Галина Горохова: «Союзу спортсменов быть!»


Фото Николая ЗуеваФото Николая ЗуеваВ прошлом известная спортсменка, а ныне - руководитель Союза спортсменов России Галина Горохова по-прежнему молода душой и полна энтузиазма, несмотря на то, что на днях ей исполнилось 70 лет. Вчера во Дворце спорта Лужников, где чествовали олимпийцев-москвичей, мэр Москвы Юрий Лужков тепло поздравил юбиляра. Наш корреспондент побеседовал с именинницей.

- Вы довольны выступлениями наших фехтовальщиков в Пекине?

- Как сказал Владимир Путин - можно было бы и получше. Очень порадовали наши девушки, которым не было равных в командном первенстве. Здорово выступили Светлана Бойко, Евгения Лимонова, Виктория Никишина и Аида Шанаева. Парни выступили не совсем удачно. Как говорят, спортивное счастье оказалось не на их стороне.

- Галина Евгеньевна, вы пережили войну, жили в старой  Москве, в деревянном двухэтажном доме без удобств, с печным отоплением, в комнатке площадью всего 12 квадратных метров...

- Но оттого, что мы победили в войне, все от мала до велика были необыкновенно счастливы. А трудности - стоит ли о них вспоминать. Спорт и стал той отдушиной для людей, тем временем счастья. Вспомните хотя бы кадры кинохроники с переполнен­ными трибунами «Динамо». Я училась в 319-й жен­ской (тогда учились раздельно с мальчиками) средней школе и грезила морскими походами. Меня привлекало военно-морское дело. Поэтому записалась в соответствующий кружок в городском Доме пионеров. И после 7-го класса, когда мне было 14, поступила в Московский речной тех­никум на штурманское отделение. По специальности должна была стать судоводителем речного и озерного плавания.

- А когда увлеклись любимым фехтованием?

- О нем узнала благодаря телевидению. Телевизор был один во всем дворе, но не у нас. Показывали тогда два раза в неделю по два часа. Даже при таком мизере времени была передача «Учитесь фехтовать». Я ее увидела — и «загорелась». Добралась от Красносельской через всю Москву на стадион и записалась.

- Спорт не мешал учебе?

- Ни в коем случае. Однажды в спортивном зале появился Иван Ильич Манаенко, который вел ту самую передачу «Учитесь фехтовать». Что-то он во мне уви­дел, попросил перевести меня во взрослую группу, к мастерам. А учебу я закончила успешно. В 1956 году в числе так называемых «5 процентов» получила право на поступление без экзаменов в Ленинградский институт инженеров водного транспорта. Но поступила в ГЦОЛИФК - Государственный центральный институт физической культуры и спорта.

- А как вы попали в сборную страны?

- В 1957 году. А на первый международный турнир в составе сборной поехала в Карло­вы Вары. Я тогда даже не была мас­тером спорта. Зва­ние присвоили уже после чемпио­ната мира, когда на первенстве СССР заняла 2-е место.

- Вы помни­те все свои бои?

- Разумеется, не все, а только самые важные. Причем не всегда это были решающие с точки зрения результата. Но были такие встречи, с которых либо начинался, либо заканчивался один из перио­дов моей спортив­ной карьеры.

- А вы как-то разделяли для себя эти периоды?

- Как французские художники-импрессионисты. Помните, у них были «голубой», «розовый», «оран­жевый»...

- Так менялось ваше отношение к рапире?

- Так сам вид спорта менялся. Мы ведь росли вместе со спортивным фехтованием. Нельзя сказать, что мы вначале сильно уступали, скажем, французам или итальян­цам. Конечно, опыта у них было побольше, но все же разница была не столь существенна.

- То есть говорить, что все в нашем фехтовании заимствовано...

- Это неправильно. Наша школа сразу же заявила о своей самостоятельности. И потом существовали традиции российского фехтования. В Германии до 1960-го года наш вид спорта вообще не развивался. Зато потом по­шел. Все зависело от того, как поставлено дело.

- Чем объяснить тогда столь быстрый прорыв отечественной школы? Ведь соперники - и венгры, и французы не были в восторге от конкуренции. А судейство в фехтовании - вещь субъективная...

- У нас есть такой термин - «работать на «один огонь». То есть, если расшифровать, наносить такие уколы, когда соперник не успевает, не может уколоть тебя. И какой бы предвзятый судья ни был, он просто не может засудить.

Так вот, старший тренер сборной Иван Ильич Манаенко учил нас фехтовать на «один огонь».

- Но дело же не только в судействе и невероятном желании победить?

- Да мы просто были больны спортом. И не только своим видом. Разумеется, когда шли соревнования, то отслеживали все виды оружия. Это давало очень многое для собственной техники, тактики, опыта. Когда я приезжала на какой-нибудь турнир в другом городе и знала, что в мой свобод­ный день можно сходить на сорев­нования по волейболу, баскетболу, по легкой атлетике, шла именно ту­да, а не в кино или ресто­ран. Сидела, болела за подруг.

- А нынешние спортсмены?

- Да куда там! Они, как только заканчивают драться, сразу вещички собирают и вон из зала. Даже на финал никто не остается. Я тако­го и представить себе не могла.

- Другие времена, другое время. Может, идут деньги зарабатывать. Фехтованием же не проживешь нынче...

- А тогда, вы думаете, можно было прожить? Смешно сказать, сколько мне платили премиальных за чемпионат мира - пла­тья не купишь! Разве что колесо от автомобиля.

- Вы в 17 лет стали гостренером сборных СССР по фехтованию. Это «золотая» эра наших «мушкетеров» - Кровопусков, Бурцев, Романьков, Смирнов.  Вы побеждали конкурентов потому, что они были любителями, а вы профессионалами?

- Залог успеха был в том, что мы вели постоянное обучение тренеров. Проводили совместные сборы, где «Динамо», ЦСКА, профсоюзы, сборные команды варились в одном котле. И слабые в технике периферийные спортсмены и тренеры могли заимствовать у сильных знания и умения. Плюс к этому уже на уровне высших достижений у нас была высочайшая конкуренция. Было несколько сильных тренеров. И каждый имел своих учеников в сборной, а не один тренер набирал сборную из своих. Скажем, на московской Олимпиаде в команде по фехтованию на саблях были ученики трех тренеров. Кровопускова и Бурцева тренировал Марк Ракита, Сидяка и Алехина - Леонид Фель, Назлымова - Лев Кузнецов. В итоге ребятам не было равных.

- Галина Евгеньевна, вы с самого начала стояли во главе движения ветеранов спорта России. Не жалко этих лет?

- Нисколько! Сложно было раньше. Мы, когда в начале 1990-х задумывали нашу организацию думали, что   сможем   как-то   помогать спортсменам, заканчивающим выступления. Даже не деньгами - работой, учебой помогать. Но когда Союз развалился, чуть было руки не опустились. Ведь о чем в основном просили нас в начале 1990-х? «Дайте денег!»

- В последнее время стало полегче. Появилась президентская стипендия 500 долларов в месяц...

- Да. И решение о том, что быв­шие чемпионы Олимпиад получают наравне с действующими, очень порадовало. Но хочет­ся большего. Ведь у нас много чем­пионов, которые приносили Отечеству планетарную славу в тех видах спорта, которые в их время не были олимпийскими. Так что проблем у нашего Союза не убавилось. Но мы к трудностям привыкли. И даже умеем с ними бороться.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Лужков танцевал с олимпийцами в Лужниках
  • После Пекина Алипов стреляет в «Лисьей норе»
  • Фотообзор: Суперкубок УЕФА: «МЮ» – «Зенит»
  • Фотообзор: жеребьевка группового турнира Лиги чемпионов УЕФА
  • Фотообзор: Первая "ракетка" Украины вышла во второй круг Открытого чемпионата США

  • Выбор редактора »

  • История коммунизма

  • Top