1. Фото: Тютчев, 1860—1861 гг. Фото: С. Л. Левицкого /commons.wikimedia.org/ Общественное достояние 2. Фото: Амалия фон Криденер. Изображения: Штилер, Йозеф Карл /commons.wikimedia.org/ Общественное достояние | Epoch Times Россия
1. Фото: Тютчев, 1860—1861 гг. Фото: С. Л. Левицкого /commons.wikimedia.org/ Общественное достояние 2. Фото: Амалия фон Криденер. Изображения: Штилер, Йозеф Карл /commons.wikimedia.org/ Общественное достояние

Фёдор Тютчев и Амалия фон Крюденер: «После России – это моя самая давняя любовь»

Одно из самых популярных стихотворений Тютчева до сих пор вызывает споры
Автор: 17.02.2022 Обновлено: 17.02.2022 11:06
Он умел так чувствовать, что в  66 лет написал стихотворение о любви. Кстати, по содержанию, вполне соответствующее возрасту. Это стихотворение — шедевр любовной лирики на все времена. Оно отзывается в сердцах многих поколений людей, владеющих русским языком.

Поэт сумел воплотить в слова то необыкновенное животворящее чувство, какое испытывает зрелый, и даже стареющий человек, встречающий на пути того, рядом с кем он был молод и влюблён:

Тут не одно воспоминанье,

Тут жизнь заговорила вновь.

И то же в Вас очарованье,

И та ж в душе моей любовь.

Ну и что, что ему 66 лет, а ей около 60. Столько лет телу, столько лет жизненному опыту. А душа — она такая. И это прекрасно.

Его верная жена, прочитавшая этот шедевр, вероятно, горько вздохнула:

«Ах, Теодор, Теодор, ты всё прежний».

Жена имела большой опыт переживаний по поводу бурной личной жизни своего супруга. Она и в шутку и всерьёз называла мужа «чаровник» и на себе испытала его чары.

Ни фотография, ни картина-портрет Фёдора Ивановича Тютчева не передают его мужского обаяния. Худощавый седой человек. Видно, что умный. Видно, что по-хорошему нервный. А о том, что он был необыкновенно влюбчивым, расскажет нам его творчество. И речь идёт не о количестве влюблённостей, а об их особенностях. Только стихи Тютчева отразили его вечную безумную внутреннюю жажду любви, а вот биография его свидетельствует о том, что это вполне себе трезвый человек с хорошей карьерой.

Фёдор Тютчев не считал себя профессиональным литератором, у него было дело поважнее — он был дипломатом: очень успешно представлял интересы России на Западе, в частности, в Германии. Кстати, его публицистические статьи о разности западного и русского менталитета очень актуальны в наши дни. Взгляд профессионального дипломата-международника на место России в мире не устарел и поражает своей остротой. Дипломат писал стихи. Просто так. Для души. Потому что не мог не писать.

Впервые российский читатель познакомился с лирикой Фёдора Тютчева на страницах нового журнала «Современник». Этот журнал был создан профессиональным литератором Александром Пушкиным. Естественно, каждый номер нового издания готовился очень тщательно. У Александра Сергеевича был безукоризненный литературный вкус, которым он руководствовался при подборе материалов для анонса своего издательского предприятия, рассчитывая на успех и прибыль.

Выбор из того, что можно было опубликовать, был большой: творческие изыскания друзей и приятелей, собственные произведения. Хорошая знакомая Пушкина, Амалия фон Крюденер, только что приехала из Германии, привезла оттуда и рекомендует опубликовать в журнале подборку стихов неизвестного молодого поэта. Александру Сергеевичу стихотворения понравились, подборка лирики появилась в журнале за подписью « Ф. Т.» Всего 24 «стихотворения, присланные из Германии».

Читатели заинтересовались, но особого следствия никто не проводил: «Ф.Т.», так «Ф.Т.». Тем более что пушкинский «Современник» просуществовал менее года. Владелец журнала был убит на дуэли. Ну, вы обо всём этом помните, конечно.

Баронесса Амалия фон Крюденер занимала не малое место в сердце и воображении Александра Сергеевича. Это была очень красивая женщина, а к женской красоте у Пушкина было врожденное непреодолимое влечение. Да и, слава Богу. Не будь Пушкин так восприимчив к женским прелестям своих современниц, мы никогда бы не знали его изящных признаний в любви. Амалия была женщина выдающейся красоты. Об этом свидетельствует нахождение её портрета в мюнхенской Галерее красавиц. Несколько слов об этой немецкой достопримечательности.

Все туристы, приезжающие в Мюнхен, обязательно посещают резиденцию баварских королей, дворец Нимфенбург. В этом дворце находится единственная в мире Галерея красавиц. Её создатель баварский король Людвиг I. Когда в 1825 году Людвиг Баварский стал королём, он решил превратить свою столицу во «вторые Афины». Ко двору были призваны лучшие писатели и художники Германии.

Среди приглашённых был и модный художник-портретист Йозеф Карл Штилер (1781–1858гг.) Это был очень хороший художник. Ему заказывали свои портреты Гёте, Бетховен, Гумбольдт. Вот именно такому художнику Людвиг I и поручил создать уникальную портретную галерею — Галерею красавиц. Король по своему вкусу выбирал моделей. Это были девицы и дамы, которые произвели большое личное впечатление на короля. Глядя на эти женские портреты, мы понимаем, что вкус у короля был хороший.

В 1828 году в галерее оказался портрет баронессы Амалии фон Крюденер. Это событие, несомненно, удивило и порадовало сотрудника русской дипломатической службы Фёдора Тютчева, ведь он уже много лет был поклонником красоты и обаяния этой женщины.

Впервые он её увидел в 1822 году, когда прибыл на дипломатическую службу в Германию, в Мюнхен. Ему тогда шёл девятнадцатый год. Молодой человек оказался в центре светской жизни баварской столицы. На одном из приёмов он увидел и познакомился с очаровательной молоденькой девушкой Амалией Лерхенфельд. Спустя почти двадцать лет, Фёдор Иванович писал своим родителям «После России — это моя самая давняя любовь. Ей было четырнадцать, когда я увидел её впервые». Красота и отзывчивость «младой феи» вдохновили его не только на лирические стихи, но и на то, чтобы просить руки девушки у её приёмной матери.

Родство с молодым русским, только вступившим на ступени карьерной лестницы, оказалось не особенно привлекательным для высокородной практичной немецкой аристократки. До сознания влюблённой Амалии это положение вещей тоже успешно донесли. Донесли настолько успешно, что всю свою взрослую женскую жизнь прекрасная Амалия могла пользоваться своими чарами с большой выгодой, а собственные душу и сердце эмоциями беспокоила с большой осторожностью. Амалию выдали замуж за коллегу Тютчева, который занимал уже значительный пост секретаря русской дипломатической миссии.

Этого счастливца звали Александр Крюденер. Он был старше Амалии на 22 года. Тютчев тоже вскоре женился. Его избранница была вдовой с тремя детьми и старше на 6 лет. Звали её Элеонора Петерсон. Его решение заключить такой брак многих удивило. В одном из писем молодой супруг пишет:

«Я хочу, чтобы вы, любящие меня, знали, что ни один человек не любил другого так, как она меня… Не было ни одного дня всей жизни, когда ради моего благополучия она не согласилась бы, не колеблясь ни на мгновенье, умереть за меня!».

И это ничуть не преувеличение. Прошли годы, поэт полюбил другую, и Элеонора не захотела и не смогла жить без его любви.

В Мюнхене Тютчевы и Крюденеры жили недалеко друг от друга. Они принадлежали к одному кругу и естественно Фёдор и Амалия часто виделись и общались. Когда Александр Крюденер в 1836 году получил новое назначение в Петербург, именно Амалии Тютчев поручил передать в редакцию нового журнала «Современник» подборку из 24 своих стихотворений.

Отношения Фёдора и Амалии Крюденер очень похожи на дружбу. Какими они были на самом деле. Мы ни когда не узнаем, да и права на это не имеем. Но вот доказательства преданности и дружбы можем подтвердить фактами их биографий. После влюблённости, которая их настигла в первой молодости, они всегда были несвободны. Всегда состояли в браке с другими. Вероятно, их половины, мужья и жёны, знали об этой неудавшейся попытке соединить свои судьбы в ранней молодости.

Амалия появлялась в жизни Фёдора в самые кризисные, в самые тяжёлые дни. И помогала. Такой жизненный кризис Тютчев переживал в 1840 году, когда овдовел. Смерть его жены Элеоноры наделала много шума. Стал достоянием общественности и тот факт, что вдовец, не соблюдая приличного срока траура, очень быстро женился. «Моральный облик» всегда имел значение в дипломатических кругах. Карьера Тютчева-дипломата резко пошла на спад.

Госпожа Амалия Крюденер в те годы блистала в русском аристократическом обществе. Она занимала блестящее положение при дворе и пользовалась благосклонностью самого императора Николая I. Её просьба, обратить внимание Его Императорского Величества на талантливого и очень работоспособного дипломата Тютчева, чьи способности вдруг оказались невостребованными, не осталась без внимания. И Фёдор Иванович занял вновь достойное служебное положение.

Среди поклонников красоты и обаяния Амалии Крюденер было много солидных и знаменитых мужчин: император Николай I, Александр Бенкендорф — шеф Третьего отделения, Иван Тургенев и Александр Пушкин. Вот что было в письме князя Петра Вяземского жене после одного светского раута: «Вчера был вечер у Фикельмонов. Было довольно вяло. Один Пушкин…краснея, взглядывал на Крюденершу и несколько увивался вокруг неё».

Да, что и говорить, знаменитые современники воздали должное красоте, уму и такту этой женщины с лихвой. А вот современницы её не жаловали: слишком умна. Слишком красива, слишком удачлива в выборе покровителей. И всё-то у неё получается. Как тут не обидеться и возроптать:

«Она пользовалась им холодно, расчётливо распоряжалась его особой, его деньгами, его связями, где и как только ей казалось выгодным. Под добродушной внешностью, прелестной, часто забавной натуры скрывалась хитрость самого высокого порядка…».

Так характеризовала великая княгиня Ольга Николаевна отношения Амалии с шефом тайной полиции Александром Бенкендорфом. Конечно, мы верим простодушию и близорукости могущественного начальника Третьего отделения тайной полиции. Бедный, не сумел он разгадать характера своей подруги. А сторонний женский взгляд сразу всё расставил по местам.

Но вернёмся к отношениям баронессы Амалии Крюденер с другом её юности и предметом, возможно, её первой любви Фёдором Тютчевым. Она никогда не упускала его из виду, впрочем, как и он её. Он знал, что в 1852 году Амалия овдовела. Её муж умер в Стокгольме, где он служил российским посланником. Он знал, что через три года вдовство закончилось, и она стала графией Адлерберг.

Он знал, что во время Крымской войны граф Адлерберг был назначен военным губернатором Тавриды. Вместе с ранеными из осаждённого Севастополя в Симферополь привозили детей-сирот. Ввиду исключительности обстоятельств, графиня Адлерберг решительно пренебрегла бюрократическими формальностями, воспользовавшись своими связями и влиятельностью мужа беспрепятственно и очень быстро в канун нового 1854 года на свои средства открыла приют для беспризорных детей-сирот. Для приюта был построен двухэтажный дом. Кстати этот дом Адлербергского приюта стоит в Симферополе и сейчас. Это Крымский этнографический музей.

Тютчев знал, что теперь, после войны, её муж — генерал-губернатор Финляндии. А Амалия знала, что у её друга случился трагический роман с девушкой по имени Елена Денисьева. Что он долго жил на две семьи, что Елена Денисьева и двое их детей умерли. Она с восхищением и болью читала его стихи о последней любви — «Денисьевский цикл». Нет, она не завидовала Елене и не ревновала. Она всё понимала и очень сочувствовала своему другу Теодору.

Они встретились в 1870 году в Карлсбаде, где пожилой больной поэт лечился на водах. Они не виделись около тридцати лет. Ему 66 лет, ей около 60. Какой была эта встреча? А какой бы была у вас встреча с юностью?

«Я встретил вас, и всё былое в отжившем сердце ожило.

Я вспомнил время, время золотое, и сердцу стало так тепло…

Так поздней осенью порою бывает день, бывает час,

когда повеет вдруг весною и что-то встрепенётся в нас.

Здесь не одно воспоминанье — здесь жизнь заговорила вновь.

И тоже в вас очарованье, и та ж в душе моей любовь».

В последний раз они виделись в конце марта 1873 года, за три месяца до кончины Фёдора Ивановича.

Первые симптомы смертельной болезни у поэта появились в 1872 году. Сначала его левая рука стала плохо слушаться, одновременно ухудшилось зрение, усилились головные боли, его начала одолевать бессонница. Через время ему станет легче, но вскоре случится приступ. Это произойдёт после того, как он отнесёт своё новое стихотворение «Наполеон» в журнал «Гражданин».

Из редакции поэт вернётся в состоянии сильного нервного возбуждения. Биографы предполагают, что причиной послужил какой-то неприятный для поэта разговор. 31 декабря 1872 года Тютчев встречает Новый год в доме друзей, а в первый день нового, 1873 года, его доставят с прогулки без сознания, с перекошенным ртом и полным параличом левой половины тела.

Вызванный для лечения Тютчева профессор Сергей Петрович Боткин установил подле больного круглосуточный медицинский пост. Доктор ежедневно осматривал поэта и даже вёл дневник наблюдений за его состоянием. Симптомы, наблюдаемые у Тютчева, позволили великому терапевту поставить поэту диагноз — инсульт. Было назначено лечение, и наступил период улучшения. Амалия Адлерберг узнала о случившемся несчастье и приехала к старому другу.

В те дни поэт был в состоянии даже написать письмо своей дочери Дарье:

«Вчера я испытал минуту жгучего волнения вследствие моего свидания с графиней Адленберг, моей доброй Амалией Крюденер, которая пожелала в последний раз повидать меня на этом свете и проститься со мной. В её лице прошлое лучших лет явилось дать мне прощальный поцелуй».

Умер Тютчев 27 июля 1873 года. Амалия пережила его на пятнадцать лет. Последние годы её жизни прошли в Гельсингфорсе.

P. S.

Версии, что стихотворение «Я встретил вас…» посвящено Амалии фон Крюденер более ста пятидесяти лет. И сегодня большинству почитателей творчества Фёдора Тютчева она по-прежнему дорога. Даже непонятное посвящение «К. Б.» современники поэта расшифровали как «Крюденер, Баронессе».

Но в 1988 году в журнале «Нева» была опубликована статья литературоведа, утверждающего, что это стихотворение посвящено Клотильде Ботмер, сестре первой жены Тютчева. Конечно, без мифологизации первая версия не обошлась. Но, согласитесь, миф получился красивый.

Лариса Михайлова — филолог-преподаватель русского языка и литературы. Опыт работы — 40 лет. Окончила факультет русской филологии Самаркандского государственного университета. Специализация — журналистика. Публикуется в СМИ с 2005 г. С 2015 г. сотрудничает с The Epoch Times.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА