Стихи Аллы Айзеншарф. Поэты по субботам

The Epoch Times21.05.2011 Обновлено: 06.09.2021 13:51
Стихи Аллы Айзеншарф. Поэты по субботам
Алла Айзеншарф. Эта удивительная поэтесса родилась в 1936 году, в городе Немирове. Свои первые стихи сочинила в 6 лет, будучи в гетто, перед лицом смерти. Затем, спустя много лет после войны, по памяти, Алла Наумовна запишет эти стихи. Так появится один из ее десяти поэтических сборников под названием «Хорошо, если выстрелят в рот». Переведенный на иврит, английский и украинский сборник был передан в ООН, как исторический документ второй мировой войны.
Алла Айзеншарф окончила медицинское училище и Литературный институт Союза писателей СССР, работала в Молдавии и Сибири, в Израиле с 1988 г., живет в Ашкелоне.

Мы публикуем несколько стихотворений с комментариями поэтессы из сборника «Хорошо, если выстрелят в рот».

НАПИСАНО В ГЕТТО

Нас поставили к перилам моста (через Буг), целились, стреляли…

* * *
Кошка бездомная плачет, но кто ее слышит?
А в теплых норах совсем иначе живут мыши.
И ветер под крышу зарылся и спит на соломе.
Он дома.
И я дом вспоминаю, и так хочу чаю.
И чтоб дождь кончился скоро:
холодно под забором.
Мешок натянула на плечи, а он мокрый,
и только начался вечер.
Я, наверно, умру под утро.
Я думала, умирать трудно.

На ночь сараи запирали, собак спускали с цепи, и если шел дождь, надо было стащить с чьего-то забора сухую тряпку или мешок. Но получалось не всегда.

* * *
Ну, сколько можно в этих лопухах!
А нас искают немцы и собаки.
И страшно. Он большой, как небо, страх.
И писать хочется и громко-громко плакать.

Когда дядя Митя узнавал, что будет облава, он находил нас в городе и незаметно приводил на пустырь. Там, в приготовленной яме, он заваливал нас лопухами. Через густой, высокий репейник пустыря не хотели продираться даже овчарки. И мы лежали с утра до вечера без воды. Иногда слышали лай, крики людей.
* * *
Немцы кричат во дворе
и ломают зачем-то забор и кусты.
А мама звезду на рукав
пришивает зачем-то. Не для красоты.
Потом узелок отрывает зубами и долго жует.
И молчит мама.
Как только немцы пришли в город, они стали занимать лучшие дома на главной улице. Я никак не могла понять, почему родители не противятся разбою, почему во дворе все падает, а они молчат.
* * *
Я, наверно, Гитлера убью.
Вот глаза закрою, бах и — выстрелю.
Только я потом уже не вырасту
и себя уже не полюблю.
Нет, я дверь закрою на замок,
чтоб он выйти никуда не мог.
А в окошко буду строить рожи:
на, смотри, какой ты нехороший.

Много вариантов мести придумывали мы для злодея. Этот показался мне самым подходящим.

* * *
Если б я была его собакой,
Я бы немцу руки искусала,
а потом бы спряталась в овраге
и смеялась, и бока лизала.

Немец пришел с большой собакой. Она оглядывалась на нас и махала хвостом. Он больно дернул ее, собака взвизгнула.

* * *
Так комары искусали, —
нет уже сил терпеть.
Ничего не хочу хотеть,
только, чтоб про меня не знали.
Лежу в камышах, распухшая,
не могу разлепить глаза.
И кашлять нельзя-нельзя:
немцы услушают.
Рядом они где-то
идут с винтовками в гетто.
Лягушонок смеется, глупый,
плачет кузнечик.
А мне уже плакать нечем.
и очень болят губы.

Чаще всего мы прятались в камышах у речки. Но комаров столько, что отбиваться не было сил, и на дорогу выйти нельзя. Звон, звон в ушах.

* * *
У коровы теплые бока.
Мы совсем забыли про рога.
А она вздыхала и сопела,
может, в дети взять нас захотела.
А проснулись, крик такой и лай.
Ну, конечно, он чужой — сарай.
Мы еще за домом там стояли,
может, позовут. Но нас не звали.
Я не плачу, нам нельзя такого.

Стемнело. Мы забрались в чей-то сарай до того, как его закрыли. Корова лежала на соломе и позволяла прижиматься к теплому боку. От нее пахло молоком.

* * *
Тетя Поля нам сказала:
— Ты с сегодня будешь Галя.
Ты — не Мэри, а Маруся.
Может, вас и не убьют. —
Мы молчим, а тетя Поля
в свой платок зеленый плачет
и уходит, потому что
тетю Полю дома ждут.
А какая-то ворона прицепилась,
скачет, скачет:
— Как теперь тебя зовут?

Тетя Поля надела на нас белые украинские косыночки и сказала, чтобы мы запомнили наши новые имена, а иначе — убьют.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА