События в деревне Укань: «сбор долгов после осеннего урожая»

логотип Epoch times
Сельские жители слушают выступление своего лидера Линь Цзулуаня (слева) на митинге, после того, как он заключил соглашение с Чжу Минго, заместителем секретаря комитета КПК провинции Гуандун, 21 декабря 2011 года. Фото: Mark Ralston /AFP /Getty Images

Сельские жители слушают выступление своего лидера Линь Цзулуаня (слева) на митинге, после того, как он заключил соглашение с Чжу Минго, заместителем секретаря комитета КПК провинции Гуандун, 21 декабря 2011 года. Фото: Mark Ralston /AFP /Getty ImagesСельские жители слушают выступление своего лидера Линь Цзулуаня (слева) на митинге, после того, как он заключил соглашение с Чжу Минго, заместителем секретаря комитета КПК провинции Гуандун, 21 декабря 2011 года. Фото: Mark Ralston /AFP /Getty ImagesВ течение трёх месяцев мятежная деревня Укань в провинции Гуандун живёт надеждой, что все старые указания, предписанные коммунистической партии Китая (КПК), больше не надо будет исполнять. Некоторые предложили назвать это событие, произошедшее в последние дни осени в южном Китае, «китайской весной», по аналогии с «арабской весной».

Кризис пришёлся на третью неделю декабря. В Укане был запланирован массовый марш сельских жителей, которые были намерены прорвать блокаду сил безопасности и закончить акцией протеста перед муниципальным правительственным зданием Луфына. При условии выполнения трех требований, они обещали отменить марш протеста.

Первое условие заключалось в освобождении арестованных односельчан. Второе - вернуть тело Сюэ Цзиньбо. И третье - признать избранный сельчанами Временный комитет деревни.

Сюэ Цзиньбо был свободно избранным представителем деревни. Он был арестован местной полицией и умер два дня спустя в местном отделении полиции. Его семье позволили увидеть тело, но не забрать его. Семья сообщила, что труп был изуродован пытками.

Местные власти отрицали обвинения, но отказались вернуть семье тело Сюэ.

20 декабря было достигнуто соглашение между Линь Цзулуанем, представителем деревни, и Чжу Минго, заместителем секретаря комитета КПК провинции Гуандун, которое вселило надежду в жителей Укани. Обе стороны, казалось, были удовлетворены результатами.

Интернет-цензуру о событиях в Укане сняли, а официальные средства массовой информации начали восхвалять мудрость властей Гуандуна в решении такой сложной проблемы. Как обычно, несколько низкоуровневых чиновников были обвинены в нарушениях. И, все требования сельчан, как говорилось, были выполнены.

Сбор долгов

Большинство китайцев не верит, что ситуация закончится так просто. КПК никогда не вела переговоров с народом с тех пор, как пришла к власти в 1949 году, ни с какой-либо личностью, ни с какой-либо организацией.

Один или два раза лидеры партии обсуждали некоторые вопросы с представителями народа: когда Ли Пэн, бывший премьер-министр, встретился с представителями студентов в 1989 году до бойни на площади Тяньаньмэнь, и когда премьер-министр Чжу Жунцзи встретился с последователями Фалуньгун 25 апреля 1999 года, до начала преследования Фалуньгун.

Но Ли Пэн не давал каких-либо обещаний в ходе переговоров, а Чжу Жунцзи хотя и согласился на требования последователей Фалуньгун, но Цзян Цзэминь, в то время глава КПК, отменил решения Чжу. В обоих случаях после таких встреч развязывались бойни и репрессии по приказу высших лидеров.

Каждый китаец знает, что партия всегда предпринимает ответные меры против того, кого она считает угрозой для себя. В Китае этот вид возмездия называется «сбор долгов после осеннего урожая».

Новый комитет деревни

Жители деревни и активисты обеспокоены тем, что будет дальше.

Первым шагом КПК будет замена временного комитета деревни, официальным комитетом, имеющим доверие КПК.

Рабочая группа, направленная в Укань комитетом КПК провинции Гуандун (направила КПК, а не правительство Гуандун), объявила 130 кандидатов для следующих выборов в деревне. Но ведь Чжу Минго согласился, что временный комитет деревни является легитимным, так зачем проводить ещё одни выборы?

Один из жителей деревни, Се, сообщил «Великой Эпохе», что сельские жители не признают этих кандидатов. Он сказал, что в списке 100 с лишним членов партии, многие из которых замешаны в коррупции, и были связаны с бывшим секретарём партии, который сбежал из деревни. Сколько из них являются честными?

Как он будет взаимодействовать с уже избранным временным комитетом деревни после избрания нового комитета от компартии? Будет ли он постепенно разлагать временный комитет? Останется ли самоуправление у сельских жителей?

В любом случае, жители опасаются того, что может сделать компартия. У Ли Чжэня, которому более 60 лет, был нервный срыв, когда вооруженные полицейские вошли в деревню. Он, как и многие другие жители деревни, получили телефонные звонки с угрозами от партийных и правительственных чиновников, которые обещали расправиться с ними. Он внес пожертвование во временный комитет деревни, когда Укань была в осаде и, опасаясь, что это может привести к преследованиям, покончил с собой 29 декабря.

В то же время, тело Сюэ Цзиньбо до сих пор не возвращено. Власти пытались заставить семью Сюэ подписать заключение, что Сюэ умер от сердечного приступа. За что они обещали выплатить компенсацию, но семья отказалась от такой сделки.

Принятие ответных мер

На самом деле, комитет КПК Гуандуна не пытался скрыть своё намерение отомстить. За день до встречи с представителем деревни Линь Цзулуанем, заместитель секретаря комитета КПК провинции Гуандун Чжу Минго выступил с речью на совещании в городе Луфын.

Его речь размещена на Shantou Party and Government Information Network, официальном сайте правительства.

В ней шесть основных пунктов. Пункт 2 гласит: «Чрезмерная реакция большинства людей вполне понятна и простительна; партия и правительство не будут считать их виновными. Но тот, кто был замешан в этом преступлении, может быть заключен под арест до тех пор, пока он не раскается».

Власти сами ранее признали, что протест жителей был вызван коррупцией и правонарушениями местных чиновников. Как может партия и правительство «понять» и «простить» людей за совершенные чиновниками правонарушения?

Пункт 4 гласит: «Правительство обещает, что, пока жители не совершают преступления, не организовывают мероприятия для конфронтации с правительством, не используют враждебные силы, как в стране, так и за рубежом, [правительство] не войдёт в деревню арестовывать людей».

Эта точка зрения, которая, кажется, обещает безопасность жителям, но на самом деле читается, скорее, как угроза. Она превентивно обвиняет сельских жителей в преступлениях, которые они никогда не совершали, так как для КПК «враждебные силы» существуют всегда, как внутри страны, так и за рубежом.

Пункт 6 нацелен на двух организаторов протестов. Он требует, чтобы Линь Цзулуань и Ян Сэмао показали своё сожаление и сдались властям. Если они сделают это, то правительство, возможно, проявит снисхождение, и не будет арестовывать их. Для этой презумпция виновности, которую применяет КПК, даже не нужно решение суда.

В речи Чжу было лишь шесть пунктов, и три из них, пункты 2, 4 и 6, были о «сборе долга после осеннего урожая».

На следующий день, когда две газеты опубликовали его речь, 6 пунктов удалили, и весь тон был значительно смягчён. Но послание было ясным. Крушение мифа

Такую сильную негативную реакцию компартии вызвал не сам протест. Подобные протесты происходят в Китае почти каждый день: против коррупции, принудительного захвата земель и сноса домов.

Уникальность события в Укане состоит в том, что сельские жители самостоятельно отменили полномочия секретаря партии и деревенского комитета, представляющего власть коммунистов. После чего они выбирали свой временный комитет.

Временный комитет управляет деревней три месяца. За эти три месяца Укань стала первой настоящей самоуправляемой деревней после того, как КПК пришла к власти в 1949 году. Значимость этого события пока не оценена по достоинству.

Один из пропагандистских приемов, который использует КПК, заключается в том, чтобы заставить людей поверить, что без компартии Китай впадет в хаос, страна распадется, будут войны и так далее.

Когда «Девять комментариев о коммунистической партии» вышли в 2004 году, и началось мирное освободительное движение китайского народа по выходу из любых организаций, связанных с КПК, некоторые люди, и не только китайцы, проявляли беспокойство и задавали вопрос, что произойдет, если КПК рухнет? Некоторые даже утверждали, что китайцы не готовы жить при демократии и свободе.

События в деревне Укань должны положить конец этим ложным представлениям. Жители Укани доказали, что китайский народ может жить лучше, без управления КПК. У него достаточно мудрости, чтобы управлять своей жизнью, без «руководства» КПК. Это то, что пугает партию больше всего, и это является одним из наиболее важных уроков, который преподали события в Укане.

С 27 декабря жители в соседней провинции Фуцзянь протестовали на улицах против изъятия земель. Один из баннеров, которые они несли, гласил: «Учитесь у Укани».

Версия на английском

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ -

ПОДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ!

Вас также может заинтересовать:

  • Китай. Из-за плохого качества жильцы отказались вселяться в новый дом, и устроили протест
  • Уровень воды в самом большом пресном озере Китая достиг 60-летнего минимума
  • За месяц в китайском Харбине арестовали 76 сторонников Фалуньгун
  • Государственные СМИ КНР подтвердили факт попытки самосожжения тибетцами
  • Гонконгский телесериал запрещён в Китае впервые за 20 лет
  • Комментарии:
    Рекомендуем