Стихи Вероники Долиной. Поэты по субботам

Автор: 27.10.2012 Обновлено: 06.09.2021 14:13
За недавние август-сентябрь Вероника Долина написала несколько
десятков стихотворений. Её дружба с фейсбуком, вернее, её выход в мир через
фейсбук начался где-то в июле месяце. Пусть так и звучит название этой подборки
«Совсем недавние стихи». Вероника Долина
остаётся неповторимой, мудрой, искренней, увлекающей – такой, какая она есть.

Стихи Вероники Долиной. Поэты по субботам


Вероника Долина, поэт, бард. Фото: Афиша «ПроАртИнфо»

***

Стараюсь. Молодицей, молодцом.
Быть бабкой, дедом, мамой и отцом.
Стараюсь, упираюсь, не стираюсь.
Возьмите все, родные дураки,
Что выпало из слабенькой руки,
Возьмите, сквозь губу не поминайте,
Не можете понять — не понимайте.
Однажды расшифруете стихи.

Стараюсь. Ведь у них то — никого,

Кроме святого духа одного.
Да, кроме одного такого духа,
Что вместо зренья, голоса и слуха
Всем в доме правит. Наш семейный дух.
Он не оставит нас, смешных старух.
Сварливых, чутких, спящих наяву.
Тринадцать лет без мамы я живу

***

Давно я
не видала Фалька,
Да и других — давно уже.
Так, музыка без катафалка,
Не каждый день звучит в душе.

Давно мы не были в квартире,
Где наблюдался сбор такой
Людей, годка сорок четыре
Тому назад, что над рекой.

Да над Москвой, а также Сеной,
А так же Темза и Гудзон,
Их тени разлетелись темой,
Та шляпа, галстук и блузон…

Так вот же, там жила старуха.
Красавица с одной ногой.
Огонь в глазах, величье духа,
Новеллы — о стране другой…

Она рассказывала громко,
Пока заваривался чай —
Отъезд Шагала. Дискурс Блока.
О Фальке тоже, невзначай.

Ни сладкой не была, ни милой.
Но в чайном домике жила.
И Александрой Веньяминной
Та публика ее звала.

Немного расскажу. Сумбурен,
Боюсь, получится рассказ.
Но там и Женечка Бачурин
Был встречен мною в первый раз…

Я девочка была. И жалко,
Не все запомнилось вполне.
Но первые работы Фалька —
В квартире той, на той стене.

***

Меч отсекает голову невинну —
И дальше жизнь идет, и ничего…
Вы вспомните мой плач по кодеину,
Ничтожества, изгнавшие его.
Который месяц стонем безнадежно —
С пожизненною болью головной.
Но все таки и выкрутиться можно,
За нашей, за китайскою стеной.
И то, и это. Парацетамолу,
Да ношпою пришпарим, да компресс.

Такую знаем жизненною школу,
Что твой айфон, что мировой прогресс.
Не допустили нас до Джобса Стива —
А может, мы своей живой водой
И справились бы споро и счастливо
С его болезнью, эппловской бедой…
Чему-чему мы можем поучить —
Как самому себя самолечить…
О чем сегодня вся моя баллада?
Зачем весь этот утренний компот?
Затем, что поискать сначала надо,
И только после — это тащишь в рот.
Во Франции нашлась моя припарка!
Здесь ПРОНТАЛЬГИН насыплют и нальют…
И кодеину никому не жалко.
А жалко нас.
Нас так и так — убьют.

***

Как
живется детям без нас? Без вот этого тет-а-тет?
Ничего не знаю. Погода, транспорт, университет.
Множество физиономий. Хоть вроде бы, глухомань.
Разрезов глаз, иных анатомий, Юнайтед Кингдом,
Альмань…

Онгри, Полонь, Итали, Лезета-Зюни,
Посмотри кругом, не шали, мы тут не одни.
А вот это уже – вниманье! — одна из вершин:
Между Мексикой и Альманью — да это же Шин!

Шин, как тут говорят, это наш Китай.
Это хрупкие девочки, их без счету, и не считай.
А вот эти рядом — мы ахнули, абрис, поворот головы…
И хохочут «мы Астрахань, Астрахань, а вы — из Москвы?»

Что-то это напоминает… Какой-то сон…
Память пыжится, разум пеняет, и все в унисон.
Это пестрое множество недружных, неуклюжих детей —
Просто птицы из северных, южных, любых областей.

Как тут будет жить мое дорогое дитя?
Напряженно пружинить, или — весело, не грустя?
Или в ступоре, или впадет в многодневный транс?
Помоги ему, Астрахань, Шина, Юнайтед Франс!

***

Д.П.

Очень
прост. А покажи мне, кто тут Пруст?

Закажите — просит он — Сорокоуст!
Сильно тяжко, братцы. Мы ль не на Руси?
Попроси, бедняжка, пуще попроси.

Если мальчика сегодня схоронил —
Проворонил, проморгал, просеменил,
Ни в беслане, ни в норд-осте, ни в воде,
А в Москве сорокахвостой, как нигде.

Что ты думаешь, тут сорок сороков?
Тут псалмы поют, со строфами стихов?
Тут вдувают память в каждую свечу?
Я цветаевской Москвы сама хочу…

Пусть твой мальчик, пролетая над Москвой,
Пропоёт тебе, как будто он живой.
Будто ангел – о, живущих на Руси,
Пусть попросит, что ли, «Господи, спаси!»

***

Особенность
зренья и слуха —
Уметь различать за окном.
Гугуха- гугуха — гугуха !
Под утро, меж явью и сном….

Где Адлер, да где и Алупка?
Хоть что то из прежних крайот?
Давно раскололась скорлупка.
А где же голубка поет?

Та птица, ничуть не ручная,
Что, с гор прилетая, гурчит.
Не ласковая, не родная,
И, как заводная, звучит.

Я с детства искала в полглаза
Ее голубое перо.
Дум спиро! Проклятая фраза.
Пристала, как сказка Перро.

Маринины грустные веки,
И дальней дороги следы —
Афишка на медиатеке,
Едва ты ушел от воды.

В Кабурге — высокие своды.
И здесь не болеет тоской
Твой маленький голубь свободы —
Стальной, немосковский, морской.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА