«Одетую в лёгкое платье из газа или тафты, её (Марию-Антуанетту) сравнивали с Венерой Медичи, с Аталантой в садах Марли», — писала фрейлина Марии-Антуанетты мадам Кампан.
Миф и, зачастую, благоговейный трепет, окружающие Марию-Антуанетту (1755–1793), сохраняются спустя столетия после казни королевы в возрасте 37 лет.
Лондонский Музей Виктории и Альберта отмечает 270-летие со дня рождения французской королевы выставкой «Стиль Марии-Антуанетты». Удивительно, но это первая в Великобритании выставка, посвящённая знаменитой королеве и её непреходящему влиянию на искусство, музыку, кино, театр, фотографию, декоративно-прикладное искусство, дизайн интерьера и сада и, конечно же, моду.
Среди стильных экспонатов представлены современные модели одежды от европейских домов моды, таких как Dior, Chanel и Valentino, а также удостоенные премии «Оскар» исторические костюмы и аксессуары из фильма Софии Копполы «Мария-Антуанетта» 2006 года.
Одной из самых увлекательных частей этой великолепной выставки являются вещи Марии-Антуанетты. Шёлковые туфли королевы, богатый фрагмент её шёлкового платья и драгоценности из её личной коллекции являются редкими памятными вещами стильной французской королевы. Её сервиз для ужина Petit Trianon и предметы туалетного набора, включая ванночку для глаз и хрустальный флакон для духов, впервые покидают Версаль.
Патриотичный меценат
Роль королевы Марии-Антуанетты требовала, чтобы она покровительствовала французским художникам, ремесленникам и промышленникам. Она делала это со вкусом и использовала много французского шёлка. Как только 14-летняя австрийская эрцгерцогиня ступила на французскую землю, она была одета в свадебное платье из французского шёлка и отправилась в нём на свадьбу.
Людовик XVI и его королева подавали пример. Когда в конце 1770-х годов чиновники, занимающиеся коммерцией, увидели упадок французской шёлковой промышленности, они настоятельно рекомендовали монархам носить «богатые одежды с золотом и серебром». Королева в ответ запретила всем, кто носил неформальное «платье а-ля полонез», появляться у неё. Верхняя юбка платья в стиле полонез была драпированной и свисала (подвешивалась на крючках или лентах на талии или чуть ниже), открывая нижнюю юбку или нижние юбки и щиколотки.
Она также заказала золотые и серебряные шелка для двора. Согласно анонимной хронике «Секретные мемуары, служащие историей Французской литературной республики», «нет сомнения, что этот пример возродит вкус к подобному великолепию, которое вытеснили простые, однотонные шелка».
В книге экспонатов куратор выставки Сара Грант так определила стиль Марии-Антуанетты:
«Стиль элегантный, свежий и женственный, характеризуется натуралистичными цветочными узорами, палитрой пастельных и ярких тонов, вышитыми шелками, набивным хлопком, прозрачным муслином и светлым кружевом, белым бисквитным фарфором, белыми и золотыми панелями, живыми и шёлковыми цветами, а также деревянной инкрустацией. Со временем сложные пудровые причёски и сверкающие парюры (ювелирные наборы) уступили место более естественным волосам и простым драгоценностям. Интерьеры и мебель стали компактными по размеру и назначению. Мода становилась всё более лаконичной и непринуждённой».
Гардероб, достойный французской королевы
Мария-Антуанетта заказывала около 108 новых платьев в год. Они были изготовлены из трёх основных тканей: тафты для лета, атласа для зимы и саржи для осени и весны. Для каждого из этих трёх модных сезонов она заказывала 36 платьев: 12 платьев «grand habit», 12 пышных платьев и 12 повседневных платьев. В эти цифры не входят повседневные платья королевы из хлопка или муслина, которые она носила много лет.
Дамы носили свои роскошные бархатные и шёлковые платья, расшитые металлическими нитями, во время придворных и церковных служб. Немногие из этих платьев сохранились из-за износа или из-за того, что швеи повторно использовали дорогие металлические нити, когда фасон платья выходил из моды.
Члены королевской семьи и придворные носили парадное придворное платье, называемое «grand habit» или «robe de cour», состоящее из жёсткого лифа («grand corps») и юбки со съёмным шлейфом. Платье с многослойными кружевными рукавами надевалось поверх трёх или четырёх панье, обтянутых шёлком или холстом. Панье представляли собой обручи, широкие в бёдрах и плоские спереди и сзади. Роскошные парчовые или вышитые шелка с изысканной отделкой украшали платье, включая мех, бантики, ленты, драгоценности, ажурное серебряное кружево и вышивку золотыми и серебряными нитями.
Портрет 17-летней Марии-Антуанетты кисти Франсуа Юбера Друэ, названный «Королева Франции в придворном платье», изображает многоярусные кружевные рукава, нежные цветочные мотивы и металлическую вышивку на шёлковом лифе её роскошного наряда. Бриллиантовое кольё завершает элегантный наряд.
Несмотря на элегантность, дамы считали ношение парадного туалета обременительным. Королева снимала тяжёлый шлейф и панье своего платья, как только входила в свои частные апартаменты. Она просила Людовика XVI прекратить традицию ношения парадного костюма при дворе.
Оригинальные платья королевы
Ни одно из платьев Марии-Антуанетты не сохранилось, но фрагменты ткани и портреты королевы позволяют заглянуть в её изысканный гардероб.
Художница королевы Элизабет Луиза Виже-Лебрен создала в 1783 году два портрета королевы: «Мария-Антуанетта в муслиновом платье» и «Мария-Антуанетта с розой». Эти портреты, в частности, показывают, как Мария-Антуанетта бросила вызов французскому придворному этикету, отдав предпочтение более раскрепощённому австрийскому двору.
Она нарушила традицию официального портрета, написав «Марию-Антуанетту в муслиновом платье». Стремясь понравиться подданным и, возможно, развеять опасения по поводу своих расточительных расходов, королева позировала в неформальном «robe en chemise» — белом муслиновом платье с золотым поясом и соломенной шляпой.
Когда портрет был выставлен в Парижском салоне в 1783 году, он был признан шокирующим. Некоторые утверждали, что королева, похоже, была в нижнем белье, другие задавались вопросом, почему она «носит тряпку для пыли, как у горничной». Другой заметил, что «портрет следовало бы назвать «Франция, одетая как Австрия, вынуждена прикрываться соломой“».
Виже-Лебрен быстро заменила картину более традиционным портретом «Мария-Антуанетта с розой», изображавшим королеву в серо-голубом атласном «французском платье». Платье состояло из лифа, покрытого длинным декоративным корсажем. Оно распахивалось спереди, открывая нижнюю юбку. Сзади две широкие складки ниспадали от плеч к подолу.
Королева дополнила свой наряд двухрядным жемчужным ожерельем и трёхрядным жемчужным браслетом на каждом запястье. На её уложенные и припудренные волосы был накинут прозрачный полосатый тюрбан со страусиными перьями.
Она держит розовую розу, которая присутствует на многих её портретах. По данным Национального фонда, «начиная со Средних веков розы символизировали любовь, чистоту и скорбь Девы Марии в религиозном искусстве и литературе». Роза также символизировала принадлежность королевы к династии Габсбургов.
Фрагмент лососево-розового шёлка, предположительно принадлежавший королевскому «платью-мантии» (robe à l’anglaise), украшенный блёстками чистого серебра и вышитыми хвостами горностая, свидетельствует о высоком качестве работ французских ремесленников и популярности анималистичных принтов в 1780-х годах. Горностай, в частности, ассоциируется с королевской властью и символизирует чистоту. Мантия в английском стиле имела заострённый лиф с верхней юбкой, которая часто распахивалась спереди, открывая нижнюю юбку в тон.
Ослепительная королева
«Я видела королеву в её самом роскошном платье; она была усыпана бриллиантами и в ярком солнечном свете показалась мне просто ослепительной», — писала Виже-Лебрен в 1835 году. Мария-Антуанетта часто сияла с головы до ног.
Любовь королевы к драгоценностям и деталям дизайна была так велика, что её горничная вышила 88 небольших узоров из драгоценных камней на каблуках туфель Марии-Антуанетты: 44 узора из рубинов и бриллиантов и 44 узора из изумрудов и бриллиантов.
На выставке представлен изысканный кулон королевы в форме банта, состоящий из овального бриллианта, поддерживающего бриллиантовый бант, и натуральной жемчужины. Она носила его на трёхрядном жемчужном ожерелье. Эксперты полагают, что кулон был одним из предметов, тайно вывезенных из осаждённого дворца Тюильри в 1791 году, когда король и королева собирались бежать от революционеров. Племянник Марии-Антуанетты, император Австрии Франц I, сохранил кулон. В настоящее время он находится в частной коллекции и в 2018 году побил рекорд аукциона по цене натурального жемчуга, когда был продан на аукционе Sotheby’s в Женеве за $36 млн.
Также на выставке представлена пара застёжек для браслета Марии-Антуанетты из золота, бриллиантов и голубого стекла. Одна застёжка украшена факелами Гименея (в честь греческого бога брака Гименея) и горлицей (часто символизирующей Святой Дух, чистоту, мир и божественность). Другая застёжка украшена монограммой «МА».
Монограмму королевы можно увидеть на чём угодно: от драгоценностей и личных вещей до предметов интерьера, мебели и предметов интерьера, например, на резном позолоченном кресле из орехового дерева работы Жана-Батиста-Клода Сене 1788 года из замка Сен-Клу.
Наследие величественного стиля
Спонсором выставки выступил дизайнер обуви класса люкс Маноло Бланик.
«Я был одержим Марией-Антуанеттой с тех пор, как себя помню», — написал он в предисловии к книге, посвящённой выставке.
Любовь к французской королеве передалась ему от матери. Он и его сестра посмотрели фильм 1938 года «Мария-Антуанетта» с Нормой Ширер в главной роли. Перед сном мать читала им биографию Стефана Цвейга «Мария-Антуанетта: портрет обычной женщины», и с этого началась любовь Бланик к королеве, которая продлилась всю его жизнь и повлияла на его коллекции.
Режиссёр София Коппола поручила Бланик разработать туфли для своего фильма 2006 года «Мария-Антуанетта». Его мастерство и внимание к деталям перекликаются с духом мастеров XVIII века времён королевы.
«Я сделал эти туфли сам, вручную в Англии, используя самые изысканные лионские шелка из Клермонта и роскошную английскую вышивку от Стивена Уолтерса. Такие детали, как розетки на туфлях в шёлке, я сам вытачивал. Я инстинктивно понимал, как их нужно создавать», — писал он.
Такие выдающиеся дизайнеры, как Бланик, продолжают следовать стилю Марии-Антуанетты, оказывая влияние на все аспекты культуры — от одежды, обуви и украшений до искусства, театра и архитектуры. Стиль Марии-Антуанетты живёт в каждом из этих творений.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
