Мотодемон. Алексей Якушев


Фото: Наталья Карпенко/Великая ЭпохаФото: Наталья Карпенко/Великая ЭпохаОн зовет меня.

Его зовут Днепр МТ10-36. Четырехтактный, оппозитный. Двухцилиндровый. Ему нужно есть. И бежать.

Когда я пошел покупать Его, то был безмерно счастлив. Счастлив настолько, что не заметил почти никаких странностей. Теперь я помню, что парень, который его продавал, был невероятно напуган, хотя и старался сделать вид, что все в порядке. И он слишком охотно согласился снизить цену, когда дело дошло до торга. Еще бы. Он же хотел избавиться от Него.

На трассе Он вел себя спокойно. Поначалу. И на тестовом пробеге. И когда я вел Его на регистрацию в местное ГАИ. И на обратном пути. И еще три дня.

Все началось месяц назад. Тогда я вел Его с дачи. Трасса была почти пустой, двигатель ровно стрекотал, колеса неотвратимо пожирали километры. Настроение у меня было отличное.

Я выжал сцепление и повернул дроссель. Просто мне нравилось слышать этот звук, когда двигатель набирает обороты за пару секунд. Ничего особенного. Но вместе со взлетом оборотов, я получил неплохую порцию адреналина в кровь. И тогда я в первый раз услышал Его голос.

Еще…

Тогда я думал, что мне померещилось. Оказалось, что нет.Эта поездка прошла без особых приключений. Чего нельзя сказать о следующем моем прохвате.

* * *

Дул сильный, ровный северный ветер. Я тепло оделся, но все равно было очень холодно, особенно, когда стоишь на месте. Я знал, что мне станет тепло, как только я сяду за руль. Мотоцикл выкачен, гараж закрыт, каска надета, и я делаю первую попытку завести своего друга. С первого же топа по кикстартеру Он заводится, обороты натужно взлетают вверх. И я снова слышу Его голос.

Еще.

Для прогрева я откручиваю дроссель еще раз. И снова слышу голос.

Еще! Еще!..

Я слишком взвинчен, чтобы соображать адекватно. Сажусь в седло. Первая, вторая. Пока спокойно, не спеша. Надо выйти на трассу.Вот и трасса. Стало теплей. Газ. Вторая. Третья. Четвертая. Кто-то шепчет: Да! Ещё! Еще! Выжимай!.. Обороты взлетают. Беглый взгляд по спидометру: 100 км/ч. Можно еще. Доворачиваю ручку.

110… 120… 130!Ещё! Ещё! Да!.. Да!..

135!!!

Ооооо-о-о, ДА-А-А!!…

Адреналин – через край. Так я еще ни разу не ездил. Через две минуты какая-то часть меня сообразила, что так я долго не продержусь. Сбросил газ. 4-3-2-1. Нейтраль. Двиг-стоп. Обочина. Ставлю мотоцикл на центральную подножку. Только поставив его, сообразил, что я сделал это одной рукой! Как будто Днепр стал легче на 150 килограмм. Или словно мне кто-то помогал. Руки дрожат.

Тихий шелест в мыслях: Спасибо, мой друг…

Сердце колотится, как птица в силке. Ноги не держат. Я присел на корточки. Минута. Пять. Что это за голос? Похоже, у меня глюки. Я слышал – такое бывает в минуты стресса. Да, мне просто померещилось.

Тебе не померещилось, мой друг.

Опять глюки. Что это за голос?

Нет, это не глюки, мой друг. Это я с тобой разговариваю. Я, тот самый железный Днепр, на который ты сейчас смотришь.

Не может быть! – прошептал я.

Может. Просто у каждого из нас есть душа. Я говорю про мотоциклы. Но мы можем разговаривать только с тем человеком, кому мотоцикл дороже своей души. То есть, с такими, как ты.

Не верю.

Придется поверить. Ты же слышишь мой голос, так? И ты слышал, как я просил тебя помочь мне бежать быстрее.

Почему?!..

Потому что ты хотел этого. Как и я.

Боже, я схожу с ума. В мой мотоцикл вселился демон.

Нет, это не так. Но тебе действительно сложно переварить всё это. Ладно, я застоялся уже, да и тебе холодно. Я хочу есть. Накорми меня. Обещаю, что не буду шалить всю дорогу домой (смешок).

Действительно, ветер уже пробрался под одежду. Пора возвращаться.

А ты славный! Поразмысли на досуге обо всем. Я думаю, мы скатаемся. Ты поможешь мне, а я помогу тебе.

Я поднялся на ноги и, стараясь ни о чем не думать, стал снимать Его с центральной подножки. И снова ощущение помощи, легкость, будто Он весит вдвое меньше.

Да, ты правильно понял, мой друг. Это я помогаю тебе.

Он сдержал обещание и всю дорогу вел себя как обычный мотоцикл. Только мне не было холодно, пока я был за рулем. Когда я закрывал ворота своего гаража, Он сказал:

До встречи, мой друг. Приходи завтра – покатаемся!

* * *

Я пришел домой, сварил себе кофе и стал думать, что же мне делать дальше.

Вопрос первый: не свихнулся ли я? Возможно. Но маловероятно. Ни один человек не выжмет из Днепра стандартной комплектации тысяча девятьсот мохнатого года скорость в 135 километров в час. Маловероятно, что кто-нибудь сумеет поставить Днепр на центральную подножку одной рукой практически без усилий. И голос. В принципе, все, что Он мне сообщил, не так уж невероятно. Сумели же ученые зафиксировать душу человека через воду и ростки пшеницы! Значит, и у мотоцикла может быть душа. А почему бы и нет?

Вопрос второй: если с котелком у меня всё в порядке, что тогда делать? В голову ничего не приходит. Продавать я Его не хочу – я уже не мыслю своей жизни без двухколесного транспорта. В конце концов, еще ничего не известно – может, Он и прекратит разговаривать. Посмотрим, что дальше будет.

* * *

Но разговаривать он не прекратил.

На следующий день погода стояла как по заказу. Плюс пятнадцать, ветер – ноль, облачность – ноль. Асфальт отливал синевой и серебром и манил к себе сильнее магнита. С ощущением полета и безмерного счастья я сразу после работы ломанулся домой, чтобы переодеться для прохвата. И – в гараж. Я услышал Его голос, как только открыл дверь.

Здравствуй, мой друг. Я знал, что ты придешь сегодня.

— Здравствуй, Днепр. Честно говоря, мне немного непривычно и…

Страшно, сказал Он. Я понимаю. Ничего, ты скоро привыкнешь. Не дрейфь. Смею тебя заверить, что тебе со мной безопаснее, чем обычному райдеру с обычным мотоциклом, — сказал он.

— А какие основания у меня есть, чтобы доверять тебе? Ты же мой новый мот. Я с тобой еще, мягко говоря, не знаком! Вас ведь недаром называют Бешеными Скамейками!..

Знаешь, вообще-то такое название считается у Нас тяжелейшим оскорблением. Но я тебя прощаю, мой друг, потому что ты этого не знал. Что касается оснований – я могу предоставить тебе лишь мое слово. Заметь, погибали, в основном, те, кто называл нас «бешеными скамейками», те, кто обращался с нами, как с бездушными железками, те, кто требовал от Нас больше, чем мы могли дать физически. И погибали не по нашей вине. Я знаю, ты не такой. Чего же ты боишься? Давай, садись в седло, я покажу тебе суперпрохват!

Бог мой, это было божественно! Он позволил разогнать себя до ста сорока километров в час! Он вел себя, как легкий трассовый мотоцикл, свободно ложился в повороты и даже один раз встал на дыбы! На обратном пути Он предложил мне отпустить руль и не брать его в руки километров пять. Я попробовал. Он поворачивал сам, без моей помощи.

Видишь, со мной действительно безопасно. А ты не верил! Кстати, мне нужны новые тормоза, дисковые. Эти уже никуда не годные. К тому же, мой друг, другие следят за своими двухколесными. Навороты всякие покупают. Вот и ты давай, начинай. Порадуй меня.

— Хорошо, куплю на днях.Я поставил Его в гараж и пошел покупать дисковые тормоза для Него. Следующий день весь ушел на их установку.

* * *

Потом были новые прохваты, новые ощущения, новые разговоры и новые покупки. Я настолько привык, что Он живой, что разговаривал с Ним вслух. Это были, пожалуй, самые счастливые дни в моей жизни.

Но каждый прохват заканчивался одинаково: Он просил меня купить что-нибудь новое, и я отвечал, что куплю. Дисковые тормоза. Дуги. Новая вилка. Мост-десятка. Вакуумные карбюраторы «Бинг». Новый бак. Спортивный маховик. Новый коленвал от Касика. Мои деньги таяли со страшной быстротой, и, наконец, настал момент, когда их не осталось даже на еду. Тогда я впервые попросил Его отложить покупку. Он просил новые свечи. Импортные свечи.

— Слушай, тебе придется подождать несколько дней. У меня нет денег на покупку.

— Зря ты так. Я все для тебя делаю, а ты платишь черной неблагодарностью. Смотри, как бы не пришлось тебе платить за свои ошибки.

Тогда я был не в худшем настроении и не воспринял его угрозу всерьез. И зря. В следующем прохвате он заглох на расстоянии двадцати километров от города на трассе, по которой машины ходят раз в три дня. Когда я спросил Его, почему он заглох, он сказал, что вышли из строя обе свечи зажигания.

Мне пришлось толкать Его пятнадцать километров по ровному асфальту. Причем его вес ощущался как вполне нормальный. Я выдохся на шестом километре. На пятнадцатом километре я понял, что свечи Он вывел из строя намеренно.

Ну вот, мой друг, теперь ты, наконец, понял, как опасно отказывать мне. Ты еще недостаточно наказан, но на первый раз я тебя прощаю. Я не могу восстановить свечи, но помогу тебе дотолкать меня до дома.

Я постарался сдержать гнев и не думать ни о чем. Он стал легче, как обычно – килограммов сто пятьдесят. Только когда я дотолкал Его до гаража я смог дать выход своему гневу. Я назвал Его ржавой железякой и бешеной скамейкой. Этого мне делать точно не следовало. И еще я сказал Ему, что не собираюсь больше кататься на нем, покупать ему новые железки и исполнять его прихоти. И вообще, я собираюсь продать Его.

А вот этого я тебе делать не советую, мой друг.

Впервые в Его голосе была слышна угроза.

Ты слышал когда-нибудь о такой штуке, как мототоксикоз? Догадываешься, кто может его вызвать? Я вызову в тебе мототоксикоз такой силы, что ты придешь и станешь умолять меня, чтобы я завелся. Я могу сделать так, что ты сойдешь с ума в этом гараже. Так что не советую спорить, мой друг. Ты, видимо еще не понял, что твоя душа уже принадлежит мне. Иди. И не забудь про новые свечи.

* * *

Я купил свечи для Него и он снова стал милым, добрым и хорошим. Только теперь я не верю Ему. Он – мотодемон, а не мотоцикл. Он по прежнему просит меня купить Ему новые детали. Я продаю потихоньку всё, что можно продать. Не знаю, что со мной будет дальше. Скоро продавать будет нечего. Пока держусь.

— Купи мне инжектор, мой друг.

Я знаю, что это последний Его приказ. Потому, что я не смогу его выполнить.

Его зовут Днепр МТ10-36. Четырехтактный, оппозитный. Двухцилиндровый. Ему нужно есть. И бежать.

Он зовет меня.

* * * * *

Два инспектора стояли на обочине загородной трассы и смотрели на разбитое, изуродованное тело молодого парня. Рядом лежал красивый одиночный Днепр.

— Жаль парня. Сколько раз я был на выездах на ДТП и всегда мог оставаться спокойным. А сейчас не могу. Самоубийца, ну что же ты наделал…

Второй молчал полминуты, а потом стал спускаться к мотоциклу.

— Серега, тут что-то странное. Смотри, след от скольжения мотоцикла – пятнадцать метров, а он вообще не поврежден! Даже ни царапины! Слушай, давай ты его оттранспортируешь на штрафстоянку, а я пока тут схему составлю. Все равно ты сегодня не в форме с самого утра.

— Пойдет. Думаешь, он еще в состоянии ехать?

— Посмотрим. Помоги-ка.

Вдвоем они вытолкали его на дорогу. Сергей критически обвел взглядом мотоцикл.

— В жизни не видел такого вылизанного коня.

Он взялся за руль и резко топнул по кикстартеру. Днепр легко застрекотал. Инспекторы переглянулись.

— Ладно. Я поехал. Спасибо, что выручаешь.

* * *

Через шесть месяцев некий парень, сдвинутый на оппозитах, купил самый лучший Днепр, стоявший на городской штрафстоянке, и, счастливый, поехал в свой первый прохват.

Источник


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Террористы пойманы
  • 20 июля - день начала репрессий
  • Крокодил для гурманов, кто желает?
  • Сны мотылька (4). Дервиш, Джедай и дыни. Сергей Шилов
  • Учитель. Рассказ. Вячеслав Козлов

  • Выбор редактора »

  • История коммунизма

  • Top