Мифы и легенды Древнего Китая: О Великой Китайской стене и верной Мын Цзян-нюй


 

Великая Китайская стена. Фото:epochtimes.ru Великая Китайская стена. Фото:epochtimes.ru Много веков стоит Великая Китайская стена. Она так широка, что десять человек могут выстроиться на ней в ряд, и так длинна, что за сорок дней и ночей, если даже отдыхать не больше трех часов в ночь, по ней не пройти от начала до конца.

Камни в этой стене пригнаны так плотно, что ни один из них и на волос не выдвинулся вперед.

И только в одном месте Великая Китайская Стена обвалилась. О том как обрушилась в этом месте стена и почему ее не достроили, в народе рассказывают так.

В те далекие времена, когда Великую стену только начали строить, в деревне Сюйцзячжуан жили две семьи – Мын и Цзян. Их дома стояли рядом, и обе семьи часто ходили друг к другу в гости.

Однажды летом в огороде семьи Мын из земли выглянул росток тыквы. Скоро росток пустил побеги, и самый длинный из них дотянулся до плетня, разделявшего огороды семей Мын и Цзян, поднялся по плетню и опустился на земле семьи Цзян.

Когда тыква совсем созрела, между старухами Мын и Цзян возник спор. Через месяц на этом побеге расцвел большой желтый цветок. Прошло еще немного времени, лепестки опали и завязался маленький плод. А к осени выросла большая- пребольшая тыква. В деревне такой тыквы никто никогда не видывал.

Старуха Мын говорила, что если росток появился у них на огороде, то и тыква должна принадлежать семье Мын. Старуха Цзян доказывала, что без цветка не может быть плода, а цветок расцвел в огороде Цзянов. Значит, тыква принадлежит семье Цзян.

Спорили они, спорили и, наконец, решили так: чтобы никому не было обидно, лучше всего разделить тыкву пополам. Разрезали они ее – глядь – а в тыкве сидит маленькая девочка и улыбается им.

Снова стали думать соседки – в чей дом должна войти девочка и какое ей дать имя. Думали они, думали и назвали девочку Мын Цзян-нюй, что значит «Девочка из семей Мын и Цзян». А растить ее решили вместе. Так и жила девочка то в одном доме, то в другом. И через несколько лет она превратилась в прекрасную девушку, умную и добрую.

В тот день и час, когда старухи разрезали тыкву и увидели маленькую девочку, далеко на юге, в местности Гусу родился мальчик. Отец и мать назвали его Фан Хун-лян. Мальчик рос на радость своим родителям здоровым и сильным. Но, когда он превратился из мальчика в юношу, его постигло большое несчастье.

В те времена в Поднебесной правил император Цинь Ши-хуанди. Тот самый император, который приказал построить Великую Китайскую стену. Стена должна была быть очень длинной и очень высокой – недаром она называлась Великой. Цинь Ши-хуанди , который прожил уже немало лет, непременно хотел своими глазами увидеть, как будет уложен последний камень. Поэтому император торопил чиновников, приставленных следить за постройкой стены, а чиновники бамбуковыми палками торопили несчастных каменщиков.

Толпами сгоняли народ из ближних и дальних провинций. А тех, кто пытался бежать, стражники ловили, приводили обратно и на глазах у всех замуровывали в стену.

Чиновники императора добрались и до дальней местности Гусу. Они схватили Фан Хун-ляна и вместе с другими юношами погнали на север. Целый год работал Фан над постройкой одной из башен Великой стены. От зари до зари, в жару и холод, под окрики и понукание стражников он носил и укладывал тяжелые камни. Но тяжелее камней, голода и жажды была тоска по родному краю. И вот Фан Хун-лян решил бежать. Он звал с собой товарищей, работавших с ним бок о бок. Но подневольный труд сделал их души пугливыми и покорными.

Тогда Фан Хун-лян убежал один. В дождливую темную ночь, никем не замеченный, он перелез через недостроенную стену и пошел на юг. Всю ночь шел Фан Хун-лян и к утру увидел какую-то деревню. Войти в деревню юноша побоялся. Он остановился на берегу пруда, на берегу которого росли старые ивы. Выбрав дерево с самой густой листвой, он влез на него и , примостившись на ветке, задремал.

Деревня, в которую побоялся войти Фан Хун-лян, была той самой деревней, где жила Мын Цзян-нюй. И надо же было, чтобы как раз в это утро Мын Цзян-нюй понадобилось выполоскать сотканное ею полотно. С плетеной корзинкой на плече она подошла к пруду. Как ни легки были шаги девушки, они разбудили Фан Хун-ляна . он осторожно раздвинул ветки и его лицо отразилось в гладкой воде. Мын Цзян-нюй , увидев, что из воды на нее глядят чьи-то глаза, испуганно вскрикнула, оступилась и упала в пруд.

Фан Хун-лян спрыгнул с дерева и вытащил девушку из воды. Когда Мын Цзян-нюй пришла в себя, она спросила своего спасителя: «Как зовут тебя, юноша, и что привело тебя в наши края? Почему ты прячешься в ветках ивы?»

Она спросила это так ласково и участливо, что Фан Хун-лян решил доверить ей свою тайну. Много страданий и лишений перенес он за этот год. Мын Цзян-нюй слушала его рассказ, и каждое слово отзывалось в ее сердце.

Но хорошо воспитанной девушке не полагается слишком долго оставаться с глазу на глаз с чужим юношей. Как только Фан Хун-лян умолк, Мын Цзян-нюй встала, подняла на плечо корзину с невыполосканным полотном и пошла в деревню, а Фан Хун-ляну велела снова спрятаться на дереве и не выглядывать из ветвей, пока она не вернется. Придя домой, Мын Цзян-нюй созвала всех Мынов и всех Цзянов и рассказала им, как она упала в пруд и как ее спас Фан Хун-лян. - Где же твой спаситель? – спросили ее.

- Он ждет у пруда. Если вы позволите мне привести его, я пойду за ним – ответила Мын Цзян-нюй.

Ей позволили. И скоро юноша сидел на пестрой циновке перед маленьким столиком и ел сразу из двух чашек, потому что обеим семьям хотелось угостить его, а он боялся кого-нибудь обидеть.

Если юноша и девушка полюбили – а Фан Хун-лян и Мын Цзян-нюй с первого взгляда понравились друг другу, - как утаить это от внимательных глаз родных? Мыны и Цзяны сразу это увидели. К тому же юноша спас их общую дочь. И вот обе семьи стали готовиться к свадебному пиршеству. Сыграли веселую свадьбу.

Мын Цзян-нюй и Фан Хун-лян были очень счастливы. Но счастье их длилось не дольше, чем жизнь бабочки- однодневки. Чиновники, приставленные следить за постройкой Великой стены, наутро не досчитались одного каменщика. Когда они не нашли Фан Хун-ляна среди умерших за эту ночь, они велели стражникам во что бы то ни стало разыскать беглеца.

Легко спрятать рисовое зерно в мешке с рисом, но как скрыть человека даже в далекой деревне?

Стражники отыскали Фан Хун-ляна, связали ему руки и погнали назад, к Великой стене. Мын Цзян-нюй долго бежала за стражниками и молила отпустить Фан Хун-ляна. - Это мой муж! Он принадлежит мне, - кричала она. Один из стражников ей ответил:

- И не тебе, а Великой Китайской стене. Так повелел император Поднебесной.

А Фан Хун-лян повернулся к жене и сказал: - Иди домой, Мын Цзян-нюй. Ты слышала, что они сказали? Верно, так оно и есть. Но, может быть, мне опять удастся убежать. Мын Цзян-нюй вернулась домой и стала ждать мужа. Лето приближалось к концу. Она стала шить мужу зимнюю одежду. Утихли холодные дожди, земля снова зазеленела. Мын Цзян-нюй спрятала в сундук ненадеванную зимнюю одежду мужа и начала шить ему летнюю одежду. Фан Хун-лян все не возвращался.

И вот однажды ночью Мын Цзян-нюй приснился ее муж. Она хотела взять его за руку, но рука ее коснулась камня. Между ней и Фан Хун-ляном выросла высокая стена. Мын Цзян-нюй проснулась и сказала родным:

- Они убили моего мужа. Я должна пойти к великой стене и совершить обряд погребения.

 

День и ночь шла Мын Цзян-нюй и на утро второго дня подошла к Великой Китайской стене. Стена была уже так высока, что, стоя у ее подножия, приходилось закидывать голову, чтобы разглядеть каменные зубцы на ее башнях. В длину она тянулась на сотни ли. А люди все продолжали тесать камни и складывать их один на другой.

 

Мын Цзян-нюй спросила каменщиков, не знают ли они, что сделали стражники с ее мужем. И ей рассказали, что год тому назад Фан Хун-ляна по приказу императора живым замуровали в стену. Мын Цзян-нюй попросила отвести ее к этому месту. Она поднялась на стену и заплакала. Слезы ее были так горячи, что камни, на которые они падали, раскалывались на куски и скатывались вниз. Так, камень за камнем, разрушалась стена.

И, наконец, несчастной женщине открылись останки ее мужа. Мын Цзян-нюй предала их земле, надела траурные белые туфли и медленно пошла назад по дороге.

К вечеру прибыли императорские чиновники, чтобы измерить, на сколько в длину и высоту выросла за день стена. Увидев обрушившиеся камни, они страшно разгневались и велели тот час заложить это место. Люди принесли новые камни и стали возводить стену. Но камни падали вниз, как только их ставили один на другой. Как ни бились каменщики, как ни кричали чиновники, достроить стену в этом месте не удавалось. Чиновники доложили императору о женщине, разрушившей своими слезами стену.

 

Цинь Ши-хуанди , император Поднебесной, приказал привести к нему эту женщину. Когда Мын Цзян-нюй ввели во дворец, он сидел на троне и размышлял, какую казнь выбрать для нее. Но вот он поднял глаза и взглянул на Мын Цзян-нюй.

 

У Цинь Ши-хуанди, как полагалось китайскому императору, было много красивых жен, и все –таки Мын Цзян-нюй была прекрасней самой красивой из них. Цзинь Ши-хуанди, увидев ее, забыл обо всем на свете, даже о Великой стене. Чиновники, ожидавшие приказа императора, чтобы схватить и бросить Мын Цзян-нюй в темницу, к своему удивлению, услышали совсем другие слова.

Цинь Ши- хуанди сказал: - Приготовьте все к свадебному пиршеству. Завтра эта женщина станет моей женой. Что было делать бедной Мын Цзян-нюй? Разве будешь спорить с императором? Но как войти в дом того, кто причинил ей столько горя! Мын Цзян-нюй немного подумала и сказала:

- Пусть будет так.

Но раньше выполни три моих условия. Выстрой гробницу моему мужу, Фан Хун-ляну, воздвигни храм в его честь и своими руками соверши у его могилы жертвоприношение.

 

И Цинь Ши-хуанди, император Поднебесной, согласился на все, о чем просила его прекрасная Мын Цзян-нюй. Он велел построить гробницу для Фан Хун-ляна, воздвиг храм в его честь. И вот настал день выполнить третье условие. У могилы Фан Хун-ляна развели большой костер. В паланкине, обтянутом желтым шелком, прибыл император. В другом паланкине принесли Мын Цзян-нюй.

 

В храме зазвонили колокольчики, император сошел с паланкина и ему подали на лакированном подносе жертвенные бумажные деньги, чтобы он сжег их, как велит обычай Китая.

В это время Мын Цзян-нюй раздвинула занавески носилок, спрыгнула на землю и бросилась в огонь. Никто не успел и вскрикнуть, как пламя охватило ее одежды и она сгорела. Так Мын Цзян-нюй сохранила верность своему мужу Фан Хун-ляну. С тех пор прошло много веков. Крепко стоит Великая Китайская стена. Также крепка в народе память о Мын Цзян-нюй. И когда кто-нибудь хочет рассказать другому о преданном и твердом человеке, он говорит – сердце у него верное, как у Мын Цзян-нюй.

 


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Пенсионерку лечили от неправильных мыслей токсичными инъекциями и электрошоком
  • В Китае массово производится опасная для здоровья мебель
  • Северо-запад Китая завалило снегом. Десятки тысяч пострадавших
  • Раненный «Цайцзин» возрождается к жизни
  • Кровавый след Суцзятунь


  • Top