Выдержки из исторической хроники С. А. Месяца о коммунистической партии, часть 1


Автор работы «Семь комментариев о Коммунистической партии» Сергей Александрович Месяц родился в 1954 году, в настоящее время действительный член и заместитель председателя Красноярского историко-родословного общества. В 2000 году его работа «История высших органов КПСС» заняла третье место в конкурсе «История России. XX век» и удостоена гранта Д. Сороса. Познакомившись с трудом «Девять комментариев о Коммунистической партии», вдохновился идеей шире представить историю злодеяний коммунистического режима на примере российской действительности, тем более, что КПСС была предшественницей КПК, а СССР был первой страной социализма, первым и показав всему миру жестокость и лицемерие этого строя. Дело в том, что в работе «Девять комментариев о Коммунистической партии» доминируют исторические события китайского коммунистического режима, который до сих пор находится у власти. Однако, понимая фундаментальный характер работы «Девять комментариев о Коммунистической партии» в раскрытии сущности коммунистического феномена, автор подчёркнуто сохраняет её структуру, что находит отражение и в названии работы: «Семь комментариев о Коммунистической партии». Число комментариев сокращено с девяти до семи в связи с тем, что, по словам С.Месяца, два комментария не имеют прямых аналогий в российской истории.
СЕМЬ КОММЕНАТРИЕВ О КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ

Комментарий 1

ЧТО ТАКОЕ КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ?

Русская цивилизация существует уже более 1100 лет, если формально считать датой ее рождения основание русского государства Рюриком в 862 году. Именно в тот период (60-е годы IX века) Кирилл и Мефодий создали азбуку, на основе которой была создана славянская письменность. Цивилизация же не существует, пока она не оставляет письменных памятников.

За этот тысячелетний период русская цивилизация переживала времена падения и расцвета. Наш народ пережил междоусобную борьбу князей в X – XIII веках, монголо-татарское иго в XIII – XV веках, опричнину Ивана Грозного в XVI веке, «смутное время» начала XVII века, раскол середины XVII века, трудное время преобразований Петра I в конце XVII – начале XVIII века, многовековое крепостное право, отмененное лишь во второй половине XIX века, и т. д.

Несмотря на все эти трудности, русский народ создал величайшую культуру. Еще во времена Киевской Руси были построены величественные храмы, созданы великолепные литературные памятники. Они свидетельствуют о высоком уровне русской цивилизации с самого начала ее существования, даже несмотря на то, что значительная часть этого культурного наследия погибла во время монголо-татарского нашествия. В XIX веке была создана великая русская литература – Пушкин, Лев Толстой, Достоевский, Чехов… Многие зарубежные писатели ставят русскую беллетристику этого периода даже выше своей, национальной беллетристики. Были написаны бессмертные музыкальные произведения, которые по своей глубине и возвышенности значительно превосходят произведения западноевропейской музыки. Достаточно назвать, например, оперы Мусоргского «Борис Годунов», Чайковского «Пиковая дама», Римского-Корсакова «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии».

Но в XX веке развитие русской цивилизации словно остановилось. Не родилось ни одного писателя, равного Пушкину или Достоевскому, не были созданы оперы и симфонии, любимые слушателями во всех концах света, не появилось живописцев уровня Сурикова, Левитана или Александра Иванова.

Конечно, цивилизация выражается не только в произведениях литературы и искусства. Но если даже посмотреть на повседневную жизнь, мы увидим безбрежное пьянство, разгул уголовщины, падение нравственных начал. И не следует винить в этом только нынешнюю власть. Все это началось еще в советский период. Еще в 60 и 70-е годы автор данных строк удивлялся обилию странных, не зафиксированных в словарях русского языка, словечек в жаргоне сверстников. Лишь потом эти слова автор нашел в словаре уголовной лексики. Для значительной части советской молодежи, увы, кумирами стали не Пушкин, Репин или Чайковский, а воры, насильники, убийцы… Со всех сторон звучали песни, где полураздетые девицы истошно вопят слова типа «Я беременна…». Как тут не вспомнить слова Наташи из оперы Даргомыжского, которая в аналогичном случае сказала: «Я скоро матерью должна назваться…»

Что же случилось с культурой русского народа, который всегда отличался особой нравственной чистотой и возвышенностью? Именно в XX веке к власти пришла Коммунистическая партия, отвергнувшая традиционную христианскую культуру, на которой держится человечество вот уже две тысячи лет и на основе которой выросла вся европейская цивилизация. Эта культура была провозглашена «реакционной». Что же партия коммунистов предложила взамен?

Еще Карл Маркс в «Манифесте Коммунистической партии» официально провозгласил, что цели коммунистов могут быть достигнуты лишь «путем насильственного ниспровержения существующего общественного строя». Поскольку «Манифест» стал, по существу, библией коммунизма, эта фраза была возведена в абсолют. И коммунисты не видели другого пути для осуществления своих планов, кроме насилия. Даже там, где без насилия можно было обойтись, они все-таки предпочитали насильственный путь. Например, в период коллективизации кулачество как класс можно было ликвидировать не репрессиями, а их экономическим вытеснением из сельского хозяйства. Кстати, так и было сделано в некоторых других социалистических странах, так что это вполне реальный путь. Нужно было создать такую обстановку, чтобы кулаком оставаться было невыгодно, чтобы люди сами поняли преимущества коллективного хозяйства (если действительно есть эти преимущества) и добровольно шли в колхозы, оставляя кулаков без прибыли. Но советская Коммунистическая партия организовала жестокую классовую борьбу в деревне, символом которой стал Павлик Морозов.

Партийные идеологи провозгласили героями революционеров XIX века, устроивших множество террористических актов, убивших императора Александра II. Выпускались книги, снимались фильмы о Желябове, Халтурине, Перовской, их именами назывались корабли и улицы, они ставились в пример пионерам с неокрепшей психикой.

В то же время насилие противно природе русского человека. Еще 4 апреля 1866 года, в день первого неудачного покушения на Александра II, великий русский поэт философского склада Федор Тютчев написал пронзительные строки:

Так! Он спасен! Иначе быть не может!

И чувство радости по Руси разлилось…

Но посреди молитв, средь благодарных слез,

Мысль неотступная невольно сердце гложет:

Все этим выстрелом, все в нас оскорблено,

И оскорблению как будто нет исхода:

Легло, увы, легло позорное пятно

На всю историю российского народа!

Страшно подумать, что бы сказал Тютчев 1 марта 1881 года, когда Александр II был убит. Но поэт, слава Богу, не дожил до этой трагической даты…

Конечно, в советское время это стихотворение помещалось разве лишь в полном собрании произведений Тютчева и объяснялось некоторыми «реакционными мотивами» в творчестве поэта. Подобных обвинений не избежал и Лев Толстой, особенно после нескольких статей В. И. Ленина, направленных против великого русского писателя. Да, Толстой «не мог абсолютно понять на рабочего движения и его роли в борьбе за социализм, ни русской революции» (ленинские слова). Но почему Толстой должен был все это понимать? И нужно ли было это понимать именно так, как хотел Ленин? Толстой – великий творец, который говорил о вечном, а не о сиюминутных интересах политической борьбы, чего ждали от него большевики. Только сейчас, через сто лет, мы начинаем видеть, что может быть, прав был именно Толстой, проповедуя «реакционную» теорию непротивления злу насилием.

Не случайно родилась пословица «Нет пророка в своем отечестве». Вспомним библейского Иеремию, который за свои предсказания много месяцев провел в темнице. Однако время показало правоту Иеремии, пророчествовавшего о наступлении тяжелых времен для своего народа.

Именно творцы – писатели, композиторы, живописцы, актеры, ученые – и являются совестью общества. И только после великих потрясений, после смены исторических эпох мы, наконец, начинаем понимать, что эти творцы больше более  всего были правы в оценке своей эпохи и предвидели последствия тех или иных политических шагов лучше всяких правителей, политиков, революционеров. По прошествии столетий выразителями стремлений и нравственных установок человечества становятся Еврипид, Микеланджело, Шекспир, а не их правители, имен которых сейчас мы обычно и не помним. Совсем не анекдотом является утверждение о том, что «через тысячу лет Брежнев будет восприниматься как мелкий чиновник эпохи Солженицына».

Именно поэтому я ссылаюсь на мнения творцов как на окончательный нравственный вердикт о том или ином общественном явлении. Даже если этот вердикт не нравится коммунистам, человечество все же в итоге развивается по пути, указанному Библией, Львом Толстым, Достоевским. В свое время Ленину очень не понравился «архискверный» роман Достоевского «Бесы» за то, что там совершенно непривлекательно изображены революционеры и их идеи. Роман был фактически запрещен в советское время, а писатель объявлен «реакционным». Более ста лет понадобилось, чтобы понять, каким пророком был Достоевский, еще в эпоху зарождения революционного движения в России сразу увидевший отрицательные черты ниспровергателей существующего строя, которые в XX веке привели страшным репрессиям, ко всеобщему лицемерию, а в итоге и к гибели самого коммунизма. Ничего этого не предвидел Ленин – «гениальный» основатель социалистического строя. Он оказался куда более слабым пророком, чем Достоевский, который чего-то «не понял», «не осознал». И Ленин не дал советов даже самим коммунистам, что делать в том случае, когда, наконец, проявятся те трудности и проблемы коммунизма, о которых уже знал Достоевский. И коммунизм в итоге погиб: последние советские руководители тщетно искали в сочинениях Ленина, как нужно поступать сейчас, в эпоху кризиса социализма. Владимир Ильич не дал совета на этот случай, а опираться на кого-либо другого коммунисты боялись. Тем более, не могли они ориентироваться на Достоевского, вообще не понимавшего революционной борьбы. А Достоевский как раз оказался больше всего прав…

Да, великие русские писатели не понимали насилия, лежащего в основе коммунизма. Исходя из опыта развития человечества, Толстой и Достоевский прекрасно понимали, что насилие всегда ведет в тупик, пусть не сразу, а через десятки лет, после каких-то временных успехов и побед. Но следует ли осуждать великих писателей за это «буржуазное» мировоззрение?

Итак, советские люди несколько десятков лет воспитывались на прославлении насилия. Стоит ли удивляться нынешнему разгулу уголовщины? Она ведь базируется на том же принципе насилия, что и коммунизм. Советские школьники на уроках литературы и истории хорошо усвоили, что отнимать силой деньги и имущество у богатых людей – это хорошо. Именно это и делают современные преступники, грабя частные магазины и павильоны, убивая их владельцев, угоняя автомобили (бедные люди не имеют автомобилей, имеют их только богатые). В памяти остался такой случай из уголовной хроники. Семья собиралась встречать Новый год. Отец отправился в павильон купить какие-то недостающие продукты. В этот момент в павильон ворвались грабители, убили его, а также нескольких случайных покупателей, унесли деньги, товар… Хорошая, порядочная семья осталась без отца – честного человека, погибшего непонятно зачем. А грабители до сих пор не найдены и, видимо, совершают аналогичные разбои. Вроде бы ничего особенного в этом случае, обычная уголовная повседневность большого города, но это-то и страшно, что мы ко всему привыкли и перестали в этом видеть что-либо ужасное, совершенно недопустимое в цивилизованной стране. Такие случаи происходят тысячами, даже в масштабах одного города…

А если бы подобный случай произошел в XIX веке, в эпоху царского режима, мы бы объявили подобное нападение на магазин «экспроприацией экспроприаторов», «борьбой с буржуазией», а грабителей бы назвали революционерами, боровшимися с эксплуататорскими классами. А что при этом погибли ни в чем не повинные люди, – это естественно и неизбежно в ходе революционной борьбы. «Лес рубят – щепки летят», как говорил Молотов, оправдывая сталинские репрессии. В конце концов, и при убийстве Александра II взрыв бомбы, брошенной Гриневицким в ноги императору, унес жизни случайных прохожих, в том числе и ребенка. Но об этих ни в чем не повинных людях предпочитали не вспоминать, особенно в советское время. А героем объявили Гриневицкого…

Советские люди следовали принципу, провозглашенному Лениным: «Грабь награбленное!» Если бы мы не знали автора этого лозунга, вполне можно было подумать, что его произнес главарь уголовной шайки. Впрочем, суть от этого не меняется, ленинский принцип в итоге способствовал развитию уголовной психологии в обществе. Люди стали понимать, что иногда грабеж, убийство, насилие может быть благородным шагом. Описанием подобных случаев были полны книжки серии «Пламенные революционеры». Учителя и пионервожатые хвалили детей, когда те читали подобную литературу. Если же вдруг ребенка заставали за чтением Библии, проповедующей «реакционные» лозунги «не убивай», «не кради», - то это был ужасный случай, за который следовало наказать ребенка, исключить его из пионеров, уволить с работы родителей…

Так что целые поколения советских людей воспитывались на идеях насилия, а не милосердия и благотворительности. Слово «благотворительность» стало чуть ли не ругательным. И теперь мы пожинаем плоды. Ничего в обществе не рождается случайно (кстати, это мысль Маркса), и истоки нынешней преступности следует искать в советской эпохе. Наивно было бы думать, что смена общественного строя в одночасье привела к рождению тысяч насильников и убийц. Эти люди жили и воспитывались в советское время, и кто посмеет утверждать, что тогда они были честными и порядочными людьми, и только лишь «несправедливый» общественный строй превратил их в чудовищ? Настоящего высоконравственного человека не испортят никакие общественные условия, он и в фашистском аду останется человеком.

Основные нравственные качества формируются еще в период детства, хотя человек до поры до времени может скрывать моральное уродство под личиной благопристойности. Но это не отменяет основного положения педагогики: основы личности закладываются именно в детстве, потом очень трудно что-либо изменить.

Итак, насилие лежало в основе коммунизма. В некоторых странах, объявивших себя «социалистическими», оно приняло такие масштабы и зверские формы, что даже советская идеология остереглась причислить эти страны к «социалистическому лагерю». Но суть от этого не меняется: это тот же самый социализм, пусть даже в крайней форме. «Красные кхмеры» во главе с Пол Потом в Камбодже во 2-й половине 70-х годов уничтожили четверть населения страны. Безусловно, примером для них был советский вождь И. В. Сталин, также активно уничтожавший свой собственный народ.

Напомню и о таком факте. Партия Адольфа Гитлера называлась нацистской. Но это название сокращенное, в советское время его не любили расшифровывать. Полностью же эта партия называлась национал-социалистическая. Так что даже самый страшный злодей в истории прикрывался социализмом для осуществления своих бесчеловечных планов! Если бы Гитлер не напал на Советский Союз, то вполне возможно, что в конце концов он был бы объявлен советскими идеологами «прогрессивным деятелем». И тенденция к этому уже была в конце 30-х годов.

Вот фрагменты из секретной речи Сталина на заседании Политбюро 19 августа 1939 года, когда обсуждался вопрос о том, заключать или не заключать договор с Германией: «Опыт двадцати последних лет показывает, что в мирное время невозможно иметь в Европе коммунистическое движение, сильное до такой степени, чтобы большевистская партия смогла бы захватить власть. Диктатура этой партии становится возможной только в результате большой войны. Мы сделаем свой выбор, и он ясен. Мы должны принять немецкое предложение и вежливо отослать обратно англо-французскую миссию. Первым преимуществом, которое мы извлечем, будет уничтожение Польши… Германия предоставляет нам полную свободу действий в прибалтийских странах и не возражает по поводу возвращения Бессарабии СССР… Таким образом, наша задача заключается в том, чтобы Германия смогла вести войну как можно дольше… Придерживаясь позиции нейтралитета и ожидая своего часа, СССР будет оказывать помощь нынешней Германии, снабжая ее сырьем и продовольственными товарами. Мы должны согласиться на заключение пакта, предложенного Германией». В подлинности документа нет сомнения, есть архивная ссылка: Центр хранения историко-документальных коллекций, бывший Особый архив СССР, ф. 7, оп. 1, д. 1223.

А мы еще удивляемся, почему американские школьники так плохо знают историю второй мировой войны и считают, что Советский Союз воевал на стороне Гитлера. Как ни неприятно нам это сознавать, но до 1941 года наша страна фактически была союзником фашистской Германии. И немало от этого получила: Западную Украину и Белоруссию, Бессарабию (Молдавию), прибалтийские республики. Договор с фашистской Германией, пакт Молотова – Риббентропа по существу стали сговором Сталина и Гитлера о разделе Европы. Потому американцы и англичане и не спешили потом открывать «второй фронт», что не могли простить этого сговора и воспринимали Советский Союз как союзника Германии. В странах «загнивающего капитализма» сразу поняли, что с Гитлером нельзя заключать никаких сделок, фашизм надо только уничтожать. Сталин же произносил тосты за здоровье Гитлера, советские газеты после начала второй мировой войны фактически не осуждали фашистскую агрессию – почитайте «Правду» того периода, которая есть в любой областной или краевой библиотеке! Ведь Гитлер воевал против капиталистических стран, а следовательно, в какой-то степени содействовал мировой революции. Увы, коммунизм смог найти общий язык даже с самым бесчеловечным режимом. Лишь 22 июня 1941 года наступило отрезвление. Но последствия этого ощущаются до сих пор. Латвия, Литва и Эстония не прощают нам союза с фашизмом, в котором они стали разменной картой.

Сейчас мир столкнулся со страшным терроризмом, который в основном исходит от арабских стран. Я ничего не имею против арабских народов, которые внесли огромный вклад в историю мировой культуры, и против мусульманской веры, которая, как и любая религия, несет в себе идеалы добра, человечности, милосердия. Но, наверное, в истории любой религии есть «черный период», когда церковь (подчеркиваю: не религия, а именно церковь как земная организация, да и то не вся) в той или иной степени начинает нести зло и разрушение. И в истории христианства была страшная инквизиция, которая расцвела в 13–14 веках от Рождества Христова. Интересно, что и в нынешнее время идет 14-й век с момента основания ислама. К несчастью, пророк Мухаммед проповедовал через 7 веков после Иисуса Христа, поэтому ислам «запоздал» в развитии и именно сейчас переживает страшный период, когда некоторые политические силы (лучше сказать: подонки) пытаются использовать ислам в целях насилия и устрашения. Безусловно, со временем ислам восстановит свою добрую репутацию, но нельзя отрицать факта, что нынешний терроризм все же нашел почву в арабском мире. Однако во время арабо-израильских конфликтов, которые то разгорались, то затихали всю вторую половину XX века, Советский Союз однозначно поддерживал арабские страны. Не имело значения даже то, что арабы применяли дикие, средневековые методы борьбы – например, захват в заложники и последующее уничтожение израильских спортсменов, приехавших на Олимпийские игры. Конечно, и Израиль далеко не всегда поступал достойно и благородно, но все же это гораздо более цивилизованное, современное государство, с которым можно вести диалог. Однако коммунистические руководители ненавидели евреев (хоть и не признавались в этом открыто) и в упомянутом конфликте однозначно поддерживали арабов, снабжали их продовольствием, оружием, самолетами, специалистами… То есть в конечном итоге поддерживали международный терроризм. В итоге, уже после крушения коммунистического режима, терроризм вырос, утвердился и теперь пытается угрожать мировой цивилизации.

Но не только насилие лежит в основе коммунизма. Его неотъемлемой чертой является также ложь – самый верный спутник любой безнравственности. Коммунистическая партия часто прибегала к обману для оправдания насилия, а порой и для его сокрытия. И это началось на самой заре советской власти. Расстреляв в 1918 году в екатеринбургском подвале Николая II и его семью, большевистские руководители долго скрывали правду об этом чудовищном убийстве. И несколько лет никто не знал о судьбе последнего русского императора. Даже его мать, великая княгиня Мария Федоровна, пережив сына на 10 лет, так и не получила достоверных сведений об его кончине.

В конце 20-х и начале 30-х годов от народа скрывали правду, в каких реальных условиях проходила коллективизация. Павлика Морозова, погибшего из-за внутрисемейного конфликта, назвали пионером-героем и более полувека уверяли, что мальчик боролся с кулаками, хотя он вряд ли осознавал смысл классовой борьбы в деревне.

Ничего не писалось о голоде, вызванном коллективизацией, когда вымирали целые деревни. Этому голоду есть убедительное демографическое доказательство: в Красноярске людей 1934 года рождения осталось меньше, чем 1928 года, хотя теоретически должно быть на 28% больше (согласно таблицам смертности). И даже в начале 50-х годов наблюдалось падение рождаемости, связанное с недостаточной численностью поколения голодных лет.

Нечего и говорить, какие потоки лжи обрушились на советских людей, когда во второй половине 30-х годов начались широкомасштабные репрессии. Большевики, которые до 1917 года бесстрашно шли в тюрьму и на каторгу ради того, чтобы произошла социалистическая революция, теперь непонятным образом оказались врагами этой самой революции, предпринимали все шаги, чтобы уничтожить завоевания революции, которую сами же подготовили и провели. Доходило до абсурда: на процессе объявлялось, что человек являлся врагом советского государства с… 1916 года, когда этого государства не существовало и в помине! Даже и Ленин в 1916 году начал терять веру в скорую победу социализма, говоря: «Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв этой грядущей революции» - а ему было только 46 лет! Но, оказывается, уже были тогда люди, твердо знавшие, в отличие от Ленина, что советское государство появится, и уже ведущие против него борьбу! Во всяком случае, это подтвердили процессы конца 30-х годов.

В 1936 году расстреляли Зиновьева и Каменева и после этого старались не говорить о том, что в течение многих лет эти два человека (именно они, а не Сталин!) были ближайшими сотрудниками и помощниками Ленина, что после 1912 года основной орган большевиков – газету «Социал-демократ» редактировали Ленин, Зиновьев и Каменев. Много писалось о том, как встречали Ленина на Финляндском вокзале в апреле 1917 года, как Ленин летом того же года скрывался в Разливе от Временного правительства, но не говорилось, что и там, и там вместе с ним был и Зиновьев, который считался вторым вождем большевистской партии. Только более честная Крупская, вспоминая о жизни Ленина в Разливе, время от времени упоминала Зиновьева. Но на картинах советских живописцев типа «Ленин в Разливе» Зиновьев бесследно исчезал. Вряд ли Ленин, с порога отметавший ненадежных людей, не говоря уже о политических противниках, стал бы много лет сотрудничать с будущим «предателем» и даже находиться рядом с ним в самые опасные моменты жизни, когда легче всего было стать жертвой предательства. Если б Зиновьев в самом деле был способен на предательство, у него был прекрасный шанс воспользоваться этим летом 1917 года. Но он почему-то этого не сделал.

На процессах 1937–38 годов «врагам народа» предъявлялись самые нелепые обвинения, вплоть до того, что они подбрасывали гвозди и битое стекло в масло для рабочих. В портретах вождей люди искали свастику и другие «криминальные» знаки – и находили! Оказывалось, что эти портреты нарисованы «врагами народа». Подобные мысли – типичный симптом шизофреника, страдающего манией преследования. Недаром великий русский психиатр Бехтерев определил у Сталина психическое заболевание (после чего таинственно скончался). Три десятка лет нами управлял сумасшедший, пытавшийся сделать такими же сумасшедшими двести миллионов советских граждан. И даже ярые сталинисты стесняются сейчас повторять шизофренические идеи своего вождя о насильственной смерти Куйбышева, Горького и Жданова, о «врачах-убийцах», о «свастике» на портретах вождей и т.п.

Первые процессы (над Зиновьевым, Каменевым, Бухариным, Рыковым и др.) довольно широко освещались в печати, хоть и были полны надуманных обвинений. Последующие процессы стали скрываться от советского народа, проходили в тайне. В печати даже не сообщалось об аресте членов Политбюро. Так, в 1937–38 годах таинственно исчезли со всех постов члены Политбюро Косиор и Чубарь, кандидаты Рудзутак и Эйхе. Например, об аресте Косиора советские люди узнали только потому, что радиостанция имени Косиора перестала выходить под его именем. В 1949 году так же таинственно пропал член Политбюро, первый заместитель Сталина по Совнаркому Вознесенский. Советские газеты уже были так переполнены ложью, что нельзя было добавлять новую порцию обмана, и упомянутых деятелей предпочли убрать тихо, не предъявляя открыто никаких обвинений. Впрочем, советские люди уже привыкли ко лжи и все воспринимали как должное.

Когда в 1936 году умер Горький, было объявлено, что он «умерщвлен троцкистко-бухаринской бандой». Зная это из энциклопедического словаря 1953 года, я очень удивился в детстве, когда мне в руки попалась книга о последних днях жизни писателя (выпущенная уже в годы оттепели), где подробно описывался чуть ли не каждый его час перед кончиной. Я искренне пытался выискать смысл не вполне понятных слов энциклопедии – как именно происходило жестокое «умерщвление»? Но в книге ни слова не говорилось о том, что Горький умер не своей смертью. Понятно, что об этом писать неприятно, но ведь не скрываем же мы, что Пушкин был убит Дантесом! И любое описание последних дней жизни великого поэта невозможно без упоминания об этой дуэли. Обман же с «насильственной» смертью Горького был настолько примитивен, что уже в начале 60-х годов никто всерьез и не рассматривал эту версию смерти писателя, официально принятую около двадцати лет. Даже ортодоксальные коммунисты как-то сразу забыли, что такая версия существовала вообще, никто и объяснять не стал, какие новые данные опровергли причастность «троцкистко-бухаринской банды» к кончине основоположника социалистического реализма. Все это показывает, насколько очевидна была эта ложь, как и многая другая ложь, исходящая от Коммунистической партии. И только наивный человек мог верить этой лжи. Поскольку даже и разоблачения лжи не понадобилось: итак было все ясно. Это похоже на то, как если бы сейчас, почти через 200 лет, все стали бы говорить, что Пушкин не погиб на дуэли, а умер естественной смертью, и при этом никто не потрудился бы объяснить: а куда же делся Дантес и почему вдруг версия о дуэли оказалась несостоятельной?

Принятая в 1936 году «сталинская» конституция гарантировала гражданам СССР свободу слова, печати, собраний и митингов, уличных шествий и демонстраций. Нечего и говорить, насколько ложными были эти «свободы». Свобода слова для советского гражданина в сталинское время кончалась расстрелом, в лучшем случае – двадцатью годами лагерей, откуда человек выходил уже полутрупом. В брежневское время «свободное слово» могли оценить лишь врачи психиатрической больницы: ведь в Советском Союзе только сумасшедший мог сомневаться в справедливости социализма! Свобода митингов, уличных шествий заканчивалась арестом правозащитников, вздумавших в 1968 году протестовать против ввода советских войск в Чехословакию (среди них был внук знаменитого математика Б.Н. Делоне), или расстрелом рабочих в Новочеркасске в 1962 году, протестовавших против повышения цен.

Скрывалась правда о советско-финляндской войне 1939–40 годов. Утверждалось, что она «спровоцирована реакционными правящими кругами Финляндии», в то время как Советский Союз сам напал на эту страну, так как Финляндия не отдавала добровольно территории, на которые он претендовал. За это СССР был исключен из Лиги наций.

В 1961 году на XXII съезде КПСС была принята новая программа партии, которая провозгласила, что «нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме». Конечно, вначале это была просто утопическая идея, в которую искренне верили ее создатели. Но уже через несколько лет выяснилось, что поставленная цель является лживой, что невозможно к 1980 году «оставить далеко позади нынешний объем промышленного производства США», удовлетворить в достатке потребности населения в высококачественных товарах широкого потребления, обеспечить бесплатное пользование квартирами, коммунальными услугами, коммунальным транспортом и т.д. Однако программа, содержащая уже очевидную ложь, оставалась официальным документом КПСС. И вот подошел срок, когда партия должна была выполнить свои обещания или хотя бы объяснить, почему обещания не выполнены, извиниться перед народом, связывавшим все свои надежды с партией и искренне верившим ей. Но на XXVI съезде КПСС в 1981 году не прозвучало ни одного слова объяснения или извинения. Наоборот, делался вид, что все хорошо: «Ленинская генеральная линия партии уверенно проводится в жизнь»; «Значительно увеличилось национальное богатство страны»; «Повысился уровень благосостояния и культуры нашего народа»; «Поставленные цели достигнуты» (цитаты из отчетного доклада Л.И. Брежнева). Генеральный секретарь даже не упомянул, что мы не только не «оставили далеко позади» США, но по-прежнему отстаем от них; что вместо удовлетворения потребности населения в товарах мы пришли ко всеобщему дефициту и в магазинах нельзя купить даже элементарных вещей; что квартиры, коммунальные услуги, городской транспорт так и не стали бесплатными. На съезде все же стыдливо был поставлен вопрос о подготовке новой редакции программы, но при этом даже не упомянуто, что задачи действующей программы не выполнены. Это была уже официально узаконенная ложь. Никто из коммунистов открыто не возмутился, так как все прекрасно понимали, что и свобода слова, «гарантированная» в конституции, тоже является ложью.

В 1973 году началась кампания против академика А.Д. Сахарова. Во всех газетах было опубликовано «Письмо членов Академии наук СССР». В нем говорилось, что Сахаров «дошел до того, что выступил против политики Советского Союза на разрядку международной напряженности». Проще говоря, Сахаров оказался сторонником атомной войны. Под письмом стояли подписи 40 академиков, в том числе Н.Г. Басова, А.А. Логунова, Б.Е. Патона, А.М. Прохорова, Ю.Б. Харитона.

В те годы мне попались в руки сочинения Сахарова (которые, конечно, распространялись нелегально). Я читал и не верил своим глазам. Где его пропаганда атомного оружия, о которой вещали все советские газеты, радио и телевидение? Наоборот, основной мыслью было: во что бы то ни стало надо избежать атомной войны. Разве в этих словах заключается поддержка войны? Академик, правда, считал, что опасность войны исходит не только от Соединенных Штатов, но и от Советского Союза. Я еще был в плену советской пропаганды, мне эта мысль показалась странной, ведь тогда СССР изображался как главный оплот мира на Земле. Но, даже если Сахаров неправ, все равно его точку зрения нельзя назвать выступлением против разрядки!

Уже в годы перестройки когда Сахаров был реабилитирован и даже избран народным депутатом, «Военно-исторический журнал» (1989, № 11, 12) напечатал статью В. Бушина «Мы не рабы, рабы немы». Ее автор напомнил письмо 1973 года и сказал, что прославленные академики, «известные своей честностью и прямотой», не могли говорить неправду.

В декабре 1989 года А.Д. Сахаров скончался. Во всех газетах был опубликован некролог, где говорилось:

«Работая над созданием оружия массового уничтожения, А.Д. Сахаров рано понял опасность для человечества его широкого производства и испытаний и настойчиво ставил перед правительством вопрос об ограничении испытаний… Ушел из жизни… человек большой честности, искренности… Все, что делал Андрей Дмитриевич, было продиктовано его совестью, глубокими гуманистическими убеждениями».

Среди подписавших некролог – академики Н.Г. Басов, А.А. Логунов, Б.Е. Патон, А.М. Прохоров, Ю.Б. Харитон. Более того, академик Харитон писал о Сахарове в «Литературной газете» (1989, 20 декабря, с. 10): «То, что его больше нет с нами, – гигантская утрата для советской науки, советского народа и для всего мира».

Как же это получается? Как мог противник разрядки Сахаров превратиться в активного борца против испытаний ядерного оружия? Хотелось спросить у «прямого и честного» Харитона (именно к нему в первую очередь отнес В. Бушин такие эпитеты), почему он так сожалеет о смерти ученого, бывшего, по его же утверждению, «орудием враждебной пропаганды против Советского Союза». Почему с такой гордостью вспоминал о дружбе с человеком, опорочившим честь и достоинство советского ученого? Неужели академики считали, что борьба против разрядки и клевета на советский строй могут быть продиктованы совестью и глубокими гуманистическими убеждениями?

Вот еще отрывок из письма 1973 года: «В последние годы академик А.Д. Сахаров отошел от активной научной деятельности». Из некролога 1989 года: «Но в трудное для него время он продолжал заниматься наукой». Подписано одними и теми же людьми… А если бы колесо истории вновь повернулось бы в обратную сторону? Те же академики вновь начали бы клеймить позором покойного Сахарова?

«Военно-исторический журнал» оказал медвежью услугу академикам, вытащив из архива письмо, о котором ученые были бы рады забыть. Помимо своей воли автор статьи выставил напоказ хамелеонство этих ученых, да еще наделил их лицемерие самыми лучшими эпитетами. Но, оказывается, лицемерие еще не всем было очевидно. Через несколько месяцев после похорон А.Д. Сахарова, когда академикам уже надоело прятаться от «неудобных» вопросов, статью В. Бушина перепечатал красноярский «Вестник крайкома КПСС» (1990, № 3, 4). И сказал во вступительной заметке, что полностью согласен с позицией «Военно-исторического журнала». Коммунистическое лицемерие сочеталось с полной слепотой и дебилизмом партийных идеологов. Они даже в период перестройки отставали от жизни на полтора десятка лет и, казалось, не слушали радио, не смотрели телевизор, не читали газет. Они не заметили даже того, что их тогдашний кумир, Генеральный секретарь М.С. Горбачев уже говорил о высоком уважении к покойному академику.

Очень хорошо лицемерие советского режима проявилось в начале 90-х годов, когда Литовская ССР решила выйти из Советского Союза. В январе 1991 года в Вильнюсе произошли кровавые события, вызванные противодействием союзных властей решению литовского парламента. Президент и Верховный совет СССР не желали принять во внимание то, что было написано по этому поводу в Конституции СССР. Статья 72 провозглашала: «За каждой республикой сохраняется право свободного выхода из СССР».

Чем же отличается право на выход от права на свободный выход? Свободным можно назвать выход, не ограниченный никакими условиями. «Свободный» и «безусловный» - в данном случае синонимы. Если бы Конституция предусматривала просто право на выход (без слова «свободный»), только в этом случае можно было чем-то ограничить его. Конечно, 72-я статья не предусматривала механизм отделения от Союза. В этом был ее недостаток. Когда Конституция сочинялась, никто не предполагал, что выход республик из Союза станет реальностью. Однако, следуя принципу «что не запрещено – то разрешено», следовало признать: решение литовского парламента юридически было совершенно правильным и не противоречило союзному законодательству.

Конечно, конституционные права не всегда можно понимать буквально. Но в таких случаях в соответствующих статьях были оговорки. Скажем, статья 40 гарантировала право на труд. Но это не значит, что любой советский человек мог завтра же устроиться, например, председателем Совета министров? Статья честно давала оговорку: выбор работы должен производиться «в соответствии с… профессиональной подготовкой, образованием и с учетом общественных потребностей». В статье же 72 никаких оговорок не было. Значит, ее следовало понимать буквально и не лицемерить.

Ложь проникла не только в политику. Она коснулась и других сторон советской жизни, далеких от политики. Когда тот или иной деятель науки, литературы, искусства, спорта был репрессирован или эмигрировал, его имя сразу запрещалось где-либо упоминать. Так, нигде нельзя было прочитать о выдающемся русском математике академике Я.В. Успенском, в 1929 г. уехавшем за границу. В 1941 г. оказался за рубежом Иван Жадан – и пятьдесят лет никто больше не слыхал о теноре Большого театра, слава которого была почти наравне с Козловским и Лемешевым. Даже любители музыки открыли для себя его имя лишь в 90-х годах. В 1974 г. вынужденно уехали за рубеж выдающаяся певица Г.П. Вишневская и великий виолончелист М.Л. Ростропович – и история музыки должна теперь была обойтись без них.

Но не так просто выкинуть деятеля культуры из истории. Остаются следы его деятельности – книги, научные труды, фильмы, грампластинки… Приходилось стирать из титров фильмов «крамольные» фамилии, и зритель уже не мог узнать, что одним из автором сценария популярного фильма «Верные друзья» был поэт А. Галич, уехавший в 1974 г. Хорошо, хоть был и другой сценарист, иначе фильм остался бы вообще без создателей. А что делать, если артист исполнял какую-то роль в премьерном спектакле? Советские идеологи нашли гениальное решение этого вопроса. Фамилия «невозвращенца» просто заменялась фамилией его дублера, игравшего второй или третий спектакль. Так, в фундаментальном труде Е. Грошевой «Большой театр Союза ССР» (М., 1978), рассказывавшем об основных премьерах опер и балетов, отовсюду была исключена Галина Вишневская. Оказалось, что премьеру «Фиделио» (Леонора) в 1954 г. пела Н. Покровская, «Снегурочки» (Купава) в 1954 г. – Н. Соколова, «Укрощения строптивой» (Катарина) в 1957 г. – Д. Дян, «Войны и мира» (Наташа) в 1959 г. и «Фальстафа» (Алиса) в 1962 г. – Т. Милашкина, «Семена Котко» (Софья) в 1970 г. – Неля Лебедева, «Тоски» (заглавная партия) в 1971 г. – снова Т. Милашкина, «Игрока» (Полина) в 1974 г. – Нина Лебедева… Опера «Человеческий голос» Пуленка осталась вообще без исполнителей, так как здесь дублеров не было. Конечно, все это было сделано по требованию цензуры. Честный музыковед Е. Грошева пыталась хотя бы косвенно упомянуть «провинившуюся» вокалистку: «После ряда очень неплохих исполнительниц партии Аиды в ней заблистала Тамара Милашкина…» (с. 274). Весь этот «ряд» подразумевал одну певицу – Г. Вишневскую. Вот так искажалась история музыки и театра. Ведь Вишневская была не просто «неплохой» артисткой, ее исполнение партии  Аиды стало эталоном для отечественных и зарубежных певиц. Стремление устранить отовсюду «неудобную» фамилию приводило к анекдотам. Так, в во 2-м выпуске сборника «Большой театр СССР» (М., 1976) было рассказано о том, как на концерте по случаю 100-летия Л.В. Собинова тенор В. Атлантов великолепно исполнил «труднейший дуэт Лоэнгрина и Эльзы» из оперы Вагнера (с. 239). Для людей, далеких от искусства, напомню: дуэт – произведение для двух исполнителей. Автор данных строк в 1972 г. ночью смотрел трансляцию этого концерта и хорошо помнит, что партнером Атлантова была Галина Вишневская. В репертуаре знаменитых эстрадных артистов М. Мироновой и А. Менакера был такой номер: самоуверенная певица приходит к руководителю театра и одна исполняет дуэт из какой-то оперетты, пытаясь его потрясти своим мастерством. Но то было сделано ради юмора, ради смеха зрителей. Чиновники от искусства, механически удаляя отовсюду «нехорошие» имена, не понимали, как смешно они выглядят, демонстрируя свое музыкальное невежество. В рецензиях на «Тоску», помещенных в том же сборнике, говорилось об единственной исполнительнице заглавной партии Т. Милашкиной: «Она тоже привыкла ко всеобщему поклонению…» (с. 127); «…несколько уступает в остроте сценического рисунка» (с. 132). Что значит «тоже»? Кому уступает? Правда, в начале абзаца на с. 127 стоит выразительное многоточие…

Интересны метаморфозы с советской демократией. Еще в 1918 году Ленин заявил: «Пролетарская демократия в миллион раз демократичнее всякой буржуазной демократии; советская власть в миллион раз демократичнее самой демократической буржуазной республики». Но послушайте, что говорят нынешние коммунисты о причинах гибели социализма. Оказывается, Сталин делал все правильно, но после его смерти к руководства пришли «предатели» Хрущев, Горбачев, Ельцин, которые и разрушили советское государство. Но как эти «предатели» оказались на вершине власти? Разве не в результате той самой советской демократии, которую так прославлял Ленин? Вряд ли в буржуазной стране во главе государства оказался бы простой пастух Хрущев или комбайнер Горбачев. Если мы называем этих лиц предателями, мы тем самым поливаем грязью социалистическую демократию. Почему при буржуазной демократии к власти приходят друзья своего народа (разве что-то сделали против своих стран президенты США или Франции, премьер-министр Великобритании?), а при советской демократии у власти оказываются одни «предатели» и «враги народа»? Как теперь оценивать слова Ленина о том, что «советская власть в миллион раз демократичнее самой демократической буржуазной республики»? В итоге хваленая социалистическая демократия выродилась во власть «врагов народа», уничтоживших советское государство.

При выборах в Верховный совет за Хрущева, Горбачева, Ельцина голосовало 99,9% избирателей, если, конечно, верить газетным отчетам. То есть весь советский народ однозначно выражал поддержку этим деятелям. Как любили говорить тогда, советские руководители – «кровь от крови», «плоть от плоти» нашего народа. И называя их предателями, нынешние коммунисты идут против советской системы выборов, против советского народа, вручившего мандат доверия указанным лицам. Видимо, сами коммунисты прекрасно понимают, что слова Ленина о демократичности советской власти – это ложь; что «самая справедливая» избирательная система при социализме – это миф; что 99,9% голосов избирателей, отданных за «кандидатов блока коммунистов и беспартийных» - это обман. Иначе вряд ли бы коммунисты, проклиная Хрущева и Горбачева, решились тем самым подвергать сомнению голоса советских избирателей и советскую систему выборов!

Вспомните, коммунисты, что говорил ваш кумир И.В. Сталин в отчетном докладе XVIII съезду партии (XVIII съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М., 1939, с. 26):

«В 1937 году были приговорены к расстрелу Тухачевский, Якир, Уборевич и другие изверги. После этого состоялись выборы в Верховный Совет СССР. Выборы дали Советской власти 98,6 процента всех участников голосования. В начале 1938 года были приговорены к расстрелу Розенгольц, Рыков, Бухарин и другие изверги. После этого состоялись выборы в Верховные Советы союзных республик. Выборы дали Советской власти 99,4 процентов всех участников голосования.»

«Мудрый» Сталин рассматривает эти пресловутые 98–99 процентов как вполне достаточное подтверждения доверия народа к советской власти. Неужели «вождь народов» был настолько наивен, что поддался этому примитивному обману, фальсификации голосов избирателей?

Почему же, следуя логике Сталина, мы не можем считать еще более единодушное голосование на XXVII съезде КПСС в 1986 году доказательством всенародной поддержки курса, которым Горбачев повел страну? Напомню, тогда единогласно была принята резолюция, одобрявшая деятельность ЦК (XXVII съезд КПСС. Стенографический отчет. Т. 1. М., 1986, с. 529). И что-то нигде ни одного голоса не раздалось против перестройки – почитайте газеты 1985–1988 годов! Даже и знаменитая Нина Андреева в целом поддерживала перестройку, выступая только против отдельных «перегибов». Где вы были тогда, нынешние коммунисты? Тоже прославляли Горбачева?

Конечно, прославляли. Потому что именно Сталин научил вас принимать за правду самый нелепый обман и всегда голосовать единодушно, особо не задумываясь о том, за что вы голосуете, пусть даже это ложь. Тот, кто голосовал «против» или не верил лживой советской пропаганде, в лучшем случае рисковал оказаться в лагерях. И единодушие фактически превратилось в равнодушие к судьбе державы. Боясь сказать «против», вы и проморгали, проворонили смерть социализма, распад великого государства. Да еще ставите сейчас памятники человеку, который воспитал вас в страхе и научил голосовать всегда «за», что бы вам ни предлагали, верить самому откровенному обману. А если в вас не было страха и вы не верили сказкам об единодушной всенародной поддержке деятельности Хрущева и Горбачева - значит, вы сознательно поддерживали политику, ведущую к власти «врагов народа» и гибели коммунистических идеалов?

Коммунистическая партия прославила себя не только частым использованием обмана, но и откровенным лицемерием, когда периодически менялась оценка явлений и фактов, в зависимости от сиюминутной политической ситуации. На протяжении истории партии она принимала 14 уставов (в 1903, 1905, 1906, 1907, 1917, 1919, 1922, 1925, 1934, 1939, 1952, 1961, 1986, 1990 годах). В действующие уставы неоднократно вносились изменения. И далеко не всегда партия руководствовалась в своей деятельности уставами, которые сама же утверждала. Скажем, устав предусматривал созыв съездов ежегодно (с 1905 г.), через 2 года (с 1927 г.), через 3 года (с 1934 г.), через 4 года (с 1952 г.) и через 5 лет (с 1971 г.). Если бы съезды созывались в полном соответствии с уставом, то история КПСС насчитывала бы 43 съезда (в 1898, 1903, 1905, 1906, 1907, 1908, 1909, 1910, 1911, 1912, 1913, 1914, 1915, 1916, 1917, 1918, 1919, 1920, 1921, 1922, 1923, 1924, 1925, 1926, 1927, 1929, 1931, 1933, 1936, 1939, 1942, 1945, 1948, 1951, 1955, 1959, 1963, 1967, 1971, 1976, 1981, 1986, 1991 гг.). Но реально состоялись только 28 съездов (в 1898, 1903, 1905, 1906, 1907, 1917, 1918, 1919, 1920, 1921, 1922, 1923, 1924, 1925, 1927, 1930, 1934, 1939, 1952, 1956, 1959, 1961, 1966, 1971, 1976, 1981, 1986, 1990 гг.). Таким образом, история партии «недосчиталась» 15 съездов, то есть более одной трети. Самый большой промежуток между съездами составил почти 14 лет (с 1939 по 1952 гг., от XVIII до XIX съезда), хотя в то время устав оговаривал необходимость созыва съездов «не реже одного раза в три года». Понятно, что вначале помешала война, но сразу после войны съезд особенно был необходим, чтобы подвести итоги трудного времени, наметить задачи по восстановлению народного хозяйства, принять очередной пятилетний план, выбрать новый Центральный комитет, пополнив его деятелями, выдвинувшимися во время войны. Но съезд состоялся… более чем через 7 лет после войны. И никто из коммунистов не возмутился, а если кто-то и ставил вопрос о нарушении устава, - то дальнейшие рассуждения о необходимости выполнения устава он мог проводить только в сталинском лагере.

В 1962 году, вопреки Уставу, Хрущев перестроил всю систему партийного руководства. Партийные организации были разделены на промышленные и сельскохозяйственные, ликвидирован Комитет партийного контроля, хотя положение об организации этого комитета продолжало оставаться в уставе. Лицемерие проявилось и в том, что разделение коснулось лишь нижестоящих организаций (областных, краевых и т.д.), Центральный же комитет разделен не был. Хрущев не желал как-либо разделять и ослаблять свою власть, даже ради лучшего руководства промышленностью и сельским хозяйством.

Почти одновременно с партийными органами были перестроены и советские – уничтожены отраслевые министерства (химической промышленности и т.п.), созданы советы народного хозяйства, которые на местах руководили сразу всеми отраслями хозяйства. То есть вместо отраслевого принципа руководства экономикой был введен территориальный. Официальная пропаганда утверждала, что это более прогрессивный, научно обоснованный метод руководства, позволяющий более успешно строить хозяйство. После отставки Хрущева все эти нововведения были ликвидированы. И теперь официальная пропаганда утверждала, что по-старому руководить экономикой все-таки лучше; все хрущевские реорганизации в одночасье оказались непродуманными, научно не обоснованными.

Конституция США была принята более 200 лет назад, когда не было электричества, автомобилей, не говоря уже об атомной энергии или полетах в космос. И эта конституция, принятая в эпоху свечного освещения и конного транспорта, действует до сих пор, хотя мир радикально изменился. Правда, в нее внесено около 30 поправок, но это естественно, так как основной закон государства должен учитывать изменение общественных условий почти за четверть тысячелетия. Характерно, что эти поправки даются в качестве приложения, то есть любой гражданин США может воочию увидеть, как менялся основной закон государства на протяжении двух столетий.

На протяжении же 74 лет существования советского государства его устройство определяли четыре конституции (принятые в 1918, 1924, 1936 и 1977 годах). Эти конституции изменялись на многих сессиях Верховного совета, подчас два раза в год. Особенно радикально менялась конституция в 1988–1990 годах, вводились не только новые статьи, но и новые главы. Фактически к концу 1990 года действовала уже новая, пятая конституция, предусматривавшая пост президента (на который раньше не было и намека), Совет федерации, Комитет конституционного надзора и другие новые органы, Совет министров заменялся Кабинетом министров и т.д. Причем при чтении конституции совершенно не было понятно, какие ее положения существовали изначально, а какие были внесены позже и в какое время.

Нечего и говорить о том, как на протяжении советской истории менялась оценка тех или иных деятелей. Зиновьев и Рыков, которых встречали бурными аплодисментами на XIII – XVI съездах партии (посмотрите стенографические отчеты!), неожиданно стали злейшими врагами народа. «Выдающиеся руководители» партии и государства, «верные ленинцы» Молотов, Каганович и Маленков в 1957 году вдруг превратились в «членов антипартийной группы» и бесследно исчезли, хотя оставались в живых еще около 30 лет. В учебниках истории они больше не упоминались, хотя в свое время активно участвовали в эпохальных событиях XX века, выступали с основными докладами на съездах партии, занимали ответственные посты (Молотов, например, 31 год был членом Политбюро, 11 лет – главой правительства, причем в самый бурный период социалистического строительства в 30-е годы; Каганович 27 лет входил в Политбюро, Маленков считался преемником Сталина).

В советских энциклопедиях можно было найти любого писателя, ученого, композитора. В обязательном порядке туда включались, например, все академики, народные артисты СССР, в том числе давно умершие. Но нельзя было отыскать только бывших партийных руководителей, даже тех, кто официально ни в чем не провинился. После 1961 года советские люди тщетно искали в энциклопедических словарях фамилии Н.И. Беляева, А.И. Кириченко, Н.А. Мухитдинова. Кто из сегодняшних коммунистов помнит этих руководителей, большие портреты которых красовались везде в 50-х годах? В Большой советской энциклопедии (2-е издание, т. 51) их фотографии были размещены на отдельных вклейках, так же, как портреты Маркса, Энгельса и Ленина.

Конечно, оценка того или иного деятеля может меняться с течением времени. История всех расставляет по своим местам, но не выкидывает же их вообще! Сто лет назад в России был известный писатель Игнатий Потапенко, считавшийся равным Чехову. Мало кто помнит сейчас этого беллетриста, его творчество не выдержало проверку временем. Однако не вычеркнули его из истории литературы, фамилию Потапенко можно найти в «Литературной энциклопедии». Почему же «выдающиеся деятели партии» бесследно исчезали отовсюду на следующий же день после отставки? Неужели ничего хорошего они не сделали за десятки лет пребывания на ключевых постах, руководя промышленностью и сельским хозяйством, строя социализм, и теперь недостойны даже упоминания?

Марксист скажет в оправдание, что не стоит уделять внимание конкретным людям, что не личность, а народ определяет ход истории. Но это – лицемерие. Именно коммунисты отличились по части восхваления и превознесения своих вождей. Помню, какой роскошной книгой были изданы поздравлению Л.И. Брежневу по случаю его 70-летия (1976 г.). Удостоился ли такой чести хоть один ученый, писатель, артист, даже лояльно относившийся к советской власти? Получил ли столько поздравлений хоть один знатный рабочий или колхозник в связи со своим юбилеем? А ведь историю делают простые люди, как утверждала советская пропаганда.

Полярным образом менялась и оценка зарубежных деятелей. Иосип Броз Тито, руководитель югославской компартии, постепенно превращался из «ревизиониста» и даже «пособника фашистов» в «выдающегося деятеля мирового коммунистического движения». В то же время характер его деятельности не менялся, просто он не хотел плясать под дудку Сталина и строить социализм так, как ему диктовали советские руководители.

Пример советского лицемерия – отношение к Нобелевским премиям. Если Нобелевская премия присуждалась выдающемуся советскому ученому или писателю (Л.Д. Ландау в 1962 г., М.А Шолохову в 1965 г.), то это расценивалось как справедливая награда, как свидетельство грандиозных успехов советской науки и литературы. Когда же премию получили А.И. Солженицын в 1970 г. за потрясающую историю сталинских лагерей «Архипелаг Гулаг» и А.Д. Сахаров в 1975 г. за правозащитную деятельность, то оказалось, что Нобелевская премия – это награда от буржуазии за клевету на советский строй. Почему же тогда Шолохов – писатель, превозносивший советский строй, член Центрального комитета КПСС, гордо не отказался от «буржуазной награды», не сказал, что ему стыдно называться лауреатом премии, которая выдается врагам социализма за их антисоветскую деятельность? Почему так захотел остаться в одном ряду с Солженицыным?

Коммунистическая система игнорирует природу человека. Уже в самом начале своего существования она организовала гражданскую войну в России, в ходе которой близкие родственники часто оказывались в разных лагерях. И сын шел на отца, брат – на брата. Человек должен был убить родственные чувства, поставить партийные принципы выше любви к матери, детям, братьям и сестрам.

Если родители принадлежали к «эксплуататорским классам», необходимо было отказаться от отца и матери. В пример советским пионерам ставился Павлик Морозов, который пошел с доносом на родного отца.

В годы репрессий родителей разлучали с детьми на многие годы, а чаще навсегда. И дети должны были забыть отца и мать, выбросить из души теплые воспоминания о них, поскольку те оказались «врагами народа».

Не семейные ценности должны быть главными для человека, а преданность идеям коммунизма. И сейчас мы пожинаем плоды такого «коммунистического воспитания». Разрушена ячейка общества – семья, соотечественники перестали воспринимать ее как что-то священное. Молодые люди не хотят брать на себя заботы по воспитанию детей, отказываются жертвовать удовольствиями ради создания семьи. Распадаются браки, многие дети остаются без отцов, а подчас и без матерей. Для воспроизводства населения в семье должно быть двое-трое детей, но миллионы семей ограничиваются только одним ребенком. Это значит, что в следующем поколении население России может сократиться вдвое. Математики знают, как быстро убывает в этом случае геометрическая прогрессия. Если во всех семьях будет по одному ребенку, то теоретически через 27 поколений от 140 миллионов россиян останется… один человек.

Но даже и не во всем надо винить родителей. Множество семей в советское время из-за малообеспеченности не могли позволить себе второго ребенка. К тому же мать, как правило, работала и не имела времени и сил кормить и воспитывать нескольких детей. Даже единственный ребенок, по существу, оставался беспризорным, проводил много времени на улице. В результате во внешне благополучной семье вырастал пьяница, вор и уголовник. Пример – знаменитая, неповторимая артистка Нина Сазонова. Многие годы она терпела издевательства сына-алкоголика, пока тот не избил ее до полусмерти и сам не выбросился из окна. Но перед этим он успел фактически отнять у нее квартиру, после его смерти она оказалась принадлежащей кому-то другому. Всенародно любимая актриса так и не дождалась сыновней любви, семейного уюта и умерла в доме для престарелых. Как тут не вспомнить знаменитую династию артистов Садовских. В дореволюционной России с ее «реакционным» и «несправедливым» царским режимом дети с уважением относились к профессии родителей, благоговели перед ними и со временем сами становились знаменитыми артистами. Но династия после революции фактически пресеклась: последние Садовские, хоть и играли еще в Малом театре во второй половине XX века, но родились еще тогда, когда семейные ценности были в почете…

В 1972 году Красноярск был потрясен следующим случаем: сын, недовольный тем, что мать ругает его за чересчур модную прическу, привязал ее к батарее и стал лить кипяток в горло. Женщина умерла в страшных мучениях. Сейчас уже никого не удивляет, когда дочь нанимает киллеров, чтобы убить отца, который мешает ей жить своими нравоучениями, а подчас просто занимает жилплощадь, на которой, как считает дочь, должна жить она, или владеет деньгами, которыми она гораздо лучше сумеет распорядиться… И вся трагедия в том, что это не единичные случаи, их многие тысячи – и в знаменитых семьях, и в незнаменитых, и в культурных, и в малокультурных…

Куда-то исчезли самые священные, самые неотъемлемые материнские чувства. Матери убивают своих новорожденных детей, выбрасывают в мусоропроводы, в «лучшем» случае оставляют в роддомах. И не надо винить нынешние власти в этом. Ведь матери-«кукушки» когда-то были пионерками, носили галстуки и воспитавшие их родители, дававшие клятвы всегда «быть готовыми» к борьбе за дело Коммунистической партии – это. Конечно, было куда важнее в жизни, чем воспитание человеческих качеств, материнского долга. В фильме «Доживем до понедельника» учительница устроила скандал, когда девочка написала в сочинении, что просто хочет быть хорошей матерью и хозяйкой, а не космонавтом или знатной ткачихой.

Коммунистическая партия уничтожила самую, казалось, прочную черту русского человека – трудолюбие. В течение нескольких столетий соотечественники с радостью и любовью трудились на родной земле. Страна богатела и украшалась. Свидетельства трудовых чудес наших предков живы до сих пор. Это православные храмы необыкновенной красоты, Московский Кремль, улицы и каналы Санкт-Петербурга… Даже в «провинциальном» Красноярске в конце XIX века построен железнодорожный мост, занявший 1-е место во всемирном конкурсе в Париже (напомню, что знаменитая Эйфелева башня, символ Парижа, заняла в том же конкурсе лишь 2-е место). Этот мост, рассчитанный  на примитивные паровозы того времени, с честью выдерживал непрерывно повышающиеся требования к железным дорогам и прослужил почти сто лет без капитального ремонта, неся на себе современные мощные электровозы и огромные составы.

Почему же сейчас не возводятся подобные сооружения? Почему новые строения живут недолго и обрушиваются, унося при этом жизни десятков людей? Почему в городах стали царствовать мрачные, однотипные дома? Куда исчезла добросовестность русских мастеров, надежность их работы, стремление к красоте?

Трудолюбие совершенно не ценилось коммунистической идеологией. Важны была лишь преданность партии, политическая благонадежность, лояльность к советской власти. А как работает при этом человек, - совершенно неважно. Он мог быть лентяем, пьяницей, мелким воришкой, но это с точки зрения советской идеологии это было не так важно, во всяком случае, гораздо лучше, чем если б он был антисоветчиком или пытался хоть как-то выступать против партийных руководителей, пусть даже местного масштаба. В годы коллективизации людей, достигших благосостояния благодаря трудолюбию и смекалке, объявили кулаками, классовыми врагами. А когда те пытались сопротивляться, объявили их врагами советского строя, даже если те ничего не имели против существующей власти. Героем с точки зрения советской идеологии всегда был бедняк, даже если он жил в нищете из-за своей лени и пьянства. Богатый же человек всегда являлся врагом, даже если потом и кровью заработал свое богатство. Людей многие десятилетия отучали от предпринимательства, в результате получили поколение, совершенно равнодушное к развалу и бесхозяйственности, не желающее предпринимать никаких шагов по улучшению собственной жизни и жизни своих сограждан. Само слово «предприниматель» стало почти ругательным, равнозначным слову «капиталист». Уголовный кодекс 1958 года (статья 153) предусматривал наказание за «частнопредпринимательскую деятельность и коммерческое посредничество», аналогичная статья 129а была и в сталинском кодексе (введена в 1929 году). В итоге социалистический строй стал строем лентяев, не заинтересованных в результатах своего труда. Конечно, сейчас многие ветераны скажут, что добросовестно работали всю жизнь. Да, было много энтузиастов, бессеребренников, готовых трудиться не ради денег, а искренне повинуясь высокому чувству общественного долга и находя счастье в труде. Я преклоняюсь перед такими людьми, но ведь и они не могли спасти советскую экономику от полного развала и прилавки магазинов – от почти полной пустоты. При всем уважении к добросовестным людям, нельзя в политике и экономике опираться только на них, надо создавать такие экономические условия, чтобы людям было выгодно работать, чтобы трудились не только граждане с высокими моральными качествами, но и все остальные. Так же, уходя из дома, мы запираем дверь на ключ и совсем при этом не вспоминаем, что честный человек никогда не войдет в чужую квартиру и не возьмет чужие вещи, даже если для этого будут все возможности. Глубоко уважая честных и порядочных людей, мы в реальной жизни вынуждены учитывать, что есть и люди нечестные, бессовестные. И стараемся создать такие условия, чтобы такие люди не представляли для нас опасности. Так же и социалистическая экономика должна была стать более реальной и рассчитывать не только на людей, готовых самоотверженно работать в любых условиях, хотя, безусловно, такие тоже были. В итоге победили не добросовестность и честность, а лень и разгильдяйство.

С. А. Месяц, г. Красноярск, 2005 год

продолжение следует


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:



Top