Обожженные сталинизмом


29 ноября 1943 года Сталин устроил роскошный банкет в честь американской и британской делегаций на Тегеранской конференции союзников.
После обмена тостами и сытного ужина Сталин вдруг предложил обсудить, сколько пленных немецких офицеров надо будет расстрелять: 50 или, может быть, 100 тысяч?
Уинстон Черчилль возмутился настолько, что оттолкнул от себя рюмку с армянским коньяком, даже пролив напиток на скатерть. "Такая идея противоречит британскому чувству справедливости. Парламент и общество никогда не поддержат казни честных людей, которые сражались за свою страну!" - прорычал британский премьер и направился к выходу.
Однако у самой двери Сталин и Молотов догнали его и, схватив за плечи, стали уговаривать остаться, уверяя, что разыграли его.
Черчилль дал себя уговорить - союзники были слишком нужны друг другу, чтобы позволить себе ссору.
Расстрельные списки

Но если бы Черчилль и присутствовавший при разговоре американский президент Рузвельт знали, насколько привычным, повседневным делом было для Сталина и его окружения подписывать многотысячные расстрельные списки, утверждать разного рода "квоты" на уничтожение, выселение или репрессирование различных национальностей или социальных групп, то принять сказанное за шутку им было бы нелегко.

Вот и перед самой войной Сталин подмахнул очередной такой список, осудив на смерть двадцать с лишним тысяч ни в чем перед СССР не виноватых поляков.
С советскими гражданами тем более не церемонились - то и дело расстреливали по квотам и без.
Но поверить в такое Черчиллю и Рузвельту было еще труднее, чем в систематическое уничтожение евреев Гитлером.
В свою очередь, негодование Черчилля наверняка показалось Сталину и Молотову наигранным, проявлением английского лицемерия - вражеских офицеров он, видите ли, пожалел, ах, какие мы, понимаешь, благородные и гуманные!
Этот мелкий эпизод остался лишь примечанием к важным историческим документам и обсуждавшимся на конференции темам, но он ясно показал, что союзники не в состоянии понять психологию друг друга, что они живут на разных планетах.
"Бей своих, чтобы чужие боялись"

После смерти Сталина среди его любимых книг нашли немецкие военные мемуары, в которых было жирно отчеркнуто то место, где говорилось: "та армия сильна, где солдаты боятся своих командиров больше, чем врага".

Этот принцип - бей своих, чтобы чужие боялись - он сделал главным в своей военной стратегии.
По данным бывшего члена политбюро ЦК КПСС Александра Яковлева, за годы войны в советской армии было репрессировано 954 тысячи солдат и офицеров - почти миллион человек! Если считать все эти расправы справедливыми, то получается, что русские - самый трусливый и подлый народ в мире: ведь такого процента казненных за предательство и малодушие не знала ни одна другая армия!
Куда же девалась природная русская отвага, столь хорошо знакомая миру по всем предыдущим войнам? Отвага, без сомнения, никуда не девалась, просто Сталин в нее не верил.
Он сделал ставку на смесь мощной патриотической пропаганды и жестокости. Заградотряды за спиной, непрерывные расстрелы настоящих и выдуманных предателей или трусов, постоянный страх перед особистами плюс бомбардировка сознания государственными средствами массовой информации - все это создавало обстановку почти истерическую, в которой индивидуальная человеческая жизнь вообще уже не ставилась ни во что.
Невозможно отрицать, что сталинская система работала, что, парадоксальным образом, люди действительно кричали, идя в атаку: "За родину, за Сталина!".
Но, спрашивают западные историки, почему другие народы Европы могли воевать иначе? Даже пресловутое затягивание с открытием Второго фронта, которое, возможно, действительно не делало чести союзникам, было, тем не менее, продиктовано именно стремлением минимизировать потери среди своих войск.
А в это же время на Восточном фронте десятки тысяч солдатских жизней приносились порой в жертву просто показухи ради, когда в качестве подарка к очередному дню рождения вождя или к годовщине революции брали какую-нибудь высоту или населенный пункт, не имевшие особой стратегической ценности. Нет, союзникам было непросто понять друг друга.
Сталина предупреждали

Но вот вам лишнее доказательство мужества самых разных людей, которые перед войной не боялись, рискуя карьерой, свободой, а то и жизнью, вновь и вновь говорить Сталину то, что он категорически не желал слышать.

Это удивительный список. Здесь не только знаменитый разведчик Рихард Зорге, первый назвавший точную дату нападения Германии на СССР и тем вызвавший поток матерных оскорблений и угроз "стереть в лагерную пыль".
И не только "старшина" - Харро Шульце-Бойзен, сумевший проникнуть в главный штаб Люфтваффе и тоже заранее информировавший Москву во всех подробностях о военных планах Гитлера. ("Пошлите свой источник к е... матери, это дезинформатор, а не источник", - начертал Сталин на его донесении).
Но, как теперь выясняется, даже презираемые, расстрелянные в 1953 году вместе с Берией его ближайшие сподвижники - и те ставили себя под удар, пытаясь предотвратить катастрофу.
Нарком госбезопасности Всеволод Меркулов упорно носил и носил в Кремль так раздражавшие вождя материалы.
Полпред в Германии Владимир Деканозов на словах всегда проповедовал непогрешимость Сталина, но один на один позволил себе не согласиться с ним, когда тот отверг как "провокацию на посольском уровне" предупреждение германского посла в Москве графа фон Шуленбурга о грядущей войне. А 20 июня Деканозов решился прислать из Берлина и вовсе уже категорическое утверждение - война начнется послезавтра.
Во весь голос спорил со Сталиным командующий Западным военным округом генерал Павлов, добиваясь принятия превентивных мер на границе. Сталин не простил ему этого и позднее расстрелял, уничтожив свидетеля собственного конфуза.
Периодически набирались смелости и маршалы Жуков и Тимошенко. Последнему Сталин тоже угрожал за это расстрелом.
Василевский умолял Сталина эвакуировать аэродромы на Волгу. Но ничто не могло преодолеть упрямой веры Сталина в собственную интуицию.
Упрямая глухота

Между тем Москва располагала не только всеми подробностями плана "Барбаросса", знала не только количество стянутых к границе немецких дивизий, но и места их дислокации - вплоть до расположения батальонов, штабов частей и даже огневых позиций отдельных артиллерийских и зенитных батарей.

Учитывая, что СССР в прилегающих к границе районам располагал силами, сравнимыми с немецкими, это знание давало советским войскам колоссальное преимущество.
Вполне можно предположить, что, послушайся Сталин своих генералов и разведчиков, ход войны был бы принципиально иным: вряд ли германским войскам удалось бы продвинуться далеко вглубь советской территории, война могла бы закончиться гораздо быстрее, а людские потери были бы во много раз меньшими.
То есть отказ Сталина верить собственной разведке и военным обошелся его народу, вполне возможно, в десятки миллионов жизней.
Эрудиция и некомпетентность?

Поклонники Сталина утверждают, что он сыграл не просто положительную, а даже и решающую роль в победе. Например, он, бесспорно, обладал отличной памятью, тщательно готовился к совещаниям и умел поразить собеседников знанием множества мелких подробностей и фактов из самых разных областей знаний.

Но критики Сталина считают, что это вовсе не равнозначно компетентности. В 1930-е годы специалисты в области вооружений тщетно пытались уговорить его отказаться от устаревших представлений.
"Нет, я знаю 109-миллиметровую гаубицу по гражданской войне, это отличное орудие", - заявил он наркому вооружений Ванникову. А когда тот не согласился и продолжал спорить, приказал его арестовать.
Командующий ВВС Павел Рычагов обвинил Сталина в том, что он вынуждает своих летчиков летать "в гробах", и был за это расстрелян. Было искусственно задержано производство "Т-34" - главного танка войны, а также ракетных систем "Катюша".
Ну и, разумеется, огромное влияние на состояние советской армии перед войной оказало уничтожение десятков тысяч военных командиров. Есть точка зрения, что и это не было столь уж важно: на место уничтоженных и уволенных пришли другие, ничуть не хуже. Но сам Сталин так не считал.
В 1940 году после неудач и унижений финской кампании он приказал срочно освободить и вернуть на командные посты в армию тех, кто уцелел в мясорубке 37-го и 38-го. И, как по мановению волшебной палочки, более 11 тысяч вчерашних японских, английских, польских (и так далее) шпионов оказались ни в чем не виновными, получили допуск к высшим военным секретам и стали снова руководить армией.
Многие, как например, будущий маршал Рокоссовский, потеряли здоровье, лишились зубов и ногтей. Сталин вернул бы и остальных, да было поздно - их уже не было в живых.
Уже в ходе войны вождь диктовал решения, которые командующим и генштабу представлялись безграмотными, но Сталин настаивал на своем - результатом были катастрофы во время обороны Киева и на Харьковском направлении.
Только к 1943 году Сталин опомнился и дал понять, что отныне будет прислушиваться к профессионалам. Только тогда и удалось переломить ход войны.
Глазами западных историков

На Западе идут свои собственные дебаты относительно произошедшего 60 лет назад.

Многие историки, например, Норман Дэвис, считают: на Западе недооценивают вклад СССР в разгром фашистской Германии, который, действительно, был огромным, даже решающим, не знают, насколько чудовищными были масштабы жертв, принесенных народом во имя победы.
Но он пишет и о другом - о том, что западные державы в годы войны сознательно замалчивали правду о сталинских репрессиях.
Между тем, они, по мнению Дэвиса, "подрывали всю моральную правоту союзнического дела". В Великобритании многие вновь всерьез задумались о роли Сталина в войне, прочитав ставшую недавно бестселлером книгу Саймона Себага Монтефиори "Сталин". Этот автор получил доступ ко многим новым документам. Но большая часть изложенных им фактов уже давно известна в России.
И потому западному гражданину нелегко понять, почему в Москве опять говорят о "неоднозначности" фигуры Сталина. Почему на улицах российских городов и на праздничных выставках снова появились его портреты.
Каким образом Сталин может по-прежнему считаться самым популярным политиком XX века в России, а чуть ли не половина населения - испытывать ту или иную форму ностальгии по сталинской системе правления.
В каком-то смысле, именно это, более чем что-либо другое, отделяет сегодня Россию от Запада. Такая "русская душа" кажется не просто загадочной, но пугающе непостижимой и темной.
Источник: Би-Би-Си


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:



Top