(слева-направо) Мэдди де Гарай, Стефани де Гарай и Брианна Дрессен в Вашингтоне. (Bao Qiu/The Epoch Times)  | Epoch Times Россия
(слева-направо) Мэдди де Гарай, Стефани де Гарай и Брианна Дрессен в Вашингтоне. (Bao Qiu/The Epoch Times)

Боль от вакцины

Заболевания, возникшие после инъекции одобренными вакцинами, проявились у 943 тысяч человек в США
Автор: 25.02.2022 Обновлено: 25.02.2022 13:56
Истории этих женщин не могут не вызывать сочувствия и сострадания. Они одни из первых, кто ради прекращения пандемии решились на вакцинацию. Испытание одобренных правительством вакцин превратилось в широкомасштабную акцию.

Свыше 900 тысяч человек в США пострадали от тех или иных травм, вызванных прививками от COVID-19 компаний: Pfizer, AstraZeneca, Moderna, Johnson & Johnson. Основная проблема заключатся в том, что врачи сегодня отказываются признавать вызванные заболевания побочными эффектами вакцин.

Дэнис Герц

Доктор Дэнис Герц хорошо помнит тот день, когда ей ввели вакцину COVID-19. Герц, гастроэнтеролог на пенсии, получила прививку от компании Pfizer 23 декабря 2020 года, менее чем через две недели после того, как американские регулирующие органы выдали разрешение на её экстренное использование.

Прошло 30 минут, прежде чем началась побочная реакция.

«Моё лицо начало гореть и покалывать, а глаза помутнели», — рассказала Герц газете The Epoch Times. Она почувствовала, что теряет сознание.

Её муж вызвал скорую помощь, которая приехала и обнаружила, что у Герц очень высокое артериальное давление. Дэнис стало настолько плохо, что она боялась умереть. Она испытывала сильную лицевую боль, сдавливание грудной клетки, тремор, подёргивание конечностей и шум в ушах.

«Мне казалось, что кто-то обливает меня кислотой», — рассказала она нашей газете.

Герц выжила, но страдания ее не закончились. Герц живёт в Лос-Анджелесе. Она обращалась ко многим специалистам. И, согласно медицинским записям, изученным газетой The Epoch Times, многие эксперты пришли к выводу, что реакцию вызвала вакцина.

Герц — одна из миллионов американцев, которые решили сделать прививку вакциной COVID-19 вскоре после её одобрения. С тех пор были введены сотни миллионов доз. Многие пациенты перенесли вакцинацию нормально, хотя и с меньшей защитой, чем им изначально обещали. Но некоторые люди перенесли тяжёлые реакции и с трудом добились лечения своих недугов.

Брианна Дрессен

«Моя маленькая дочь, она всё время поёт. И я вообще не могла держать её рядом с собой после вакцинации, потому что звук был просто невыносим. И мой маленький сын… Кожа стала очень чувствительной, и всё, что её касалось, было болезненным. Мой маленький мальчик приходил и пытался утешить меня и взять за руку, но даже это было болезненно. Мои зубы были слишком чувствительны; я не могла их чистить. Все мои органы чувств были перегружены», — сказала Дрессен, учительница дошкольного образования, живущая в Саратога-Спрингс, штат Юта (США), в интервью газете The Epoch Times.

Брианна Дрессен так сильно страдала после введения 4 ноября 2020 года вакцины компании AstraZeneca, что часто сидела в тишине в комнате в полной темноте.

«Это был худший опыт в моей жизни», — сказала Брианна.

Эрин Салливан

Реакции на вакцину COVID-19 часто возникают вскоре после её введения — это одна из причин, по которой медицинские работники должны наблюдать за пациентами в течение как минимум 15 минут после введения дозы.

Для большинства реципиентов симптомы незначительны (например, головная боль) и они вскоре проходят. У других же боль не утихает и по сей день.

«Сейчас я только и делаю, что работаю. Это всё, что я могу делать, — сказала газете The Epoch Times Эрин Салливан, дефектолог из Коннектикута, которая получила укол Moderna 6 января 2021 года. — Все люди вокруг меня, члены моей семьи, занимаются всем остальным. Я не готовлю, не убираю, не стираю. Я никуда не вожу детей. В основном я работаю, а потом ложусь спать».

Салливан, которая позже получила вторую дозу препарата компании Pfizer по рекомендации иммунолога, больше года страдала от покалывания в конечностях, сильной усталости и других симптомов.

Согласно медицинской документации, изученной газетой The Epoch Times, у Салливан была диагностирована побочная реакция на вакцину. У неё «никогда не было подобных симптомов до вакцинации COVID-19», — написал один из врачей.

Среди прочих симптомов Дрессен столкнулась с недержанием мочи, слабостью конечностей и тошнотой.

«Моя реакция развивалась в течение часа. В итоге у меня появились сильные покалывания в руке, в тот вечер у меня двоилось в глазах, была повышенная чувствительность. И в течение следующих двух с половиной недель симптомы прогрессировали до такой степени, что у меня была сильная тахикардия, колебания артериального давления, колебания температуры. Чувствительность к звуку и свету стала настолько сильной, что я была вынуждена круглосуточно находиться в своей спальне», — сказал Дрессен.

Согласно медицинской документации, изученной изданием The Epoch Times, врач Национального института здоровья (NIH) поставил Дрессен диагноз «поствакцинальная нейропатия», или повреждение нервов. У Дрессен наблюдались «стойкие неврологические симптомы после вакцины SARS-CoV-2», — говорится в одной из записей, написанных врачом NIH.

Мэдди де Гарай

Жизнь Мэдди де Гарай изменилась после того, как 20 января 2021 года ей сделали вторую прививку вакциной от COVID-19 компании Pfizer. В список её проблем вошли парестезия, боли в спине и животе.

«У меня болела спина, болел живот, болела голова. Температура держалась около 28,3 — что-то около того, — рассказала 13-летняя Мэдди изданию The Epoch Times. — У меня онемели пальцы на ногах, они были ледяными и белыми, то же самое было и с кончиками пальцев».

Симптомы у девочки сохраняются. Она пользуется инвалидным креслом, потому что ходить стало невозможно. Она потеряла чувствительность в нижней половине тела. Другие части тела часто причиняют ей боль.

В детской больнице Цинциннати, одной из испытательных площадок компании Pfizer, на следующий день после вакцинации Мэдди поставили диагноз «неблагоприятный эффект вакцины», согласно медицинским записям, изученным The Epoch Times. В следующем месяце другой врач написал, что Мэдди страдает от «многих продолжительных и значительных симптомов после вакцины от COVID-19».

Но в последующие визиты упоминания о вакцине стали исчезать, и доктор Роберт Френк, главный исследователь испытаний компании Pfizer в больнице, сказал родителям Мэдди в телефонном разговоре в мае 2021 года, что «врачи, которые осматривали её до сих пор, не нашли ничего, связанного с исследованием.

«Один из первых врачей сказал, что это было связано с испытанием вакцины», — ответил Патрик де Гарай, отец Мэдди.

Все врачи, лечившие пациентов, о которых идёт речь в этой статье, отказались разговаривать с The Epoch Times, не ответили на запросы или с ними не удалось связаться.

Боль и улучшения

У многих пострадавших от вакцинации в тот или иной момент наступает улучшение, но некоторые из тех, кто беседовал с The Epoch Times, рассказали о регулярных рецидивах.

Герц сообщила об улучшении в конце 2021 года, которое она объяснила, прежде всего, тем, что прошло время с момента получения вакцины.

«К сожалению, месяц или два назад у меня наступил перелом в худшую сторону», — сообщила она The Epoch Times по электронной почте 17 февраля.

Согласно медицинской документации, в начале 2021 года Герц был поставлен диагноз «предположительная реакция после вакцинации от COVID-19». После посещения других специалистов ей был поставлен диагноз «синдром активации тучных клеток, вызванный вакциной». Симптомы этого синдрома включают затруднённое дыхание и низкое артериальное давление.

Среди первых

Дрессен и Мэдди участвовали в клинических испытаниях вакцин. Как и они, другие пострадавшие от вакцины были в числе первых.

11 декабря 2020 года Управление по контролю за продуктами и лекарствами США (FDA) выдало разрешение на экстренное использование вакцины от компаний Pfizer и BioNTech. Неделю спустя Управление разрешило использовать вакцину компании Moderna.

В разрешительных письмах признавалось, что вакцины остаются «исследовательскими», но в них говорилось, что анализ клинических испытаний не выявил никаких проблем с безопасностью, и указывалось, что «есть основания полагать», что вакцины «могут быть эффективными» для предотвращения заражения вирусом, вызывающим COVID-19.

Возникла надежда, что вакцины станут тем инструментом, который поможет победить новый вирус. Целью стал коллективный иммунитет.

Первые вакцинированные считали, что их пример способствует прекращению пандемии COVID-19. У многих из них были родственники, которые в силу имеющихся заболеваний или возраста были наиболее уязвимы к COVID-19. Некоторые сами относились к группе риска.

«Я потеряла очень близких людей из-за COVID-19, и это была моя спасительная возможность внести свой вклад в прекращение этой пандемии», — сказала Ангелия Дессель в интервью газете The Epoch Times.

Десселль получила вакцину компании Pfizer 5 января 2021 года. Будучи менеджером центра амбулаторной хирургии в Луизиане, она следила за обновлениями, касающимися вакцин, включая заявления органов здравоохранения об их безопасности и эффективности. Она доверяла им и пошла делать прививку во время своего обеденного перерыва.

Другие люди, которые сделали прививку раньше, также доверились правительству США, производителям вакцин и медицинскому сообществу.

Герц, врач с большим стажем, воспользовалась возможностью сделать прививку раньше. Хотя она недавно вышла на пенсию, но думала, что в будущем ей, возможно, придётся вернуться на работу. И по её словам, она полностью доверяла нашей системе здравоохранения, верила, что FDA честна и порядочна.

Андреа Розитас проходила медицинскую практику, когда 31 января 2021 года ей ввели вакцину Moderna в Юго-западном колледже. Медсёстры, опередившие её в программе, сказали, что Розитас должна сделать прививку. Они сказали, что это безопасно.

Стефани де Гарай сказала The Epoch Times, что она верила: если что-то пойдет не так, то участники испытания «будут в лучших руках».

«Если у вас что-то случится, то лучше пусть это будет в ходе испытания, потому что они сделают всё возможное, чтобы вам стало лучше, и выяснят причину. Ведь в этом весь смысл испытаний, — сказала она. — Но этого не произошло».

Дрессен сказала, что она приняла участие в испытании компании AstraZeneca, потому что «я доверяла словам врачей и хотела, чтобы эта пандемия закончилась».

«И миру это преподносилось так: „Вакцина положит конец пандемии“. Я имею в виду, что мои дети застряли дома, они не могут выйти, мы носим маски. Я работаю в школе. Я вижу, как это влияет на детей младшего возраста, — сказала она. — Я доверяла правительству и доверяла врачам. Больше не доверяю».

Пострадавшие от вакцин неоднократно обращались к федеральным чиновникам и компаниям, производящим вакцины, по поводу своих недугов. Они считают, что ни правительство, ни компании не сделали достаточно для решения проблемы травм, вызванных вакцинами.

Компании AstraZeneca, Pfizer, Johnson & Johnson и Moderna не ответили на просьбы о комментарии для этой статьи.

Разочарование и отрицание

Некоторые правительственные исследователи в электронных письмах, изученных The Epoch Times, предположили, что, по их мнению, побочные эффекты вызваны вакцинами, в дополнение к диагнозу Дрессен, поставленному врачами Национального института здравоохранения.

Представитель Национального института неврологических расстройств и инсульта, входящего в состав NIH, сообщил The Epoch Times по электронной почте, что данные исследования, в котором учёные NIH обследовали некоторых людей с проблемами после вакцинации, «не показали, что вакцины вызвали симптомы у этих пациентов».

Правительственные обзоры систем наблюдения выявили проблемы со здоровьем, «потенциально связанные» с вакцинами COVID-19, включая неврологическое расстройство, называемое синдромом Гийена Барре (ГБС), сообщила представитель FDA по электронной почте The Epoch Times.

«Решение о том, есть ли основания полагать, что существует причинно-следственная связь, — это вопрос медицинского и научного суждения и основывается на таких факторах, как: частота сообщений, биологическое правдоподобие, время события по отношению к моменту вакцинации, и известно ли, что неблагоприятное событие было вызвано родственными вакцинами», — добавила она.

Пресс-секретарь Центра по контролю и профилактике заболеваний (CDC) сообщила The Epoch Times по электронной почте: «На сегодняшний день CDC не выявил никаких необычных или неожиданных случаев выкидышей, рака или неврологических заболеваний после иммунизации, которые бы указывали на то, что вакцина COVID-19 вызывает эти заболевания или способствует их возникновению. CDC продолжает рекомендовать всем, кто имеет право на вакцинацию, сделать прививку».

Позже пресс-секретарь заявила, что забыла о ГБС (Паралич Белла и синдром Гийена-Барре). На основании данных из системы отчётности о нежелательных явлениях вакцины (VAERS) — американской системы пассивной отчётности, было установлено, что частота возникновения ГБС в течение 21 дня после вакцинации препаратом Johnson & Johnson в 21 раз выше, чем среди получателей вакцин Pfizer или Moderna. Анализ данных «не выявил никакого повышенного риска ГБС после вакцинации Pfizer-BioNTech или Moderna», — сказала она.

По состоянию на 11 февраля, в VAERS поступило больше сообщений о ГБС после вакцинации Moderna или Pfizer, чем после вакцинации Johnson & Johnson, как показал обзор Epoch Times. В то же время в США было сделано гораздо больше прививок прежними вакцинами.

Борьба с системой

Первые визиты к врачам часто приносили лишь разочарование. Врачам было трудно определить состояние пациентов и его причины. Многие ставили им диагноз «тревога».

Розитас говорит, что после изучения её записей в CDC ей сообщили, что она страдает от побочной реакции. Она показала обновлённую информацию нескольким врачам.

Они говорили ей: «Это просто тревога», — вспоминает она. По её словам, было обидно такое слушать, особенно когда ей то же самое сказала медсестра сразу после реакции.

В конце концов, у Розитас была диагностирована реакция на вакцину Moderna, согласно письму компании Sharp Health Care, с которым ознакомилась газета The Epoch Times.

Мэдди вспоминает, как один врач вошел в её палату и сказал ей:

«Тебе 13 лет. Ты не должна плакать и волноваться из-за этого. У тебя тревога, это всё тревога, тебе нужно прекратить гипервентиляцию, иначе мы засунем тебе трубку в горло и поставим аппарат искусственной вентиляции лёгких».

«Они считают, что это просто тревога, поэтому накачивают её лекарствами, от которых ей становится ещё хуже», — говорит Стефани де Гарай.

Опрос, проведённый группой Дрессен REACT19 среди членов её группы, показал, что более 80% из них заявили, что во время ранних обследований им был поставлен диагноз «тревожность».

«Диагноз „тревожность“ преследовал меня до тех пор, пока я не обратилась в NIH», то есть около семи месяцев, сказала Дрессен.

Дрессен стала ведущим защитником людей, испытывающих проблемы после вакцинации, становясь всё более осведомлённой в этих вопросах. Некоторые врачи даже направляют к ней пациентов.

В переписке с доктором Джанет Вудок, высокопоставленным сотрудником FDA, Дрессен объяснила, какие, по её мнению, произошли проблемы в клинических испытаниях вакцин и травм от вакцин.

«Я рассказала ей о том, что я работаю воспитателем в дошкольном учреждении, чтобы вы знали, что у меня нет квалификации медицинского специалиста. Но у меня есть врачи из Лиги плюща (ассоциации восьми частных американских университетов), которые направляют ко мне больных пациентов, пострадавших от вакцин, для получения медицинской помощи, — сказал Дрессен на недавних слушаниях в Вашингтоне. — Если это само по себе не говорит Джанет Вудкок о проблеме в системе, то я не знаю, что тогда укажет на неё».

Консультации Салливан также оказались бесплодными. В одном случае она обратилась к ревматологу с классическими симптомами синдрома активации тучных клеток — той же проблемы, которая впоследствии была диагностирована у неё и Герц.

«Он вообще не стал разбираться. Он взял меня за руки и сказал, что я должна заниматься йогой», — говорит Салливан.

Растущий интерес

Установить окончательную связь между вакцинами и поствакцинальными состояниями может быть сложно, но всё больше исследователей заинтересованы в изучении подтвержденных или предполагаемых вакцинальных травм. Количество сообщений о травмах росло с течением времени, как и число вакцинаций в целом.

По данным поиска, проведённого с помощью системы MedAlert, до 4 февраля в VAERS поступило около 943 000 сообщений о расстройствах нервной системы после вакцинации COVID-19. Эти расстройства, согласно классификации Медицинского словаря для нормативной деятельности, включают инфекции, такие как менингит, и травмы мозга, такие как паралич Белла.

Паралич Белла и синдром Гийена-Барре (ГБС) были выявлены с повышенной частотой у получателей вакцины AstraZeneca, обнаружили исследователи из Великобритании, проанализировавшие английские записи о вакцинации в 2021 году. Они также заявили, что данные указывают на повышенный риск инсульта у получателей вакцины компании Pfizer.

Другая группа исследователей, проанализировав данные по США, обнаружила повышенный риск развития ГБС у получателей вакцины компании Johnson & Johnson. ГБС — редкое неврологическое расстройство, было обнаружено у некоторых американцев, получивших вакцину Johnson & Johnson, и в июле 2021 года его стали указывать в информационных листах к вакцине.

«После вакцинации от COVID-19 был зарегистрирован широкий спектр серьёзных неврологических осложнений», — говорится в одном из обзоров исследований на эту тему.

В журналах было опубликовано несколько отчётов о случаях, включая серию, посвящённую четырём поствакцинальным событиям, которые исследователи назвали «вероятной причиной вакцинации».

Как и многие учёные, исследователи не решались утверждать, что эти события определённо связаны.

«Установление причинно-следственных связей на популяционном уровне требует проведения крупных эпидемиологических исследований и не может быть сделано только на основании сообщений об отдельных случаях», — пишут они.

Эта точка зрения не универсальна.

«Вакцины от COVID-19 вызывают неврологические побочные эффекты», — сказал в интервью The Epoch Times доктор Йозеф Финстерер — невролог из клиники Ландштрассе в Австрии, который провёл обзор исследований с подробным описанием неврологических явлений после вакцинации.

Причины побочных явлений

Эксперты, однако, до сих пор не уверены в механизмах, вызывающих эти состояния.

Одной из причин может быть чрезмерное производство в селезёнке спайкового белка, образующегося в результате вакцинации.

По словам Стефани Сенефф — старшего научного сотрудника лаборатории вычислительной техники и искусственного интеллекта Массачусетского технологического института, спайковый белок высвобождается в экзосомах — крошечных наночастицах, производимых и высвобождаемых клетками для обеспечения связи между клетками, передавая генетические материалы другим клеткам и вызывая воспаление нервов в головном мозге.

В этом сценарии спайковые белки токсичны, поскольку действуют как прионоподобные белки, которые становятся аномальными в результате неправильного сворачивания и обычно приводят к нейродегенеративным заболеваниям.

«Иммунные клетки, находящиеся в селезёнке, производят спайковый белок, потому что не могут прекратить это делать, выпускают его в экзосомы, а затем эти экзосомы… попадают в мозг. Они поднимаются в мозг и заражают все эти нервы в мозге… вызывая все те симптомы, которые проявляются», — говорит Сенефф, чья статья с обзором возможных последствий вакцин была опубликована в 2021 году.

Её выводы затрагиваю как краткосрочные, так и о долгосрочные побочные эффекты.

Финстерер говорит, что причиной ГБС может быть молекулярная мимикрия, или вакцина, нацеленная не только на вирус, но и на молекулярный паттерн реципиента.

Сгустки крови в венозных синусах мозга — один из наиболее распространенных неврологических побочных эффектов, могут быть следствием тех же процессов, которые происходят после заражения COVID-19, предположил он.

Доктор Уильям Мерфи, исследователь иммунологии из Калифорнийского университета в Дэвисе, считает, что антиидиотипические антитела — антитела, которые связываются с другими антителами — могут быть причиной как сохраняющихся проблем после инфекции COVID-19, так и проблем после вакцинации.

Мерфи опирался на теорию сетей Нильса Джерна, которая гласит, что антитела могут не только связываться с антигеном (таким как вирус или спайковый белок), но и присоединяться к другим антителам, вызывая выработку антиантител, которые могут привести к неблагоприятным последствиям.

Когда иммунная система активирует ответ антител на антиген, этот специфический ответ вызывает «ответ антител ниже по течению», вырабатывающий антиидиотипические антитела. Эти вторичные антитела становятся проблемой, когда их антигенсвязывающая область «напоминает область самих исходных антигенов».

«Однако в результате такой мимикрии антитела Ab2 (антиидиотипические) также способны связываться с тем же рецептором, на который был нацелен исходный антиген. Поэтому антитела Ab2, связывающиеся с исходным рецептором на нормальных клетках, способны оказывать глубокое воздействие на клетку, что может привести к патологическим изменениям, особенно в долгосрочной перспективе — после исчезновения исходного антигена», — написал Мерфи в недавней статье.

Мерфи сообщил The Epoch Times по электронной почте, что исследование поствакцинальных эффектов «действительно может дать представление о постковидном синдроме, поскольку они могут быть вызваны теми же или подобными механизмами. Если мы поймём иммунологию, лежащую в основе этих эффектов, мы сможем найти способы возможного лечения, а также варианты профилактики путём изменения стратегии вакцинации».

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА