Меню
  • Поиск
  • ×Закрыть
    Велика Эпоха мультиязычный проект, эксперт по Китаю

    Стихи Сергея Хмельницкого. Поэты по субботам

    Сергей Хмельницкий (1925-2003) – неординарный поэт, при жизни выпустивший только одну книжечку стихов тиражом 300 экземпляров. Оказавшись в жерновах самого бесчеловечного режима в истории человечества, коверкавшего под прессом страха моральные ценности, Хмельницкий вынужденно дал показание против близких друзей. Он нёс тяжелейшее бремя предателя до конца своей жизни, хотя, по сути, им не был.

    В 1964 году за год до процесса Синявского и Даниэля, отвергнутый друзьями Хмельницкий уехал в Душанбе, где работал по своей специальности архитектором. В 1980 году, покинув Союз и поселившись в Берлине, занимался историей архитектуры мусульманских стран, участвовал в археологических экспедициях в Помпеях. Всё отразилось в его творчестве.

    Портрет С.Хмельницкого. Художник Д.Хмельницкий (сын) Портрет С.Хмельницкого. Художник Д.Хмельницкий (сын)

    *** Где нарушил покой долины Раскаленный металл лопат – Вылезает из жухлой глины Наклонённый назад фасад.

    Облетела в труху завала Быстротечных веков пыльца И жилище согдийца встало Глыбой каменного сырца,

    Объявилось на повороте У предгорий, где сель шумит, Оголённой пахсовой плотью, Полированный как гранит.

    Вот он, замок, в сыпи увечий Нами поднятый из глубин, – Он моложе вчерашней речи И сильней двадцати турбин,

    Дым по склонам – и клочья башен Опадают сухой листвой. После смерти моей и вашей Он пребудет такой живой,

    Будет жить, в чертежи уменьшен, Грудой глины подмяв листы, Заменяя друзей и женщин, Ограждая от клеветы.

    1958

    *** Не так быстро и не так просто Мы земные дела творим. Робинзон не вернётся с острова, Не придут корабли за ним.

    Он останется незакопанный, Навзничь брошенный в перегной, Позабыт своими Европами И не принят землёй иной.

    Поднимается к небу лестница, Там ответчики ждут исца. Ни креста ему, ни полумесяца, Ни звезды о семи концах. 1957-1971

    *** Здравствуй, милый нераскаянный злодей, Очень рад я познакомиться с тобой, Потому что я люблю плохих людей, Потому что я и сам такой плохой.

    Может, я с тобой давно уже знаком? Ты ведь тоже любишь в опут с головой, Тоже любишь прокалённым пятаком Проктиться по гремучей мостовой.

    Не кривись и не ломай карандаши, Никого себе на помощь не зови. Или в гривенники выйти порешил, Или холодно на свете без любви?

    Не печалься, не тревожься и наплюй. Всё прекрасно, только очень может быть Никогда я никого не полюблю И меня, пожалуй, не за что любить.

    Но пройдём мы по земле и по воде, Наглым смехом нарушая их покой, Потому что я люблю плохих людей, Потому что я и сам такой плохой. 7 мая 1945

    *** Променяли Штассера на Штрайхера, Так оно ведётся у людей. Интеллекты, любы белее сахара, А за ними – контуром – злодей.

    Ох как нужно счастье человечеству, Ох как важно формулу найти, И мыслитель мучится и мечется На своём нехоженом пути.

    Блеском струн артезианских скважин Тем путём ведёт его любовь. Будет путь утоптан и загажен И забит колоннами рабов.

    Помнишь эти пламенные речи, Сигаретный пепел на заре? Сквозь туман едва курятся печи Концентрационных лагерей.

    А пока – кремнистая дорога, Гетеанский кедр да луна. На холодный ветер выдь, небога, Чашу эту выцеди до дна,

    Доцеди, залей слезами зёнки, Затоскуй, соавтор сатаны, И умри – в изгнанье, иль в застенке, Или у классической стены,

    Чтоб тебя, ликуя и карая, Пронесли над пиками веков Дураки, взыскующие рая, Подлецы, надежда дураков. 80-е

    *** Когда распинали Христа, Мой предок дремал на крыше. Разбуженный шумом, встал И тотчас наружу вышел,

    И не заходя в клозет, Как был не умыт, в исподнем, Он кинулся поглазеть На крестные муки Господни.

    Достигнув же высоты, Где состоялся праздник, Мой предок ушёл в кусты Подальше от места казни.

    Потом он с толпой кричал, Что нету святынь отныне, Потом хвалил палача На очень плохой латыни.

    Потом вернулся домой, Мой предок, душа живая, И вскоре уснул с женой, Ужасно переживая.

    Господь, распятый за ны, Кого я молю так редко! Сними с меня часть вины За чистую душу предка. 60-е

    *** Неизвестно куда ты идёшь по столице твоей, Непонятно зачем на Петровку тебя завело. Начинается ночь, и кустами ползучих огней Расшибается пламя о траурное стекло.

    На сырых площадях не осталось уже ни души, Водосточные трубы съедает жестокая ржа, Мудрецы-гинекологи розовый свет потушив, Ловят Голос Америки в жаркие сети пижам.

    Подбородок вперёд, ты плывёшь на привычной волне. Я не верю тебе. Ты ещё подозрительно тих. Ты вслепую идёшь по шипенью морозных камней, Под бредущую вброд канонаду вечерних шутих.

    Молодые хлыщи с непонятным притоком деньги По подъездам разводят привилегированных дам. Ты завидуешь? Нет. В переулке ни тени, ни зги. Всё равно от меня не уйдёшь никогда никуда.

    Ты дошёл до конца. Оглянись на неверном снегу. Тяжек хлопьев полёт на бетонные струны трибун. Часовые стоят, и глядит немигающий ГУМ На стоящих и спящих, и прахом лежащих в гробу.

    Понимаешь теперь на кого поднимается меч? Не бывало такого, чтоб было – быльём поросло. Этот каменный призрак не стоит ни жизни, ни свеч, – Только платы и платы за то неизбывное зло. 1949


    Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

    Вас также может заинтересовать:

  • Фонд «Спешите делать добро!» представляет благотворительный концерт Оксаны Федоровой «В день рождения с любовью»
  • «Кухня» со всеми вытекающими из этого последствиями
  • «Сумерки. Сага. Рассвет: Часть 2»: вместе навечно
  • О причине споров. Притча
  • Николай Рубцов. Стихи о природе

  • Выбор редактора »

  • История коммунизма
  • Наш канал в телеграм

  • Top