений, но зато у меня теперь очень хорошая основа, говорит Сангита. До сих пор я занимаюсь с ней, иногда мы выступаем вместе на фестивалях или концертах. У неё есть несколько учеников, среди них русская девушка Ярослава.

    А вот ещё одно совпадение — у Сангиты был гуру (учитель) — Деба Прасад Дас, основатель стиля одисси. Позже выяснилось, что он наш дальний родственник, мама встречалась с ним.

    — Ещё одна ниточка судьбы. А как ты пришла к живописи?

    Амрита: Свой первый рисунок, который помню, я сделала в 5 лет — мы рисовали в детском саду лилию. Воспитательнице он не понравился, она поругала меня за неточность, тогда я перерисовала — очень внимательно смотрела на цветок, его форму, пропорции, чтобы нарисовать правильно, и у меня получилось.

    Позже я увлеклась портретом, рисовала всех, кто соглашался позировать, это были карандашные наброски. А серьёзно заниматься стала, когда поступила в класс, который вела русская учительница, она сама художница, рисовала и писала вместе с нами. Там я начала писать маслом в реалистической манере. Написала два или три автопортрета, портрет бабушки, папы, двух моих учителей. Один сделала в технике коллажа, из очень мелких кусочков цветной бумаги, это была копия портрета Виктора Шоке Поля Сезанна. Написала копию картины русского художника Саврасова «Грачи прилетели». Сделала несколько карандашных портретов, натюрмортов, пейзажей и рисунков пером.

    — О каких твоих увлечениях мы не упомянули?

    Амрита: Ещё я играла на фортепиано, но оставила занятия из-за нехватки времени, в частности из-за живописи. Играю в волейбол, баскетбол, крикет, футбол, занималась гимнастикой и лёгкой атлетикой. Участвовала в нескольких школьных спектаклях.

    — Почему ты не осталась в Ирландии?

    Амрита: Я очень хотела там остаться, за два года я так полюбила страну, даже начала говорить по-ирландски, за что меня уважали, потому что немногие ирландцы знают родной язык. Но там строгое законодательство, визу дают только через пять лет. Продолжать учёбу в университете я не могла, это очень дорого. Попробую найти работу здесь, надеюсь, что смогу ездить туда.

    — Успехов тебе, Амрита.





    Top