Фрески Рафаэля в тронном зале папы Юлия II. (Общественное достояние)  | Epoch Times Россия
Фрески Рафаэля в тронном зале папы Юлия II. (Общественное достояние)

Диалог веры и разума

Творчество Рафаэля приглашает зрителей присоединиться к этому вечному диалогу
Автор: 22.03.2022 Обновлено: 22.03.2022 11:52
В благополучные дни до пандемии, каждый день десятки тысяч посетителей стекались в музеи Ватикана, чтобы полюбоваться находящимися там необыкновенными произведениями искусства эпохи Возрождения. Долгие переходы по огромным залам приводили их в апартаменты Папы Юлия II, где Рафаэль Санти расписывал стены фресками с 1509 по 1514 год.

Туристы привычно фотографировали Платона и Аристотеля в «Афинской школе» (это изображение размещено на входном билете), а затем протискивались к выходу в блаженном неведении, что они оказались свидетелями величайшего визуального диалога между верой и разумом в истории западного искусства.

Stanza della Segnatura, также известная как тронный зал Юлия II, является местом, где Рафаэль проявил себя на римской художественной сцене. Зал находился в самом центре новых апартаментов, заказанных Юлием II после его избрания в 1503 году.

Опытный меценат, Юлий рассмотрел кандидатуры множество художников, прежде чем сделать выбор в пользу относительно неизвестного Рафаэля для украшения помещения, где он будет приветствовать как правитель центральной Италии глав государств, а также своих духовных подданных, как глава западного христианства. (Протестантская Реформация начнется только через четыре года после его смерти).

Рафаэлю было поручено визуально пробуждать добродетель мудрости, которая в эпоху Возрождения считалась самым желанным качеством для людей, наделенных властью. С помощью идейного вдохновителя Юлия, ученого Томмазо Ингирами, Рафаэль создал вокруг места понтифика визуальный карниз мудрости. Он изобразил четыре основных предмета изучения в ту эпоху: право, философию, искусство и теологию.

На стены можно смотреть с восхищением, но больше всего Юлия и его двор пленили две большие фрески, обращенные друг к другу в другом конце комнаты. Они изображали богословие в образе «Диспута» и философию, представленную «Афинской школой». Эти красочные названия были даны не Рафаэлем, который знал эти работы как аллегории философии и теологии. Вместо него их дал Джорджо Вазари, художник-историк, через 30 лет после создания фресок.

Рафаэль, не будучи ни философом, ни теологом, изобразил мыслителей, проповедников и ученых, предложенных Ингирами. Но не состав персонажей привел художника к славе, а новаторский способ размещения фигур в пространстве придал произведению смысл и блеск.

Богословие и философия

Рассматривая картину богословия, можно увидеть, что чёткая линия прослеживается от Бога на вершине, среди золоченых облаков, спускается к Христу с распростёртыми руками, затем к голубю Святого Духа, заключённому в золотой круг, и, наконец, завершается дарохранительницей у алтаря, держащей освящённое Воплощение: Тело и Кровь Христа. Эта доминирующая вертикаль изображает завершённость богословия, изучающего вещи Бога как высшее благо.

«Афинская школа», напротив, разделена горизонтальной линией, определяемой фигурой, вбегающей слева, и другой, уходящей со сцены справа, что подчеркивает важность философии для понимания вещей этого мира.

Различные декорации этих двух произведений подчеркивают ещё одно различие. Философы размещены в грандиозном сооружении с аркадами, которое напоминает массивную базилику Максенция на римском Форуме. Модель новой базилики Святого Петра, которую в то время строил родственник Рафаэля Браманте. Архитектура служила прекрасной метафорой для философии. Как древние учили человека властвовать над пространством и организовывать его с помощью архитектуры, так и они создали философию как средство упорядочивания знаний. Пространство замкнуто и структурировано, хотя и открыто к зрителю.

Как ни странно, для города, в котором насчитывается более 500 церквей, картина богословия почти не имеет архитектурных рамок. Слева есть небольшая постройка, справа — несколько кварталов, но основная структура произведения состоит из людей. Фигуры находятся по сторонам, как проходы церкви. Сидящие пророки и апостолы образуют полукруг, напоминающий апсиду, а Иисус, одетый в белое, предстаёт как алтарь.

За дарохранительницей пейзаж простирается до кажущегося бесконечным горизонта. Образ побуждает зрителя последовать примеру святых и пророков, чтобы глубже проникнуть в тайну веры. Эти два места сравнивают человеческое развитие философии с божественной природой теологии, зависящей от откровения Бога.

Новаторство Рафаэля

Однако самым новаторским аспектом этих двух работ было размещение Рафаэлем фигур. Он заполнил каждую сторону почти 60 персонажами. Ранее большие группы просто располагались рядами, напоминая фотографию из школьного альбома, но Рафаэль расставил каждую фигуру так, что взгляд проникал сквозь фреску к её кульминационной точке.

В «Диспуте» персонажи, находящиеся на внешних краях, оказываются в пространстве зрителя. Один любопытный мальчик склонился над балюстрадой, а на противоположной стороне мужчина жестом показывает на свою книгу. Он — символ ереси, пытающийся продвинуть свои собственные идеи. Следующие фигуры поворачиваются, преклоняют колени, тянутся и устремляются взглядами к алтарю, где пожилой мужчина решительно указывает наверх.

С другой стороны изображены три изогнутых свода в идеальной перспективе, направляя взгляд от вершины произведения к его центру. Обрамлённые центральной аркой, Платон и Аристотель вписаны в произведение, почти как камень, опущенный в тихую воду. Воздействие их мыслей распространяется среди знаменитых мыслителей, собравшихся вдоль вершины, включая Сократа в оливковой мантии.

Фигуры устремляют взгляд вниз, где философы спускаются по ступеням и, кажется, объединяются в отдельные школы мысли. Евклид маневрирует со своим компасом в окружении восторженных учеников. Слева Пифагор объясняет свою теорему молодым, пожилым и даже иностранцам — человек в чалме является данью уважения исламским интеллектуалам Кордовской философской школы.

В изображении Рафаэля философия предстаёт как бесконечный поток знаний, увеличивающийся с течением веков, передаваемый учителями ученикам до нашего времени. Гордый этим достижением, Рафаэль вставил свой автопортрет в крайний правый угол, участвуя в дискуссии с Птолемеем и Страбоном, возможно, обсуждая технику перспективы. Рафаэль, смотрящий на зрителя, увенчан черной шапочкой, красив и обаятелен, в отличие от своего соперника Микеланджело, изображённого в центре композиции в сапогах и лавандовом плаще.

Микеланджело был старше Рафаэля на восемь лет и уже работал в Сикстинской капелле. Рафаэль добавил фигуру Микеланджело к готовой фреске и изобразил молчаливого флорентийца в образе Гераклита Непонятного. Вероятно, Рафаэль хотел сделать обратный комплимент, так как неряшливо одетая фигура выглядит как образ меланхоличного одиночества.

«Диспут» — это христианское видение отношений между верой и разумом, воплощенное Рафаэлем. Не антагонисты, а взаимодополняющие партнёры: одни призваны открывать чудеса бренного мира, а другие — проникать в духовную сферу. И сегодня Рафаэль своим изяществом, очарованием и смелым творчеством приглашает зрителей присоединиться к этому вечному диалогу.

Элизабет Лев — историк искусства, преподаватель и экскурсовод.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА