Поход в Мар Сабу. Путевые заметки. Часть вторая

логотип Epoch times
Поход в Мар Сабу. Путевые заметки. Часть вторая

Продолжение...
Кто-то предпочитает туры на популярные курорты , такие как Египет, ОАЭ или Турция, где можно комфортно отдохнуть в классном отеле с бассейном, или Тайланд, куда можно отправиться недорого по путёвке от туроператора www.teztour.ua. Я предпочла пешеходную экскурсию, беспечно незадумавшись о своей физической неподготовленности. Но древнейший монастырь Мар Саба тянул к себе неумолимо.

Здесь, почти на краю пропасти, мы посматриваем на крепостную стену монастыря, слушая предварительный рассказ Ведуньи-Эйнат. Вечером взволнованная дочь сообщит, что где-то в Иудейской пустыне во время какого-то похода сорвался со скалы шестидесятилетний мужчина, разбился насмерть. Ещё одна жертва Геенны Огненной. О ней чуть позже.

Мар Саба – это Преподобный Савва, Освящённый, основавший в 484 году лавру – мужской монастырь, превратившийся в целый город к 1840 году усилиями Российской православной патриархии. Там говорят на русском, на греческом и, пожалуй, всё. Ангел указал Мар Сабе на место будущего монастыря в Кедронском каньоне именно с горы Азазель. Не шуточки…

Домыслы не от Ведуньи по-поводу этимологии "Мар Саба".
«Саба» на арамейском – дедушка, «мар» – «господин» или "мистер". Мистер Дедушка…

Савва был незаурядным ребёнком. В свои восемь решил стать монахом. Такой поступок детским никак не назовёшь, да и дедушки до перехода в лучший мир по привычке вещей от мирских радостей не отказываются. Видимо родился Савва уже почти готовым святым Дедушкой. Почему «почти»?

Отвечаю гипотезой: чтоб удержаться в этом бренном мире, хотя бы несколько десятков лет нужна хотя бы одна зацепка – некая несовершенность. Её-то и надо усовершенствовать, что можно сделать только здесь, живя в лишениях. Это, по-моему, и есть суть монашества. Кстати, слово «мар» ещё имеет значение «горький». Горька монашеская жизнь. Горький Дедушка Савва.

Мощи Дедушки Саввы не истлели, они бережно хранятся в монастыре. Ноги мощей Сабы обуты в фиолетовые вязаные тапочки с вышитыми цветами. Фотографировать мощи нельзя. Как-то, при переезде с места на место Марсабины мощи нужно было переодеть. Не удавалось их приподнять (прослушала по какой причине). Мощи взяли и приподнялись сами...

При жизни Преподобный Савва боролся с бесами, общался с ангелами (чем же ещё заниматься во время продолжительной медитации?). Осёл однажды, во время засухи, показал ему, где находится источник воды. Источник до сих пор даёт питьевую воду, по 30 литров в неделю (если не ошибаюсь), и бережно охраняется монахами.

Скоро мы отправимся к воротам монастыря. Женщины подождут у ворот, может быть их поразвлекают байками и чаем монахи. Пока некоторые из путешественниц посылают тоскливые взгляды на грандиозное недосягаемое строение в скале. Мужчины меняют шорты на штаны, дабы почтить священную территорию скромным обликом. Не все мужчины войдут в саму лавру. Только те, кто с православием не в споре.
Это монашеские кельи напротив лавры. Был период, когда в монастыре обитало около 5000 монахов. Была популярна «горькая жизнь». Современные монахи едят один раз в день. В праздник – два. Мясное – нельзя, яблоки, как не странно, тоже нельзя (живо одно из преданий об искушении Мар Сабы яблоком).

Вполне живописная коза, подстать текстуре скал. Вот уж за чью координацию движений не стоит беспокоиться.

Это мы у ворот монастыря. Белые голуби, их ещё скопцами зовут. Сделала я лотос, красивый. Из подарочных лент вырезала лепестки, с позолоченными бусинками и бирочкой, где описывается появление этого удивительного цветка на свет, из болота. Тоже с горькой судьбой. Решила подарить монаху. Для смелости позвала с собой Ведунью-Эйнат. Она указала мне на вот этого монаха, самого простого.

Протягиваю ему лотос. Он радостно берёт и стремглав пропадает внутри. «Куда он?» – спрашиваю. «Он тебе тоже что-то подарить хочет» – отвечает Эйнат. Она-то знает... Появляется монах, торжественно прижимая к себе большой деревянный крест и, осторожно улыбаясь, смотрит на меня. «Нет, – признаюсь, – я верю, но по-другому, безкрестово». Берёт он мою руку, украдкой вытаскивает пузырёк из рясы и на запястье его содержимым осторожно рисует мне крестик. Никто меня в тот момент не сфотографировал, но думаю, что выражение лица моего было непонятным. «В тебе течёт православная кровь» – обнадёжил меня монах. А я поспешила незаметно растереть ароматическое масло. Благоухала потом, если не на всю Кедронскую долину, то на существенную её часть. До сих пор запястье моё мирровое.

Куст, подсвеченный зенитными солнечными лучами. Чем-то напомнил терновый несгораемый.

Чуть выше лавры, в стороне, построенный для женщин гостиный двор. Нынче строение замуровано. А вот два дерева выбились из-под камня, проросли, почти лёжа.

Поражает способность растений сквозь камень прорастать к свету.
Вот она, лавра Мар-Сабова, с другой стороны каньона. Поднялись мы туда не без усилий. Я чуть не промолвило «Всё».

Окончание следует…

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ -

ПОДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ!

Вас также может заинтересовать:

  • Поход в Мар Сабу. Путевые заметки. Часть первая
  • 13 удивительных вещей в современной Японии
  • Тоннель Мармарай в Турции откроется 29 октября
  • Новый музей открывается в Брюсселе
  • Шри-Ланка. Возвращение в лето
  • Комментарии:
    Рекомендуем