Виртуоз игры на старинном инструменте: « Музыка — это средство духовного поиска и благородных стремлений»

логотип Epoch times
Виртуоз игры на старинном инструменте: « Музыка — это средство духовного поиска и благородных стремлений»

Пипа - инструмент с двухтысячелетней историей, был чрезвычайно популярен во времена династии Тан в Китае. Пипа и сегодня позволяет музыкантам в полной мере выразить свои чувства. Корреспондент Великой Эпохи побеседовала с музыкантом У Мань, виртуозно владеющей игрой на старинном инструменте.

Пипа - четырехструнный китайский инструмент, подобный лютне. У Мань, освоив старинный инструмент, научившись с легкостью играть на нем, извлекать универсального качества звуки, добавила его насыщенное звучание в современную классическую музыкальную палитру.

У Мань своей виртуозной игрой на пипе стала источником вдохновения для автора «Шелкового пути» Йо-Йо Ма, длительное время сотрудничевшего с квартетом «Кронос», для «Волшебного рога» Терри Райли, для «Звука голоса» Филиппа Гласа. «Концерт пипы» покойного Лу Харрисона был исполнен с Чикагским симфоническим оркестром (CSO Resound). Это только начало перечня.

У Мань

У Мань родилась в китайском городе Ханчжоу, который в конце 13 века посетил Марко Поло и описал как «самое изысканное и благородное место в мире». В 1990 году У Мань переехала в США, чтобы открыть новый музыкальный мир для своего инструмента и познакомить западный мир со звучанием пипы. Перед ней раскрылись огромные перспективы - сделать старинный китайский инструмент международным достоянием.

У Мань неоднократно была предметом зависти у музыкантов-мужчин и дома в Китае, и за границей. Она получила степень магистра за игру на пипе в Китайской Центральной консерватории; первой сыграла на традиционном китайском музыкальном инструменте в Белом доме (по приглашению Президента Клинтона); первой из китайских музыкантов очаровала европейские королевские семьи своей игрой.

Во время часовой беседы за чашкой чая с жасмином в гостинице города Медиа, Пенсильвания, У Мань рассказала о замечательном пути, который она проделала в музыке.

Как получилось, что из множества традиционных музыкальных китайских инструментов вы выбрали пипу?

У Мань: Это был выбор моих родителей. Мой папа - художник и знаток искусства. Мама - учительница. Они оба любят традиционную китайскую музыку. Они хотели, чтобы их дочь играла на пипе. Они выбрали пипу, потому что она очень элегантна и женственна, и по форме напоминает цветочную вазу.

В традиционной китайской живописи, литературе, поэзии пипа всегда находится в руках элегантной, изящной дамы, полной душевного равновесия и внутренней красоты. Мои родители любили известную поэму времен династии Тан «Песня женщины, играющей на пипе» поэта Бай Цзюйи (772-846). Во многом благодаря именно ей они хотели, чтобы их дочь была элегантной, музыкальной дамой.

Как Вы отнеслись в выбору родителей?

У Мань: Да, я в долгу перед родителями – действительно полюбила пипу и музыку. Думаю, что музыкант – лучшая профессия в мире. Стать профессиональным музыкантом - очень большая удача в моей жизни. Музыка - это творчество. Каждый раз, когда вы играете, даже если это одно и то же произведение, вы создаете совершенно новые образы. Это так захватывает!

Музыканты много путешествуют, посещают разные места, знакомятся с разными людьми. Вы постоянно узнаете что-то новое. Можно научиться смотреть на вещи с разных точек зрения. Музыканту трудно оставаться косным в мышлении, закрытым, как ящик, мы всегда открыты всему новому. Благодаря музыке можно мгновенно подружиться с незнакомыми людьми. Сотрудничая с другими музыкантами, из разных культур, понимаешь, что музыка –международный язык.

Вы играете на пипе с 9 лет. Как все начиналось?

У Мань: Мои родители нашли мне учительницу музыки, которая занималась со мной на дому частным образом. Мой папа хорошо знал местный круг людей искусства. Это был небольшой круг, где все знали друг друга. Моя учительница нашла потрепанную пипу, оставленную кем-то на складе местной музыкально-танцевальной школы. Она стала моей первой пипой. Моё детство, кроме обычных школьных занятий, как у других детей, проходило еще и в занятиях музыкой. Когда другие дети, закончив домашнее задание играли во дворе, я упражнялась в игре на пипе.

Как вы учились играть на старинном инструменте в те времена, когда традиционная китайская культура и искусство были скрыты от народа?

У Мань: Место, в котором я росла - Цзян Нань (буквально означает южная часть реки, реки Янцзы) является родиной музыки «шелка и бамбука». В традиционной китайской культуре китайцы используют слова шелк и бамбук, говоря о музыке. В прошлом шелк использовался для изготовления струнных инструментов, а бамбук для духовых инструментов.

В моём родном городе исполнять музыку «шелка и бамбука» является традицией, передаваемой из поколения в поколение. Даже в «красные» дни проявлялась любовь народа к традициям и музыке, хотя она была приглушена. Я помню, как прогуливаясь в окрестностях Ханчжоу, можно было услышать мелодии шелка и бамбука - флейты, пипы, цитры - доносящиеся из закрытых окон и разносящиеся эхом по извилистым переулкам.

Когда я была маленькой, мой папа часто сажал меня на свой велосипед и вез на концерт камерной музыки в дома своих друзей. Там мы могли услышать традиционную китайскую музыку и игру на флейте, цитре, пипе. Только в этой артистической среде, тесно сплоченном обществе людей искусства, глубоко почиталась и ценилась традиционная китайская музыка. Часто я была самой юной слушательницей в аудитории. Я часто засыпала на этих концертах. Мне было только девять лет, я была слишком мала, чтобы часами допоздна разделять музыкальные увлечения взрослых. А взрослые были по-настоящему одержимы музыкой.

Мой отец сыграл важную роль в моем воспитании в раннем детстве. Он познакомил меня с классической китайской культурой и искусством. Он лично учил меня традиционной китайской живописи и классической литературе. Под его руководством я изучала поэзию эпохи династии Тан и до сих пор читаю наизусть «Песню женщины, играющей на пипе». Это длинное стихотворение, в котором описывается,как поэт отождествляет себя с женскими чувствами через музыку, которую она играет. Стихотворения эпохи Тан очень элегантны. Кроме того, они красочны и музыкальны, и пробуждают самые глубокие человеческие чувства.

Художественная ценность и влияние поэзии династии Тан и классической китайской культуры оказали влияние, например, на мой недавно выпущенный диск «Неизмеримый свет». Он основан на старинных рукописных свитках, которые находятся в Императорской библиотеке Токио, библиотеке университета г. Киото и библиотеке Yomei Bunko в Киото.

Свитки показывают только положение пальцев при игре на инструменте, без нотных линий и самих нот. Профессор Рембрант Волперт, этномузыковед из университета Арканзаса, перевел их на западную нотную грамоту. Вместе мы переделали эту старинную табулатуру в живую музыку для слушателей наших дней, спустя тысячелетия после ее написания.

Когда я занималась звукозаписью в студии, вспоминала образы, ритмы, дополнительные оттенки, а также чувства и атмосферу, описанные в стихотворениях эпохи Тан, которые учила в детстве.

Вы сделали, я думаю, новаторскую звукозапись.

У Мань: Да, это так, и я горжусь ею, её исторической и художественной ценностью. Профессор Волперт написал вступление для CD диска с объяснением каждого фрагмента. Очень хорошее качество записи, мирового уровня. Сегодня такого в Китае вы не найдете.

Вам ставят в заслугу ознакомление западного мира с пипой.

У Мань: Когда 20 лет назад я впервые приехала в США, никого не знала, и никто не знал, кто я и что представляет собой пипа. Я даже плохо говорила по-английски. У меня не было ничего, кроме музыки. Музыка - это всё, что я знала. Я играла везде, куда меня приглашали, за деньги и бесплатно, на мероприятиях местного общества, на фестивалях культуры, в церквях, в домах престарелых, в школах. Я использовала каждую возможность, чтобы играть.. Некоторые люди смеялись надо мной: «Зачем стараешься? Ты же не играешь на западном музыкальном инструменте, таком как скрипка или пианино. Здесь никто не знает, что такое пипа, и кому интересен азиатский инструмент?» Некоторые даже советовали мне найти другое занятие, например, изучить компьютер или заняться бизнесом и зарабатывать деньги.

Я осталась верна музыке и пипе. Это мое призвание. Я не могу ее оставить. Мой муж (фармацевт, с которым У Мань познакомилась в Йеле) иронично сказал, что я целеустремленная личность. Да, я настойчивая. Я считаю, что для пипы есть место на мировой сцене. На самом деле пипа появилась не в Китае, а в Средней Азии, на Шелковом пути, где встречаются Запад и Восток. Если инструмент просуществовал две тысячи лет, значит, на то есть причина, и он имеет уникальную ценность.

Пипа - очень универсальный инструмент, на ней можно исполнять любую музыку: классическую, современную, западную, восточную, среднеазиатскую. Я постоянно ищу новые возможности, чтобы сделать пипу международным инструментом. Китайская пословица гласит: «Если это кусок золота, то он будет блестеть и притягивать взор, независимо от того, где его положат». Никогда не знаешь, кто находится среди твоих слушателей. Там могут быть музыканты. Они, возможно, послушают твою музыку, она им понравится, и они захотят работать с тобой. Так обо мне узнали, и я начала работать с такими великими музыкантами нашего времени, как Филипп Гласс, Терри Райли, Йо-Йо Ма и покойный Лу Харрисон.

Как вы работали над проектом «Шелковый путь»?

У Мань: Когда я начинала работать над проектом Йо-Йо Ма «Шелковый путь», у нас было четыре или пять переводчиков для разноязычной команды. Когда кто-нибудь что-то говорил, это нужно было перевести на 4-5 языков одновременно. На это уходило много времени. Но как только мы начали репетировать, потребность в переводе отпала. Каждый понимал автоматически, что ему нужно делать и как координировать с другими музыкантами.

Музыка - действительно международный язык. Инструменты также могут быть международными. В прошлом месяце я была на гастролях в Мехико с ансамблем Филиппа Гласса. Я исполнила пьесу, которую написал Филипп Гласс. После концерта ко мне подошел один слушатель и сказал, что сразу узнал - эту вещь написал Филипп Гласс. «Это типичная музыка Филиппа Гласса», - сказал он. Интересно наблюдать, как азиатский инструмент прекрасно подходит для западной музыки, а западные музыканты используют пипу, чтобы выразить и создать свой собственный индивидуальный стиль.

Концертируя, вы побывали во многих местах. Поразило ли какое-нибудь место больше всего?

У Мань: Мне нравятся все места, где я побывала. Неважно, где я нахожусь, когда зрители рукоплещут стоя, я чувствую себя счастливой, люди оценили мою музыку и пипу. Пожалуй, меня больше всего поразила Средняя Азия - такие страны, как Казахстан и Таджикистан. Они напомнили мне моё детство в Китае, когда материализм ещё не процветал до такой степени, и общество не было таким меркантильным. Аудитория была такой внимательной, они настолько увлеклись моей музыкой, что, казалось, они отдают музыке дань религиозного благоговения. Я была очень этим растрогана.

В традиционной китайской культуре музыка священна для людей. Она не предназначена для банального развлечения. Это средство духовного поиска и благородных стремлений. Эта священная сторона музыки часто вносит особую глубину в мою музыкальную работу.

Я слышала, вы нашли себе другой проект - документальное кино. Можете рассказать о нем?

У Мань: Несколько лет назад я обнаружила некоторые музыкальные традиции, которые веками существовали в китайской сельской местности, но оставались, в основном, неизвестными внешнему миру. Эта музыка исполняется самоучками на свадьбах, фестивалях, на храмовых праздниках, похоронах.

Когда я впервые увидела эти представления, была поражена талантом этих «сельских музыкантов», которые никогда не обучались в консерватории, не посещали музыкальную школу, а просто научились играть на музыкальных инструментах дома. Это мастерство передается из поколения в поколение. Они занимаются этим как хобби. Когда они не играют, то обрабатывают землю, - главный способ зарабатывать на жизнь.

Меня покорили их выступления. Они показали мне другую сторону китайской музыки, о которой я ничего не знала, полностью отличающуюся от той музыки, которую исполняют на сцене или записывают на дисках. Эта музыка спонтанная, похожа на цыганскую. Но эти музыкальные традиции постепенно отступают перед китайской «модернизацией».

В то время как традиции уходят, потребность в музыке, которая их сопровождает, уменьшается. Музыканты с большим трудом находят возможности, чтобы продолжать своё дело и сохранить музыкальные традиции. Я пригласила нескольких, никогда не выезжавших за пределы своей деревни и никогда не летавших на самолетах, выступить со мной в Карнеги Холл. Билеты были распроданы.

Как музыкант, я чувствую обязанность сделать что-нибудь, чтобы помочь «сельским музыкантам» сохранить их музыкальные традиции. Поэтому, я хочу сделать документальный фильм и рассказать о них миру. Я надеюсь, что, попав на мировую сцену, они увидят себя, поймут свою ценность и обретут уверенность, чтобы продолжать свои музыкальные традиции.

Как вам удается это делать, имея столько концертов и мировых турне?

У Мань: Это действительно сложно. Но у меня много отснятого материала. Я путешествовала по отдаленным деревням в Китае с другом, который снимал документальные кадры. Я обращалась ко многим продюсерам, и мне сказали, что пост-продакш стоит дорого. Ассоциация артистов Соединенных Штатов помогла мне собрать средства через свой сайт. Я получила поддержку от многих людей, и мы приближаемся к цели. Надеюсь, больше людей присоединятся ко мне и помогут сделать этот проект реальностью. (Щелкните здесь, чтобы поддержать проект документального фильма У Мань).

Какие трудности вы испытывали, как женщина-музыкант?

У Мань: Жизнь музыканта проходит вдали от дома и семьи. Ты всегда в дороге, в аэропорту, в гостиницах, концертных залах. Это довольно трудно для женщины, которая является и женой, и матерью, особенно для матери подростка. К счастью, у меня очень понимающий муж. Помню, мне нужно было отправиться в гастрольное турне, когда сыну было всего три месяца. Иногда мой муж также находится в разъездах по работе. Но нам всегда удается справиться с ситуацией.

Первые 25 лет своей жизни вы провела в Китае, а следующие 20 лет в Соединенных Штатах. Какую роль это сыграло в вашем музыкальном творчестве?

У Мань: В Китае я заложила основы музыкального образования. В США я нашла новый путь и много новых возможностей, чтобы дать пипе новую жизнь. Это чудесное дело - сделать старинный китайский инструмент международным достоянием и добавить его очарование в западный мир музыки. Я люблю это.

Версия на английском

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ -

ПОДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ!

Вас также может заинтересовать:

  • Пустыня-солончак Уюни
  • Даже тридцати очков Стадемайра было мало для победы
  • Чемпионат Мира по футболу – 2018: по данным Subscribe.ru 2/3 респондентов поддерживают его проведение в России
  • Питерский СКА одержал победу в финале Кубка Шпенглера над сборной Канады
  • Самая красивая река в мире - Каньо Кристалес
  • Комментарии:
    Рекомендуем