Все новости » Новости России » Общество России » Историк Яков Гордин: Катастрофа первых месяцев войны была рукотворной

Историк Яков Гордин: Катастрофа первых месяцев войны была рукотворной



Тема Второй мировой войны, трагедия и триумф народа, несмотря на давность событий, продолжает волновать сообщество историков. В Музее политической истории Санкт-Петербурга собрались историки, писатели, руководители исторических музеев Москвы и города на Неве, чтобы познакомиться с «Рассекреченными материалами о блокаде» из Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ). Круглый стол был приурочен ко Дню памяти и скорби.

Почётный гражданин Санкт-Петербурга, ополченец под Ленинградом, писатель Даниил Гранин, отметив, что «тема блокады вновь обрела общий интерес», связал это с напряжённой обстановкой последнего времени. Писатель подчеркнул значение этой встречи: «Увидеть самому заповедный архив, который показывает, что творилось за стенами Кремля, понять, как принимались решения — это огромная экстра-новость».

Андрей Сорокин, директор РГАСПИ (бывшего Центрального партийного архива) высказал мнение, что широкое знакомство с архивами той страшной войны чрезвычайно важно, так как эта тема остаётся «системообразующей конструкцией российского общественного сознания». При этом историк считает, что «давно пора вернуться назад к источникам», а не следовать «умозрительным выводам и интерпретациям».

Исследователь представил документы из личных фондов Сталина, Жданова, Микояна и военачальников. По словам Сорокина, эти документы показывают всю остроту положения СССР в начале войны, которое он назвал «гранью настоящей катастрофы». И. Сталин занимал к этому времени все высшие должности в руководстве партии и государства, и в первые месяцы войны верховным органом управления страной было Политбюро.

Документы подтверждают, что осенью 1941 года Красная Армия терпела поражения и была деморализована. Архив содержит «много красноречивых доказательств» этого. «Дивизии бросали поля боёв», «Войска малоустойчивы», — говорится в донесениях с фронта. Сталин сетует на «пассивность начальствующего состава», однако этими кадровыми военными стали люди, пришедшие на службу после «тотальных чисток Красной армии», проведённых Сталиным в конце 30-х годов.

Сорокин привёл факты положения Ленинграда и армии на Северо-Западном фронте. Моральное состояние военных характеризует фраза из сообщения Жданову о том, что «приходится вести борьбу с пьянством старшего начальствующего состава». Войска испытывали хронические проблемы с боеприпасами, недоставало средств связи, что приводило к «отсутствию взаимодействия родов войск». Ленинградское руководство намеревалось произвести прорыв окружения, используя «живую силу пехоты». «Жданов признаётся Сталину: „Рубим живую силу“, и издаёт инструкцию для войск: „Быстрее переходи в штыковую атаку“», — приводит цитаты из переписки Сорокин.

Документы указывают также на множество просчётов в организации жизни города. Массовая эвакуация населения проходила только весной 1942 года после страшных потерь первой блокадной зимы. Продовольствия не хватало даже солдатам. Цитата из телеграммы в центр: «Ряд войсковых частей не производят боевых действий из-за истощения».

При этом Сорокин напоминает, что осаждённый Ленинград, теряя людей от голода и бомбёжек, «выживал, работали заводы, производившие ремонт боевой техники, много делал для обороны страны». Здесь шли научные разработки в военных целях.

Историк, писатель, главный редактор журнала «Звезда» Яков Гордин говорил о необходимости объективной профессиональной оценки той поры, называя вопрос «болезненным в политико-психологическом плане, особенно сейчас»: «Катастрофа первых месяцев войны была вполне рукотворной, и понятно, кто несёт за неё ответственность. Никакие личные достижения Сталина не перевешивают того, что он был одним из главных виновников катастрофы». Оценка тех событий должна быть «справедливо сбалансированной», иначе «мы будем требовать переименования Волгограда в Сталинград, выдвигать Сталина в качестве первого лица нашей истории», — говорит Гордин.

Медиатор встречи, доктор исторических наук, советник директора Эрмитажа Юлия Кантор считает, что «к первому периоду войны система не была готова к испытаниям, но потом именно централизация сыграла роль, иначе было бы невозможно мобилизовать все силы». В этом проявляется парадокс истории: вначале была неготовность, связанная с особенностями управления страной, но преодолеть её смог только тот же «жесточайший тип мобилизации сил» и удалось остановить наступление. Юлия Кантор привела конкретный пример, связанный с созданием в Ленинграде в 1942 году радиолокационных установок. Их разработка началась ещё в 1932 году, когда во главе города был Киров. После его убийства дела были заморожены, а разработчики оказались в лагерях.

«Ленинград был сражающимся, а не умирающим городом», — подводит итог Сорокин. По его мнению, поддержанному другими участниками встречи, военная история города заслуживает создания академического издания, включающего многочисленные документы центральных, региональных и иностранных архивов по блокаде.





Top